Кленовые листья и забытые мелодии.

Остальной путь к Алькору прошел без происшествий. Любой монстр, который попадался им на пути, был убит в ту же минуту. Либо клинком Кадзухи, либо копьем Сяо. Никто не мог устоять перед ними. Любое препятствие для них было детской забавой. Простые порывы их ветров облегчали подъем по каменистым поверхностям, а с помощью планеров они легко добрались до конечной точки. Пара, стоящая бок о бок на песке, смотрела на Алькор в нескольких милях отсюда, что качался в воде. – Нам придется снова перелетать, – объявил в итоге Сяо. Золотые глаза посмотрели на самурая. – Ты сможешь справиться с моим резким ветром? Или сам создашь поток? Кадзуха повернул головой, чтобы встретиться взглядом Якши. На лице Сяо было спокойное выражение, а его рука, лежащая на бедре, застыла в ожидании ответа странника. – Я... В этот раз я буду направлять нас. Золотые глаза расширились в легком удивлении. Сяо внезапно притих, в то время как Кадзуха слегка улыбнулся ему. Мимо них пронесся нежный ветерок. – И хотя я не могу сделать ничего такого, что могла бы Каэдэ, однако... – сказал Кадзуха, сделав паузу после своих слов. Тишина в ответ заставляла немного побеспокоиться. – У тебя все получится, – сказал в итоге Сяо. Его тон был серьезным и немного напряженным, но Кадзуха знал почему. Сама по себе идея была немного рискованной, ведь странник может невзначай потерять сознание, либо же поддаться негативным эмоциям. Сейчас ничего не изменилось. – Тогда, э-э... Кадзуха замолк. В данный момент в его голове было пусто. Мысли, пытающиеся найти объяснение своему решению, не посещали его разум. Сяо же мнимо наблюдал за ним. Этот милый вид думающего странника заставил его легко улыбнуться. – Веди меня, – закатно-красные глаза встретились с золотыми, и Сяо кивнул. – Создай поток ветра, а я его усилю. – В-верно. Его щеки покрылись румянцем, когда удары сердца громко отдавались в ушах. И все же он сделал глубокий вдох, сосредоточиваясь. Все воспоминания пришлось засунуть в маленькую выдуманную коробку, а эмоции подавить, прежде чем призвать ветер. По сравнению с воспоминаниями Каэдэ, ветра Кадзухи были немного небрежными. Не такие свободные, но безусловно нежные. Техника, подсмотренная у прошлых Каэдэ, расширила возможности Кадзухи. И поэтому сейчас ветра поддались его зову. Поток воздушной стихии окружил его тело. Анемо Глаз Бога ярко светился. Сяо расслабился рядом с ним. На его лице было безэмоциональное выражение, когда ветра Якши ворвались, чтобы заполнить пространство, созданное Кадзухой, и они оба прыгнули в воздух. Кадзуха инстинктивно изогнулся всем телом. Поток стихии с легкостью поднял его ввысь, в то время как Сяо просто прыгнул, мгновенно раскрывая свой планер. Якша схватил странника в воздухе, прежде чем Кадзуха успел раскрыть свой собственный планер. Он ахнул от удивления, инстинктивно прижимаясь крепче к Сяо, который лишь хитро улыбнулся. – Я разве не говорил, что мы полетим снова вместе? Кадзуха легко ударил его. В ответ Сяо рассмеялся. Его спокойный голос разносился ветром вокруг них. Это вызвало у него желание целенаправленно выскользнуть из рук Якши и упасть в море. Все, что угодно, лишь бы избавиться от смущения. – Это что, сигнал? В тот момент, когда Сяо заговорил, Кадзуха взглянул в сторону Алькора. Он заметил моряка в вороньем гнезде, что подавал сигнал рукой. Странник поспешил залезть в свой карман. – Не урони меня. Сяо усмехнулся на эти слова. Кадзуха же вытащил листок и сыграл мелодию Каэдэ, которую донёс до моряков ветер. Они повернулись в сторону знакомого звука и тогда подняли шум, подавая эхо-сигналы. Закончив, Кадзуха пустил листок по ветру, а затем усмехнулся, в то время как Сяо выглядел озадаченным. – Ты можешь приземлиться на главной палубе, – заговорил Кадзуха. Сяо кивнул и немного изменил траекторию полета. Их спуск был быстрым, пока Якша не сбросил свой планер и не приземлился. – Святые Ар-... Несколько матросов отступили назад, застигнутые врасплох внезапным падением силуэтов сверху, в то время как остальные практически не обратили внимания, занимаясь своими делами. Кадзуху поставили на ноги. Он поправил свою одежду и поднял голову, обнаруживая, что все на верхней палубе корабля уставились на него выпученными глазами. – С возвращением, Кадзуха, – крикнула ему Бэй Доу. Капитан корабля помахала рукой, когда стала подходить ближе к парням. Взгляд в ее глазах заставил Кадзуху напрячься. Сяо тоже взглянул в ее сторону, чувствуя на себе любопытные глаза матросов. Когда капитан подошла почти вплотную, она стукнула белокурого странника по затылку. – Ай... – Я думала, мы говорили тебе не искать встреч с Якшей-Хранителем, – рявкнула Бэй Доу. На ее лице было написано недовольство. Некоторые из матросов быстро вернулись к своим делам, не желая видеть гнев капитана. В то время как немногие храбрецы продолжали смотреть на это. Сяо просто скрестил руки на груди. – Значит, его предупреждали, что моя работа опасна. Красно-закатные глаза сузились, смотря на Сяо. Приподняв бровь, Бэй Доу посмотрела на странника. Кадзуха отвел взгляд от них обоих. – По крайней мере, ты цел и невредим, – женщина тяжело вздохнула, понимая, что юноше ответить нечем. Скрестив руки на груди, она посмотрела на Якшу. – Надеюсь, он не причинил тебе никаких неприятностей. Кадзуха вздрогнул. Его правая рука сильно дернулась. Красные глаза вновь вернулись к золотым. Его лицо выражало полное спокойствие. – Это я был причиной его проблем, – ответил Сяо. – Появление Кадзухи было неожиданностью, но все, что произошло, было по моей вине. Кадзуха в немом шоке уставился на него. Бэй Доу несколько раз моргнула, пока несколько матросов остановились, чтобы подслушать разговор. – Я... Вроде поняла, – Бэй Доу слегка нахмурилась и взглянула на Кадзуху. Она окинула его пристальным взглядом. – Но ты выглядишь нормально. Так что это благословение. Спасибо, что сопроводил его обратно, Якша. Сяо хмыкнул. Женщина, ожидавшая, что Якша сейчас же покинет их, приподняла бровь, ведь Сяо так и остался стоять на месте. Все это время Кадзуха отчаянно хотел залезть в воронье гнездо и спрятаться от всех взглядов, обращённых на него. – Тебе ещё что-то нужно? – спросила Бэй Доу. – Я могу только предположить, что ты не пойдешь с нами. Всё-таки обязанности... – Я бы хотел поговорить наедине, – перебил ее Сяо. Теперь все взгляды были прикованы к ним. Капитан несколько мгновений молчала, потупив своим единственным глазом. В то время как Кадзуха уставился на Якшу. Он был необычайно спокоен. – Ладно, прошу за мной тогда. В тот момент, когда Бэй Доу направилась к своему кабинету, Сяо схватил Кадзуху за руку и потащил его за ними. Странник споткнулся на первых нескольких шагах, прежде чем толкнул локтем Якшу и в замешательстве уставился на него. – Ся... Хватке стала крепче. Красно-закатные глаза смотрели на спокойное выражение лица человека перед ним. Ветер шумел отовсюду. В нос внезапно ударил запах золы, смешиваясь с ароматом цветов Цинсинь. Кадзуха замолчал. Они в тишине вошли в каюту капитана. Якша закрыл за ними дверь. – Итак... – Ты знаешь о проклятии клана Кадзухи, верно? – спросил Сяо. В комнате воцарилась мертвая тишина. Бэй Доу уставилась на Якшу, оценивая. У Кадзухи немного отвисла челюсть, в то время как Сяо отпустил руку странника, чтобы скрестить их на груди. – Сяо... – начал Кадзуха. – Я знаю о проклятии клана Каэдехара. Да. Якша нахмурился в замешательстве, когда посмотрел на Кадзуху, и самурай уставился на него в шоке и недоверии. – Главы их кланов часто умирали молодыми, – продолжила Бэй Доу, несмотря на конфликт эмоций между ними. – По крайней мере, представители самых новых поколений. Согласно слухам, многие просто исчезали или сбегали из Инадзумы, чтобы уйти к своему любимому человеку. Хотя клан был высокого мнения о своей первой женщине-главе клана. Леди Каэдэ. В ее честь посадили клен, и он стал символом клана Каэдехара. Сяо тяжело вздохнул. Судя по его лицу, он явно был чем-то недоволен. Золотые глаза метнулись к женщине, чтобы заговорить, и тогда Кадзуха обеспокоился. – Так... – Алатус. Сяо замер. Золотые глаза вернулись взглядом к страннику. Красные омуты опасно сузились, в то время как Бэй Доу недоуменно подняла бровь. – Что ты делаешь? – потребовал ответа Кадзуха. – Я думал, что ты захочешь сохранить это в секрете, а теперь... – Ты собираешься отправиться в море, где вокруг только соленая вода, и сейчас собираешься читать мне лекцию о том, что твой клан превратил в простую историю? – Сяо вызывающе приподнял бровь, отвечая страннику. Кадзуха замолчал, а Якша громко выдохнул. – Твоя рука уже повреждена. И я уйду отсюда лишь тогда, когда буду уверен в твоём благополучии, которое для меня очень важно, ведь твоя рука сейчас уязвима для гниения. – Подожди. Ты же сказал, что с ним все в порядке, – заговорила Бэй Доу с ноткой угрозы в голосе, заставившая Кадзуху вздрогнуть. – И что ты подразумеваешь под гнилью? Что случилось с Кадзухой? Самурай судорожно сглотнул. Он случайно бросил взгляд на своего капитана, чтобы увидеть угрозу в ее глазу. При виде этого стыла кровь в жилах. Ее рука была в таком положении, будто сейчас появится оружие. Все это время Сяо спокойно стоял рядом с ним, ожидая чего-то. На несколько мгновений в воздухе повисло напряжение. Электричество почти затрещало вокруг женщины, прежде чем Кадзуха решил действовать. Он осторожно развязал бинты на своей руке. Бэй Доу замерла, глядя на разломанный узор на теперь открытой деревянной ладони. – Проклятие этого клана на самом деле является проклятием Каэдэ, – заговорил наконец Сяо. – Во время войны архонтов Каэдэ пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти меня. Он повернулся спиной к Селестии, разозлив их этим. Они превратили его в клен. Пока я сражался, чтобы защитить древо, на меня повлиял другой Бог. Бэй Доу шагнула вперед. Ее пальцы осторожно взяли руку Кадзухи. Подушечки пальцев задели грубую текстуру и остановились на затвердевшем соке на его ладони. Брови нахмурились. – В ответ Селестия отпустила Каэдэ. Но под проклятием. Он обязан перевоплощаться и искать меня, чтобы вернуться на мою сторону. С тех пор, как своими последними словами он произнёс признание мне в любви. Капитан застыла на месте, пристально смотря на спокойного и серьезного Якшу. – Однако, враги, которых мы нажили во время войны Архонтов, и проклятые, с которыми я сражаюсь ежедневно, не избавились от своего желания отомстить, – продолжил Сяо. – Они делали все, что могли, чтобы убить каждую из его реинкарнаций с тех пор, как третья встала на их пути. Вот почему у клана была проблема с тем, что их наследники умирали молодыми. Хотя выбора у них было немного. С тех пор, как леди Каэдэ, как ты ее назвала, заняла должность главы, они были осведомлены о нашей связи. Или, по крайней мере, о наших отношениях. Остальные, нашедшие путь назад или просто сбежавшие, поставили их в трудное положение. Однако они все погибли по моей вине. Я не смог защитить ни одного из них. Селестия мне этого не позволит. Бэй Доу, казалось, выпала из реальности, однако она не переставала держать руку Кадзухи в своих пальцах, а ее единственный рубиновый глаз смотрел на Якшу шокированным и потрясенным взглядом. Только когда кто-то что-то уронил на главной палубе, она прерывисто вздохнула. – Его рука?... – Часть проклятия. Каэдэ проломил ствол своего клена, чтобы перевоплотиться в женщину. Его правая рука сохранила первоначальное наказание Селестии, – объяснил Сяо. – Любая реинкарнация, которая касалась клена, страдала от того же недуга. Женщина отпустила руку Кадзухи. На ее лице была целая смесь эмоций. Она торопливо подошла к сервизу, чтобы схватить первую попавшуюся бутылку алкоголя. Вырвав пробку зубами, она сплюнула её на пол. Юноши спокойно наблюдали, как бутылку опрокинули назад. Когда всего одним залпом не стало половины, она со стуком поставила её на стол. Тяжелый вздох сорвался с ее губ. – В этом, черт возьми, гораздо больше смысла, – женщина что-то проворчала, недовольная этим откровением. – Однако, если вы должны быть вместе, тогда почему ты просто не отказался от этой поездки? Кадзуха судорожно сглотнул и опустился на колени, чтобы поднять свои бинты. – Воспоминания Каэдэ путаются у меня в голове, – спокойно объяснил Кадзуха. – Мы решили отделиться друг от друга на время. – Воспоминания? – Я бы предпочел, чтобы у Кадзухи была свобода мысли, – добавил Сяо, явно игнорируя замешательство капитана. – Его жизнь принадлежит ему самому. Он Каэдэ по духу, но он не тот человек, который умер, чтобы спасти мою жизнь. Женщина посмотрела на бутылку, которую все еще держала в руке, и вздохнула. Слишком много информации, которую нужно ещё обработать. – Так какое отношение ко всему этому имеет пресная вода? – в итоге решила спросить она. Кадзуха поднял правую руку. Сяо указал взглядом на ладонь странника. – Тебе действительно нужно это поливать? – вопросов становилось ещё больше. – Как комнатное растение? – Она привязана к нему, и ей нужна вода, как и любому другому растению. Иначе ладонь начнет гнить, и... – Поняла. Пресная вода, – Бэй Доу прервала его. – Итак, кто это сделал с ним? Она кивнула на покрытую паутиной трещину на его ладони. – Этот человек мёртв? Снова потрескивало электричество. – Он будет убит в ту же секунду, когда я снова его увижу, – ответил Сяо. Женщина расслабилась. Пальцы отпустили бутылку. – Есть ещё что-то, что мне нужно знать? – Воспоминания Каэдэ будут продолжаться некоторое время после того, как я его покину. Кадзуха может случайно заснуть в любом месте. – Оставайся тогда в вороньем гнезде, – Бэй Доу немедленно отдала приказ. – Не спускайся вниз, если тебе хочется спать. Кадзуха кивнул. – Через некоторое время он будет в порядке, – наконец закончил Сяо. Женщина тяжело вздохнула. – И я полагаю, ты будешь ждать, когда мы вернемся с Кадзухой? – Когда он сам захочет вернуться ко мне, – женщина удивленно моргнула, а якша все также оставался спокойным. – Как я уже сказал, жизнь Кадзухи - это его собственная жизнь. Я могу ждать столетия. – А... Ладно, – женщина поднялась из-за стола. – Мы будем охранять его, что и делали всегда. Сяо кивнул, и женщина направилась к ним. – А теперь, если вы меня извините, я должна убедиться, что все припасы в порядке. Не сказав больше ни слова, Бэй Доу ушла, закрыв за собой дверь. Последовало молчание. Кадзуха посмотрел на свою руку и потянулся, чтобы завернуть ее обратно в бинты. – Я только хотел, чтобы она знала. Красно-закатные глаза поднялись, чтобы встретиться с золотыми. – Ты держал это в секрете раньше, и гниль начала развиваться дальше, – сказал Сяо, нахмурив брови. – Я просто хотел, чтобы у тебя был кто-то, кто мог бы помочь сохранить это в секрете. Так что на этот раз об этом можно позаботиться должным образом. Я не хотел... Забинтованная рука потянулась вперед и легла на плечо Якши. – Все в порядке, – заговорил Кадзуха. Сяо немного расслабился. – Я думал, ты хочешь сохранить это в секрете. Так что... – Каэдэ не смогла сохранить наши отношения в секрете, – Сяо выглядел невозмутимым. Этот забавный вид заставил Кадзуху усмехнуться. – Она любила меня слишком сильно, чтобы заботиться о том, что думают другие, поэтому без колебаний сообщила об этом всем. Она набрасывалась на меня при каждом удобном случае даже в присутствии других людей. Каэдэ была слишком счастлива, узнав, что я люблю её в ответ, из-за этого она выражала свои чувства открыто. От того, как Сяо говорил это с раздраженной улыбкой на лице, у Кадзухи защемило в груди. Он явно раздражен этим фактом, но слишком влюблен, чтобы злиться по-настоящему на Каэдэ. В его золотых глазах теплилась любовь к этим воспоминаниям, и из-за этого Кадзухе стало больно. – Однако я приношу свои извинения, если мое решение принесло тебе проблем, – Кадзуха в замешательстве поднял бровь, когда Сяо взглядом указал на дверь. – Твои товарищи выглядели удивленными. – Ах... – Кадзуха потер затылок. – Я просто рассказал им о той ночи, когда мы встретились. Они советовали мне не искать тебя. Поэтому, думаю, меньше всего они ожидали, что мы появимся вот так здесь вдвоем. Сяо уставился на него, нахмурившись от услышанной информации. – Понимаю. Тогда... Неожиданно руки в перчатках обвились вокруг юношеской талии. Его пальцы впились в ткань сзади. У странника вырвался вздох, и Якша положил подбородок на плечо Кадзухи. – Береги себя. Голос Сяо был тихим и спокойным, но будто умоляющий. Пальцы разжались, и он отступил назад. Кадзуха ещё несколько мгновений потупил взглядом на спокойное лицо Сяо, прежде чем ответил. – Я... постараюсь, – неуверенно сказал странник. Когда Якша сделал шаг к двери, Кадзуха вздрогнул. – Подожди. Сяо замер. Золотые глаза посмотрели на него в замешательстве. Приподняв бровь, Кадзуха потянулся к петле на поясе. Звон от украшений эхом разнесся по комнате. Золотые глаза расширились в удивлении. Сяо уставился на него, когда Кадзуха протянул амулет с кленовым листом, который висел обычно у него на бедре. – Кадз... – Я бы хотел, чтобы ты спал, чем ждал на том утесе меня как Каэдэ, –самурай протянул руку, чтобы взять чужую и вложить амулет ему в ладонь. – Это немного, но все же лучше что-то, чем ничего. Сейчас у меня нет с собой оберега, как мы делаем в Инадзуме, однако возьми хотя бы это. Пальцы Сяо сжались вокруг предмета. Золотые глаза уставились на него в оцепенении. Между ними воцарилось молчание. Якша начал разглядывать амулет с потрясенным выражением на лице. Затем он поднял левую руку. Пальцы ухватились за декоративную петлю на конце рукава с замысловатым рисунком. Сяо умело развязал нефритовую петлю, упиравшуюся в нее, и прикрепил вместо нее амулет Кадзухи. Красный кленовый лист слегка зазвенел, когда он опустил руку. Мягкая улыбка появилась на лице Сяо, когда он протянул Кадзухе нефритовую петлю. Странник слегка улыбнулся в ответ и принял его. Веревку, на которой держалось украшение, завязали на том месте, где раньше был его амулет. – Береги себя, – снова заговорил Сяо. – Ты тоже.

***

Итэр выглядел безумно очарованным видами, находясь на Алькоре. Это заставило Кадзуху слегка хихикнуть. Медовые глаза путешественника были широко раскрыты, пока он головой мотал во все стороны, чтобы оглядеть палубу, в то время как Кадзуха наблюдал за ним сверху. Паймон была удивлена не меньше. Они посмотрели вверх и заметили знакомую фигуру. Ветер развевал его светлые пряди и конец шарфа. А на лице странника была легкая улыбка. Итэр остановился и начал рассматривать Кадзуху. Кажется, его улыбка все же дрогнула, раз путешественник смотрит на него с беспокойством во взгляде. Он хотел заговорить с гостями корабля, но внезапно раздался крик Бэй Доу, что отдала приказ изменить курс. Красно-закатные глаза метнулись к капитану, почувствовав на себе ее пристальный взгляд, и тогда она мотнула головой в сторону вороньего гнезда. Без дальнейших подсказок Кадзуха поднялся с места. Ветра вокруг его ног закружились и подбросили его вверх. Это был такой резкий прыжок, что у его товарищей по команде перехватило дыхание. Итэр удивленно уставился на него, в то время как Паймон в испуге пискнула. Их голоса остались позади, когда Кадзуха с лёгкостью приземлился на мачту и шагнул в воронье гнездо. Он начал осматривать окрестности свысока, и его взгляд остановился на фигуре вдалеке, одиноко стоящей на песках Каменного леса Гуюнь и смотрящей на отбывающий корабль. У него кольнуло в груди. Он потянулся рукой вверх, чтобы сжать одежду в области сердца. Другая его рука легла на нефритовую петлю на поясе, теребя украшение пальцами. “Назови мое имя”. Зубы сильно впились в нижнюю губу. У него сдавило горло. Это было так просто... На одном дыхании. Одно слово. Один выбор. Эти мысли заставили Кадзуху рухнуть в воронье гнездо, положив голову на деревянную огородку. Взгляд сфокусировался на небе и облаках, которые плыли по нему. Он действительно оставлял Сяо позади… В груди нещадно болело. С его губ сорвался вздох боли. Глаза начинали слезиться. Пальцы вцепились в ткань штанов. Боль пронзила его тело насквозь, заставляя услышать чьи-то крики, полные страданий, а затем и рыдания. Теперь закололо и сердце. – Алатус... Каэдэ… Красно-закатные глаза раскрылись. Странник тяжело дышал, пока на лбу выступил пот. Он потянулся дрожащей рукой, чтобы вытереть появившиеся капли. Чужая боль и печаль все еще пульсировали в его теле. Душераздирающие рыдания эхом отдавались в голове. Она... она плакала. В тот момент, когда она села на этот корабль и исчезла из поля зрения Сяо... она заплакала. – А-Алатус... Пальцы крепче вцепились в одежду. – Я вернусь к нему раньше... Он не будет страдать так долго. Ему ничего не ответили. Боль не становилась ни лучше, ни хуже. Она просто поселилась у него в груди, зарываясь поглубже. Кадзуха обхватил себя руками, пристально смотря в небо, пока никто не видит из экипажа его здесь. Это был как кошмар наяву, в котором нужно разобраться во всех этих эмоциях и чувствах. Кадзуха просто знал это. – Давай, Кадзуха! Странник медленно встал. Красные глаза посмотрели вниз, чтобы увидеть какого-то мужчину, что махал ему рукой. Это был хорошо знакомый ему жест рукой. На лице самурая появилась лёгкая улыбка. Он рукой нырнул в юкату, чтобы достать оттуда лист, поднести его к губам и заиграть мелодию. Каждую ноту разносил ветер. Песня заставила всех улыбаться и расслабиться во время работы. В то время как Итэр и Паймон удивленно уставились на него. Простое желание, унесенное ветром. И надежда, что он тоже это слышит.

***

Сяо спокойно стоял на берегу Каменного леса Гуюнь. Золотые глаза сфокусировались на удаляющийся Алькор, что вскоре превратился в маленькую точку, незаметно исчезнувшую на горизонте. Матросы активно налегали на вёсла и их голоса совсем скоро затихли. Каэдэ снова ушёл. Тяжёлый вздох вырвался из его груди. Пальцы с силой сжались в кулаки. И снова он вынужден ждать. Внезапно к вороньему гнезду подлетела какая-то фигура. Прошло несколько мгновений, прежде чем Сяо услышал это. Мягкий звук, едва донесенный до него ветром, что заставил зазвенеть амулет в виде кленового листа на рукаве, и тогда на его лице появилась улыбка. Песня Каэдэ. Их песня.