Обитель Историй

            — Нет, неправильно. Если грязь попала в рану, то нужно вот сразу её промыть, а не ждать, — отчитала Зорьку Мгла. Младшая Искательница ходила и осматривала всех учеников. Она следила, чтобы все искали и приносили именно те травы, которые нужно для очищения ран, а не абы какие. А то принесут ещё не пойми что, новый вид вёха какой-нибудь или болиголов. — Зорь, попробуй ещё раз.                    Зорька дёрнула ухом и еле сдержалась от того, чтобы не бросить шишку в подругу. Она уже второй раз повторяла правила поведения при появлении раны и её уже второй раз останавливали или перебивали. Разве мало того, что она принесла какой-то огрызок от кервеля и паутинку и промычала что-то вначале?                    Хотя всё-таки она пообещала себе сегодня ни на кого не кричать и никого не убивать, а обещания надо выполнять. Набрав побольше спёртого воздуха в лёгкие, ученица начала в третий раз:                    — Хорошо. Я могу получить рану, если наступлю на камень, поцарапаюсь об острый предмет или если кто-то меня ранит. Рану можно получить на подушечках лап и на морде, реже на теле, так как у котов толстая шерсть.                    — Шубка, — перебила её Мгла и продолжила следить за говорившей.             Зорька на миг взглянула на неё и по телу прошлись жгучие чувства. Лапы налились новой силой, трезвые мысли отступили на задний план. Она будто заново проснулась с утра и была готова к новым свершениям и преступлениям.                    — Шубка. Да, шубка. Если рана всё-таки получена, то надо сразу её промыть и очистить от грязи. Если этого не сделать, то в неё попадёт грязь, и в итоге в течение нескольких суток кот умрёт в долгих мучениях.                    — Вот! Зорь, ты — молодчина. Но я уверена, что ты могла бы сразу сказать именно так.                    Зорька сжала челюсти и хлопнула хвостом по земле. Простите, что? Мгла уже хотела отойти и продолжить расспрашивать остальных — Тиса и Лютика — как её остановила гремучим голосом ученица:                    — А что я до этого делала?                    — Ну, ты говорила, только не совсем так, как надо.                    — В смысле не так, как надо? А как надо было? Я то же самое произносила, — в лапах с каждым словом появлялась всё большая неуправляемая энергия.                    Зорька метнула взгляд на Лютика, приготовившись поймать на себе обжигающий взор, узнать в них знакомые эмоции — осуждение или раздражение.             Однако тот смотрел вовсе не на неё. Его голова была поднята вверх, к чистому небосводу и припекающему солнцу, появляющемуся из-за ветвей золотистых сосен.                    Разум туманил его образ. Пустые глаза Лютика не были сфокусированы на небе, словно он смотрел куда-то дальше, на невидимые звёзды. Ни одна часть его тела не двигалась: хвост валялся на земле, плечи были сгорблены, уши не держались торчком. Вся его шерсть была немного грязной и пыльной. Он больше походил на камень, а не на живого кота. Оставался лишь вопрос, какие же у него лёгкие — неужели такие же?                    Медленно, но, как говорится, верно, её брат превращался в ходячий труп. Словно в тот момент, когда Жасмин последний раз вздохнула, он тоже вместе с ней покинул этот мир. Будто бы сейчас он гнил так же, как и червивое тело его второй половинки, лежащее в нескольких кошачьих усов от поверхности, гниющее и придавленное землёй.                    — Зорь, — к ней повернулась Мгла, и на её мордашке проявилась грустная улыбка. — Я знаю, что ты скучаешь по Жасмин и что ведёшь себя вот так из-за неё. Но она теперь Дух и блуждает где-то среди нас, быть может даже вот тут. Не надо думать, что она не здесь и не видит вот всего того, что с нами и даже с тобой происходит.                    — Откуда тебе знать, есть Духи или нет? — Почти зашипела Зорька.                    Она уже слышала это. Слышала, как все эти коты обесценивают смерть и верят в то, что Жасмин попала в волшебный мир с бесконечными лесами, полями, лужайками и полноводными реками. Зорька не могла понять их: разве только они, коты, могут попасть в этот прекрасный мир? А куда попадают точно такие же животные, как и они? Мыши, например? Собаки? Туда же? Что же там происходит тогда?                    Мгла расширила глаза, и её шёрстка на загривке чуть приподнялась. В следующий миг её взгляд посерьёзнел.                    — Зорь, осуждаю. Так нельзя говорить. А если вот Дух Леса услышит тебя? Или твой Дух-хранитель? Или Жасмин? Или ещё кто-нибудь? Ладно я вот знаю тебя и знаю то, что ты не такая, но есть же другие коты, которые могут подумать обратное, — Зорька закатила глаза. Она хотела как-нибудь ответить ей, но Мгла уже ушла к Тису. В глубине души ученицы завозилась разгорающаяся злость. А ну. Повернись. Обратно.                    — Тис, а теперь ты. Скажи, какие травы ты выбрал для лечения ран и почему?                    Тис поворошил свою кучку.                    — Кервель, кислица и календула. Вроде, всё, что нашёл.                    — Ты не ответил на второй вопрос, — улыбнулась Мгла. — Почему вот именно они?                    — Кервель, вроде, от заражённых ран. Кислица тоже от гноя. Календула для защиты от заражения, — рассказывал Тис. Зорька еле-еле подавила в себе смешок. Как там говорилось? «Краткость — сестра таланта»?                    Мгла посмотрела на предоставленные травы и, бросив мимолётный взгляд на Тиса, спросила:                    — А как именно ты будешь их применять? — Мордашка Тиса от такого вопроса немного вытянулась, он на секунду расширил глаза.                    — Из кервеля сделаю сок и намажу на рану. После использую паутину, чтобы закрепить лекарство. А чтобы сделала ты?                    — Я бы вот сделала точно также, как и ты, — улыбнулась Мгла. — А что?                    — Вроде ничего. Мне просто хотелось узнать твоё мнение. Вдруг, я не прав, — улыбнулся в ответ Тис, чуть прикрыв глаза и легонько хлопнув землю хвостом. Только с каждой секундой рассматривания его фигуры Зорьке всё больше хотелось от него отвернуться и не видеть его.                    До чего же его глаза были стеклянными.                    — Так, Тис, прекращай, — проворчала Подснежница, нахмурившись.             Она сидела вместе с другими Искателями и наблюдала за ведением урока Мглы. Это был её пробник — младшая искательница должна была показать свои умения объяснять темы. Жук же сидел в противоположной стороне от всех них, в самой дальней части полянки, и наблюдал оттуда.                    — А что? — Расширив голубые глазки, мяукнул он. Он прижал уши к голове, а хвост — к телу. — Разве я сделал что-то не так? — Поникшим голосом спросил он. Он так дрожал, что у Зорьки на миг появилось острое желание приблизиться к нему и поддержать. Подснежница тоже заметила это и несколько секунд мешкалась.                    — Нет, не сделал, но хватит ныть, — вздохнула проверяющая. — Ладно, быть может, ты тогда ничего не сделал, но сейчас не веди себя как девчонка.                    Тис отвернулся от них и кинул быстрый взгляд на Зорьку. Кошечка чуть прижалась под его взглядом. Следующая же реакция была противоречивее — хотелось кинуть в него шишку и попросить больше так не делать. А ну не смотри на меня так!             В его голубых, почти что леденящих, прям как у бабушки, глазах горели искры. Словно он был готов начать охоту на кого-нибудь. Ученица в тот миг могла ощутить все его эмоции на себе. Но он тут же отвернулся, и все эти чувства магическим образом исчезли.                    — Тис, ты молодец, что взял вот именно эти травы! — Мяукнула Мгла, переминаясь с лапки на лапку. — Я ни в коем случае не пытаюсь принизить тебя или как-то обвинить в чём-то. Вот ни в коем! Я очень извиняюсь, если это выглядело именно вот так, но я не хотела.                    — Ничего страшного, — прикрыв глаза, улыбнулся Тис. — Ты меня тоже очень извини.                    — Вот! Вот и разрешили проблему, — Мгла повернулась к Подснежнице. Та еле-еле кивнула, и младшая Искательница повернулась обратно. — Я вот недавно пыталась найти кислицу. Нигде не могла найти её! Искала, искала, ни в одном месте, где она должна быть, нигде она не росла. И вот у меня вопрос — где ты нашёл её? — Мгла присела и уставилась на Тиса. Её взгляд был внимательным, тело расслабленным.                    — Вроде как вон там, под корнями ольхи, — он кивнул в сторону. С его мордашки не слезала лёгкая улыбка. — А где ты искала?                    — А я вот недавно выходила и тоже шла туда же, куда ты показал. Только вот я ничего не нашла. Наверное, из-за того, что я невнимательная. Но, не суть! Самое вот главное, что всё найдено.                    — А когда ты выходила искать её? — уточнил своим тихим ровным голосом Тис. Зорька чуть насторожилась от заданного вопроса. Разве важно время собирания трав? Надо будет поспрашивать Подснежницу.                    — Ну, вот, пару дней назад, например. Это ещё спустя день после того, как Бархат и остальные ушли, — Зорька начала вспоминать, что она тогда делала. С каждым разом она злилась на прошлую себя всё сильнее — она весь день пролежала в ученической палатке вместе с Лютиком! Однако Тис тем временем продолжал всматриваться в Мглу, когда та уже закончила. Та ждала от него ответа, как и Зорька, но он лишь рассматривал её мордашку во всех деталях. — Вот это было ещё в тот день, когда ты со мной кушал, помнишь? Там ещё лежала эта рыба, — Мгла чуть скривилась и дёрнула лапкой в сторону, как будто откидывала воображаемую вещь.                    — Вспомнил, — кивнул тут же Тис. — Кстати, совсем забыл спросить, как у тебя со здоровьем дела? — Зорька немного даже выпрямила спину.                    — В плане? — Наклонила голову Мгла.                    — Ты жаловалась на несварение, — улыбнулся тот. В следующий миг улыбка стала грустнее, а хвост дёрнулся в сторону. — Всё хорошо?                    — А, да, конечно! — Закивала Мгла, переминаясь с лапки на лапку. — Теперь вот всё отлично! Ужасная была ночка. Спасибо, что спросил!                    Зорька посмотрела в сторону искателей. Ей хотелось увидеть реакцию столь уважаемых котов на столь непонятный разговор. Вот сколько уже лун Зорька живёт, но никто её ещё не спрашивал в открытую перед всеми про несварение. Однако все искатели лежали под сосной и прятались от жары. Судя по их спящим фигурам, за разговором они не следили.                    — Зорька, подойди сюда, — крикнул из своего одинокого местечка Жук. Зорька вздрогнула и обернулась. Она наклонила голову, но спорить не стала.                    Она взглянула на Мглу, которая еле-еле кивнула ей и улыбнулась, Лютика, который продолжал смотреть на небо, и на Тиса, смотревшего на сестру с прищуром. Зорька мотнула головой и направилась к Жуку.                    Подойдя к нему на расстояние равное двум лисьим хвостам, она остановилась и посмотрела на него вопрошающим взглядом. Что надо? Тот дёрнул ухом и цокнул. Он похлопал лапой на место рядом с ним и оглянулся.                    Зорька подошла и присела туда, куда он показал. Тело постепенно становилось более каменным. Хоть лапы и становились моховыми, но в них присутствовало напряжение, которое так и заставляло Зорьку сдвинуться подальше. Ученица же не двигалась и старалась не смотреть в глаза главе.             Тот, удостоверившись, что никто их не подслушивает, зашептал утробным голосом ей на ухо:                    — Ты не замечала чего-нибудь подозрительного? — Зорька тут же призадумалась и начала вспоминать, что же происходило в последние месяцы. Единственное, что было подозрительным, так это нескончаемая засуха.                    — Нет, — мрякнула ученица.                    — Ничего? — Настоял он, взглянув прямо в зорькины глаза.             Та посмотрела в сторону и подумала ещё раз. Если Жук имел в виду обстановку, то она такая уже месяц и более, ничего подозрительного в этом нет. Если же Жук имел в виду поведение котов, то всё их переменчивое состояние можно было списать на реакцию на смерть Жасмин. Зорька помотала головой, чуть-чуть отстраняясь от огромной фигуры.                    — Ну хорошо. Раз ничего подозрительного нет, то это хорошо, — улыбнулся Жук, еле вздохнув. Он огляделся и вернул взгляд на собеседницу. — А как у тебя идут дела с обучением? Готова к Кроличьему дню? — В его глазах была видна задорность. Отчего-то Зорьке захотелось отвернуться.                    — Ну, в целом у меня всё отлично. Я подтянула все умения, из-за которых я сдала на «не удовлетворительно» технику охоты и немного готова к Экстренным ситуациям.                    — Ну молодец! Раз всё так, как ты и говоришь, то у тебя есть все шансы на то, чтобы успешно пройти все экзамены. Главное, помни, что если ты не сдашь Экстренные ситуации, то шанс на становление Искателем сильно падает. Ну конечно, ты можешь пересдать его попозже, но лучше так не делать. Ну и ещё можно проявить себя на Кроличьем Дне.                    — А разве не было таких котов, которые проходили экзамены уже как старшие и в итоге становились Искателями?                    — Ну. Я бы назвал Одноликого, но он стал Искателем потому, что у него была хорошая репутация до этого.                    — А из-за чего у него была хорошая репутация? — Лишь через несколько долгих секунд глава ответил ученице:                    — Ну он многое сделал во время Хвори для нас — я имею в виду для всех нас — что дало ему шанс получить эту должность. Ну к тому же он до этого стоял на высоких должностях, и это был акт уважения от нас, глав, к его заслугам.                    Зорька нахмурилась и посмотрела на свои белые лапки. Простите, что?                    — В смысле, акт уважения? То есть если бы он не был на высоких должностях, то вы бы его и не выбрали Искателем? — В лапах снова начала наливаться та самая энергия. С какого это перепугу они делают искателями тех, кто был раньше кем-то вроде искателя? А если бы Одноликий не стоял высоко, то на него бы даже не взглянули? Они же столько талантов так могут потерять.                    Жук дёрнул ухом и цокнул.                    — Ну нет же. Не только из-за этого. Облачко уважала его за его умения и заслуги, сделанные до этого. Не скажу, что подвиги, но хорошие, заслуживающие внимания. Таким образом она показала, что на её защиту встал такой кот, который может всем голову свернуть, — Зорька призадумалась. Потрясающий ход Облачко сделала — принять в ряды Искателей того, кого все боятся.                    — А остальных Искателей как выбирали?                    — Ну. По их качествам и заслугам до появления группировок. Например, Перепела выбрали из-за его хороших умений в лазанье и трезвым умом в экстренных ситуациях, Львиного Зева — за его выносливость, силу и охотничьи навыки. Ну и вообще у луговых исключительная ситуация и им можно по-разному выбирать должности.                    — И почему это? — Чуть нахмурилась Зорька, возвращая взгляд на Жука. То есть если бы она родилась у луговых, то возможно всё было бы по-другому… Кто там у них из беременных кошек есть?                    Жук что-то пробурчал, а через секунду его зрачки расширились, он навострил уши и оглянулся. Зорька сделала также и начала анализировать, что же такое услышал глава.             Тишина… Где-то вдалеке послышался треск падающего дерева…             Зорька набрала в горящие лёгкие воздуха, моргнула и снова взглянула на Жука. Этот звук заставил на мгновение её маленькое сердечко упасть в бездну, а потом снова вернутся восвояси. Лапы дали дрожь, которая тут же унялась. Наверное, всё из-за того, что они так плотно питаются и так много кушают! У них ведь весь лагерь в дичи! Поэтому у половины котов в животе урчит.                    Глава же как будто не расслышал вопроса и теперь смотрел на ведущую урок Мглу. Зорька хлопнула по земле хвостом и сдержалась от того, чтобы хлопнуть им по главе.                    — Почему?                    — Ну, потому что у них есть ещё Метелица и Яблочко, которые как бы Искатели, а как бы и просто старшие, — процедил Жук, прижимая хвост к своим мощным лапам сильнее. — Они в резерве, из-за того, что у них хорошие навыки и заслуги, но основные места уже были заняты. Шип тоже мог попасть в Искатели, но он решил стать гонцом и не ждать своего часа в резерве.                    Хм-м, странно… Можно поменяться местами с ним?                    — Эй! Жук, Зорька! — Крикнула Подснежница. Она стояла и махала хвостом из стороны в сторону. Амарант, Молния и Лилия уже проснулись и сидели рядышком, что-то обсуждая. — Подите сюда!                    — Ну что, пошли, — вздохнул глава, приподнимаясь со своего места. Зорька увидела, как его шерсть стала более сероватой, грязной.                    — И чего это им надо от нас? — Нахмурилась Зорька. Её бабушка такой хороший разговор перебила! И ради чего? Наверняка у неё просто появились какие-нибудь старческие проблемы или что-то в этом роде.                    — Ну не знаю. Может, хотят нам про травы рассказать, — улыбнулся Жук, вставая со своего места. С него посыпались иголки и труха от палых листочков. Зорька тоже чуть-чуть захихикала.                    — Вам-то это уж точно нужно, — мрякнула Зорька.                    — Да-а, — улыбнулся шире Жук. — Мне-то уже давным-давно, давнее всех, пора в палатку старейшин, прям как твоей бабушке. Ну надо же что-нибудь про травы узнать под конец жизни.                    Не успели они подойти на три лисьих хвоста к обсуждающим котам, как Подснежница начала говорить:                    — Шо-то не то. Шо-то, мне кажется, происходит…                    — Ну, что именно? — Уточнил Жук. — И что остальные думают по этому поводу?                    — Изволите, но мне кажется, что в данный момент Подснежница говорит правду, — начала Молния. Зорька посмотрела на неё и приготовилась мысленно оскорблять тех, кто как-то не так посмотрит на её наставницу. — Я с ней согласна. Во мне тоже появилось чувство, словно начало происходить что-то ужасное, что-то непонятное.                    — Да вот мы и пытаемся понять, шо это у всех нас разом появилось чувство, как будто шо-то происходит, — мяукнула Подснежница.                    — Может, стоит вернуться в лагерь? — Предложила чуть теноровым голосом Зорька. Он немного даже походил на писклявый, отчего ученица прижала ушки. Кусок мха, вот кто ты, а не ученица. Все на неё обернулись.                    — Хм-м. А шо, вполне сносная идея. Мы б уж точно не додумались до такого, если б не ты. Тебя уж можно в главы посвящать! Тем более урок у учеников и так закончен. Ещё вся жизнь у них впереди, потом поучатся.                    — Ну давайте, — пожал плечами Жук. — Тогда выдвигаемся. Эй! Мгла, Лютик, Тис! Идёмте! Мы в лагерь!                    Ученики обернулись к ним и подошли. Мгла подбежала к отцу быстрее, чем тот успел до конца отдать приказ, а Тис всё-таки выдержал паузу и лишь спустя пару мгновений поднялся с засиженного места. Только Лютик несколько мгновений продолжал смотреть на небосвод, пока в итоге не вздохнул и не сделал тяжёлый шаг в их сторону. Они выдвинулись.                    Пройдя лишь десяток шагов Зорька почувствовала рядом с собой Мглу. Та рассматривала лес, подмечая какие-либо детали царапаньем земли прямо на ходу. Через несколько шагов к ней приблизились Лилия и Молния и чуть отошли вперёд к Амаранту и Жуку. Они начали что-то обсуждать. Они сблизили головы и ученице приходилось прислушиваться к ним сильнее обычного. Иногда, когда Жук рассказывал анекдоты или мама Зорьки как-то шутила, все они хихикали и перебрасывались комментариями в сторону друг друга.                    Зорька вздохнула побольше затхлого воздуха, выпрямила спину и вытянула-втянула когти.                    Вскоре ученица стала чувствовать странный удушливый привкус. Он отдавал чем-то пыльным, сухим, тёплым. Она оглядела своих соплеменников. Никто из них никак не поменялся в выражении. Может, галлюцинации?..                    Зорька заметила движение сбоку. Она взглянула туда и увидела вдалеке бегущую собаку. Она скулила, и её хвост был плотно прижат между ног. Присмотревшись, ученица узнала в ней ту самую собачонку, не убившую их тогда. Та самая, с белым ухом! Её очертания были костлявыми, и бежала она явно не в сторону котов, а от них. Сверив их местоположение, Зорька поняла, что та бежит в сторону полей.                    — Зорь, смотри, — Мгла махнула головой в сторону собаки. — Убегает от нас…                    — Ага, — пробурчала Зорька. — Ерунда какая-то…                    — Ну и ладно! Может, её хозяева позвали, — мяукнула младшая искательница, улыбнувшись Зорьке. — Я как-то её видела. Вначале звучали выстрелы, а потом она появилась и бежала откуда-то. Даже на меня внимание не обратила! — Зорька расширила глаза и чуть-чуть улыбнулась.                    — Может, потому что ты слишком незаметная и костлявая? Посчитала тебя за предмет.                    — От щепки слышу, — захихикала Мгла.                    — Я просто поджарая, — Зорька заулыбалась и прикрыла глаза. В сердце стало чуть теплее. — А ты из-за своих постоянных тренировок всё худее и худее становишься.                    — Зато вот меня собака не заметила. Тем более я же мгла! Туман вот всякий прозрачный. А ты заря, — Зорька фыркнула и отвернулась. — Но вот ничего страшного! Зато заря красивее мглы. Ещё у меня с моим именем аналогия идёт со смрадом каким-то.                    Зорька вздохнула и улыбнулась ей. Ученица что-то сказала ей. Что именно — не вспомнит. Мгла ещё о чём-то говорила долгое время, что-то рассказывала, но вскоре она всё чаще и чаще обращалась к Искателям и разговор уже был с ними, а не с Зорькой.                    Ученица втянула-вытянула когти и сдержалась от того, чтобы кинуть шишку. Она опять набрала побольше воздуха в лёгкие… И закашляла. Воздух был слишком пыльным, земляным. Что за?.. Глаза Зорьки чуть затуманились, а организм никак не мог освободиться от пылинок.                    Однако задуматься об этом не дали первые силуэты котов. Зорька вначале обрадовалась, даже кашель прошёл. Она хотела к ним подбежать. Будто бы целых тысячу сезонов не виделись. Они что-то кричали друг другу, некоторые из них бежали в сторону территории луговых.                    Зорька насторожилась, подняла уши торчком, ускорила шаг. Она обогнала Искателей и почти уже дошла до Жука, который, наоборот, тормозил. Вскоре остальные коты из её маленького отряда тоже начали двигаться быстрее.                    — Что происходит? — Спросила Мгла дрогнувшим голосом, поравнявшись с подругой. Её хвост дёргался из стороны в стороны.                    — А сейчас-то и узнаем, — громыхнула Подснежница, обгоняя их и переходя на бег.                    — Стой! — Рыкнул Жук, догоняя проверяющую. — Не уходи далеко!                    — Там какое-то дерьмо происходит, а ты меня останавливаешь? — Шикнула на него проверяющая. Она лишь повернула к нему голову, но не остановилась. Она только больше ускорилась.                    Зорька побежала за своей бабушкой. Удивительно, но эта старушка оказалась быстрее ученицы! Подснежница будто бы парила над землёй, её лапы делали рывки и убыстряли движение. Во время Встречи Зорька уже видела такую технику бега… Так бегали луговые. Ужас, что за молодёжь пошла.                    Ученица, не сумев поймать по пути нескольких бежавших котов, махнула на них лапой и ринулась к лагерю. Вскоре показался и он. Что-то крича, оттуда выбегали коты. Оставалось всего два-три десятка лисьих хвостов до него, до спасавшихся от чего-то соплеменников. Она прислушалась к их разговорам, попыталась понять суть.                    Однако Зорька заслышала оглушительный треск. Он не дал ей дослушать обрывки фраз её товарищей.             Далеко впереди, в нескольких десятках лисьих хвостов от неё, начала падать огромная сосна. Вначале медленно — вот она накренилась, а потом стала набирать всё большую и большую скорость, задевая или подминая под себя другие деревья.             Сердце Зорьки ушло глубоко-глубоко в Подземелье. Лапы стали моховыми, и Зорька чудом не свалилась прямо на ходу. Хвост начал опускаться всё ниже и ниже, органы внутри начали сжиматься в нить.                    Духи пресвятые, помилуйте…                    Взгляд ученица поймал фон, на котором падала сосна. Вдалеке, на горизонте, был виден дикий огонь и чёрные клубы дыма, высившиеся к чистому небосводу. Будто бы грозовые тучи на земле, они заполняли лес. Они сжирали всё, что попадалось им на пути. Уже сейчас можно было ощутить на своих шкурах жар не только палящего солнца, но и приближающегося конца.             Этот дым, густой и мутный, заставлял лёгкие задыхаться, а сердце биться быстрее. Пожарные языки охватывали всё больше и больше деревьев, оставляя после себя лишь пепел. Где-то вдали слышались крики птиц, пытающихся спастись от настигающего их пламени.             Ученица ртом набрала воздух, однако тут же закашляла. Он весь был пропитан ядовитыми газами.                    — Быстрее! — Заорала Подснежница. Мгла сзади подтолкнула Зорьку.                    — Вот, давай! Ты сможешь!                    Зорька мотнула головой и тёмные пятна перед глазами исчезли. Не было времени на анализ. Она сфокусировалась на лагере и сделала рывок вперёд. Второй, третий. Вот она уже бежала к лагерю. Перед ней мелькали шкуры её соплеменников, повсюду веял привкус безумного страха и ужаса.                    — Уходим! — Крикнул Жук, сворачивая к другим котам. Рядом с ним бежал Мухомор.                    Его голос отдавался эхом в ушах Зорьки. Хотя второй раз повторять ему не надо было.             Ученица остановилась, в последний раз взглянула на пустой лагерь и побежала за остальными. Впереди виднелись чужие хвосты, и лапы, на которые она ориентировалась. Они с каждой секундой были всё дальше и дальше от неё.                    — Зоря, ты шо?! — К ней бежала с той стороны, куда все уходили, Подснежница. Ученица пару раз моргнула, но бег не сбавила. Что?! — Ты шо?! Шо ты идёшь, как на прогулку? Шевели палками быстрее! Если ты сдохнешь, Лилия первым делом задушит меня. Если не побежишь быстрее, то я тебя из этих ублюдков-Духов достану! Задушу в ответ! Закопаю заживо! Беги! Быстрее!                    Зорька зарычала. В лапах наливалась мощь уже не только из-за того, что сзади подступал огонь и почти что жарил её подушечки лап, но ещё и из-за слов Подснежницы. Она обогнала впереди идущих котов. Меня? Задушишь? Я тебя сама задушу, когда придём. Я. Бегу. Как. Могу. Разве я виновата, что у меня короткие лапы?! От тебя причём!                    Зорька заметила, как кто-то обронил свёрток трав. Это был Град.             Он пытался подступиться к нему, но его сбивали другие коты. Вскоре он вышел из этой череды, но он уже потерял и место, где обронил его. Мухомор, тоже нёсший травы, обернулся и бросился к отцу Зорьки. Только его постоянно сбивали другие коты, отчего тот не мог этого сделать. Ученица свернула в сторону отца.                    — А ну стой! — зарычала Подснежница.                    Но Зорька воспользовалась другими котами, которые закрыли её от бабушки. Она подбежала к свёртку, взяла его в пасть, и кинулась к Граду. Огромный хвост её отца дёргался из стороны в сторону, лапы перекрещивались друг с другом.                    Ученица шлёпнула его хвостом и поднесла к его носу свёрток. Ну же, заметь его! Тот обнюхал то, что предложила его дочь, и он чуть-чуть заулыбался.                    Она тут же рванула за остальными и Град побежал за ней. Мухомор несколько секунд смотрел на неё. Его взгляд был ледянным, а хвост дёргался. После он кивнул и побежал дальше.                    — Спасибо!                    Зорька промычала отцу «Всегда пожалуйста». Боковым взглядом Зорька увидела бегущую к ней Подснежницу.                    — У тебя голова где?! Где?! Куда ты рванула?! — Зорька мотнула головой. Сейчас ей что-то не очень хотелось отвечать на эти вопросы.                    Вскоре она заметила, что коты начали приостанавливаться. У многих из них была отдышка, и они шли всё медленнее и медленнее.                    Зорька навострила уши. Сердце её стучало в ушах, и она махнула головой, чтобы унять этот противный стук, заставлявший голову опускаться всё ниже и ниже. Она заметила Скалу, осматривающую всех котов и всё, что те держали. Сзади неё шёл Мухомор, уже державший испуганного Шмелёнка. Малыш даже несмотря на то, что весь дрожал, не издавал ни звука.                    Молодая мать с ужасом в зеленоватых глазах наблюдала за всеми и что-то спрашивала у каждого. Зорька чуть-чуть приостановилась и прислушалась.                    — Где Пчёлка? Вы не видели Пчёлку? — С тихим завыванием расспрашивала она других. Пчёлка… Пчёлка! — Дурной к-! Котёнок! Где она? Скала, что-то бурча себе под нос, села и уставилась в землю. Её начали подталкивать Берёзовый, что-то шепча, и Мухомор. — Она в лагере… Она осталась там… Она играет…                    Зорька остановилась и опустила травы вниз.                    — Я сбегаю за ней! — Крикнула она, поворачиваясь и меняя направление.                    — А ну стой, безголовая! — В след кинула ей Подснежница. Но ученица уже не слышала её. В ушах стоял стук сердца и глаза сфокусировались на далёком лагере. — И ты стой! Идиотки! Е-!                    Зорька прислушалась к топоту сзади. Она принюхалась. Запах Мглы. Наконец, она увидела и серую шёрстку подруги.                    — Я помогу, — мяукнула та. Зорька кивнула.                    Вдыхая ядовитый дым, щиплющий нос и отравляющий слабые лёгкие, они добежали до лагеря. Дикий огонь уже приближался к ним. Пламя пожирало когда-то могущественные деревья, защищавшие их от знойного солнца. Огромные чёрно-красные клубы приближались и заполняли всё пространство. Треск деревьев становился громче и оглушительнее.                    — Осмотрим палатки, — крикнула Мгла, забегая в лаз.                    Зорька вошла за ней и осмотрелась.                    Где, где, где…             Шум в ушах начал появляться. Писк…             Лапы Зорьки повели свою хозяйку в сторону палатки учеников. Оттуда высунулся маленький нос.                    Вот ты где!                    Зорька побежала к Пчёлке, чья мордашка уже высунулась полностью. Вначале котёнок смотрела на неё с ужасом, но после, узнав в бегущей навстречу кошке Большую Зорьку, заулыбалась шире и вышла навстречу.                    — Зорька! — Крикнула малышка.             Зорька заулыбалась, но ускориться не смогла — лапы были тяжеленными. Шум в ушах, заглушавший другие звуки, усилился. Оставалось несколько лисьих хвостов, но Зорька перешла на шаг, ибо больше не могла идти. Ещё чуть-чуть…                    — Бери её! — крикнула Мгла, стоявшая в другой стороне от них.                    Ученица кивнула. Однако её взгляд вскоре был прикован к появляющейся фигуре рядом с Пчёлкой. Чистая белая шёрстка, пустые глаза, лёгкая улыбка…                    Жасмин…                    Зорька расширила глаза и тут же остановилась. Белая кошечка смотрела на ученицу. Она наклонила голову и наблюдала за реакцией подошедшей на помощь Пчёлке Зорьки.                    Вскоре, как только лёгкий писк в ушах прекратился, начался ужасающий гул.                    — Ну же, Зорь! Бери её! — Кричала Мгла.                    Но с каждой секундой Зорька всё глуше и глуше слышала её слова. В глазах начало темнеть и вырисовывалась лишь неестественное свечение фигуры Жасмин. Та наклонила голову в другую сторону и закрыла лапкой Пчёлку. Будто бы она защищала котёнка от напасти. Зрачки Пчёлки расширились, маленькие ушки она прижала к голове. Бедный котёнок смотрел на Зорьку.                    Ученица еле-еле замотала головой. Точнее сказать, голова сама начала движение. Лапы дали дрожь, и ученица отступила на шаг назад. Сердце пропустило удар.                    Серая тень сбоку промелькнула перед глазами. Мгла. Младшая искательница взяла за шкирку Пчёлку и тут же кинулась к выходу. Она что-то промычала Зорьке, но останавливаться не стала.                    Ученица же, мотнув головой и отворачиваясь от Жасмин, бросилась за ней. Однако шум в ушах исчезать не собирался.             Сзади послышались чужие шаги. Чужие. Сердце ушло глубоко-глубоко под землю, утаскивая за собой всё глубже трезвые мысли и разум.                    Зорька ускорилась и сконцентрировалась на хвосте Мглы. Горло обжигал жгучий дым, на ветки перебрасывался огонь. Словно как в эстафете, они передавали его другим веткам. Некоторые из них падали в нескольких хвостах от бегущих кошек. Однако боковым зрением Зорька старалась вообще ни на что не смотреть.                    Там, сбоку, она видела мелькающую с разных сторон Жасмин. Будто бы Зорька была оленёнком, а она — волком. Она — охотник, а Зорька — добыча.                    Зорька замотала головой и зажмурилась.                    Прошу, пусть это всё закончится!