Кленовые листья и забытые мелодии.

Лезвие неуклюже рассекло воздух. С веток упало несколько розовых лепестков. Сяо спокойно наблюдал, как те опадают на землю. – Ты такой напряженный, – Томо усмехнулся, улыбнувшись. Тама в это время лежала на камне и грелась. – Никакие монстры не собираются нападать из ниоткуда. Расслабься немного, Кадзуха. Человек, о котором шла речь, тяжело вздохнул. Он слегка расслабился и ослабил хватку на рукояти меча. Томо молча наблюдал за ним, а затем ткнул Кадзуху в щеку. Бывший наследник вздрогнул, удивлённо смотря на своего товарища и снова напрягаясь. – Чувак, расслабься немного. Мы в безопасности настолько, насколько это вообще возможно. Тем более это просто тренировка. Кадзуха опустил взгляд на свой меч, нахмурившись. – Помнишь, как ты гладил Таму? Он посмотрел на Томо и кивнул. – Супер расслабляюще, верно? Вспомни ещё раз. Белокурый самурай прикрыл глаза и выдохнул, думая о мягкой шерсти Тамы. Он поднял руку и сделал взмах. Лезвие бесшумно рассекло воздух, вызвав улыбку у Томо. – Ха-ха, супер! Это было идеально, Кадзуха! Названный стушевался, смущённо отводя взгляд. Тот явно не привык к комплиментам. Томо заметил это, ухмыльнувшись. – Теперь сделай это сто раз. Кадзуха застыл, он вернул шокированный взгляд на товарища, видя серьёзность в фиолетовых глазах. – Ты серьёзно?.. – Ага~! Я буду с Тамой. Не говоря больше ни слова, мужчина подошел к большому камню и лег. Он закрыл глаза и расслабился. Кадзуха наблюдал за спящей кошкой и ее хозяином несколько секунд, прежде чем опустить взгляд на свой клинок. Взмахнув, у него снова вышло сделать идеальный разрез воздуха. Так продолжалось несколько часов. Нерешительность с каждым движением становилась все менее заметной. Его стойка менялась больше раз, чем Сяо мог сосчитать. Наконец, Кадзуха нанес свой сотый удар, Томо внезапно встал, что напугало парня. – А теперь мы собираемся поужинать, – воскликнул Томо. Кадзуха только обратил внимание, что уже заканчивался закат и небо становилось тёмным. – Разведи костер, хорошо? – попросил Томо, направляясь вниз по склону. – Я ненадолго. Юноша проследил взглядом за уходящей фигурой. Затем он аккуратно вложил меч в ножны, и, нахмурившись от болезненных ощущений рук, отправился искать сухие ветки для костра. Сяо тихо рассмеялся, вспоминая свои “молодые” годы, когда он сам тренировался, размахивая копьем, больше его самого в несколько раз. Хотя его первый чистый удар был знаком празднования для всей деревни. Тем не менее, к концу дня у него жутко все болело. Он помнил те ощущения, когда лежал на постели, не имея ни малейшего шанса даже сдвинуться от боли. А вот наблюдать за страданиями Кадзухи со стороны было даже забавно. Но на этом все не закончилось. Тренировки Томо постепенно становились сложнее и заданий становилось все больше. Пока они не начали спарринговать, а Сяо тихо наблюдал за ними рядом с Тамой. Кот крепко спал рядом, в то время как дуэт путешественников сражался в разгар летней жары. Покрытые потом, они все равно отказывались сдаваться, крепко сжимая мечи. Несмотря на размеры одачи Томо, он размахивал клинком, как мечом. Его высокий рост и накаченные мышцы помогали ему с легкостью направлять удар. Все это время Кадзуха постоянно боролся за то, чтобы успешно блокировать удары и пытаться нанести свой собственный удар. Ему явно давалось все труднее. Лязг! Оба путешественника напряглись, когда клинок Кадзухи переломился надвое, но удар Томо уже летел на чужое предплечье. – Нет! Сяо вскочил на ноги, инстинктивно готовый протянуть руку к юноше, желая спасти. Однако в тот же момент порыв ветра изменился, заставив Сяо замереть, а Таму проснуться. Поток стихии обрушился на Томо. Он отлетел в сторону, а Кадзуху отбросило назад на несколько футов, и трава в этом месте разлетелась во все стороны. Томо ударился о землю и вскрикнул, выронив меч из руки. Кадзуха тоже отбросил свой сломанный клинок в сторону, чтобы подбежать к товарищу. – Томо!? Тама спрыгнула с камня, подбегая к уже сидящему хозяину, что тер свой затылок рукой. Кадзуха опустился рядом с ним на колени и обеспокоенно осматривал, а кошка запрыгнула на колени Томо и мяукнула. Тот на все это лишь хихикнул. – Прости. Я случайно использовал Глаз Бога. Сяо нахмурился, услышав оправдание молодого человека, чье выражение лица так и говорило, что он лжет намеренно, хотя ему и поверили… Видимо, Томо не хотел, чтобы Кадзуха знал правду.

***

Когда он, наконец, пришел в себя, то понял, что дышать стало намного легче. Кадзуха уже не чувствовал убивающую сознание усталость, а раны не болят так сильно. А еще защитный купол лорда Барбатоса до сих пор защищал его. Мышцы протестующе заныли, когда он попытался хотя бы поднять руки, однако сесть у него все же вышло. Кадзуха замер, когда встретился глазами с бирюзовыми. Пара ушей навострилась, а хвост радостно завилял. – Кадзуха, слава архонтам, ты проснулся! – радостно заговорил его друг с облегчением в голосе. – Ты заставил меня очень много поволноваться! Я не мог тебя разбудить. Кадзуха уставился на него, моргая в неверии. Все это время Горо улыбался ему. Медицинская сумка, лук и меч находились около него. Было так приятно увидеть знакомое лицо рядом с собой. – Я так рад тебя видеть, – выдавил из себя Кадзуха слегка охрипшим голосом. Затем он неожиданно мягко обнял своего друга. – Я не думал, что меня кто-то найдет, не говоря уже о том, что я смогу выжить здесь. – Не волнуйся, теперь все хорошо, – ответил Горо, обнимая его в ответ, практически задушив. – Я никогда в своей жизни так не боялся, Кадзуха. Черта с два я бы не пошел искать тебя даже в такую погоду. – Погоди… Ты пошел один? Горо выпустил Кадзуху из объятий, кивая. – Горо... – Я не собирался тащить своих людей сюда такой темнотой. Кокоми долго планировала эту атаку, и я не мог подставить ее, поэтому даже рад, что отправил их обратно, ведь здесь было несколько десятков одержимых. Одиночная миссия была идеальной. Я не ранен, и мы с тобой смогли отдохнуть. Кадзуха тихо вздохнул. Его взгляд упал на лодыжку и самодельную шину, прежде чем он заметил другие бинты, криво завязанные, однако этот вид вызвал улыбку у него. Горо посмотрел на него с недоумением. – Что? – Спасибо, – выдохнул Кадзуха, поправляя бинт в одном месте. – Благодаря тебе у меня было больше шансов выжить. – Не льсти мне. Я не лучший медик, – Горо рассмеялся. – Честно говоря, мне повезло, что мои люди дали мне медикаменты, иначе ситуация была бы не в нашу пользу. Кадзуха усмехнулся, а затем пошевелил правой рукой и замер, заметив неряшливые бинты на ней. – Кадзуха? Тот напрягся, смотря с ужасом на свою ладонь. – Святая бездна! Я неправильно это перевязал? – Горо теперь тоже паниковал. Закатно-красные глаза метнулись к озабоченному выражению лица его лучшего друга. Уши были прижаты к голове, а хвост опущен. Кадзуха медленно расслабился, слабо улыбнувшись. – Не идеально, но сойдет. Спасибо. Горо просиял и завилял хвостом. – Нам нужно двигаться, – предложил Кадзуха, смотря на ветряной купол над ними. – Лорд Барбатос итак сильно помог. Горо встал первым, чтобы протянуть руку своему другу. Жест любезно приняли и светловолосый юноша встал, пошатываясь. Лодыжку пронзило острой болью и это было заметно. – Что будем делать? Я не смогу прицелиться из лука, если буду поддерживать тебя, а ты не сможешь владеть клинком без должного равновесия. – Ты мне доверяешь? – спросил Кадзуха. – Конечно! Вокруг них поднялся поток. Купол анемо Архонта медленно рассеялся, освобождая место для смертоносных лезвий, которые хлестали вокруг них. Горо с удивлением и восторгом смотрел как около них летали ветряные клинки, защищая. – Вау... Кадзуха тихо хихикнул, а затем с улыбкой сказал: – Ну что, пойдем, мой дорогой друг? – Да! – Горо крикнул с энтузиазмом. – С такой защитой мы быстро доберемся до лагеря!

***

Он всегда испытывал дискомфорт при пробуждении от снов-воспоминаний, ведь после них Сяо мало понимал где он и кто такой. Кроме того, в голове ехидно хихикали кармические голоса, готовые сломать его волю. Сяо сдержал стон боли, бесцельно глядя на голубое небо. Мягкие облака плыли по нему. Легкий ветерок приносил с собой запах свежей выпечки, а также безмятежную и тихую болтовню жителей Мондштадта, что вставали вместе с восходом солнца. Сяо тяжело вздохнул и провел ладонью по лицу, пытаясь проснуться окончательно. Пока не вспомнил, где лежит. Его золотые глаза распахнулись, осматриваясь по сторонам. – Венти? Сяо резко сел, освободив колени архонта и усевшись рядом. Названный даже не дернулся, все так же сидя у стены балкона. На его лице были признаки боли, а дыхание слегка прерывистым. – Л… Лорд Барбатос? Адепт неуверенно протянул руку, чтобы положить ее на плечо и потрясти Венти. Однако никакой реакции не последовало: никакого игривого подшучивания или двусмысленной фразы. Сяо сильно нахмурился. – Лорд Барбатос! Он встряхнул архонта сильнее. Беспокойство начинало закрадываться в сознании, поскольку тело барда слегка тряслось, а ветер кружил вокруг него, будто защищая. Дерьмово. У Барбатоса не было его Сердца Бога и он не мог использовать свои силы в полной мере, не говоря уже о том, чтобы управлять ей как Сяо, который находился когда-то с ним на одном уровне сил. Он не мог оставить его в таком состоянии. Сяо быстро дернулся вперед, чтобы быстро прижать барда к груди. Адепт закрыл глаза и сосредоточился. Руки сжались вокруг трясущегося тела архонта, прежде чем они внезапно телепортировались с балкона гостиницы и оказались рядом с огромным деревом и статуей архонта у его подножия. Ощущая другого рода ветер, Якша открыл глаза и встал, держа Венти на руках. Он осторожно ступал по лестнице, чувствуя, как святая аура места разжигает его кармический долг. Сяо впился зубами в нижнюю губу, когда голоса в голове стали кричать в агонии. Он, пошатываясь, поднялся по каменным ступеням к самой статуе и опустился на колени, осторожно положив барда у ее основания. Его руки дрожали, когда он отпустил Венти и отступил назад, а затем мгновенно телепортируясь на достаточное расстояние и тут же падая на руки. Кармический долг прорвался сквозь его контроль, разорвал цепи, которыми он пытался их связать. У него вырвался тяжелый вздох, пока он жмурился. Боль распространилась по всему телу, лишая возможности пошевелиться. Сяо упал на траву, дрожа и хватая ртом воздух, еле сдерживая крики боли. Карма буквально заставляла его мысленно молить о пощаде, пока острые зубы впивались дальше в плоть, оставляя тонкую струйку крови на подбородке. Он не знал, сколько лежал здесь. Трясущимися пальцами Сяо впивался в землю изо всех тех немногих сил, что оставались у него, пока он сворачивался калачиком на траве. Конечности медленно сводило, оставляя его парализованным от боли. Пока ветер не донес до него звуки песни. Мягкие и знакомые нотки успокаивали боль и заставляли вопящие голоса возвращаться в уголки его сознания. Карма медленно отступала, давая ему сделать первый свободный вздох. Сяо открыл глаза и посмотрел в сторону огромного дерева, заметив вдалеке сидящую фигуру, прислонившуюся к статуе на верхней ступеньке лестницы и играющую на лире. Сяо слабо улыбнулся. – Мы оба в муках, – дрожащим голосом произнес Сяо, пытаясь пошевелиться. Боль пронзила его тело острой вспышкой, заставив адепта зашипеть. Он так и не смог встать. Тем временем к нему кривой походкой стала подходить фигура в зеленом. Венти опустился рядом с ним и уставился в небо. – Ты- – Я ценю, что мой друг рискнул своим здоровьем, чтобы доставить меня в самую святую землю Мондштадта, дабы помочь мне почувствовать себя лучше, но подвергать тебя таким испытанием не было в моем списке желаний на сегодня, – дрожащим голосом сказал Венти. – Ты мог бы бросить меня, мне было бы все равно. Твой долг... – Эта боль... Эта боль не может сравниться с его криком моего имени, – бард посмотрел на адепта. – Этот крик… Я не слышал других с такого расстояния. Но тогда… Он был такой отчаянный... Умоляющий... И Венти наблюдал за ним с беспокойством. – Если бы ты не остановил меня, я бы... – Телепортировался к нему и был остановлен бурей, – закончил за него Венти, когда золотые глаза встретились с зелеными. – Сегун Райдэн не позволила бы тебе пересечь ее границы. Я сам едва справился, но… У меня было мало выбора. Он позвал меня на помощь. – Кадзуха? – Архонт кивнул. – С ним все в порядке? – Он в безопасности, – подхватил Венти. – Намного большей, чем был вчера. У него есть тот, кто рядом с ним. Горо нашел его. Сяо заметно расслабился, прикрыв глаза. Венти придвинулся ближе, чтобы помочь ему подняться и заключить в объятия. – С ним все будет хорошо, Сяо. – С-спасибо тебе... Венти слабо улыбнулся и начал аккуратно успокаивать адепта поглаживаниями по волосам, заставляя остатки приступа кармы уходить окончательно. Это было заметно по густым клубам черного дыма, что убивали каждую травинку вокруг, к которой прикасалась. Венти, заметив это, сильно нахмурился. – Сяо? – Я думал, что Селестия сделает все возможное, чтобы убить его. Я терял Каэдэ, когда меня там не было, и... – Он выживет, – Венти быстро успокоил его. – Он зашел так далеко. Кадзуха добрался до Инадзумы и идет по тому пути, который выбрал сам. Он обязательно вернется в Ли Юэ… К тебе. Якша тяжело вздохнул. Остатки дыма ушли окончательно. – Горо же обещал сообщать нам новости, – напомнил ему бард. – Я не сомневаюсь, что он расскажет нам, что произошло. Ты не останешься в неведении, и я сомневаюсь, что Горо выпустит Кадзуху из виду после этого. Он будет в безопасности. Сяо кратко кивнул, кидая пристыженный взгляд в сторону. – О, нет, ты этого не сделаешь. Чужие ладони ударили якшу по щекам, заставив его вздрогнуть. Пристальный, встревоженный взгляд метнулся к барду, когда Венти нахмурился, глядя на него. В его голосе появились нотки упрека. – Не смей дуться и отталкивать меня, Алатус. Я тебе не позволю. – Я... – Ты можешь позволить себе чувствовать, – Венти заговорил мягче, когда Сяо поморщился. – Ты можешь позволить себе эти эмоции. Ты можешь позволить себе привязанность. Ты... – Это то, из-за чего Каэдэ умирали в первую очередь, – прервал Сяо дрожащим голосом. – Я не могу... – И все же именно эта твоя сторона заставляет Кадзуху открываться тебе, – эти слова заставили якшу замереть на месте и слушать дальше. – Ты никогда не замечал? Почему он всегда был более эмоционален, когда ты вёл себя с ним более человечно, делился своими мыслями и чувствами? Он наверняка бросался в твои объятия, восхищенный твоей добротой и мужеством, а также твоей чувствительностью. Я не сомневаюсь, что если бы он увидел тебя сейчас, то стал бы успокаивать всеми знакомыми ему способами, просто чтобы облегчить твои страдания и увидеть тебя спокойным. И он все равно был бы счастлив в тот момент, когда ты выскажешь свое мнение, потому что ты даешь ему то, чего никогда не давал другим... – П-погоди... Венти прикусил нижнюю губу, понимая, что надавил на больное. Он крепче прижал Сяо к себе, заметив, что эти слова задели Якшу. Архонт прекрасно осознавал, как Сяо заботится и трепетно любит своего человека, но боится сломать ему жизнь. Как же хотелось, чтобы они оба были счастливы, а не мучались в страданиях и сомнениях. Это разбивало ему сердце. – Он в безопасности. Сяо снова кратко кивнул. Венти призвал легкий ветер, чтобы унести клубы черного дыма подальше и успокоить адепта. Они оба стали слушать мелодию ветра, пока безмолвная песня не закончилась и Сяо не вырвался из рук архонта. – Я хочу его... хочу... Венти спокойно ждал конца продолжения. – Я хочу, чтобы он был дома... И архонт мягко улыбнулся. – Дома? – Я... Вернее, надеюсь, что… – он забеспокоился. Это заставило Венти тихо рассмеяться и ободряюще улыбнуться Сяо. – Он свободная, странствующая душа, так же, как ветер и ты сам, его нельзя привязать. Сяо, казалось, напрягся при этих словах, готовый огрызнуться в ответ, пока Венти не продолжил: – Но особенность странствующих ветров в том, что... они всегда находят любимое место для остановки путешествия. Можно сказать дом. Сяо медленно, хотя и неуверенно, сел, и уставился на архонта, который мягко улыбался Якше. – Это то, чего ты хочешь, верно? – Венти мягко подтолкнул его локтем. – Ты хочешь, чтобы он вернулся домой? Мягкий, едва узнаваемый румянец проступил на его щеках, когда он фыркнул и увел взгляд. – У него есть места получше, которые он может назвать домом. Он член флота Южного Креста и... – И все же, бьюсь об заклад, если ты покраснеешь еще сильнее, чем сейчас, когда когда-нибудь спросишь, он сразу скажет да. Сяо напрягся, открыл рот, чтобы возразить, но так и не решился. Венти хихикнул и приподнялся, чтобы обхватить ладонями румяные щеки и просиял. – Ты недооцениваешь, как сильно он тебя любит, – тихо проговорил Венти, когда золотые глаза расширились. – Мальчик сам до конца этого не понимает, но ты ему глубоко небезразличен. Гораздо больше, чем другие. Он просто более сдержан, чем остальные твои Каэдэ. Кадзуха отказывает себе в потребности быть любимым, не веря, что он этого заслуживает. Прямо как один якша, которого я знаю. Щеки вспыхнули сильнее, пока он отвернулся от барда. – Он любит меня... – Да. – Он... Такой же, как я... – Если не хуже, – подхватил Венти. – Я... Пальцы впились в почерневшую землю под ними. От его прикосновения почва превратилась в пыль. Пока он облизывал губы, взгляд постепенно сфокусировался на барде и его ухмыляющегося выражения. – Я... Я хочу закончить свой подарок. Мне нужно о многом подумать и... Многое спланировать, – заговорил Сяо. – Если… Если то, что ты говоришь, - правда… То… Я хочу закончить начатое. Венти мягко улыбнулся и заключил якшу в объятия. – Конечно это правда! Он думает о тебе даже сейчас. Мораксом клянусь. Венти медленно отпустил его и встал. Якша протянул руку и принял помощь, тоже вставая. Он взял барда за руку и телепортировал их обратно на балкон в их гостиничный номер. Венти вздрогнул, моргая от удивления, прежде чем он расслабился. – Итак. Готов начать? Сяо кивнул и сам слегка улыбнулся. – Да. Я готов.

***

Сильный ветер дул над островом Ясиори. Над заброшенными городами и захваченными врагами берегами повсюду бродили чудовища. Скелет Оробаси "украшал" здешнюю землю. Листья деревьев и кустарников трепетали на ветру, крепко цеплялись за некогда непробиваемые кости. В то время, как с небес лил тихий дождь, покрывая землю, пока она не превратилась в грязь под ногами. Электричество зарядило воздух вблизи угрожающе выглядящего ущелья и заискрилось из его глубин, выше края утеса и на открытый воздух, жадно ища добычу, чтобы полакомиться. В то время как треск костей отдавался эхом. Это нарушило тишину, которая была известна только Ясиори, заставило птиц и монстров замереть. Взгляды устремились на шум. В то время как немногие сообразительные разбежались, поднялись в небо или ушли прятаться дальше в глубь острова. Когда одинокая фигура приземлилась на вершину зазубренного позвоночного столба, кусок кости упал на землю и врезался в мокрую землю. Земля содрогнулась, и во все стороны полетели брызги грязи. Одинокая фигура продолжила стоять. – Он здесь. Его пристальный взгляд сфокусировался вниз, на ущелье, смотря на двух мужчин, медленно пробирающихся к концу ущелья. Вокруг них хлестал ветер, не давая толпам одержимых существ прорваться сквозь их защитный купол. Второй человек приземлился рядом с наблюдающей фигурой, мгновенно опускаясь на одно колено и склонив голову без малейшего колебания. – Вступить в бой?.. Над ними повисла тишина. Ни один не пошевелился и не произнес ни слова, наблюдая, как пара изо всех сил пытается выбраться из ущелья на безопасную землю. Один помогал другому подняться по шаткой лестнице на безопасное пространство. Их измученные и избитые тела шлепнулись на уже другую землю, в то время как поток ветра рассеялся. Без сомнения, они были измучены своим путешествием, но и не застрахованы от вреда. – Наша миссия - взять его, – заговорил тот, кто стоял. Пристальный взгляд сузился. – Так приказала Царица. Человек, стоявший на коленях, хранил молчание. Не пошевелился и не издал ни звука, когда первый прижал костяшки пальцев к губам. – Сейчас было бы самое подходящее время, чтобы взять его, но это нарушит другие наши планы, – продолжил говорить тот стоящий человек. – Если они пронюхают о нас сейчас, все быстро развалится. Нам придется подождать. Даже если это означает, что мы сейчас упустим прекрасную возможность. – Понятно... – Не спускай с него глаз, пес, – последовал приказ, когда стоящий человек повернулся спиной к происходящему перед ними. – Если наш план провалится, мы тут же отправимся за ним. – Понял, хозяин. Эхом отозвалась насмешка. Тот, кто стоял, исчез в следующее мгновение, оставив позади другого, что поднял голову и встал. Его гетерохромные глаза уставились на двух парней внизу. Около него появилось еще два человека. – Отстой! Я мог бы взять его и- – Вы слышали Его приказы. Они неоспоримы. – О, заткнись, чувак! Ты думаешь, я не знаю, как выполнять приказы после стольких лет?! Как долго нам приходилось иметь дело с этим чертовым извращенцем? – Тихо. Оба солдата замолчали и стали наблюдать, как двое юношей внизу медленно поднялись на ноги и продолжили идти обратно в лагерь сопротивления. Возлюбленный Адепта и генерал армии повстанцев. Их походка была кривой. Пристальный взгляд человека с гетерохромией задержался на мгновение, прежде чем он развернулся. – В следующий раз...