Кленовые листья и забытые мелодии.

И хотя они путешествовали совсем небольшой промежуток времени, Томо все равно не мог не заметить этого. – Кадзуха… Ты… – закатно-красные глаза поднялись с костра на товарища рядом, наклонив слегка голову. – Когда... появились те монстры, ты... Кадзуха тут же снова посмотрел на костёр, где жарилась их пойманная рыба. Он крепче сжал шампур, на которой был улов. Сяо устроился на камне недалеко от их лагеря на ночь. Тама крепко спала на коленях у Томо и не замечала повисшее в воздухе напряжение. – Я приношу свои извинения, – тихо ответил Кадзуха, опуская голову в легком поклоне. – И... – Перестань. Закатно-красные глаза посмотрели на Томо и заметили его неодобрительный взгляд. Он указал на Кадзуху и его извинительный поклон. – Но... – Ты больше не в клане и не на публике, а посреди леса, и здесь только я, – заговорил Томо, слегка нахмурившись. – Ты не обязан кланяться, выказывать мне уважение или следовать традициям клана. Кадзуха почувствовал себя виновато. Он положил руки на колени, сжав в кулаки. Томо мог заметить, как в алых глазах все ещё оставалась боль. – Но я... – Мы друзья, не так ли? – Томо слабо улыбнулся. – Ты помнишь, что произошло уже после той аварии? – неуверенно спросил он. – Я задал тебе вопрос: чем ты хочешь заниматься, и ты ответил, что хочешь исследовать мир. Так что мы сбегали оттуда каждый день, и- – Аято был близок к тому, чтобы поймать нас, – Кадзуха усмехнулся, перебив своего товарища. – Ты каждый раз паниковал. – Конечно! Я не хотел, чтобы нас наказали! Он управляет группировкой ниндзя, Кадзуха. Ниндзя! Он прикрыл улыбку рукой, слушая слова Томо. – Порой я думаю, что лучше бы он нас поймал, – тихо признался Кадзуха. Искра минутного веселья в его глазах погасла из-за чувства вины. Томо заметил это, отчего сразу забеспокоился. – Кадзуха? Названный потянулся рукой к боку, чтобы вытащить меч из-за пояса. Выставленный перед ним клинок заставил Томо забеспокоиться еще больше. – Мне стыдно это признавать, но я не умею владеть клинком. Даже спустя столько времени. Томо помрачнел, потому что ему хотелось жутко злиться. Взгляд Кадзухи был сосредоточен на оружии, лежащем перед ним, поэтому он не заметил, как сильно нахмурился и напрягся его спутник. Лишь когда тот прикрыл глаза, Кадзуха взглянул на него и совсем слабо улыбнулся. Томо потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя и открыть глаза, бросая на Кадзуху уже обеспокоенный взгляд. – Тебя никогда не учили? – осторожно спросил он. – Обычно глава клана должен знать, как обращаться с клинком. Наверняка тебя должны были приглашать на тренировочные дуэли. Кадзуха покачал головой, опустил взгляд и вцепился руками в ткань. – Нет. Меня не обучали владению клинком и не приглашали на дуэли с другими главами кланов. Старейшины настаивали на том, что мне не нужно это, и вместо этого заставляли меня заниматься бумагами. Поэтому, к сожалению, я должен признать, что не знаю, как держать правильно оружие в руках. В прошлом я один раз сбежал с занятия, чтобы понаблюдать за тренировкой самураев клана Каэдэхара, но меня быстро нашли и затащили обратно в кабинет. Больше у меня не было возможностей видеть бой. Сяо сильно нахмурился, как и Томо, что выглядел разозленным, но пытался скрыть это. – Значит, у тебя нет опыта? – Верно... Повисла напряженная тишина. Кадзуха потянулся рукой, чтобы перевернуть готовящуюся рыбу над огнем. Клинок все еще лежал на земле перед ним, и Томо не сводил с него глаз. – А ты бы хотел научиться? Рука Кадзухи замерла в воздухе. Взгляд метнулся к Томо и расширился в удивлении, видя, как его друг серьёзен. Однако он быстро отвёл взгляд в сторону, прикусив внутреннюю губу по привычке. – Я не хочу причинять неудобств, – его ответ заставил Томо сжать кулаки. – Однако, боюсь, что, не имея за плечами никакого опыта, я в любом случае буду лишь помехой. – Да или нет? Кадзуха слегка нахмурился. – Я бы не... – Да или нет? – Я просто... – Да или нет? Кадзуха сжал пальцы. – Но я... – Да или нет? Настойчивость Томо начинала раздражать даже вечно спокойного бывшего главу своего клана. Однако он пытался сдерживать эти эмоции. – Том... – Да или н... – Да! – он крикнул, сорвавшись. – Я хочу научиться! Кадзуха вздрогнул, когда, казалось, осознал, как себя ведет, и Томо заметил это. – Кадзу... Кадзуха отвернулся от своего спутника и сгорбился, прикрыв глаза от страха. Из-за этого он выглядел намного меньше, чем был на самом деле. И Томо, и Сяо заволновались, смотря на робкого и испуганного парня, которым тот стал за пару мгновений. Здесь напрашивался всего один вывод. Старейшины причинили ему много боли, даже после потери памяти. Они все еще избивали его. Они все еще использовали страх и боль в качестве наказания и средств контроля над ним, заставляя его быть тем, кем они хотели его видеть. Но тот свободолюбивый, добрый и любопытный мальчик, которому Томо показал свободу, все еще был жив, скрываясь под страхом, болью и неуверенностью. И Томо, и Сяо были в ярости от открывшейся правды. Томо тут же поднялся и обошел костер, опускаясь на колени рядом с Кадзухой. Он мягко положил руки на плечи юноши, что вздрогнул от прикосновения. Было ясно, что эта реакция тела говорила о большом причинении боли, однако Томо заключил его в объятия. Он крепко, но несильно держал это хрупкое тело в своих руках, пока Кадзуха не расслабился, но все ещё был в недоумении, судя по выражению лица. Томо пришлось немного отстраниться, чтобы увидеть это и улыбнуться парню. – Почему у тебя такой недоверяющий вид? Я не кусаюсь, – он усмехнулся. – Я могу научить тебя, как овладеть клинком. Вообще без проблем. В свое время я встречался с несколькими членами клана Каэдэхара. Так что кое-что помню. Не все, конечно, но достаточно, чтобы ты мог пользоваться приемами твоего собственного клана. Хотя это не будет идеально. Медленно, но Кадзуха наконец расслабился и лицом, чье выражение смягчилось, а страх и боль в его взгляде исчезли. Он тяжёл выдохнул, но кивнул и нерешительно обнял друга в ответ, уткнувшись носом в красную чужую ткань. – Я... Я бы этого хотел... – тон Кадзухи был слегка напряженным и осторожным. Но Томо принял это как хороший знак. – Пожалуйста… – Конечно, принцесса. Томо прижал его еще крепче. Он стал поглаживать светлые локоны, чтобы подарить чувство безопасности и комфорта. Пока не раздалось раздраженное и сердитое мяуканье. Оба странника замерли и, обернувшись, увидели раздраженную Таму по другую сторону костра. Шерсть была грязной, а уши прижаты к голове. Очевидно, та винила людей. Томо напрягся и отпустил Кадзуху. – Тама! Мне так жаль, моя девочка! Я не хотел... В тот момент, когда он подбежал и попытался поднять ее, она ударила его лапой и зашипела. И тут Томо вспомнил, что она была у него на коленях, и практически швырнул ее на землю, когда резко встал ранее. Кадзуха спокойно наблюдал за происходящим. Закатно-красные глаза моргнули при этой небольшой ссоре между спутниками. Ему хотелось помочь. – Тама. Кошка повернулась к Кадзухе, готовая зашипеть и выразить ему свое негодование, пока она не заметила рыбу в руке Кадзухи, что тот протянул ей с извиняющейся улыбкой на лице. – Это была моя вина. Я приношу свои извинения. Я уберу грязь с твоей шерсти, если ты мне позволишь. – Кадзуха... – Томо хотел предостеречь, однако... Когда Тама расслабилась и приняла подношение, он замолчал. Его взгляд метнулся к единственной рыбе, оставшейся в костре, и тот нахмурился. Сяо спокойно наблюдал, как Кадзуха отказался от своего ужина ради разъяренной кошки, и легко справился с ситуацией. Тама вскоре оказалась на коленях у Кадзухи и замурлыкала, когда новый странник нежно провел пальцами по ее шерсти и стряхнул грязь. Кошка мгновенно уснула, а Томо лишь наблюдал за ними. – Кадзуха... – Ешь, пока не подгорело, – настаивал бывший глава клана. – Ты усердно трудился, чтобы поймать рыбу для нас. Так что поешь. – Но… – Со мной все будет в порядке. Томо и Сяо одновременно нахмурились. Значит, они также лишали его еды, все равно относясь по-прежнему плохо к этому мальчику. Старейшины ни в малейшей степени не смягчили свой подход к Кадзухе из-за того, что он потерял память. Они напротив изо всех сил старались держать его под контролем, под каблуком, отгораживая от “прошлой” жизни. Скорее всего, опасаясь, что воспоминания могут вернутся. Ничего не подозревающий Кадзуха даже не мог узнать правды. Как минимум о своей покойной матери и ее причине смерти. Раздался щелчок. Сяо вышел из мыслей и увидел, что шампур, на котором была нанизана рыба, находится в руках Томо и разломан пополам. Одну из половинок тот протянул Кадзухе, что выглядел потрясенно. – Это... – Ешь, – Томо протянул одну из палок парню. – Я поймал ее для нас обоих. Ты тоже должен поесть. Неуверенно, но Кадзуха все-таки принял угощение, забрав палку у Томо, который улыбнулся ему и вернулся на свое прежнее место, чтобы приняться за еду. Кадзуха уставился на приготовленную рыбу, как будто она могла заговорить и дать ему ответы, которые он искал, прежде чем он взглянул на Томо и сдался. Он сделал первый укус в приготовленное мясо и расслабился. В то время как Томо вздохнул с облегчением и шире улыбнулся более спокойному поведению Кадзухи и чуть более открытому выражению его лица. Настоящий Кадзуха еще не был убит его же кланом. Он все еще был там, и Томо начал срывать маску, которую навязали Кадзухе. Просто ему потребуется больше времени, чтобы вернуть этого невинного мальчика обратно.

***

Когда он проснулся, уже было темно. Небо было черным как смоль, и бесчисленные звезды рассыпались по ночному небосводу. Нежный и успокаивающий ветерок витал по округе. Мимо пронеслись легкие ноты, и золотые глаза сонно заморгали. Он потянулся рукой, чтобы потереть глаза. В следующий момент в поле его зрения появился Венти и одарил улыбкой. Тихая музыка внезапно исчезла, и ветер слегка стих. Архонт посмотрел на него сверху вниз с сочувствием и облегчением, когда Сяо осознал, что лежит на коленях у барда. – Добрый вечер, – поддразнил Венти, когда адепт медленно сел и снова потер глаза. – Как твое сновидение? Сяо фыркнул. Мышцы свело судорогой, когда он осторожно потянулся, и поморщился, когда те заныли. Голоса в его голове не давали покоя. Без сомнения, требующие бойни. И все же на этот раз он смог не обращать на них внимания, а концентрируясь на обстановке вокруг. Они были в незнакомом номере, который, видимо, снял Венти. – Ну... Вывело меня, – тихо признался Сяо. Венти моргнул, глядя на него, явно сбитый с толку. – Ась? Но я думал... – Кадзуха видел глазами Каэдэ в тех воспоминаниях, которые ему снились. У меня нет никакой точки зрения на его воспоминания, – стал объяснять Сяо. – Я не более чем сторонний наблюдатель, который не может ни с кем взаимодействовать и быть услышанным. Я должен сидеть и смотреть. – Сяо... – Они все еще причиняли ему боль... – его руки сжались в кулаки. – Лишенный воспоминаний, он стал лёгкой мишенью для этих ублюдков, что оскорбляли и издевались над ним. Он выглядел таким испуганным... Венти притянул его в свои объятия. Мягкий ветер обвивался около них, пытаясь смягчить его агонию. Сяо стал расслабляться, тяжело выдыхая. – Он, наверное, сейчас тоже напуган. – Мы этого не знаем, – ответил Венти. – Он звал меня. Он был в панике. Он кричал. Я... – Горо найдет его. – Я хочу найти его, – выпалил Сяо. – Мне нужно убедиться, что он в безопасности... – А хочет ли этого Кадзуха? Сяо замер, уставившись на архонта, у которого на лице было противоречивое выражение. – Ты тот, кто буквально сказал мне, что... – Я знаю, что я сказал, – выдохнул Венти, нахмурившись. – Я знаю, ты хочешь, чтобы он снова был рядом с тобой. И это лучший вариант для вас обоих, и я также знаю, что там, где он находится сейчас – небезопасно, но... Бард замолчал. Сяо забеспокоился. – Барба... – Да, не я раздавал вам Глаза Бога, но я по-прежнему несу за вас ответственность. Вы все мои дети в той или иной форме, и мой долг не только защищать вас, но и направлять и уважать ваши желания. Я слышу все ваши молитвы и... – Что ты пытаешься сказать? – спросил Сяо. Его голос дрогнул. – Ты хотел, чтобы он вернулся сюда так же сильно, как и я, а теперь… Что случилось? Венти не дрогнул от требовательного тона Якши. Он просто уставился на него, а затем перевел взгляд на звезды. Сяо нерешительно проследил за его взглядом и остановился на своем собственном созвездии. Феникс, поднявшийся к небесам, и Венти неуверенно вздохнул. Указательный палец показал на хвост созвездия Сяо и последнюю звезду в его формировании. – Вот звезда, – тихо произнес Венти, двигая рукой и прослеживая за россыпью звезд, создавая символ, которого Сяо раньше не замечал. – А вот его созвездие. Оно имело форму кленового листа. И все же звезда, соединявшая их, мягко светилась. Не так ярко, как другие, и там, где она заканчивалась в созвездии Сяо, то начиналась в созвездии Кадзухи. – Там, где заканчиваешься ты, начинается он, – тихо произнес Венти, опуская руку. – Без этой звезды ни один из вас не будет полноценным. – Венти. Архонт тяжело вздохнул. На его лице было разочарованное выражение. Как будто правда причиняла боль даже ему. Слова комом застряли у него в горле. – Я обещал защищать его, и я это сделаю. Я скорее умру, чем позволю, чтобы его убили под моей клятвой, – пообещал Венти. – Он гораздо важнее, чем немногие понимают, и он заслуживает того, чтобы вернуться домой. Я просто не уверен, что он осознает, что делает с собой, но я не могу его не поддержать. Не в его нынешнем состоянии. – Вен... – снова начал Сяо, но его перебили. – Я оберегаю его от невзгод, чтобы он мог отдохнуть сейчас, – признался Венти. – Я не могу ясно его видеть. Он слишком далеко, и Райдэн загораживает мне обзор своим штормом, но прямо сейчас ничто не может причинить ему вреда. Однако моя защита не будет длиться вечно, но достаточно, чтобы он проснулся. Ведь Кадзуха отказывается сдаваться и полон решимости следовать своему пути, и... Я должен поддержать его. Он сделал то, о чем никто и подумать не мог, учитывая его прошлое и... – Венти. Архонт поднял голову, встречаясь взглядом с требовательными золотыми глазами, и вздохнул. – Селестия отрезала его от Глаза Бога. Сердце Сяо остановилось, глаза расширились, а руки задрожали. Страх пронесся по его всему его телу, и голоса в голове завизжали, а сердце вмиг бешено заколотилось. Венти выдержал его взгляд и не дрогнул. – Но это означает... – Он в безопасности, – повторил Венти. – Его найдут или он сам благополучно доберется обратно. Я обещаю. – Но ты сказал... – начал Сяо, паникуя. – Я знаю, что сказал. И извини, что был резок с тобой. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив, – Венти вздохнул, посмотрев на ночное небо. – Ты и так достаточно долго страдал, отдав гораздо больше, чем кто-либо когда-либо должен был пожертвовать, чтобы, наконец, снова увидеть свою любовь, но я также должен принимать во внимание его собственные чувства. Его надежды, мечты и то, чего он хочет. И он послал мне молитву, которую я не могу проигнорировать. Отчаянная, разбивающая сердце мольба, к которой я не могу повернуться спиной. Как бы тебе ни было больно и как бы это ни противоречило моим собственным чувствам. Он заслуживает собственного решения в отношении своих желаний. Сяо сильно нахмурился, закрыв глаза. Он сжал руки в кулаки, пока запах пепла медленно окружал его. До того момента, пока ветер не унес его куда подальше. – О чем он тебя просил? – тихо сказал Сяо. – Я знаю, архонты держат молитвы своих подопечных в секрете, но... Бард мягко взял руку Якши в свою, чтобы привлечь внимание и мягко улыбнуться ему. – Ты имеешь полное право знать, – тихо произнес Венти. – Он - твоя судьба, и я бы не отказал в такой просьбе. Ты заслуживаешь того, чтобы знать о его борьбе и его мольбах. Выдохни. Сяо прерывисто выдохнул, на время забыв о воздухе как таковом. – В общем...

***

Он тяжело дышал, пока капли крови падали на землю. Ветер не был мил с ним, неистово ревя. Звезды только начинают появляться на темнеющем небе и погружают окрестности в темноту. Ночное небо было безмятежным по сравнению с хаосом вокруг одинокого странника. Он закашлялся и кровь снова брызнула на землю. Меч со звоном упал вниз, после чего появились противные смешки и глухие звуки шагов за пределами его защитного барьера – единственной надежды на выживание. Пока монстры просто продолжали прибывать. Казалось бы, из ниоткуда. Явно проделки убитого божества здесь. Он тяжело вздохнул, пока в груди неистово болело. Руки ослабли. Тело дрожит, сознание еле держится. И все же он пытался оставаться сильным, стараясь не ухудшить свое состояние вместе со сломанной лодыжкой. Пришлось сосредоточиться на стоящей перед ним угрозе, эмоциях внутри себя и позитивных мыслях. Несмотря на безумную усталость, дождь и наказание Селестии. Он отказывался сдаваться. Отказывался падать. Большое содержание стихии электро в воздухе сильно затрудняло дыхание. Пот также скатывался по лицу, смешиваясь вместе с кровью, пока он медленно шел вперед, игнорируя все признаки скорой потери сознания. Он едва преодолел половину ущелья, ведь более быстрый путь обратно был засыпан камнями. Поэтому единственным выходом было идти в другом направлении. Бинты на правой руке пропитались кровью, а когда он потянулся левой рукой, чтобы вытереть щеку, где был порез, то и другая ладонь теперь была в крови. Он опустил голову, зажмурив глаза и морщась от неприятного жжения. Кадзуха был на пределе своих возможностей. Уровень энергии был опасно низок, а тело слишком измучено, чтобы пошевелить хоть одним мускулом. Поток вокруг него был благословением и помехой, поскольку он спасал его от смерти, но в то же время забирал жизненные, так необходимые силы. Порывы воздуха порой могли оставить еще несколько царапин на итак израненном теле. Кадзуха дернулся назад, чтобы избежать близкого контакта. Это вызвало новую волну боли по всему телу, но недостаточную, чтобы заставить его упасть от бессилия. Он пока не очень хорошо мог это контролировать. Это было похоже на то время, когда он только получил свой Глаз Бога. Его контроль был неуверенным и неуклюжим. Поэтому пришлось каждый день тренироваться. Однако сейчас на приручении этой стихии времени нет, хотя он очень старался держать ее в узде, чтобы направить поток ветра на себя для барьера. Нельзя было сомневаться, ведь одно неверное движение может стать для него последним. Обуздать неизведанную силу у него вышло еле как, принуждая себя терпеть еще больше боли, ведь на концентрацию ушло довольно много сил, как и на то, чтобы оставаться в вертикальном положении. И все на одной силе воли. Темнота медленно сгущалась вокруг, и единственным источником света являлась река, заряженная электричеством. Та понятное дело была смертельно опасной, что хватит одной секунды, чтобы умереть в воде. Разряд в воздухе высасывает силы из каждого живого существа. Однако пока поток ветра окружал его, он был в безопасности... Частично. В противном случае он, скорее всего, потерял бы сознание несколько часов назад и погиб. Хотя и прямо сейчас Кадзуха был на грани всего этого, изо всех сил пытаясь сохранить контроль над ветром и стараясь не заснуть. Если бы он смог удержать поток во сне, это было бы чудом, но, учитывая обстоятельства, это было невозможно. Скорее всего, он просто умрет во сне. Без этого барьера электрическая энергия могла истощить его силы по мере того, как он восполнял их. Его также могли растерзать здешние монстры, либо просто задохнуться от концентрации ауры поверженного бога. Способов погибнуть было предостаточно. Кадзуха был словно на развилке, где каждый выбор кончается одним вариантом событий, но с разной болью в итоге. У него вырвался тяжелый вздох. Пальцы впились в ткань пропитанной разной жидкостью одежды. Стук сердца отдавался у него в ушах. Он должен был пройти через это. Обязан выбраться из этого живым. Не призывая Сяо и не сдаваясь. Ему просто нужен небольшой отдых- Кадзуха замер, удивленно смотря перед собой, когда его посетила идея. Этого могло помочь. – Лорд Барбатос... Он прикрыл глаза в надежде, что его услышат. Анемо архонт всегда помогал ему. Даже божество его родины никогда не откликалось на молитвы поданных. Сейчас он мог только надеяться, что у него все еще есть связь с Богом ветра, ведь его Глаз Бога потух… Без сомнения, таково было первоначальное намерение Селестии. – Л-лорд Барбатос… Я просил от тебя слишком многого всегда. Однажды ты спас меня от смерти. От моего собственного архонта… И я по глупости вернулся. Я... Мне жаль, что твоя тяжелая работа пропала даром… Все вокруг меня знают, что я сделал неправильный выбор. Я... В-вероятно, так и есть, но... У него перехватило дыхание, пока из уставших глаз стали течь слезы. – После всего, что Томо с-сделал для меня... После того, как я потерял себя из-за его любви и обрел свободу, которую ты желал для меня… Я... Я не могу уйти вот так. Я н-не могу позволить пропасть его жертве. Он подарил мне свободу и желал освободить всю нацию. Я... я должен победить ради него, ради всех. Мне нужно закончить начатое моим дорогим человеком. П-потому что... Трясущимися пальцами он потер лицо. – Потому что я н-не смог бы простить себя, если бы просто вернулся. Я не мог вернуться к нему, зная, что люди умирают, и я мог попробовать остановить это... Я... Я не могу попрощаться с Томо вот так... Поток вокруг него смягчился по мере того, как его гнев уходит на второй план, а горе вышло на первый. – Я… Ведь так и не смог толком попрощаться с ним, как и не смог предотвратить его смерть. Он... Слезы непрестанно катились внизу по лицу, пока Кадзуха пытался стереть соленые дорожки дрожащими руками, размазывая грязь и кровь по своей коже. – Я... Я н-не имею права просить, но... Пожалуйста... Пожалуйста, подари мне защиту и позволь отдохнуть, – взмолился Кадзуха с опущенной головой. – Я выберусь отсюда завтра, мне просто нужно немного отдыха… Пожалуйста, Лорд Барбатос… Мягкий ветерок обвился вокруг него, слабо коснувшись его щеки, словно погладив. Затем он взмыл вверх и создал вокруг юноши защитный круг, что рухнул вниз, превратившись в купол. Это была его новая опора. – С-спасибо тебе... Слабо улыбнувшись, в тот же момент его ноги подкосились, а тело упало на землю. Он потерял сознание в то же мгновение. Хотя бы с осознанием, что он под покровительством своего архонта.

***

– Генерал Горо, притормозите! Мольба бойца сопротивления осталась без внимания. Горо все равно бежал в нескольких ярдах впереди всех, легко преодолевая все препятствия на пути к обрыву. Его бег был уверенным, а голубые глаза смотрели только вперед, высматривая возможные опасности. Чья-то рука схватила его за плечо, потянув назад, и именно тогда он обернулся. Горо был готов накричать на солдата, однако пока лишь встретился своим гневным взглядом с обеспокоенным. Те немногие, что стояли позади них, выглядели настороженными, когда увидели выражение лица своего генерала. Горо, заметив этого, вздохнул и снова стал самим собой. Солдаты тоже расслабились. – Генерал… Становится темно, – произнес мужчина, крепко сжимая свое копье. – Поиски в темноте будут чрезвычайно опасны, особенно учитывая местность… Он выдохнул, пытаясь привести мысли в порядок и подумать рационально ради них самих, несмотря на безумное беспокойство. К тому же, подарок Сяо все еще при нем. Это слегка отрезвляет. – Ты прав, – заговорил Горо, глядя в сторону отряда мужчин. – Никто из вас не должен рисковать здесь своей жизнью. Кадзуха - это один человек, а у Кокоми на завтра запланирована атака. Вам всем нужен отдых. Все они заметно расслабились от его слов и согласия. – Вы все возвращайтесь в лагерь, – настаивал Горо. – Я продолжу сам. Кадзуха - мой друг и моя ответственность, и завтрашняя атака не может сорваться из-за одного человека. Эта война больше, чем один человек, и я не могу так рисковать. – Но генерал!.. – Проинформируйте Кокоми о ситуации и узнайте, сможет ли Итэр взять на себя ответственность вместо меня. Вы, ребята, единственные, кто может сделать это и передать информацию Кокоми как можно быстрее. Я вернусь так быстро, как только смогу. Обещаю. Все они выглядели растерянными и встревоженными. Воины перекинулись взглядами, прежде чем кивнули своему генералу, не смея идти против его приказов. – Будьте в безопасности, генерал Горо, – сказал тот мужчина, что убрал свою руку с плеча Горо. – Возьмите это, – другой солдат подошел ближе, чтобы вручить ему медицинскую сумку. – Надеюсь, это не пригодится, но- – Спасибо, – Горо искренне улыбнулся, кивая и закидывая сумку через плечо. – Оставайтесь в безопасности. Они все ушли без дальнейших споров или слов. Определенно, те все еще беспокоились, но ничего не высказали в итоге, продолжая уходить назад. Горо же пошел вперед, осторожно спускаясь вниз. Добравшись до земли, он стал вглядываться в окружающее, оценивая местность, прежде чем двинуться дальше. Здесь все так и выражало опасность. – Властелин Камня, присмотри за мной... Горо прыгнул к краю утеса. Он держался руками за камни, двигаясь дальше. Тут же чувствуя сильное напряжение в воздухе, он глубоко вздохнул и тихо выругался под нос, не останавливаясь. Найдя электрогранум, дышать стало чуть проще, ведь теперь небольшой белый цветок создал около него электрический щит. – Так лучше, – Горо выдохнул, продолжая идти. – Теперь нужно найти его... Он не мог уйти далеко. Мокрая трава и рыхлая земля хлюпали под ногами. Горо держал уши востро, а взгляд пристально искал какой-нибудь знак. Тем временем он призвал свой лук, будучи готовым встретиться с любой опасностью. Сердце гулко билось в груди, а дыхание стало более поверхностным. Лезвие появилось из ниоткуда, буквально выпрыгнув из темноты навстречу ему. Он моментально поймал отблеск стали и отпрыгнул, поднимая лук и стрелу на источник и немедля выпуская ее из тетивы. Фигура вскрикнула от удара. Стрела пришлась ему на сердце, но тот не упал замертво, а просто отшатнулся. Горо призвал еще одну стрелу. Мертвые зеленые глаза сверкнули в темноте, и он вздрогнул, крепче сжимая свой лук, и отступил назад, повинуясь чистому инстинкту. – Одержимые в Ли Юэ производят совсем другое впечатление, – сказал Кадзуха в какой-то момент их разговора тем вечером. – Как будто они невидимы, но их присутствие смертельно опасно. Они выглядят мертвыми, но двигаются и ведут себя будто живые. Ничто по-настоящему не ранит их, пока Охотник на демонов не нанесет смертельный удар. С ними бесполезно бороться обычным смертным. Горо тяжело выдохнул, отходя назад. Так он заметил и другую пару глаз в темноте. Потом ещё одну, и ещё… Их взгляды быстро устремились на него, вызывая мурашки по всему телу. Почему их было так много здесь? Столкнулись ли они с Кадзухой? Почувствовали ли они на нем испорченную карму Сяо? Напали на него вслепую? Неужели они нашли Кадзуху? Остался ли он жив после такой засады? – Черт бы все это побрал… – Горо снова выругался под нос. Натягивая тетиву, он понял, что тех было слишком много, чтобы с ними справиться. Не говоря уже о- – И только он может убить их. Я не смог поцарапать ни одного из одержимых монстров. Здесь умер Оробаши. Его ярость овладела ими, и никто, кроме Якш из Ли Юэ или экзорцистов из Инадзумы, не сможет справиться с ними. Ну… Горо не был ни тем, ни другим. А думать надо было быстро, ведь Кадзуха все еще мог быть жив, даже несмотря на эти мрачные обстоятельства. Нужно удостовериться в его судьбе. Тем более, что он пообещал Сяо, что будет оберегать Кадзуху. – Лучше бы тебе остаться в живых, Кадзуха... Он выпустил стрелу. Десятки врагов бросились на него, когда он отпрыгнул назад. Появилась еще одна стрела, полная элемента гео. Выпустив ее, та попала снова в цель. Его стрела создала лёгкий взрыв. Ударная волна отбросила их всех назад, опрокинув их на спины. Горо рванулся вперед, мчась мимо них всех и создавая ещё одну стрелу. По пути он взял ещё один электрогранул, что создал новое небольшое защитное поле. Здесь монстров было гораздо больше. Ему не нужно было быть экзорцистом или якшей, чтобы почувствовать это. Их ярость и негодование были слишком сильны. Отяжелевший воздух чуть не заставил его поджать хвост и убежать. Гнев Оробаши делал воздух слишком тяжёлым. Горо выпустил ещё стрелу, что попала по одному из одержимых, снова взрываясь при попадания и отбрасывая монстров назад. Убегая, он снова взял электрогранум, и щит вокруг него укрепился. От бега дыхание сбивалось, однако генерал продолжал выпускать стрелы себе за спины, сбивая монстров с ног. Смотря вперёд, он тут же замер. Широко раскрыв глаза, он уставился на купол из анемо энергии недалеко впереди. Этого не могло быть.... – К-Кадзуха?! Его голос дрогнул в начале. В сердце поселилась надежда, соперничая со страхом. – Кадзуха! Он не осмеливался протянуть руку и прикоснуться к защитному куполу, опасаясь, что этот щит пропадёт. Когда монстры снова стали настигать, Горо выругался. Он попытался достучаться до друга ещё раз. – Кадзуха, это Горо! Прошу... Весь купол затрясся, заставив его дернуться назад, держа лук наготове. Затем ветер стих, открывая небольшой проход внутрь и позволяя увидеть того, кто там находится. Горо тут же зашёл туда. – Кадзуха! Горо бросился к парню, падая на колени и бросая все вещи на землю. Купол закрылся за ним, снова будучи одним целым. Генерал приподнял бессознательное тело товарища одной рукой, видя его состояние. – А-архонты, н-нет... Другой рукой он стал нащупывать пульс. Сердце громко билось в груди и отдавалось ударами в ушах, когда кончики пальцев прижались к чужой шее. Вена пульсировала, и дыхание было, хоть и слабое. Слезы едва не навернулись ему на глаза, когда он запустил пальцы в кимоно Кадзухи. Его лоб прижался ко лбу друга. – Спасибо тебе… Спасибо... Он неуверенно отстранился, чтобы рассмотреть израненное тело нашедшего. Горо прикусил нижнюю губу. Помимо многочисленных ран и слабого дыхания, лицо его лучшего друга выглядело так, словно тот не спал очень долгое время, но это вряд ли из-за сна. Что-то ещё на него подействовало… Он застыл. Взгляд метнулся туда, где должна была быть река, за куполом, и тот вновь выругался. Не говорите ему, что- Что-то ударилось о купол. Ветер дул внутрь, но не ослабевал. Как такое возможно, если Кадзуха сейчас в таком состоянии, да ещё и без сознания. Легкий ветерок коснулся его лица, а затем нежно взъерошил рыжие волосы и, казалось, обнял его. Постепенно внутреннее беспокойство рассеялось, когда он огляделся вокруг. Широко раскрыв глаза, Горо опустил взгляд вновь на своего друга. В голове поселилась догадка… – Лорд Барбатос? Горо могло лишь показаться, но ветер будто посмеивался, мягко и удивлённо. Воздух дрогнул и мягко коснулся его плеча. Генерал посмотрел на купол снова, задумываясь. Лорд Барбатос лично отреагировал на ситуацию, угрожающую жизни Кадзухи, чтобы обезопасить его, а теперь и их двоих. Это... В это было очень сложно поверить. – Спасибо Вам, – Горо прерывисто выдохнул. – Спасибо Вам за то, что уберегли его. Ветер никак не изменился. Горо же мягко улыбнулся, прежде чем сдернуть сумку с плеча и оглянуться на Кадзуху. Он оценил повреждения и был готов приступить к их лечению. – Я не лучший в этом деле, но я сделаю все, что смогу. Он зубами снял с себя перчатки. Выложив бинты и спирт, салфетки и вату, Горо начал промывать и дезинфицировать раны, начиная с лица. Раны лечились одна за другой, пока он не добрался до рук друга и не застыл в тот момент, когда тот размотал бинты на его правой руке. – Да б-быть не может... – подушечки его пальцев коснулись совершенно белой, шершавой, похожей на дерево ладони Кадзухи, что за все время даже не пошевелился, пребывая в царстве сновидений. Не могло быть такого, чтобы чья-то рука была сделана из дерева. Это было неправдоподобно. Просто нереально. И все же в тот момент, когда он почувствовал твердую поверхность под своими пальцами, сомнений больше не оставалось. Это действительно было дерево с кольцами и даже трещинами, будто шрам. – Так это правда... – Горо слабо рассмеялся, когда пальцы коснулись того места, где дерево соприкасалось с плотью, и вздрогнул от ощущения идеальной градации между кожей и древесины. – Я не могу в это поверить... Насколько же глубоким было это проклятие? Как Кадзуха жил с этим? Сколько фактов он ещё таит от Горо и как много известно Сяо? Как он не замечал этого ранее? Рука Кадзухи всегда была забинтована из-за этого? У него вырвался тяжелый вздох. Закрыв глаза, он схватил еще рулон бинта. В конце концов, это не имело значения. Сейчас бессмысленно искать ответы на свои вопросы. У Кадзухи наверняка веская причина никому не говорить. Горо был уверен в этом. Особенно учитывая его связь с проклятием. А давить на него, требуя ответов позже, он точно не станет, ведь Кадзуха не обязан делиться с ним всем. В данный момент уйти отсюда к чертовой матери было гораздо важнее. Нужно доставить Кадзуху в безопасное место, а затем к Кокоми на лечение. Жизнь Кадзухи значила больше, чем его вопросы и тревоги. – Ты всегда попадаешь в неприятности, – Горо вздохнул, надежно завязывая бинты. – И в тот момент, когда я теряю бдительность, ты исчезаешь вместе с ветром… Анемо действительно твоя стихия. Он потянулся рукой, чтобы слегка погладить волосы спящего странника, и мягко улыбнулся. – Но я рад, что ты жив, Кадзуха. Отдыхай спокойно.