Собственность дьявола

«Ты не можешь спасать всех, пока не спасёшь себя», вспоминал Жан слова Рене. «Ты ведь знаешь главное правило самолёта? Сначала надень кислородную маску на себя, а затем на ребенка». Нил Джостен должен был приехать в Эвермор на зимние каникулы. Жан обещал Кевину, что присмотрит за ним, но Ичиро потребовал, чтобы парень покинул Гнездо на время приезда Нила. Очевидно, Рико планировал что-то грандиозное. И несомненно страшное. В Гнезде оставался Алекс, который обещал присмотреть за ситуацией, но Жану от этого не становилось легче. Он никогда и подумать не мог, что станет настолько зависим от возможности что-то контролировать. Наверное, это из-за того, что он добрые восемь лет не мог контролировать даже свою жизнь и теперь пытается наверстать по полной программе. — Жан. Жан! — Алекс пытался добиться от него внимания уже добрые полчаса, пока парень суетливо ходил по комнате из угла в угол. — Моро, сядь немедленно! Жан только в этот момент отреагировал на чужие слова. Он сел на свою кровать, направляемый рукой на плече, и наклонился, с обречённым вздохом ударяясь головой о свои колени. — Ты не можешь спасти всех. Кевин не просил тебя о помощи. Сам Джостен тем более. Перестань быть вечной жертвой! Ты — не расходный материал, чтобы тобой все прикрывались. Это во-первых, — начал Алекс. Он придвинул к кровати стул и сел напротив. — Во-вторых, я, конечно, ещё не такой опытный в плане выживания в Гнезде, как ты. И тебе всё ещё приходится менять мне подгузники, когда я обсираюсь. Но я уверен, что справлюсь и смогу помочь Нилу и сдержать Рико. В-третьих, Нил взрослый парень и знает, что его здесь ждёт. Не думаю, что он поедет сюда без плана Б. В конце концов, ты сам когда-то сказал, что Ичиро не приглашает, а утверждает, что ты приедешь. Так что начинай собирать вещи. Моро поднял голову и глянул на Алекса. В глазах двоилось, а в комнате то тут, то там виднелись яркие блики от того, как сильно Жан сдавил виски и зажмурился. Парень помотал головой в тупом упрямстве. — Ты не представляешь… — Да! Я не представляю, что здесь происходит с теми, кого Рико решил пустить в расход. Но я не допущу, чтобы это произошло с тобой после всего, что он с тобой уже сотворил, — повысил голос Голденблад. — Я обещаю тебе присмотреть за ним и за собой и регулярно тебе обо всем рассказывать. А теперь собирай вещи и уезжай. Иначе я тебя стукну клюшкой, свяжу и к моему кузену ты поедешь в багажнике. Жан истерически рассмеялся. Алекс только сильнее сжал его плечо, с надеждой заглядывая в глаза. Они оба понимали, какой ужас будет твориться здесь на этих каникулах. Тренер в последнее время совсем озверел, и Жан полагал, что это как раз из-за того, что объявился его сбежавший «возможный ученик». Нил показывал успехи на поле, и глядя на него было понятно, что он мог достигнуть больших высот и прославить Воронов, если бы мать не увезла его. Рико в предвкушении точил ножи и зубы. Его приближенные с каждым днём ходили всё более и более уверенные в себе, и, глядя на них нетрудно было догадаться, что Нилу повезет намного меньше, чем Жану. Те пятеро насильников, чья смерть стала ему подарком на девятнадцатый день рождения, боялись Рико и не смели ему перечить. Но ни один из них не получал удовольствия от того, что они делали. Нынешние приспешники капитана искренне ловил кайф от мысли, что причиняют другим людям боль. Жан и Алекс вышли из Гнезда вместе. Они молча кивнули друг другу и обнялись на прощание. Моро направился к черной машине, в которой сидел уже знакомый ему Нобуо, а Алекс пошел в сторону парковки, чтобы поехать за Нилом в аэропорт. Следующие две недели Жан провел в доме Ичиро в состоянии затуманенного сознания. Он приходил в себя только наедине с мужчиной, но тот часто был занят, потому что «под Новый год всегда много работы». Иногда в кабинет к Ичиро приходили незнакомые люди, и тогда Жан, работающий за столом в спальне, сидел так тихо, чтобы никто не заметил и даже не заподозрил его присутствие в доме. Жан набрал с собой учебного материала и усердно занимался каждый день. Он работал, открывая нараспашку дверь в гостиную и оттуда в коридор, чтобы слышать чужие шаги и голоса и понимать, что он в доме не один. Учеба отвлекала, но не так надолго, чтобы забыться в ней полностью. Он всегда был наготове, чтобы ответить на телефонный звонок, но Алекс так ни разу и не связался ни с кем из них. Скорее всего у него отняли телефон, и Жан с ужасом представлял, в каком состоянии может найти своего соседа и друга, когда вернётся в Гнездо. В один из дней, когда Жан пытался забыться в учебнике, к нему зашёл Ичиро, выкроив несколько минут свободного времени. Закрыв дверь в спальню, он подошёл к стулу и вплел пальцы в волосы парня, нежно оттягивая его голову назад. Тот отвлекся от книги и выпрямился, послушно запрокидывая голову. Изначально лёгкий и ненавязчивый поцелуй затянулся, и Жан смог оторваться от чужих губ только, когда шею свело от неудобного положения. — Ты слишком сильно переживаешь, — сказал Ичиро, опираясь бедром о стол. — Я же ничего не говорю. — У тебя всё на лице написано, — усмехнувшись, пояснил мужчина. Он провел пальцем по щеке Жана, оглаживая цифру три, и снова склонился в поцелуе. — Не думай о них. Всегда думай о себе в первую очередь. Не то твоя жизнь превратится в ад и будет очень недолгой. Жан опустил глаза в пол. Он половину своей жизни думал о себе, иначе бы попросту не прожил так долго. С ним рядом всегда был Кевин, а последние несколько лет ещё и Алекс. Они помогали друг другу по мере возможного, поэтому просто так выбросить их из головы не получалось. Каким образом предметом его особых сомнений и переживаний стал Нил Джостен, Жан не понимал. — Почему ты позволил Рико привезти его? — решительно спросил он, готовый к грубому ответу. Но Ичиро лишь улыбнулся, все ещё поглаживая его губы и щеку. — Я хочу знать, чего он стоит. Натаниэль — сын Мясника и его наследник. Он мог быть Вороном, твоим напарником и защитником от нападок Рико. Но он сбежал и весьма успешно прятался половину жизни. А теперь он занялся экси, попал на телевидение и сцепился языками с моим братцем. Это совсем не то, чего ждёшь от вечного беглеца. Но он выглядит уверенным в себе. Поэтому мне очень интересно, чему его научила та жизнь, к которой его не готовили. И как долго он сможет терпеть то, что должно было стать его по праву. Большой палец Ичиро скользнул по уголку рта Жана и проник внутрь. Тот замер, смотря в чужие глаза. Во взгляде напротив не было ни намека на сексуальную заинтересованность. Парень послушно приоткрыл рот и чуть прикусил кончик пальца, замечая быстро ускользнувшую улыбку на чужих губах. Мужчина убрал руку и провел мокрым от слюны пальцем по подбородку вниз к шее и вырезу футболки Жана. — А зачем я здесь? Я ведь мог остаться там. Помочь ему и сообщать о происходящем. — Зачем мне знать, что там происходит? — не отвлекаясь от своего занятия, спросил Ичиро. От сохнувшей на коже слюны у Жана побежали мурашки по телу. — Фантазия Рико довольна скудна, поэтому всё, что он делает, весьма однообразно. Хоть и отличается жестокостью. Я такое не люблю, но не отрицаю, что подобная предсказуемость действий удобна. — Но зачем здесь я? Я же мог помочь… — Вот именно, — Ичиро внезапно крепко сжал рукой челюсть Жана и потянул парня на себя, заставляя встать ноги. Тот растерялся только на секунду, а в следующее мгновение уже расслабился, покорно подставляясь под прикосновения другой ладони, забравшейся ему под одежду. — Ты всегда всем помогаешь. Отдаешь всего себя, лишь бы другим было хорошо и не было больно. Ты помогал Дэю годами, а он предал тебя, сбежав. Представляешь, что с тобой сделали бы Рико и Тетсуджи, если бы ты не был под моей защитой? Знаешь, что он мне предлагал сделать с тобой?! Мужчина крепко сжал его в объятиях, оставляя на шее укус. Жана пробрало диким, необузданным возбуждением, которое пронеслось через всё тело сверху вниз. Ноги чуть подкосились, но Ичиро жёстко сжал руками ягодицы парня, от чего тот зашипел и поднялся на носочках. — Ты должен перебороть себя и задушить в себе эту жертвенность, — продолжил мужчина. — Перестань помогать всем, кто об этом тебя даже не просит. И думай о себе, а не о других. Ичиро оставил тело Жана и переключился на его лицо. Ладонями сжал щеки и глубоко поцеловал, проникая языком по самые гланды. Парень застонал, чувствуя покалывание в пальцах. Ноги дрожали всё больше с каждой секундой, а воздуха стало не хватать. Жан почувствовал, как руки Ичиро вновь смыкаются на его шее, перекрывая кислород ещё сильнее. — Тише, расслабься. Мужчина лизнул мочку его уха, и Жан вскрикнул от острого укола желания. Член в штанах встал так сильно, что уже упирался Ичиро в бедро, растягивая лёгкую ткань домашних брюк. Морияма убрал одну руку от шеи Жана, давая ему сделать глубокий вдох, и тут же поменял положение другой ладони, пережимая сильнее. Парень всхлипнул, когда Ичиро потёр его член через ткань белья, проникнув рукой под резинку штанов. Чтобы кончить многого не потребовалось, и меньше чем через минуту Жан, покосившись, навалился на мужчину всем телом, чувствуя, как одежда противно липнет к коже. — Отвлекся от своих раздумий? — усмехнувшись, спросил Ичиро, обнимая его. Руки парня, едва ли подконтрольные своему хозяину, блуждали по чужой спине. — Ага. Жан кивнул и горячо выдохнул, щекоча дыханием шею. Он обнял мужчину, а затем слегка отстранился. Осторожно, будто боясь, что его могут оттолкнуть, поцеловал Ичиро в губы, ладонь кладя на ширинку его классических брюк. Тот помотал головой, не разрывая поцелуя, и перехватил руку за запястье. — Это было только для тебя, — сказал мужчина и, чмокнув в губы на прощание, вышел обратно к себе в кабинет. — Занимайся дальше. Жан замер возле стола. Сердце всё ещё бешено колотилось, ноги тряслись, а руки ощущались ватными. «Что это сейчас было?» спросил он сам себя. Не найдя ответа, парень вытащил из комода одежду Ичиро, которую тот разрешил ему брать, и пошел в ванную.

***

Жан смог вернуться в Гнездо только после того, как Ичиро удостоверился, что самолёт с Нилом Джостеном на борту приземлился в аэропорту Южной Каролины. Дверь в комнату была открыта настежь, щеколда сорвана и валялась у прохода. Жан захлопнул дверь, подпёр её стулом и направился к кровати, на которой без движения лежал Алекс. Тот дёрнулся в ответ на прикосновение и занёс кулак, но остановился, как только смог сфокусировать зрение на Жане. — Черт. Это ты, — он кинулся парню на шею, крепко обнимая его. — Я уже думал, что это никогда не закончится, а ты и вовсе мне приснился. Жан согласно кивнул и обнял Алекса в ответ. Быть главной игрушкой в руках Рико тяжело, но ещё тяжелее, когда это происходит в первый раз. Моро так с десяти лет тренировали, и с каждым годом становилось всё сложнее. Но процесс этот был постепенным, и парень успел нарастить броню к тому моменту, когда Морияма начал творить конкретную жесть. Алекс и Нил попали в самую гущу неподготовленными. — Ты не выходил на связь. — Рико забрал телефон. И у Нила тоже. Но всё вернули и на удивление целым, — Алекс оторвался от Жана и лег обратно на кровать. Моро стащил подушку со своей и бросил на пол, садясь сверху. — Это было ужасно. Как ты терпел всё это восемь лет? Моро внимательно посмотрел на своего соседа. Тот лежал весь в пластырях и бинтах, из-под футболки виднелись синяки и резаные раны от ножа. Алекс осунулся, черты его лица заострились. Он дрожал, но явно не от холода. И его клонило в сон, но он усилием воли заставлял себя держать глаза открытыми. — Это было тяжело, — ответил Жан. То, что он пережил, словами не описать, и Алекс это и сам понимает. — Расскажи мне всё, что он делал. Что он заставлял тебя делать с Нилом. Голденблад прикрыл глаза, собираясь с мыслями, и тут же дёрнулся, резко распахнув их. Жан коснулся его локтя в жесте поддержки и оставил ладонь на предплечье, чувствуя, как постепенно бешеная дрожь отпускает Алекса. — Нила избили сразу же в раздевалке, и сделал это Тетсуджи своим чертовым посохом. Я пытался ему помочь, но шестёрки Рико сначала держали меня, а потом выволокли из раздевалки. О том, чтобы остановить тренировку, речи не было, поэтому на нас нацепили форму и отправили на поле, — Алекс замолчал, переваривая свои воспоминания. — Мало кто знал, как зовут Джостена. Если кто-то обращался к нему «Нил», а тот откликался, то Рико бил его и меня, ведь мы стали партнёрами на эти две недели. По ночам он спать не давал. Нила поселили к Рико в комнату, и он заставлял меня держать его, пока резал. В первый раз я отказался, поэтому меня сначала избили, а потом заставили смотреть, как Нила держат и режут другие парни. Рико сказал, что если я буду помогать ему в этом, то он не будет с Джостеном таким жестоким. Алекс прикрыл глаза ладонями и сжался всем телом, тихо всхлипнув. Жан уже знал продолжение. Рико соврал. Это было одно из самых любимых его развлечений: давать людям надежду, а затем бить по рукам, когда они доверятся. — Ты не представляешь, в каком состоянии был Нил, когда я повез его в аэропорт, — сквозь задушенные слезы сказал Голденблад. — Мы почти не спали эти недели. Я думал, мы разобьёмся нахер из-за недосыпа. Держу пари, что Рико на это и рассчитывал. Моро кивнул, продолжая гладить Алекса по плечу. Тот уже успокоился, и Жан подумал, что он уснул, когда Алекс продолжил: — Рико заставил меня сделать Нилу татуировку на лице, как у тебя и Кевина. Сказал, что он должен был присоединиться к вам и стать частью свиты короля. Но он сбежал. Боже, я же знаю, кто такой Мясник. Нил уезжал таким похожим на него. Ему не жить после, — парень поперхнулся слезами, глотая часть фразы, — выйдет из тюрьмы. Жан нахмурился. Он знал немного про Мясника, но ничего не слышал ни про какую тюрьму. Понятно, что отец все эти годы искал своего блудного сына, а сейчас, когда тот перестал прятаться, просто протянет руку и схватит. Но причем здесь тюрьма, и кто оттуда должен выйти? — Извини, но я ничего не знаю про это. Алекс вытер глаза и сел, смотря на Жана с высоты кровати. — Натан Веснински. Мясник. Он в тюрьме и может выйти в марте, если предварительное слушание пройдет удачно. А оно пройдет удачно. Нил своим прекрасным личиком по всем каналам засветился, так что недолго ему по свету белому гулять осталось, — Голденблад обвел комнату взглядом и замер, смотря на оторванную от двери щеколду. — Как и нам впрочем. В конечном итоге всё произошло именно так, как предсказывал Алекс. Ичиро внимательно выслушал рассказ Жана, но практически не отреагировал. Сам парень поймал себя на мысли, что все действия Рико действительно были крайне предсказуемыми, и сказать по этому поводу ничего нового нельзя. Про Мясника и тюрьму Жан упомянул вскользь, на что получил настойчивую просьбу не лезть не в своё дело. Едва начался январь, как Жан получил от Рико заманчивое предложение посетить игру Лисов. Причем это действительно было предложение, а не приказ, но настолько тщательно выверенное и спланированное, что мурашки по спине от ужаса бежали. Рико не приглашал Моро напрямую, а обратился сначала к Тетсуджи. Тот связался с Ичиро, и уже старший из братьев Морияма передал Жану приглашение. Тот едва заставил себя дышать, когда понял, в какую ловушку его заманили. — Рико спрашивает, не хочешь ли ты съездить с ним в Техас. «Не хочу», буркнул внутренний голос. Но разве Жан имеет право на свое мнение? — А ты хочешь, чтобы я поехал? Ичиро рассмеялся, но глухо и словно болезненно. Парень вздохнул, понимая, что они оба оказались загнаны в угол. Рико знал, что если бы приказал Жану поехать с ним, то тот не смог бы ему отказать. Но Ичиро, узнав об этом, был бы очень недоволен своим братом и наверняка постарался бы перехватить парня. Привлекая как можно больше внимания посторонних людей, Рико нарочно создавал видимость, что это «всего лишь поездка». Если Ичиро выскажется против в этот раз, то будет вынужден отвечать на слишком большое число неудобных вопросов. Жан был уверен, что мужчину эти вопросы ничуть не волновали и не задевали. И он бы наверняка оставил их без ответа, если бы не… Слова Алекса вновь раздались в голове тихим эхом. Моро хлопнул ладонью по лбу, убивая эту мысль. Это невозможно. Пора бы уже запомнить и смириться. — Будь моя воля, — послышался тихий голос Ичиро, — я бы запретил Рико приближаться к тебе ближе, чем на километр. Не то что появляться на одном стадионе. Парень выдохнул на грани всхлипа. Эти слова лишь всё усложнили. Ещё сложнее стало, когда в день отъезда им не дали сесть в машину. Рико только успел подойти к своей, когда рядом с ними затормозил черный автомобиль, и из него вышел Нобуо. Открыв заднюю дверь, он жестом предложил сесть внутрь. Лицо Рико перекосило на долю секунды, но он быстро взял себя в руки. Жан впервые видел автомобиль с таким салоном. Сзади напротив привычного диванчика располагались два кресла, разделенные между собой столиком и обращённые спиной к водителю. Рико указал на одно из них Алексу, а тот лишь фыркнул, закатив глаза. Но когда он попытался на него пересесть, освобождая для Морияма место рядом с Жаном, ему не дали этого сделать. — Пересядьте вперёд, — Нобуо указал Рико на одиночное сидение. Жан подумал, что это первый раз, когда он слышит голос телохранителя. — Так для всех будет безопаснее. В этот раз глаза капитана налились кровью, и он сжал зубы так громко, что их скрип было слышно всему салону. Но Нобуо на эту немую угрозу отреагировал ровно никак. В конце концов, Рико пришлось занять одно из кресел, телохранитель сел на соседнее, а Жан с Алексом расположились на диванчике, лицом к ним и к дороге. — Это похоже на семейный выход в свет, — рассмеялся Голденблад, едва автомобиль тронулся. — Жан Моро с братьями своего небойфренда. — Заткнись! — Фу, — презрительно протянул Алекс, отворачиваясь к окну. — Ну вы и кислые редиски. Единица и тройка ответили удивительно складно. Нобуо же сохранил каменное выражение лица и не сводил с фигуры Моро взгляда. Этот взгляд Жан чувствовал на себе на протяжении всей поездки. Даже когда шёл в туалет или болтал ни о чём с Алексом. Оставлять его в Гнезде после новогодних каникул парень не решился. Мало ли что могут сделать пешки Рико. Это была официальная версия, а на самом деле Моро искренне не хотел, чтобы к кошмарам его соседа добавился ещё один. Нобуо двигался за ними немой тенью, ограждая от толп, где их могли узнать фанаты, и расчищая путь с помощью нескольких подручных. Из машины в аэропорт, оттуда в самолёт, затем в новый аэропорт и снова в машину. Жан всё это время ощущал пристальный взгляд, направленный ему в затылок. Очевидно, Нобуо было дано особое распоряжение касательно фигуры Моро, и мужчина следовал ему неукоснительно. Парню даже пришлось придержать его, когда на стадионе Рене подошла к ним поздороваться. По её лицу скользнуло выражение спокойного удивления, когда она поняла, что охрана здесь не ради Рико. Тем же вечером, вскоре после возвращения, Жан получил от Кевина сообщение. — Что за ерунда? — Что такое? — Кевин зачем-то прислал мне номер телефона Рене. Жан к тому времени переписывался с ней уже несколько месяцев, познакомившись и обменявшись с девушкой телефонами ещё осенью. Он и так знал её номер. Зачем Кевин ему его сейчас прислал? Если только Дэй просто не в курсе, кто из его команды с кем общается. — Ну, если Кевин и в окружении Лисов остался заносчивым придурком, помешанным на экси, — ответил Алекс, падая на кровать, — то я не удивлен, что он ни про кого ничего не знает. Следующие месяцы прошли относительно тихо. Ичиро звонил и писал, когда они не виделись лично, но практически не интересовался происходящим в Гнезде, больше спрашивая о самом Жане. Тот сначала был в ступоре, но потом решил, что раз ему приятно это внимание, то незачем себе в нём отказывать. Он рассказывал обо всем, хотя ничего нового в сущности не происходило. Рико словно избегал Жана. Можно было подумать, что капитан о нём забыл, но это точно было не так. На самом деле со стороны казалось, будто младший Морияма несколько потерялся. В его жизни одномоментно происходило слишком много событий, над которыми он не имел и не мог иметь никакой власти. Для Рико, привыкшего всё и всех строить по своему желанию — пусть и с применением грубой силы — было невыносимо, когда что-то выходило у него из-под контроля. Не зря ведь он всё ещё не разобрал постель и вещи Кевина. Сначала успех Лисов, которые планомерно двигались к цели. И неудержимый, скорый на саркастичные оскорбления язык Нила Джостена. Затем болезнь и госпитализация отца, о которой Рико наверняка узнал лишь, когда журналисты ткнули ему микрофон в лицо. Ичиро, который демонстративно игнорировал брата и даже не позволил ему организовать «поездку», прислав своих людей. И приказная просьба Нобуо, который запретил ему садиться рядом с любимой игрушкой для битья. Рико и так бесился от того, что Моро с главной семьёй связывают более тесные отношения, чем его самого. Эти слова и вовсе переполнили чашу его терпения. Слишком много унижений в последнее время капитану пришлось молча снести, чтобы он так просто забыл о Жане. Нет, он лишь оттягивал время, чтобы нанести удар в более удачный момент. Они оба знали это. А пока Рико оставалось срывать злость на поле и на своих приближенных. Жан видел, как одного из них методично забивали в стену сразу после конференции. А пока младший из братьев Морияма психовал, что отец даже на пороге смерти не желает с ним повидаться, старший чуть ли не через день забирал Жана из Гнезда к себе в загородный дом. Они не занимались сексом — парень уже с трудом мог вспомнить, когда они были вместе в самом близком смысле этого слова — но проводили ночи в одной постели. — Что такое? Моро приподнял голову с подушки, распахивая заспанные глаза. Когда зрение пришло в норму, он различил Ичиро, сидящего на кровати спиной к нему. Мужчина держал телефон возле уха и молча слушал кого-то. Затем так же молча сбросил вызов и убрал смартфон на тумбочку. — Что-то случилось? — спросил Жан. За окном темнела ночь, и парень успел мельком увидеть время на экране мобильного. Три часа пятнадцать минут. Конечно, что-то случилось. — Нет, — ответил Ичиро, ложась рядом. — У отца ещё один приступ. Ему придётся задержаться в больнице. Моро внимательнее всмотрелся в лицо напротив, пытаясь понять, какие чувства по этому поводу испытывает мужчина. Но не увидел ничего. Ичиро, похоже, уже давно смирился, и теперь ему было искренне плевать, что его отец умирает. Вместо этого он притянул парня к себе под бок и укрыл его плечи одеялом. — Не хотел тебя будить. Ты не замерз? Жан помотал головой из стороны в сторону. Он всё ещё хотел спать, но теперь его мысли заняли размышления о том, что произойдет после смерти Кенго. Для Гнезда мало что изменится. И Тетсуджи, и Рико были вторыми сыновьями, и вся их власть была подобна объедкам с царского стола. Ни один, ни второй не общался с Кенго, поэтому вряд ли они хоть как-то будут переживать о его смерти. Ичиро и так уже давно взял бразды правления в свои руки. Но как он отнесётся к смерти отца, а не господина, для Жана оставалось загадкой. За весь период их странных отношений Ичиро ни разу не сказал, как относится к отцу. После первой госпитализации Кенго Жан начал посещать загородный дом семьи Морияма с завидной регулярностью. Они с Ичиро много разговаривали о разных вещах, лёжа в постели. Но мужчина и слова не сказал о здоровье своего отца, его болезни и как относится к его скорому уходу. Однако Жан соврал бы, сказав, что его сильно удивляет, что Ичиро предпочитает проводить время с ним, а не сидеть у постели умирающего. Отношения семьи Морияма совершенно не поддавались логике и принятым нормам. В марте Нил Джостен стал жертвой своего отца, и эта новость поразила все газеты и телеканалы страны. СМИ кипели, у Лисов прибавилось болельщиков и сочувствующих, а в Воронах перешептывались, скрываясь по углам от злющих Рико и Хозяина. Хотя на губах младшего Морияма то и дело мелькала довольная улыбка. Постепенно он возвращал себе столь необходимый ему контроль. Прошло не так много времени, когда в новостях сообщили о смерти Кенго Морияма. Жан с удивлением понял, что узнал об этом одним из первых. «Мой отец мертв», написал ему Ичиро за пару минут до полуночи. «Мне очень жаль», ответил парень ему. «А мне нет». После этой переписки Жану на телефон не поступило ни одного звонка или сообщения. Моро в принципе был готов к такому, но всё равно где-то в глубине души было обидно. Утром новость о смерти Кенго разошлась по Гнезду. Рико принимал скупые соболезнования и от чего-то злился. Алекс, который своего дядю толком и не знал, поделился, что на похороны приглашены все «побочные родственники». Даже он сам с родителями. Но не Рико. В ночь, когда Алекс и Тетсуджи покинули Гнездо, Моро услышал шаги по коридору в направлении своей спальни. — Здравствуй, Жан, — Рико с ноги открыл дверь в его комнату и не стал включать свет. Приблизился к кровати с замершим в оцепенении парнем на ней и схватил его за волосы. — Начнем с нашего любимого? Любимым развлечением Рико были пытки водой.