Обитель Историй

            Ученица уже ступила в лаз и хотела начать спускаться. Но её, Пучину и всех и вся дери, Пихточка поймала за хвост. Ладно, делать уже нечего.             Жасмин повернулась и увидела врачевательницу. Её хвост был чуть приподнят, мордашка наклонена вбок, а в светло-зелёных глазах стоял вопрос.             Ученица улыбнулась ей и чуть наклонила голову:             — Я хочу сходить в лагерь.             — Зачем? — Смутилась врачевательница. И эта реакция будто полоснула когтями по животу Жасмин. — Сейчас же начнётся соревнование! Ты разве не хочешь на него посмотреть? Там будет Мгла и Зорька! А они типа являются фаворитами в победители, — С ещё большей погрустневшей мордашкой мяукнула Пихточка.             Но постепенно в её взгляде начало прослеживаться подозрение и вместе с тем огромная её туша стала будто давить на Жасмин. Да ещё же есть Зёрнышко, которая, по словам взрослых, громадина та ещё. Страшно представить, как бы себя чувствовала ученица рядом с ней. Жасмин тут же начала:             — Мне надо туда.             — Но зачем? Там же типа ничего и никого нет, кроме Бакланчика, — Бакланчик! Он же мог заметить меня и всем рассказать о моих похождениях. Нет, это не пойдёт так.             Жасмин сделала вид, что задумалась над вопросом Пихточки. Но только ученица раскрыла пасть, чтобы выложить ей ложь, целительница воскликнула:             — А! — Она просияла. — Так ты хочешь посидеть с ним? Это же типа так круто! А то он скучает там один, никто к нему не ходит, кроме меня, — она расплылась в улыбке и её взгляд слегка помутнел. Она смотрела сейчас будто сквозь Жасмин, и от этого у ученицы прошлись мурашки. Через несколько мгновений её взгляд сфокусировался. — Он, если что, сидит в палатке и спит, но ты можешь его разбудить — он типа не будет против! Я так думаю. Можешь идти, а я тебя прикрою, — она заулыбалась и заискрилась счастьем. — Он будет так счастлив! Я-то не могу к нему сейчас подойти, у меня одна обязанность, но тебе-то он точно обрадуется! — Промурчала врачевательница, снова уйдя в какое-то небольшое забвение радости. — Спасибо тебе!             Пихточка, посмотрев на ученицу ещё раз, развернулась и слегка резкой походкой направилась к линии соревнований, где её ждали Рожь. Та помахивала хвостом, чтобы привлечь внимание младшей врачевательницы. Бархат же смотрела в противоположную сторону. Так вот, где она.             Жасмин смотрела Пихточке вслед. Вскоре её походка сменилась на слегка подпрыгивающую, а потом она и вовсе побежала к ожидающим её кошкам. Ученице поплохело. Она соврала единственной, кто к ней более менее хорошо относился. Хоть вчера и сегодня целительница вела себя отстранённо, но она всё ещё продолжала верить в Жасмин даже после того, как она защитила Молнию. Ученица вздохнула побольше воздуха. Сейчас не сделаешь уже ничего, всё совершенно.             Как только врачевательница отошла на небольшое расстояние, она кинулась в лаз лагеря. На мгновение темнота поглотила её.             Ученица вспомнила про кочку. Свежевырытая ямка. Гнилая дичь. Так вот что это было. Но она уже вылетела на крутую тропинку и не могла остановиться.             Ужас охватил Жасмин, только земля под лапами начала разъезжаться и она оступилась и начала падать вперёд. Нет, нет, нет, нет, нет. Лагерь внизу показался недосягаемым местом и в этот момент у Жасмин что-то ёкнуло в груди.             Лапы заскользили и ученица начала удерживать равновесие и тормозить. Но она уже окончательно накренилась вперёд и полетела кубарем по тропинке.             Тело почувствовало ощутимый удар. Первый. Второй. Ноющая боль в боках.             Наконец, её тело сдалось после очередной попытки захватиться за спасительную землю. Жасмин вначале почувствовала пустоту под боком, а после, отяжелев, полетела вниз.             Нет. Жасмин зажмурилась. Пресвятые Звёзды и Духи, помилуйте меня, за что вы мне это дали.             Жасмин приземлилась на все четыре лапы. Их пронзила острая боль, и она тут же упала.             Ученица раскрыла веки и, попыталась посмотреть на свои лапы. Всё тело ныло, но она попыталась не обращать на это внимания. Получалось плохо. Одной лапкой она ощупала все остальные и на всякий случай проверила рёбра, как её обучал Мухомор во время его замены Цапли.             Всё было цело, слава Звёздам и Духам.             Жасмин прислушалась. Наверху были слышны громкие разговоры котов, но окрика Ворона о начале соревнований пока что не было. Значит, её никто не слышал. Отлично. Но времени мало.             Ученица встала и снова почувствовала в лапах и по бокам резь. Неважно. Она на миг почувствовала чужой взгляд на себе и повернулась.             Никого на всей этой поляне не было. Все палатки были пусты, а в воздухе чувствовались старые запахи котов. Жасмин повернулась обратно и взглянула наверх. Да, упала она с высокой высоты. Где-то несколько лисьих хвостов.             Ученица проковыляла к началу тропинки и собралась подняться наверх, но только она подняла две лапы, чтобы запрыгнуть, она согнулась пополам от ломоты в теле. Пучину и Подземелье дери!..             Ладно. Придётся постоять здесь и вернуться к прошлому плану, пока всё не пройдёт. Может, Молния действительно закопала её тут.             Но здесь нигде не было видно каких-либо новых кочек. Жасмин прошлась до норы, где последний раз видела кучу с дичью. Она поднялась на задние лапы, встала передними на кайму норы и засунула туда голову, принюхавшись. И её тут же накрыла волна запахов чужих котов, дичи, их возраста и запах полей.             Отшатнувшись, она высунула мордашку. Нет, так не найду я ничего. Значит, надо подниматься наверх и искать ту кочку.             Жасмин повернулась назад и медленной поступью направилась к тропинке наверх, стараясь не делать больно лапам и резко не поворачиваться, чтобы рёбра не ныли. Но она снова почувствовала на себе взгляд.             Она повернула голову в ту сторону, где, как ей казалось, был наблюдающий. И наткнулась на тёмно-жёлтые глаза, с узкими зрачками, выглядывающие из палатки врачевателя. Существо тут же исчезло из поля зрения.             Жасмин на мгновение похолодела от них, но тут же к ней вернулась трезвость. Это был котик, брат Пихточки. И он может рассказать всем, что она упала и лазала в их куче. Коты могут подумать, что подставила Молнию она.             Она устремилась к Бакланчику.             Но надо спешить.             Со всей возможной скоростью она направилась к палатке врачевателя. Лапы заболели сильнее, но Жасмин себя пересилила и шла в ту сторону. Пучину, Подземелье и всех и вся дери. Почему именно сейчас и именно я?             Жасмин подошла к палатке, откуда веяло запахами трав. Вход туда был сделан из лозьев ежевики, куда были вплетены молодые душицы. На миг Жасмин остановилась и для неё будто открылся новый, страшный мир. Сердце пропустило удар. Собственник этой палатки верит в Старых Высших Духов?..             Духи, в которые верили Хранители. Которые запрещены сейчас.             Ученица ступила внутрь.             — Бакланчик?             Жасмин вошла в палатку, наполненную пряными запахами трав, и окунулась в приятную полутьму. Вдоль стен пещерки лежали подстилки, в которых лежали тимьян и перья птиц. Она ещё больше удостоверилась в том, что собственник палатки знает Старых Высших Духов, что само по себе было подозрительным. Подснежница как-то рассказывала, что в первые дни Старых Лесных эта вера стала угасать. Котов, кто верил в них, изгоняли.             Ученица оглянулась. И вздрогнула от неожиданности, найдя лежащего котика сбоку от себя, который глазел на неё. Он был похож на монстрика с огромными глазами и огромного размера, боящийся своей жертвы больше, чем она его.             — Что? — Спросил он, возвращая к себе трезвость.             Бакланчик сидел, вжавшись в стену и с прищуренными глазами вглядывался в Жасмин, осматривая её. Ладно, быстрее начнёшь, быстрее закончишь.             — Можешь, пожалуйста, не говорить, что лазала я в вашей куче и что упала с тропинки? — Жасмин замолчала и всмотрелась в собеседника. Тот пару секунд оглядывал её и будто бы проверял, стоит ли доверять ей. Наконец, он начал, выпрямившись и нахмурившись.             — Во-первых, кто вообще сюда придёт; во-вторых, хорошо, я не буду никому ничего говорить.             Ух ты, как просто оказалось. А я-то думала, что его придётся уговаривать.             — Спасибо, — Жасмин сделала поклон головой, на что Бакланчик никак не ответил, и развернулась к выходу. Да! Лучшая сделка. Да я смогу ещё успеть к Лютику, Мгле и Зорьке!             Она уже собралась выйти, как её остановил её собственный внутренний голос.             Как ты можешь? Врушка.             Она встала с приподнятой белой лапкой. Лёгкая улыбка слезла с мордашки. Жасмин посмотрела на свои лапы. Она с доли секунды так стояла, а потом опустила поднятую. Бакланчик удивился:             — Ты чего?             Жасмин набрала побольше воздуха в сжатые лёгкие.             — Ты как? Да и почему ты здесь? — Она повернулась к нему. Бакланчик расширил глаза. Он рассмотрел её, начиная с ног и медленно поднимаясь к голове. Наконец, он фыркнул:             — Тебе-то что? — Он повернулся на другой бок, спиной к Жасмин, и лёг куличиком, но голову не опускал. Жасмин вздохнула. Вот и решила начать разговор. Она развернулась и направилась обратно, как тут Бакланчик буркнул: — По шее заяц дал, — Жасмин прыснула. Он обернулся, сверкнув глазами. — Что смешного?             Ученица тут же замолчала, пристыдив себя, и, через пару секунд пристальных разглядываний, начала:             — У нас есть в группировке поговорка: «Грозный взгляд заметь её и беги скорее. Не послушал? Дурачьё! Получил по шее», и твоя ситуация очень похожа на эту, — попыталась объяснить она. Котик призадумался, отведя взгляд в сторону. Тишина давила на Жасмин, а сердце начало покалывать. — Извини.             Но он лишь хихикнул, чем окончательно смутил Жасмин. Он что, не расстроился? Чушь какая-то. Он взглянул на неё, а на его мордочке появилась улыбка.             — Хорошая поговорка. Надо запомнить. А на кого она?             — Не важно, — улыбнулась в ответ Жасмин. Его взгляд смягчился и тело с мордочкой расслабилось.             — Похоже на Ракиту немного. Хотя, думаю, она никому по шее не даёт, а ещё она смотрит скорее холодным взглядом, чем грозным. Кстати, а что ты делала-то?             — Рассматривала дичь, — Бакланчик поджал губы, а его зрачки сузились. Пучину дери.             — Во-первых, это маленько странно: ты скатилась с нашей тропинки и наверняка потянула себе все лапы лишь для того, чтобы посмотреть на мышей? Как-то это подозрительно, — он окинул взглядом палатку, и его взор остановился на одной из кучек трав. Он кивнул в их сторону. — Кстати, если уж совсем не хочешь настоящей врачевательской помощи, то хоть одуванчик с ромашкой съешь. А хотя лучше только ромашку, от одуванчиков спать захочешь.             Жасмин взглянула туда, куда показывал Бакланчик и заметила большую кучку из соцветий ромашек и листьев одуванчиков.             — Хорошо, спасибо.             — Больше бери, штуки три-четыре.             — Не многовато? — Переспросила Жасмин.             — Если бы ты попросила о помощи кого-нибудь из врачевателей, то это было бы много, ведь они бы тебе перевязали лапы и нашаманили бы ещё чего-нибудь. Но так как ты не хочешь, чтобы они узнали, то ешь больше, чтобы боль утихла.             Жасмин отделила от общей кучки три соцветия. Она взглянула на них. Беленькие лепесточки ромашки выглядели, как живые, но если присмотреться получше, то можно заметить, что они сухие. И это придавало им ещё большей красоты.             — И что мне с ними делать?             Бакланчик нахмурился.             — Есть. А что ещё можно с ними сделать?             — Натереть, — котик на это высказывание прыснул. Ученица мысленно вжала голову и получше рассмотрела цветочки, которые взяла.             — В основном все растения надо есть. Есть много исключений, но обычно они плохо пахнут и поэтому есть их не хочется, — объяснил он.             Жасмин кивнула ему. Беленькие лепесточки и жёлтенький центр… Интересно, а почему меня не назвали Ромашкой? Это имя больше подходит ко мне. Надо будет спросить маму и папу.             Ученица взяла цветочки в пасть и проглотила их. По вкусу они были слегка горьковаты. Ученица прожёвывала каждую часть растеньица, пока в это же время по телу пробегала приятная дрожь от вкусности всего этого маленького лекарства. Она проглотила целебное лекарство, всё ещё пытаясь запомнить вкус этой травы на будущее.             — Ну? Как тебе? — Улыбнулся Бакланчик.             — Отлично, — улыбнулась в ответ Жасмин. — А почему ты не дал мне можжевельник?             — Потому что он нужен в основном для того, чтобы, во-первых: успокоить кота, во-вторых: облегчить дыхание, и, в-третьих: чтобы облегчить боли в животе. Тебе же нужно сильное лекарство, чтобы ты смогла протянуть до Ночи Духов.             — Поняла, — Жасмин сделала небольшой поклон головой. — Ты добрый, — Бакланчик хихикнул и Жасмин внутренне отстранилась от него. Но потом она увидела, что на самом деле этот котик лишь из-за смущения засмеялся.             — Почему же?             — Просто. Я так считаю.             — Не потому ли, что коты наверху недавно там кого-то проклинали? — Жасмин удивилась. — Слышно было даже от сюда, — котик нахмурился и опустил взгляд. — Раньше такого не было. Нам с Пихточкой много историй рассказывали, как здесь коты никогда не ссорились и точно уж не проклинали друг друга. Ничего больше такого не было?             Жасмин колебалась. Стоит говорить или нет? Она только с ним познакомилась, а уже душу ему выкладывает. Но что-то ей подсказывает, что ему можно доверять.             Жасмин ещё раз подумала. Нет, нельзя:             — Нет, больше не было ничего такого, — Бакланчик на это чуть нахмурился.             — Верь или нет, но я никогда о таком не слышал. Даже Бархат, которая в детстве говорила нам, что если попасть в палатку врачевателей, то она будет проводить над нами опыты, среди которых был по вставлению крыльев птиц нам в спину и пришиванию их к позвоночнику с помощью колючек ежевики, и что она там держит голодных крыс на привязи, чтобы если вдруг кто-то зайдёт к ней в её перерыв, они его медленно сожрали, начиная с нижней части тела, а потом обсасывая живот и кишки с желудком, и то она никогда о таком не упоминала.             Жасмин ничего не ответила на это, а лишь кивнула.             Два ученика смотрели друг на друга, и над ними медленно нависало неуютное молчание. Жасмин спрятала от него свой взгляд. Бакланчик начал:             — Что-ж, раз всё обошлось, то можешь уже идти наверх. Мне кажется, что они уже закончили третье испытание и скоро начнётся Ночь Духов, — Жасмин на его последних словах напряглась. Она взглянула на выход из палатки врачевателя.             Нет.             Там стемнело.             Жасмин встала и повернулась к котику.             — Спасибо за всё. Мне пора идти, — Чтобы уж совсем душно не было, она добавила. — Извини, что ухожу, но мне пора.             — Ничего страшного, — удивился Бакланчик. — Ты чего? Я же не держу тебя.             Жасмин улыбнулась ему, кивнула и ринулась на выход.             Лишь бы успеть. Если Лютик заметит моё отсутствие, то это будет полный провал.             Ученица выбежала из палатки и очутилась в полусумрачном овраге. Небо побагровело, и кучерявые одинокие облачка впитали в себя все оттенки лилово-рыжего заката.             Но не успела Жасмин пройти и полпути к тропинке наверх, как увидела, как оттуда спускаются четыре кошки.             Нет…             Первой кошкой была Рожь, которая вышагивала впереди Львиного Зева и Мглы и будто показывала им путь, а сзади шла Пихточка, нёсшая пучок трав и опустив голову вниз. Значит, моя сестра победила.             Жасмин остановилась на мгновение. Она смотрела, как этот маленький отряд шёл по дорожке, не издавая ни единого звука. Наверху, по краю оврага, коты цепью сидели рядом друг с другом, наблюдая за происходящем в лагере. Это было странно видеть, как сверху тебя образуется кольцо из светящихся кошачьих глаз.             Во всём этом овраге ничего не было слышно, кроме как пения птиц и свиста ветра.             Жасмин слегка улыбнулась этому виду, но потом снова вернула себе серьёзный вид. Сумасшедшая. Кто улыбается ни с того, ни с сего?             Рожь никак не реагировала на Жасмин. Её тусклые жёлто-зелёные глаза смотрели прямо перед собой, а мордочка выражала лишь серьёзность и спокойствие. Лапы её поднимались с изящностью и лёгкостью, будто целительница летела, движения скорее напоминали плавный танец. Также выглядели и Львиный Зев с Мглой.             Пихточка же шла, почти прижавшись к земле как змея. Поступь её была тяжёлой, а голова опущена вниз. Она выглядела громоздкой благодаря своей чёрной шерсти, но в то же время она не оступалась на очередном холмике.             Жасмин подождала, пока весь этот маленький отряд спуститься на землю, и после этого бросилась наверх.             Добежав до лаза, она нырнула в него и тут же оказалась на поверхности.             И Жасмин на миг остановилась.             Всё поле было залито последними золотистыми лучами солнца. Трава шелестела и прогибалась под ветром, а на далёких деревцах и на кустах присаживались птицы и пели свои заливистые песни. Ученица улыбнулась.             Ш-шик!             Жасмин повернулась в сторону звука. Она встретилась взглядом с Лютиком. Его янтарные глаза всего миг горели раздражением, но в следующую секунду его взгляд погрустнел. Его губы были поджаты, а кончик хвоста дёргался.             Ученица втянула голову. Она направилась к нему. Прости. Прости, что не присутствовала на соревновании. Прости, что не поддержала. Прости, что вышла тогда туда. Прости. Прости. Прости.             Со сторон все тоже начали пялиться на неё. В этих взглядах было осуждение, раздражение, гнев, что она прервала такую церемонию. Какой-то кот отвернулся и что-то прошептал своей соседке, которая тут же взглянула на Жасмин, прищурившись.             Как только Жасмин присела рядом с Лютиком и пережила все эти взоры, он отвернулся от неё и продолжил наблюдение за церемонией. Ученица посмотрела чуть дальше Лютика и увидела, что там сидит Зорька.             Её белый бок был грязным, а мордашка без эмоций. Она также смотрела вниз, но её взгляд был потуплен и смотрел скорее сквозь котов внизу, сквозь весь этот мир. Он был отрешённым.             У Жасмин защемило сердце. Она что-то пропустила. И она даже не может сейчас спросить, что произошло, и поддержать свою подругу.             Она вернула взгляд к церемонии начала Ночи Духов, но заметила, как на неё кто-то смотрит с другого конца оврага. Ученица встретилась взглядом с той кошкой. С Облачком. Глава луговых чуть улыбнулась ей и её взгляд смягчился. Рядом с главой сидели Полынь с одного бока, и Жук с другого. Подушечки лап закололо и Жасмин, смутившись, опустила взгляд вниз, на лагерь.             Но Жасмин заметила ещё одну вещь среди всех этих котов. Они сидели лагерями. Одна цепь котов отделялась от другой одним-двумя лисьими хвостами. И все, как только встречались с другими взглядами, тут же опускали. В этих глазах чувствовалась неприязнь.             Это напугало ученицу, ведь по рассказам старших все относились друг к другу с пониманием и дружелюбностью.             Но Жасмин тут же отдёрнула все эти мысли. Мне просто так кажется.             В центр поляны вышли Львиный Зев и Мгла. Младшая встала напротив Старшего так, что между ними было ровно четыре лисьих хвоста. Сестра Жасмин села спиной к востоку, а отец Пихточки — спиной к западу. Они друг другу кивнули, а потом низко поклонились.             В это время Рожь обошла вокруг них круг, наклонив голову и осматривая каждое их действие. Пихточка шла за ней, всё также опустив голову со свёртком трав и прижавшись к земле. Как только Представители Живых сели на свои места, Рожь остановилась. Младшая врачевательница продолжила движение и встала по центру того расстояния между победителями. Она положила травы, разложила свёрток, и легла наземь, закрыв глаза. Там лежали соцветия окопника и душицы             Рожь подошла к ней и, встав перед ней, медленно поклонилась. После она взяла из свёртка половину трав и направилась к Львиному Зеву.             Как только она подошла, он пригнулся, закрыв глаза. Рожь осыпала его этими травами и лизнула в макушку.             Потом она подошла к Мгле. Сестра Жасмин выглядела гордой, хоть и голова её была опущена. Рожь проделала с ней ту же процедуру.             Как только победительница была осыпана и Рожь отошла в сторону, проснулась Пихточка. Она встала со своего места и, задрав голову, обежала кругом этих котов, мяуча. В тот же миг все коты по краю оврага подняли голову вверх и замяукали, разрушая спокойствие и тишину ночи. Жасмин сделала тоже самое. И там, на далёком небосводе, были видны первые Звёзды. Первые Хранители Ночи и Котов.             Мяукая, Жасмин будто всё больше ощущала себя единым целым с другими котами. Это была будто песнь. И ученице не хотелось её прекращать.             Однако Пихточка вернулась на своё место и замолчала, и в этот же момент поляна снова погрузилась в тишь. Младшая врачевательница замерла сзади Ржи, которая закрыла глаза. В лагере гулял ветер и трепал длинную шерсть Пихточки, Мглы и Львиного Зева.             Наконец, Рожь открыла глаза и посмотрела наверх, на небо:             — Ночь Духов начинается, — её голос разошёлся по стенам лагеря гулким эхом, повторяя сказанное. После этих слов нельзя было говорить ни слова. Важно было уважать тишину Ночи.             Все снова взглянули на небосвод. Первая звёздочка, самая яркая на небе, слабо светилась и освещала Путь. Путеводитель.             Они простояли так некоторое время, глядя на бесконечное пространство, слушая игру сверчков и ощущая запахи полей. Потом Облачко, Жук и Ворон ушли со своих постов. Они вместе собрались, становясь в сторону Путеводителя. Они встали в ряд и медленной поступью направились в ту сторону. Дальше пошли Селезень, Полынь и Норка. Они направились за своими главами, которые начали шествие. Коты начали собираться за ними. После советников вышли Искатели, далее Старшие, потом Младшие, а поход замыкали два Врачевателя — Рожь и Пихточка.             Они шли к Высокому Холму. Священному месту, с которого видно всё озеро и прилегающую к нему территорию. Именно оттуда ближе всего к Ним. В этот день Звёзды спускаются с небес, а Духи приходят со своих дальних путешествиях и другого мира к Живым Котам. Там можно наблюдать за Звёздами и смотреть за их перемещением, как Подосиновик и Галка. Как раз благодаря им и общим предкам всех котов сейчас они обладают знаниями о звёздах.             Жасмин шла одна бок о бок с Лютиком, окружённая полями и гуляющих по ним Духам, когда-то живыми котами и бесконечным небом с многочисленными Звёздами и ощущая ненависть между каждым другим котом по отношению к другому. А ведь Черныш остался там, лежать на траве вместе с Бархатом.             И шли все они в молчании.