Покалеченные, но несломанные

Канун нового 1984 года

Накануне Рождества люди готовятся к празднеству, но Малфою со Снейпом было не до праздников. Произошедшее встревожило их, хотя и не сломало. Выбросы их детей по отзывам колдомедиков оказывались не просто сложнейшими — они были какими-то… Не совсем обычными. Как уже выносят вердикт ряд врачей, им совершенно не понятно, откуда они черпают такие магические силы.       Первое, что случилось — суды против Северуса. Ему удалось отстоять непричастность к психозу своего сына, и в связи с обстоятельствами удалось доказать невинность Вернона. Так же Дамблдор пытался обвинить Люциуса как пожирателя, но и тут ничего не вышло. Альбус перехитрил самого себя, подменив тогда Люциуса. Дальнейшие обвинения могли лишь ударить уже по его репутации.

Больница святого Мунго

      На всю больницу стали мрачно известны два имени. Колдомедики метались меж двух серьёзно больных мальчишек; у обоих бред и жар, а сами врачи шарахаются от их неспособности управления стихийным телекинезом. Драко кричит во сне имя домовика Даби, а Гарри то и дело мучают кошмары, как умирает от руки Дамблдора его дядя. И никто из вышестоящих органов будто бы не обращал внимания, как эти двое стали жертвой игры одного старого маразматика…       Вошедший в палату Люциус поймал подсвечник головой, или правильнее сказать, что тот попросту прилетел ему по голове. Драко то ли не узнавал, то ли не хотел узнавать отца.       А в палате Гарри тем временем сохранялась пугающая тишина.       Мальчишка забился в угол, прячась от новых посетителей… Коими оказались Дамблдор и Макгонагалл.       «Тебе с нами будет безопаснее».       Никто не пребывал сейчас в комнате Гарри, когда все были ему так нужны, и только нечто подобное было слышно за палатой. Дамблдор и Макгонагалл пытались манипулировать им, но Гарри словно плотнейшим образом закрылся, не слушая их и не допуская к себе ни одного замка. Минерва попыталась изобразить милосердие, протянув Гарри руку, но едва они соприкоснулись, рука Макгонагалл вспыхнула огнём. Мальчик почти что скромно улыбнулся.       Дамблдор наклонил голову, посмотрев на Гарри сквозь очки. — Мальчик мой, а теперь просто послушай. Тебя никто не желает схватить. Если позволишь, мы просто хотим немного побеседовать.       Гарри затрясся и с недоверием покачал головой.       — Это тёмная магия, Гарри, — продолжал Дамблдор. — Ты же принадлежишь светлому роду…       — Я сожгу тебя, — прошептал Гарри, смотря на Альбуса из-под лобья и сжимая руки, на которых начал расти огонь. — Я знаю, кто ты.       — Не стоит всегда верить тому, что ты наблюдаешь, Гарри…       — Не говорите моего имена! — взвизгнул мальчик. — Вы плохой! Вы хотели убить дядю! Не подходите ко мне, иначе я... Убью тебя раньше.       Дамблдор, видевший, как магия сквозила в его словах и сила была на изготове к новому магическому выбросу, решил действовать. — Гарри... Ты, маленький ребенок... И на убийство... Так нельзя оставлять.       Едва Альбус направил на Поттера палочку, на конце которой уже начинал зажигаться зелёный свет, на него было направлено десяток таких же.       Во главе защитников Гарри стояли: Билл Уизли, а также его дядя Вернон, Люциус Малфой, Нарцисса Малфой, Беллатриса Лейстренж, Северус Снейп, Том Реддл и так же малоизвестные Дилика Смейл, Афира Гормо, Виктуар Демпель.       — Ну что ж, Дамблдор, — начал Том, — ты наконец-то показал своё лицо и напал в открытую. А теперь дело выглядит так: ты и твой цепной министр отправитесь в Азкабан. И выйти вам оттуда живыми вряд-ли получится. — Том? Мой мальчик, ты совсем не смыслишь в стратегии. Я тебя уверяю: я проиграл этот бой, но не войну. До скорой встречи. — Невинно улыбнулся директор подняв руки к верху, палата наполнилась песней феникса. С яркой вспышкой Дамблдор исчез, а маленький Гарри преобразился: он не выглядел на четыре года, он выглядел старше, но как это? А с этим разберётся Вернон, который, естественно, уже знает, в чём дело.