Кленовые листья и забытые мелодии.

Ли Юэ прекрасный город. Это не его родина, но Кадзуха быстро влюбился в эти чудные виды. Гавань с кораблями всегда переполнена людьми со всех концов Тейвата. Жители были добрыми и отзывчивыми, а кухня поистине уникальной. От его обширных долин и гор захватывало дух. Каждое мгновение, проведенное среди свежего воздуха и открытого, бескрайнего пейзажа, укрепляло решение самурая стать странником. Пробудить потухший Глаз Бога, находящийся в его распоряжении. Сделать то, о чем он мог бы только мечтать ранее в Инадзуме. Путешествовать. Исследовать. Бродить по землям, знакомиться с новыми людьми и находить новые места. После своего трудного побега из Инадзумы он нашел все это именно здесь. С момента своего первого шага на земли Ли Юэ, Кадзуха знал, что в глубине души он нашел то, что искал. Где или что именно это было - совсем другой вопрос. Сначала странник думал, что его единственная миссия - пробудить потухший Глаз Бога погибшего друга. Он хотел увидеть, как пустая оболочка снова вспыхнет ярким аметистовым сиянием и сотрясёт воздух треском чистой энергии. Надеялся увидеть, что жертва его усопшего товарища не была напрасной, но спустя время он все чаще начал сдаваться. Независимо от того, как долго или как сильно он старался, ни один человек, казалось, не заставлял его сиять среди людей гавани Ли Юэ. Несчетные испытания оказались безрезультатными. Эксперименты и запросы в итоге стали бессмысленными. Даже знаменитый путешественник, о котором так много говорили, не смог возродить жизнь в серой оболочке, которую самурай так бережно хранил. И в конце концов Кадзуха просто спрятал Глаз Бога подальше и попытался забыть о нем на некоторое время. Вместо этого он бродил по обширному ландшафту Ли Юэ. Храбро побеждал похитителей сокровищ с помощью быстрых порывов ветра и искусству владения меча. Ветерок дул ему в спину, как бы мягко направляя его вперед, и случайно поднятый с земли лист всегда был с собой. Мелодия с его родины разносилась по ветру, когда он начинал тосковать по дому или обнаруживал, что слишком долго смотрит на безжизненную оболочку некогда светящегося Глаза Бога. Ноты были меланхоличными, однако это не мешало оживать природе около него. Мелкие животные и птицы выползали из своих укрытий. Бродячие монстры и путешественники останавливались, чтобы послушать песню странника. Его музыка очищала разум и успокаивала. Поэтому однажды ночью, когда ветер принес с собой крик боли и агонии, Кадзуха не колебался. Он сорвал лист с ближайшего дерева и вызвал вихрь ветра, который поднял его на ветхое здание, чтобы сыграть мелодию. Для чего или почему, он не был уверен. Однако, когда источник этой агонии пришел, чтобы найти его, Кадзуха был удивлен. Он ожидал увидеть раненого монстра или животное, что было на пороге смерти и искало тихое, спокойное место, чтобы умереть с чистым разумом. Однако то, с чем столкнулся самурай, оказалось человеческим существом. Одетый в лавандовое и белое. Носящий нефритовые, замысловатые украшения, что от каждого шага издавали странные звуки и затихали, когда их обладатель останавливался. Золотые глаза встретились с красными омутами Кадзухи, и отметины на его правой руке отчего-то засветились. Темно-зеленые волосы обрамляли лицо незнакомца и торчали повсюду сзади. Пот, грязь и кровь прилипли к спутанным прядями, лицу и ко лбу, где маленький бриллиант украшал его кожу. Прямо в центре. На поясе висела древняя и хорошо сохранившаяся маска. Слишком темно, чтобы определить её форму или дизайн, но, кажется, этот артефакт имел большую ценность для него, раз пальцы в перчатках постоянно тянулись к маске. В лунном свете он казался неземным. Его аура была таинственной и угрожающей, хотя в какой-то степени успокаивающей и безмятежной, в то время как воздух темным и зловещим. Как будто смерть следовала за ним по пятам, а подвергшиеся скверне жаждали схватить и утащить в бездну. Выражение лица было не лучше. Для того, от кого разило вещами, о которых только шептались в темноте, потерянное и ошарашенное выражение его лица не подходило ему. Это выглядело так, будто он никогда раньше не слышал музыки или ничего похожего на то, что играл Кадзуха. Юноше показалось, что, несмотря на весь груз, который незнакомец нес на своих плечах, тот неловко переминался с ноги на ногу и с легкостью может исчезнуть в ту же секунду, как Кадзуха что-нибудь скажет. И все же он это сделал. Несмотря на опасность, смотревшую на него снизу вверх, Кадзуха мягко и ласково заговорил с незнакомцем. Своего рода приветствие, на которое любой житель Инадзумы ответил бы тем же. Чего он не ожидал, так это резкий получивший ответ. Огрызнулся и замолчал. Грубый тон, что вызвал дрожь по спине странника. Ветер, в свою очередь, трещал вокруг него. Однако он не дрогнул. Тихий призыв к ветрам заставил его опуститься перед другим, чтобы рассмотреть поближе. Увидеть кровь, что испачкала его одежду. Маска, висевшая на поясе, в лунном свете казалась черной как смоль и мрачно-зеленой. Из нее торчали рога, отчего казалось, что принадлежала демону. И все же золотые глаза ни разу не оторвались от него. Сдержанный блеск этого расплавленного металла оставался сильным. Как будто ожидая, что на него нападут и придется вступить в новый бой, но уже со странником. Вместо этого Кадзуха попрощался, пожелав незнакомцу всего наилучшего. Он решил, что лучше всего сейчас будет использовать ветер и исчезнуть. Дальнейшие слова только еще больше раззадорили бы другого. И хотя Кадзухе удалось дать ему минуту покоя, последнее, чего он хотел, это разозлить его. Да и, скорее всего, оставшись там, он бы получил что-то более ужасающее, нежели какие-нибудь слова в ответ.

***

Даже если Кадзуха и путешествовал на землях Ли Юэ, исследуя их, он всегда находил дорогу обратно в порт, чтобы провести время с капитаном Бэй Доу и ее командой с Алькора. Насытившись алкоголем и едой, их шум эхом разносился по всей гавани. Члены экипажа шутили друг с другом и обменивались историями. Новобранцы становились жертвами шуток и розыгрышей, в то время как моряки постарше пытались прибрать их к себе, а капитан корабля лишь смеялась над этим представлением. В целом это было обычным явлением, и Кадзухе всегда были рады, когда он натыкался на них. Сегодняшний вечер тоже ничем не отличался от остальных. По возвращении обратно в порт Кадзуха сразу же услышал шумный экипаж Алькора. Легкая улыбка появилась на его лице, теперь оставалось только покачать головой и двинуться к источнику веселья. Странник пробрался через толпу людей, чтобы спуститься к ресторану у пирса, который часто посещали моряки. Все столики были заняты людьми, среди которых оказались и товарищи с Алькора. Они передавали друг другу блюда и смеялись от разных шуток, пока один из группы не заметил знакомую белобрысую голову. – Малыш Кадзуха вернулся! – Кадзуха! – С возвращением, цветочник! На него сразу обернулись все, пока малец лавировал между людьми в толпе, дабы добраться до своих товарищей. Там его встретила ухмыляющаяся Бэй Доу, что держала большую кружку с явно алкогольным напитком. – С возвращением, малыш. Как успехи? – она пожала плечами и хлопнула ладонью по стулу рядом с собой. – Садись и выпьем вместе! Кадзуха принял предложение капитана, но стоило ему присесть, как сразу на стол поставили кружку со спиртным напитком. Тарелку со странным блюдом также передал кто-то из моряков, и странник принял угощение с кивком головы и тихим "спасибо". – Ты найдешь то, что ищешь. Не расстраивайся из-за этого, – успокоила его Бей Доу, как обычно и делала всегда. Кадзуха спокойно наблюдал за тем, как женщина одним залпом выпивает все содержимое своей кружки. – Никто никогда не пытался заставить Глаз Бога снова светиться. В ответ он просто выдохнул и сделал небольшой глоток из своей кружки, пока члены Алькора мнимо покачивали головами, ведь многие из них знали, что лучше не комментировать это, чтобы не получить ненароком нотацию как от странника, так и от Бей Доу по очереди. – Ты как-то странно себя ведешь, – закатно-красные глаза посмотрели в единственный рубиновый глаз капитана, где так и читалось недоверие, а Кадзуха в свою очередь недоуменно поднял бровь. – Что-то случилось? Кто-то тебе угрожал? Нам нужно сбросить кого-то с корабля в море ради тебя? При этом несколько человек с других столиков обернулись в их сторону. Моряки лишь старались поддержать своего товарища, беспокоясь о нем, хотя люди, прогуливающиеся по гавани, не могли видеть этого и явно надумывали другое, поэтому Кадзуха лишь со вздохом поставил свою кружку. По правде говоря, это не было связано с мертвой оболочкой Глаза Бога, о чем они, вероятно, и подумали. С той самой встречи с привлекательным незнакомцем в лунном свете Кадзуха не чувствовал гармонии в сердце. Он не знал точно, что именно его беспокоило, но, тем не менее, это не давало покоя. Каждый раз, когда самурай брал в руки лист, он изо всех сил пытался повторить ту мелодию, но это было сложно, учитывая, что разум постоянно занимали разного рода мысли. Вернется ли этот человек, чтобы послушать, как он играет, или нет. Услышит ли вообще его вновь. Пришел ли к нему хоть какой-нибудь покой или копье пронзило бы его грудь точно так же, как это было со всеми теми монстрами, которых Кадзуха едва видел на своем пути из долины, оставшись там ещё на немного. – Кадзуха. Красные как закат глаза оторвались от все еще стоящей кружки, на которую, видно, все время смотрел юноша, и он заметил, что почти все повернулись в его сторону, чтобы послушать. Капитан Алькора положила руку на стол и наклонилась к нему, нахмурившись. Только легкий румянец на ее щеках и приподнятая единственная видимая бровь. – Кто это? – потребовала ответа она. – Кого мы сбрасываем с корабля? Последовала гнетущая тишина. – Я сомневаюсь, что вы смогли бы превзойти его в бою, чтобы совершить подобное, капитан. – честно признался Кадзуха. Пальцы коснулись его кружки и снова смотрели на нее, а не на множество глаз, устремленных на него. – Его обращение с копьем было чем-то другим. Я сомневаюсь, что обычные люди смогли бы одолеть воина такого уровня. – Значит, кто-то виноват в твоем плохом настроении. Говори громче, кто это? – Я так и не узнал его имени. Женщина недоуменно моргнула, глядя на него, и несколько человек вздохнули, отвернувшись от разговора. – Что? – Я так и не узнал его имени, – повторил Кадзуха. – Где вы с ним познакомились? Он бандит? Мошенник? Похититель сокровищ? Фатуи? – Сомневаюсь, что кто-то из них. Он убивал монстров в долине, избегая людей. Она пристально посмотрела на него, прищурившись. – Тогда странник вроде тебя? – в ответ он лишь слегка пожал плечами, и женщина потерла переносицу. – Как он выглядел? – Темно-зеленые волосы, почти черные. Белая и фиолетовая одежда, – Кадзуха начал описывать, в то время как несколько человек за столом подняли брови, и кто-то даже упал со стула. – Он носил темную маску с рогами, а отметины на его правом плече светились. Последовавшая тишина заставила Кадзуху взглянуть на них всех. Закатного цвета глаза растерянно заморгали, увидев шокированные и слегка испуганные выражения на их лицах. Капитан просто смотрела на него несколько мгновений, прежде чем начала смеяться, и кто-то помог их упавшему товарищу по команде подняться с земли. – Кадзуха, ты не перестаешь меня удивлять, – усмехнулась Бэй Доу. Пальцы потерли ее подбородок, и она взяла свою кружку, чтобы допить остатки алкоголя. – Полагаю, ты столкнулся с последним выжившим Якшей, потому и расстроился. – Якша? - повторил Кадзуха с любопытством. И все же был сбит с толку. – Кто это? – Кто-нибудь, объясните ему это, –крикнула Бей Доу. Стоило ей махнуть рукой, как кто-то подошел, чтобы наполнить ее кружку до краёв. – Ну... И Кадзуха узнал о темной стороне истории Ли Юэ. О войне против богов. О кровавой борьбе за трон, чтобы стать архонтом и что за этим последовало. О Рекс Ляписе и Якше, которому предложили контракт, чтобы защитить земли будущего города. Как один за другим Якши поддавались безумию и сводили счеты с жизнью, или нападали как на друзей, так и на врагов, бездумно убивая, пока их самих не уничтожали. И остался только один из них. Сяо. Охотник на демонов. Защитник Якша. Последний сильнейший адепт в своем роде. Также сказали, что он бродит по бескрайним просторам страны и убивает мстительных богов, пытающихся пробраться обратно в мир живых. Чтобы вернуть их боль и страдания Рекс Ляпису, который похоронил и запечатал их всех под землей во время войны богов. Он прожил тысячи лет и остался верен своему контракту. Ни разу не дрогнув. – И ты тот идиот, который подобрался к нему близко – Бей Доу рассмеялась в тот момент, когда один из их товарищей по команде закончил объяснять. – Я удивлена, что он не отрубил тебе голову. Честно говоря, Сяо и выглядел так, будто ему действительно хотелось убить, когда Кадзуха подошел достаточно близко. Но… Выражение лица Адепта, когда он остановился, найдя Кадзуху. Растерянный и ошарашенный взгляд. Боль, которая выжала жизнь из этих золотых глаз, начала рассеиваться. Агония и ярость, что были принесены ветром, почти исчезли, оставив после себя спокойную и пустую тишину. Учитывая, что он, скорее всего, страдал от этой агонии очень долго и без малейшего отдыха, так и не обретя покоя. – Где он обычно останавливается? В тот момент, когда он заговорил, все замолчали. Широко раскрытые глаза уставились на него в шокированном оцепенении, и Кадзуха лишь моргнул, глядя на них всех. – Что? – Ты шутишь, да? – спросила Бэй Доу. –Я весьма серьезен. Женщина вздохнула и покачала головой. – Извини, малыш, но я не знаю, – на ее лице появилось хмурое выражение. – Хотя, даже если бы я знала, не думаю, что сказала бы тебе. Он не из тех, с кем можно сблизиться, Кадзуха. Опасность, с которой мы сталкиваемся, - ничто по сравнению с тем, что он делает. И все же именно эта опасность лишила Якшу всякого рода покоя. И это ни в малейшей степени не устраивало Кадзуху. Не тогда, когда звуки его музыки дали Адепту первый вкус покоя за столетия.

***

И, несмотря на предупреждение капитана Бей Доу и беспокойство всего Алькора, Кадзуха отправился на поиски Якши. Он расспрашивал жителей гавани, консультировался с людьми в городе и читал любую книгу, которую мог найти у владельца магазина о Сяо. В конце концов Кадзуха оказался в похоронном бюро "Ваншэн", где, как ему сказали, можно решить его проблему. Хотя, по мнению Кадзухи, это была своего рода шутка. Однако последнее, чего ожидал странник, - увидеть очень молодую хозяйку бюро, приветствующую его у двери и рассказывающую целую рекламную кампанию о поминальных службах. Улыбка на ее лице и веселый тон в голосе звучали так, будто она говорила о погоде, а не о похоронах. Пакеты и скидки сыпались с рекордной скоростью, пока мужчина средних лет не вышел из подсобки, чтобы спасти его и закончить тираду рекламной кампании, прежде чем Кадзуху не засыпали окончательно. – Вам что-то нужно от нас? – мужчина спросил глубоким и успокаивающим голосом. – Мы также являемся консультантами, если вам требуется услуга. С этой информацией стало намного легче понять причину, по которой его направили сюда. – Я хотел бы знать, где найти Сяо. Последний оставшийся из Якш, – Кадзуха говорил просто, без всяких прелюдий. Последовавшее за этим молчание слегка обеспокоило странника. – И почему, осмелюсь спросить, вам нужно найти Сяо? – спросил мужчина. Его брови нахмурились. На этом Кадзуха замолчал. Разум лихорадочно соображал в поисках ответа. И ничего в голову лучше не пришло, чем: – Мы встречались однажды, и я хотел бы иметь честь поговорить с ним снова. Недостаточно. Это было не так просто, и у странника было предчувствие, что для этого человека этого ответа будет недостаточно. Итак, Кадзуха сделал то, в чем был хорош. Сорвал листок с ближайшего дерева, оказавшегося в пределах его досягаемости, и поднес его к губам. Девушка открыла рот, чтобы возразить, но он заиграл короткую мелодию, и вся комната погрузилась в тишину. Нота за нотой сливались в тихую мелодию, и мужчина мягко улыбнулся, когда Кадзуха закончил. Его когда-то широко раскрытые глаза смягчились. Закатные омуты встретились с очами цвета корляписа, наблюдающими за ним. – Я бы хотел снова дать ему минуту покоя, – наконец честно ответил Кадзуха. – Ему это может не понравиться, – предупредил консультант. На его лице оставалось удивленное выражение. – Он не слишком хорошо отнесся ко мне во время нашей первой встречи. Я чувствую, что это просто его характер. Мужчина усмехнулся. – Очень хорошо. Вы можете найти Сяо на постоялом дворе "Ваншу", – на это признание хозяйка бюро удивленно уставилась на него. – Хотя посетители крайне редко видят его, но, если вы поговорите с Верр Голдет, она предложит свою помощь. Я бы посоветовал приготовить миндальный тофу, пока вы ожидаете встречи с Сяо. – Миндальный тофу? Мужчина просто кивнул. – На вашем месте я бы отправился туда прямо сейчас. Он обычно уходит на закате. Чтобы продолжать следовать воле контракта. Это не нужно было говорить вслух, ведь все итак ясно без слов. "Спасибо", данное мужчине, и его гонорар, выплаченный начальнице за их помощь, прежде чем он отправился в путь. Рецепт для подношения Сяо в руках. Его содержимое он прочитал по дороге, а ингредиенты выбрал свежими. Сверток с припасами был зажат у него под мышкой, когда он, наконец, добрался до возвышающейся гостиницы. В то время как гид направил его к стойке регистрации и к женщине, которую упоминал консультант. Ее лицо озарилось улыбкой, когда Кадзуха объяснил, что хотел сделать, и она с радостью направила его на кухню. Сильный по виду мужчина перед плитой по имени Улыбчивый Янь Сяо, после того, как Верр представила их, объяснил как тут все устроено, и Кадзуха осознал, что впервые работает с подобными изобретениями. Янь Сяо всегда крутился рядом, чтобы исправить любые ошибки и помочь, пока тот готовит. Первые партии были неудачными, поэтому их пришлось выбросить. Повар на это лишь покачал головой и объяснил, что это не совсем по вкусу Сяо, пока Кадзуха не совершил свою последнюю попытку. Мужчина попробовал и тут же удовлетворенно кивнул. – Ему это понравится. Кадзуха не смог сдержать улыбку. – Иди обработай свои пальцы, – настаивал Улыбчивый Янь Сяо. Странник посмотрел на неглубокие порезы и многочисленные ожоги на своих руках. – Я попрошу кого-нибудь сказать Сяо, что еда готова. К тому времени, как ты вернешься, он должен быть здесь. Кадзуха согласился и ушел залечивать раны. Он тщательно обработал, и, прежде чем тот вернулся обратно, Верр остановила его на пути вниз. Обеспокоенное выражение отразилось на её лице. – Кадзуха, Сяо некоторое время назад исчез наверху. Он выглядел расстроенным. Я пыталась остановить его, чтобы задержать для тебя, но он, казалось, вообще меня не слышал. – И все же он его съел, – Янь Сяо заговорил, когда тот поднимался по лестнице, и Кадзуха расслабился, глядя на пустую тарелку в руке мужчины. – И, похоже, ему понравилось. Он сделал паузу после первого кусочка. – Должно быть, это было действительно вкусно, – хихикнула Верр. – Он сделал тоже самое, когда ты приготовил это блюдо для него в первый раз, Янь. После этого он не стал есть чужие миндальные тофу. Мужчина усмехнулся и вернулся на кухню. – Хотя мне интересно, почему он был так расстроен, – Верр продолжила говорить о Сяо, и беспокойство сразу вернулось на её лицо. – Я могу прийти позже, – Кадзуха заговорил с ней. – Должно быть, он был в плохом настроении перед приемом пищи. На это женщина фыркнула. – Чепуха. Он выглядел нормально, когда спускался, – она ответила, прежде чем сделать паузу. – Как насчет того, чтобы пойти и поговорить с ним? Он живет здесь на... Именно в этот момент из ниоткуда поднялся ветер. Они одновременно обернулись в сторону южной башни, чтобы увидеть смутное очертание человека в открытом небе, что также внезапно исчез из вида. Женщина тяжело вздохнула, и Кадзуха обратил внимание, что солнце уже село. – И он ушел. Мне жаль, Кадзуха. Ты проделал весь этот путь, чтобы... – Все в порядке, – Кадзуха успокоил ее с улыбкой на лице. Он пожелал женщине спокойной ночи. Ее предложение остановиться в гостинице было с благодарностью отклонено, и странник вышел на свежий воздух. Ветер пронесся мимо него и принес с собой запах пепла и агонии на своих волнах. Сяо снова дрался.