Покалеченные, но несломанные

Малфой-мэнор, 1983, два месяца спустя…

      Прошло два месяца. Для Нарциссы это время тянулось дольше, чем для кого-либо. Без поддержки и помощи она уже и сама сходила с ума: Драко так и не заговорил, да и спать не мог без зелий, а посещения колдомедика участились, так как сама она ничем не могла помочь сыну.       — Мне жаль вам это сообщать, — начал Абель, — но вам стоит готовиться к худшему исходу событий. Дело в том, что у него начался психоз, а для юных волшебников это значит лишь то, что начнутся выбросы стихийной магии, и не всегда их можно контролировать. Но и это не самое страшное для вас.       Не успел Абель договорить, как взволнованная Нарцисса его перебила:       — Хуже? Вы хотите сказать, что может быть хуже?! Он кормится через капельницы. У него безобразный режим сна. И вы ещё говорите…       — Леди Малфой, прекратите меня перебивать! Я уже вам говорил, что его нужно везти в Мунго, но вы настояли на домашнем лечении, которое не то что не эффективное, но и губительное для него. — он сделал строгий вид. — Тут он пережил гибель своего друга, он видел его смерть собственными глазами. Ему тяжело тут оставаться. Последствия могут быть крайними. Дисбаланс магиия может довести его до комы. Довести до самоубийства.       В его голосе зазвучали нотки порицания и дрожи. — Вы знали, что ваш сын ведёт дневник? Вы видели, что он там пишет?       Услышав молчание, он продолжил. — Конечно же, не видели. Вы были заняты, считая деньги и жалея себя. Ища оправдания, чтобы прикрыть свою слабость, которая также влияет на вашего сына. Вам тяжело. Но вы — взрослый человек и должны взять, наконец, себя в руки…       Но Нарцисса не слушала, читая дневник.

Дневник Драко

Обращение к Даби

«Боль потери»

Тебя не будет больше никогда. Вся жизнь моя на миг остановилась. Откуда вдруг пришла ко мне беда Такая, что с тобою я простился. Толкнула воздух медленно рукой, Здесь нет тебя. И больше уж не будет… Мне показалось, что ты здесь, со мной, Но все не ты… Везде чужие люди. Я в пустоту пытающе смотрю И гул в ушах не чувствую, не вижу, Не думаю, не знаю, не хочу И даже не люблю и ненавижу. Дошёл по стенке тихо до угла, Спиною прислонился, зарыдал. Тебя не будет больше нет тебя.

«Запоминайте каждую улыбку…»

А знаете, ведь люди умирают… И даже те, в которых жизни суть, Что любят нас, целуют, обнимают, Без мысли о которых не уснуть… Пожалуйста, при жизни, умоляю, Цените эти близкие сердца. А жизнь — она короткая такая. У боли от утраты нет конца… Лишь кажется, что будет длиться вечно И звонкий смех, и разговор ночной, Но жизнь-лиса хитра и скоротечна. Когда её сестра придёт за мной? И страшно не уйти из жизни этой, Страшнее потерять людей родных, Недолюбить, оставить без ответа, И не заметить боль сердец живых! Запоминайте каждую улыбку Родного сердцу милого лица… Прощайте их падения, ошибки, Чтоб не гневить небесного Отца! Он всех прощал, давал надежду, веру, А мы, чуть что, воротим гордо нос. И всё спешим… дела, друзья, карьера, Но знайте, что потом не хватит слёз, Чтоб выплакать тяжёлую обиду, Что затаится на себя самих… И не теряйте вы родных из виду! Как страшно не уметь ценить живых! Смотреть в глаза, дышать одним дыханьем, И целовать, и за руку держать… Сказать «Люблю» тихонько на прощанье, Но, не уйдя, ещё разок обнять — Вот так прожить, насколько можно это, Лучи любви до капельки раздав! А если нужно только быть согретым, То и людьми назваться нету прав!

«Памяти друга»

­Не верю, не хочу я в это верить, Ушёл… Тебя не будет больше с снами, Земная жизнь уже остановилась, А ты паришь теперь под небесами. Весёлый, бодрый, энергичный, Так жизнь любил и строил много планов. И горе это ничего не предвещало, Ну почему жизнь оборвалась твоя так рано. Ведь не сходила с уст твоя улыбка, Теперь нам лишь на фото улыбнёшься. Мне кажется это нелепая ошибка, Сейчас откроешь дверь ты и вернешься. Но будешь жить теперь ты в звездном небе, Ведь твоя звёздочка уже там замерцала. А что тебя не будет больше с нами, Я не могу принять, ещё не осознал.       — Ну что, теперь вы понимаете?       — Я плачу вам не за выслушивание всех этих бредней, — трясущимся голосом едва выдавила Нарцисса, и, словно клянясь самой себе, произнесла: — Я найду того, кто его вылечит. Убирайтесь.       — Ну, удачи вам. Только проблема не во мне или зельях, а в том, что он может этого попросту не пережить. Не всё решают деньги…

Швеция, дом Гарри и Северуса, 1983

      Маленький Гарри тихо спал в своей комнате и, возможно, видел прекрасные сны. Но ему не суждено было долго спать, так как в доме раздался звук взорванной двери. От испуга у малыша случился выброс магии, и, естественно, он проснулся и тут же спустился вниз, не понимая, что происходит. Происходящее заставило его вжаться в угол.       Комнату озаряли вспышки ослепительного света. Двое волшебников дрались не на жизнь, а на смерть. В один момент Дамблдор повалил Дурсля на пол, решив подняться на второй этаж к Гарри, но Вернон из последних сил поднялся, преградив дверь.       — Остановись, старик, не доводи до греха, — угрожающе шипел он, вкладывая в свой голос максимум напора.       — Чего же я мелочусь с тобой, поросёнок? Тебе конец. Ава… — договорить Дамблдор не успел.       Некто, видать, не самым внятным образом собрался атаковать его, но… Этого не могло быть. Не только потому, что не нашлось бы храбреца, кто на это бы решился. В комнате были лишь полуживой Вернон и Гарри.       Старик же упал на пол, хотя и не был мёртв. Гарри задержал на нём взгляд. А вот Вернона незамедлительно кто-то схватил за руку и потащил на улицу, после чего оказались в доме Тома, что был защищён темнейшими заклятиями.       Том бесцеремонно довёл их и начал с быстрого опроса.       — Что это было, Вернон?       — Э-э… — Вернон несколько коряво описал происходящее.       — Аголь максима вим.. Могу поспорить. Вспомогательное заклинание. Оно возникает и за, и против стихийной магии. — он посмотрел на лицо Вернона, на котором не появилось понимания. — Гарри, конечно, не мог применить их сознательно. Оно используется для развеивания стихийного выброса у детей: если таковой происходит, юный волшебник намерением направляет его на другого, делая фактически невидимым. Я… Даже вообразить не могу, насколько сильно было его потрясение, ведь этот выброс сразил…       Он посмотрел на Вернона. Тот кивнул.       Появившийся заплаканный Гарри по просьбе Тома стал рассказывать о шуме и о волшебнике, которого он… Как считал, «убил». С того момента, как ему пришлось сказать это слово, он словно застыл, отказываясь отвечать на любой вопрос Тома.       — Здравствуйте. Нервный срыв. — Том закатил глаза. — Я говорил тебе: ты затягиваешь с защитными барьерами.       — Да подожди ты отчитывать меня. Что с Гарри делать? Молчит, как рыба. Как… Н-н-ненормальный!       — Так будет ещё долго, — раздражительно откликнулся Том. — Былое психическое здоровье ему и не вернуть. Зелья, зелья и ещё раз зелья. Чую, он отравится от такого количества. Но… Что ж. Готовиться к худшему. Я надеюсь, ты осознаёшь, насколько это был сильный выброс.       — Спас ценой себя… — прохрипел Айе. — Снейп этот ваш меня прибьёт, если я ему скажу…

Дом Гарри и Северуса (от лица Люциуса)

      Аристократ брезгливо проходил по развалинам. Какого хрена дверь разломана?!       — Этот погром — дело его рук, Северус? — тихо спросил Люциус.       — Если вы говорите о Верноне, то, уверен, он действительно учится магии усердно. А вот вы могли стучаться в дом и аккуратнее…       — Если Дамблдор знает местонахождение дома… Он проникал сюда… — как бы про себя причитал Люциус, не обращая на Снейпа внимания. — У нас ведь могут быть проблемы?       Снейп уж было ещё хотел подивиться умениям Вернона, но его взгляд приковало то, из-за чего он надолго заткнулся. Кровь.       — Вы нашли что-то, что имеет отношение к делу, мой друг?       Молчок. Люциус, смотря в чёрные глаза Снейпа, уловил в них то, что нужно. «К Тому. Скорее. Мерлин, пусть Гарри будет жив!.. Пусть это будет не его кровь!..»

Дом Тома

      Северус сжал кулаки.       Такой сцены не ожидал никто из них. Отрешенные Гарри и Том, поящий мальчика восстанавливающими зельями. Вернона как будто покрыли белой краской.       — Старик нас нашёл, — объяснил Вернон. — Я готовил ужин. С помощью взрывающего з-з.заклинания дверь резко вынесли… И вошёл он. Этот старик.       «Значит, это могла быть его кровь!» — Он умер? — незамедлительно поинтересовался Северус.       Вернон уж было начал качать головой, как остановился, будучи неуверенным в своём ответе. Создавший Владеющего-над-Смертью…       — Его остановило заклинание Аголь максима вим, — пояснил Том.       — Его? — удивился Северус. — Остановил? Остановил Альбуса? СКОЛЬКО магии ему потребовалось выделить? — отчеканил он, словно зная: сейчас он сорвётся на первом. Вероятно, на Верноне за его допущения, но мешало одно. Он сам… Где был он сам, без Гарри…       — Успокойся, Северус, — предупредил Люциус. — Как показывает практика, все выжили.       — Хорошая причина для того, чтобы попробовать Дамблдору это изменить, — мрачным гневом отозвался он. — Гарри выжат, как лимон. Мой сын… Больше никогда не станет, как раньше.       Северус подошёл к Гарри, сжав его руку. Его испуганный взгляд при виде приёмного отца сразил Снейпа до глубины души.       — Вы хотя бы стёрли ему память?       Реддл ответил. — Он оклимался бы за считанные минуты. Нам нужно было бежать… — он поджал губы, думая о том, что действительно упустил шанс, а затем сменил тему: — Было бы и вовсе непоправимо, если бы Альбус убил Вернона. — Гарри со страшной силой съёжился на стуле. — И если бы старик действительно умер.       Люциус хмыкнул. Том добавил: «для психики Гарри».       — Прости, Вернон, я дурак, — продолжал говорить Том. — Спасибо, что Гарри остался жив. Вот только вопрос: какого Мерлина ты не поставил защитные барьеры?       — Да не успел я этого сделать! А вот к вам этот же вопрос: а почему вы этого не сделали? — он почти уже перешёл на крик. — Ты, — он показал на Малфоя, — был весь в проблемах. А ты, Северус? Можно было попросить Тома об этом. На минуту, у него этой вашей магии побольше будет. Или хотя бы на время оставить тут на время Гарри? Старик знает, где дом. Он может пробраться сюда второй раз. — он глянул на маленького Поттера. — А теперь объясните мне, каким дьяволом мне нужно вывернуться, чтобы объяснить ему, что ни я, ни он никого не убили?!       — Это будет трудно, — сказал Северус. — У детей наблюдается удивительная память на образы. В глубине души он всё равно будет убеждён в том, что Альбус мёртв, пока у него перед глазами стоит кровь. — через некоторое время он повернулся к Люциусу. — Что с Драко?       — Исходя из твоих слов, он меня ненавидит. Он присутствовал на казни Даби. Угадай, кому пришлось сделать это… — Люциус глубоко выдохнул. — Драко лишён ощущения родительской защиты. Навряд ли он будет после этого когда-то верить мне. У Нарциссы психоз... Нашим детям пришлось рано повзрослеть.