Comeback

Эндрю определенно позволил себе увлечься радостью Нила. Иначе нет логического объяснения тому, почему он гонит свою несбыточную мечту к стадиону, а не к Лисьей башне после того, как получил разрешение Эбби вернуться к занятиям. Они могли бы использовать время друг друга более приятными способами, но, опять же, Нил любит свою новую семью и все их глупости. И у Эндрю это никто не отнимет. Тем более после того, как все думали, что потеряли его навсегда. Дважды. Массивный грузовик Мэтта и отвратительное зверство Эллисон были уже там, когда они приехали. Нил все еще слишком неустойчив, чтобы самостоятельно пройти столько от парковки до площадки, и он слишком упрям, чтобы использовать какие-либо приспособления для ходьбы, но Эндрю доказал свой талант надежной трости, поэтому он позволяет нападающему держаться за его руку и сжимать ее всю дорогу. Как Эндрю знал заранее, гостиная покрыта серпантином, воздушными шарами, конфетти и огромной надписью Happy Birthday. Каждый Лис подходит к Нилу с широкой улыбкой. Некоторые осмеливаются похлопать его по плечу, а Мэтт взъерошивает ему волосы. Почти все дарят ему подарки, и, конечно, мальчик выглядит потерянным. Он оборачивается, чтобы посмотреть на Эндрю, но это была не его идея, и он не хочет облегчить ему задачу, хотя слабый призрак улыбки пытается вырваться на свободу, по мере того как Нил все больше и больше запутывается.  — С днем рождения, малыш. Тренер подходит последним, и нападающий наконец-то находит в себе силы заговорить.  — Спасибо? Это… это не мой день рождения. Его комментарий получает заслуженную пару закатываний глаз.  — Некоторые вещи никогда не меняются, не так ли? — спрашивает Аарон. Его черлидерша отпихивает его локтем проходя по ребрам. Возможно, Эндрю не так уж сильно ненавидит эту женщину.  — Милый малыш, только не говори мне, что ты забыл про свой собственный день рождения — говорит Ники.  — Сегодня 31 марта, Нил! Мы обещали тебе вечеринку! Мэтт улыбается одной из своих самых ярких улыбок. Рыжеволосый оборачивается и смотрит на Эндрю, как будто тот имел к этому какое-то отношение. Он был только водителем, и его внимание отвлекается от счастливого воссоединения, когда он смотрит на большой торт на заднем сиденье. Возможно, это стоит того, чтобы потрудиться.  — Я же говорил тебе, что мой день рождения был в январе — говорит Нил, явно чувствуя себя неловко.  — И тебя тогда убивали. Эллисон продолжает.  — Ты заслуживаешь празднования дня рождения. Даже если это не твой настоящий день рождения.  — Но…  — Посмотри на это с другой стороны — перебивает Ники.  — Ты можешь праздновать дважды в год. Звучит как мечта. Нил выглядит так, будто хочет продолжать спорить, но Ваймак вмешивается раньше.  — Заткнись нахрен, пока меня не стошнило. Эти придурки устроили тебе вечеринку. Насладись ею и хоть раз перестань выглядеть как бродячая кошка. Следующий аргумент на языке Нила замирает, когда все начинают уплетать еду. У них хватает ума сдерживать себя от пения, и наконец появляется торт. Поскольку наркоман счастлив, разговаривая со всеми и разглядывая с широко раскрытыми глазами все свои подарки, Эндрю может отвлечься, посмотрев, сколько кусочков праздничного торта он сможет съесть, прежде чем ему надоест. Как будто это возможно. Кевину проще умереть от диабета, просто наблюдая за ним.  — Хорошо. Пора переходить к серьезным вещам. Ваймак хлопает в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание, после того как все наелись и готовы отключиться. Проходит почти пятнадцать минут, прежде чем команда проясняет свои головы и собирается на диванах вокруг своего тренера.  — Как вы знаете, мы находимся слишком далеко, чтобы провести нормальный чемпионат, но после того, как дела у Воронов пошли в гору, — он бросил короткий взгляд в сторону Эндрю, но близнец отмахнулся, — они решили вернуть их в свой первоначальный район. Таким образом, чемпионат будет состоять только из одного раунда смертельных матчей, которые будут проводиться в один день. Команды-победители будут квалифицироваться по набранным очкам. Две лучшие выходят напрямую на чемпионат, а остальные могут подождать до следующего сезона.  — Я все еще не знаю, с какой командой мы столкнемся, но отныне я скажу вам, что в кои-то веки счет не имеет значения. Этот год принес кучу проблем, с которыми, я надеюсь, мне больше никогда не придется столкнуться, но мы добрались до этого раунда, так что давайте воспользуемся шансом как можно лучше и продолжим показывать, что мы больше не шутка. Ваймак быстрее продолжает говорить, пока его самый низкорослый нападающий не заговорил  — Что касается тебя, Нил, даже не рассчитывай сыграть больше пяти минут. Тебе разрешено вернуться к тренировкам, но я сам тебя придушу, если ты еще раз выкинешь чертов трюк на площадке. В зависимости от того, как ты справишься, и в том случае, если мы пройдем, я могу подумать о том, чтобы позволить тебе сыграть полный финальный матч. Вопросы? Все покачали головами или выразили отрицание. Эндрю не может вынести возвращения к тренировкам, но Нил излучает энергию только с перспективой пяти минут на матч, поэтому он воздерживается от жалоб, когда Кевин начинает бесконечно говорить о каждом плане и стратегии, которые он разработал за последние месяцы. Эндрю не может дождаться, когда он уйдет оттуда, но если Нил счастлив, он может остаться еще немного. --- Кампус погружается в темноту, когда они выходят после собрания. Ники проводит короткую поездку, разговаривая, как он всегда это делает, а Кевин закатывает истерику от поездки в кузове. Эндрю это не волнует. Если ему это не нравится, он может дойти до Лисьей башни пешком или поехать с остальными. Когда они подъезжают к зданию, Эндрю берет сумку Нила и направляется к лифту. Наркоман собирается протестовать, но он наконец-то научился понимать, когда он устал, а ночь для них еще не закончилась, поэтому он заходит в лифт. Эндрю открывает дверь общежития для Нила. Они входят внутрь, и блондин направляется в спальню. Он бросает сумку на кровать и ищет вещи, которые он положил туда, прежде чем уйти.  — Подожди. Вот оно. Шестеренки в мозгу наркомана наконец-то сдвинулись с места. Ники и Аарон приостанавливают свою глупую игру, чтобы посмотреть: — Это не моя общага.  — Теперь это так. Нил ищет ложь в глазах Эндрю, а потом видит, как Ники смеется, когда счета переходят от него, другого близнеца и даже Кевина.  — Ты такой милашка. Эндрю выгнал Аарона, как только узнал, что ты не умираешь. Нил удивленно смотрит с огромной улыбки Ники на пожатие плеч Эндрю. У них было достаточно общих кошмаров и они столько раз спали вместе, что это могло бы стать скандалом, но именно тогда блондин понял, что он не спрашивал. Он просто поступил назло, потому что хотел, чтобы Нил был рядом. На лице нападающего появляется широкая улыбка, а затем он следует за Эндрю на крышу. После трех сигарет Эндрю все еще не может найти способ покончить с этим. Раньше они говорили о более серьезных демонах. Они делились большей близостью. Это не должно быть большой проблемой. Тем не менее, его голос звучит почти испуганно, когда он говорит.  — Понравилась вечеринка? Ледяные глаза посылают волну дрожи по его позвоночнику. — Наверное. У меня ее никогда не было.  — И ты не спросишь меня, почему я не подарил тебе подарок?  — А ты хочешь, чтобы я спросил? Мне не нужны подарки. И ты дарил мне гораздо больше.  — Тогда заткнись. — говорит он и наконец высыпает содержимое своего кармана в руки Нила. Проходят минуты, прежде чем нападающий снова может говорить.  — Мой телефон и ключи.  — Ты специально их оставил. В горле Нила происходит тяжелое глотательное движение.  — Я же говорил тебе, что никогда не думал, что останусь. И… Я не мог быть Нилом Джостеном в Гнезде. Если бы я забрал их, они были бы еще большим напоминанием о жизни, которой у меня больше не было.  — Теперь они у тебя есть. Официальные удостоверения личности, присланные Кенго, все еще невероятны для Нила. Он кивает, беря предметы в руки. Доказательства того, что он настоящий, что он не вышел из одурманенного сознания Эндрю и он останется. Возможно.  — А это твой подарок. Блондин опускает пачку сигарет на колени Нила. Он смотрит с недоумением и пытается вернуть их обратно.  — Эбби сказала, что я не должен больше курить. Нет смысла объяснять что-то этому симпатичному идиоту, поэтому Эндрю довольствуется тем, что смотрит на него, пока тот не открывает эту чертову коробку и не достает пару кусков ткани.  — Хочешь, я сошью тебе носки?  — Не будь дураком — отвечает Эндрю, натягивая рукава. Может, Нил таким образом поймет намек.  — Нарукавники?  — Уже жарко как в аду, а ты продолжаешь носить длинные рукава. Осознание быстро пробегает по его лицу. Если наркоман думал, что Эндрю не заметит, что он не хочет выставлять шрамы на запястьях напоказ, то он был еще глупее, чем выглядел.  — Спасибо — говорит рыжеволосый, просовывая кусочки ткани через руки. Слова обжигают горло Эндрю сильнее, чем дым его шестой сигареты. Он не хочет говорить «нет», но знает, что не будет покоя, если не спросит.  — Ты останешься?  — Я никуда не уходил. Блондин бросает взгляд на Нила. Он не хочет объяснять. Однако, когда тишина затягивается, он понимает, что должен убедиться, что смысл понят, на случай, если Нил действительно глуп или Эндрю не был достаточно ясен.  — В прошлом году я сказал тебе, чтобы ты прикрыл мне спину и остался. Ты сбежал и сделал все с точностью до наоборот. Ты больше не в опасности. Обещание в силе. Я просто прошу еще раз. Бурная река сливается со сладким медом. Впервые за долгое, долгое время Эндрю не может понять, что скрывают эти глаза. Это у него пустое выражение лица, а не у Нила. Молчание между ними нарастает. Блондин уверен, что заговорил слишком рано. Он ждет, что сон исчезнет, потому что это была большая забастовка из нескольких удачных недель подряд, а ничто не длится вечно. Он не забывает об этом.  — Все-таки твоя память не так уж идеальна. Эндрю поражен комментарием. Конечно, это так. Чертова ноша, о которой он никогда не просил. Хорошо, когда речь идет о Ниле и его ярких улыбках. Близнец начинает копать, не было ли у него других промашек вроде обмена комнатами без предварительного расспроса, но ничего не находит.  — Я сказал да. Всегда да.  — Это был другой вопрос. Облегчение распространяется по мере того, как он говорит.  — Но ответ всегда да. Пустой взгляд быстро сменяется широкой улыбкой. Эндрю знает, что должен сказать ему, что «всегда» не может быть ответом на все, что будут времена, когда «нет», что он будет уважать любое изменение мнения, что он не хочет принуждать его, что он боится, что все по-прежнему иллюзия, но Нил так близко, и он так много говорил, что единственное, что ему удается, это тихое рычание, когда губы нападающего оказываются возле его шеи, а затем, каждое возражение тонет в поцелуе.  — Одно условие — говорит Нил, когда они расстаются.  — Ты не защищаешь меня. Мы защищаем друг друга. Любая жалоба умирает еще до того, как Эндрю успевает ее озвучить, потому что это правда. Прежде чем Нил сказал это, он добровольно отдал свою жизнь за Эндрю, а блондин за неделю перевернул мир с ног на голову, чтобы сохранить несбыточную мечту. Обещание было выполнено еще до того, как было дано. Несмотря ни на что, впервые кто-то говорит ему что-то подобное, и это наполняет его грудь чем-то настолько мощным и странным, что он не уверен, действительно ли его жизнь так хороша. Возможно, он умер в колонии для несовершеннолетних, или в День благодарения, или в Истхейване, и все это — странная фантазия, созданная для того, чтобы пережить скуку пребывания в аду. Когда они возвращаются в общежитие, ни один из них не спрашивает, прежде чем лечь в одну кровать и заснуть с переплетенными пальцами. Если так будет всегда, Эндрю может привыкнуть к этому.