Обитель Историй

            Песчанка не могла оторвать глаз от разгорающегося впереди леса, от языков пламени, лижущих могучие деревья.                    Внутри неё бушевали противоречивые эмоции. С одной стороны всё, что она видела перед собой, вызывало чувство свободы. Казалось будто она вот-вот бы взлетела над территорией группировок и взглянула бы поближе на пылающий огонь. Побежала бы среди падающих и обуглившихся деревьев, взглянула на мир стихии изнутри.                    Однако с другой стороны ученица видела, как плохо себя чувствовали коты после него. Кто-то был без сознания, кого-то рвало, а кто-то отстранился от всех и пытался совладать со своими эмоциями. От таких котов исходил запах безысходности. Песчанка узнала этот душок лишь потому, что когда-то ощутила его у Листка. Это произошло после того, как Льдинка с Рыбкой сказали, что родители её бросили, и они больше никогда не встретятся.                    Но Песчанка, Дымка и Листок в это не верили. Две сестры утверждали, что она, Листок, сможет их увидеть, когда вырастет. Встретит где-нибудь в Амбаре или, быть может, даже в Деревне. Главное только подождать. Однако вот иногда Песчанка подслушивала разговоры своей мамы с Мхом или Ярым, и вскоре ученица поняла, что её подруга встретит своих родителей скорее всего тогда, когда покинет мир живых.                    Сейчас Ива, сидящая поодаль сзади ученицы, запретила Песчанке вообще приближаться к лесу, и даже когда кошечка состроила глазки, её ответ был таким же — никаких посиделок у огня. Теперь Песчанке приходилось довольствоваться видом с самой дальней части территории.                    В этот момент её мама общалась вместе со своей подругой детства Ракитой. Эта рыже-белая кошка, как говорили, была одной из лучших учениц лесных. Она тренировалась усерднее всех и по характеру, как говорила мама, в то время была чем-то похожа на Льдинку. После становления старшим она путешествовала из группировки в группировку по многу раз, пока наконец не нашла свой дом среди луговых. Но что было для Песчанки самым интересным, так это то, что раньше Ракиту звали Ива, а Иву — Ракитой.                    Разговор двух кошек ученица могла подслушать таким образом, что никто бы не понял. Маленькие уши, острый слух и достаточно далёкое расстояние от разговаривающих давало большие возможности для этого.                    — … И я до мозга костей испугалась, когда Льдинка тут же выбежала из лагеря, — разволновалась Ива. — Ярый еле смог её остановить! Хорошо, что он большой кот и смог взять её тут же за шкирку… А она ещё и брыкалась! Представляешь? А если бы она убежала прямо в огонь? Хорошо, что Песчанка нас всех предупредила…                    — Она молодец, это правда. А почему она выбежала? — поинтересовалась Ракита. Песчанка представила, как в её глазах блестели и интерес, и любознательность.                    — Что ты, я даже не знаю… А! Она выкрикнула «Моё болотце!».                    — «Моё болотце»?                    — Да. Я даже не знаю, что это, — Ива опустила взгляд, и в миг её выражение мордашки стало грустнее.             Песчанка могла это издалека почувствовать. Ученица чуть-чуть повернула голову и посмотрела на них. Она еле сдерживалась оттого, чтобы не подойти к ним. Интерес распирал её грудь, лапы уже были готовы отнести её к тому месту, но ученица держалась.                    — Что такое? — спросила Ракита. — Всё хорошо? Тебе плохо? Может, я позову Бархат? Или Рожь?                    — Нет, что ты, не надо, — чуть улыбнулась Ива, всё ещё пряча от Ракиты взгляд. — Я просто… Просто вспомнила Звезду. Она бы точно нашла язык вместе с Льдинкой. Их дочь же ведь так похожа на Ярого… Иногда я даже не могу отличить их характеры… Представляешь?                    — Это правда. Я тоже так думаю. Сейчас Льдинка на него очень похожа. Даже окрас почти совпадает. Только вот спустя столько времени моё уважение к Звезде значительно выросло, а вот к Луне — упало.                    — Что ты? — зрачки Ивы чуть расширились и её хвост распушился. — Не надо так говорить. Луна тоже делала всё, что было в её силах.                    — Не скажу. Её друг ушёл ещё до её родов, двое котят оказались выкидышами, а третий умер по неизвестной причине. История грустная, но она оставила последнего своего котёнка на твоё попечение. То есть оставила одного. Это правда. Не бузи. Фактически на тебе оказались все котята Звезды и Луны, то есть всей группировки. Это если не считать ещё твоих.                    — Не надо так говорить. И Звезда, и Луна заслуживают уважения.                    — Опять-таки, не скажу. Посмотри на котёнка Луны. Я вижу перед собой не семи-восьми лунную ученицу, которая ещё не все экзамены сдала, а взрослую кошку, которая уже в таком маленьком возрасте пережила такие события. Смотри, сейчас, после пожара, она носится вместе с Дымкой от одного кота к другому и старается помочь каждому. Вот кто ещё заслуживает уважения. Но никак не Луна, которая как только скинула на тебя её, пошла в лес и не вернулась.                    — Я не хочу с тобой спорить. Но я считаю, что ты не права. Духи дали Луне слишком много испытаний.                    — Не больше, чем Листку, — Ракита говорила ровным тоном. Её голос не дрожал, а слова она произносила чётко. Песчанка чуть улыбнулась. Вот, какая уверенная кошка! Вот бы и мне такой стать. — Хоть Листок и переживает такие события, она не кидается в лес перед началом метели.                    — Ракита, что ты… Я всё ещё не согласна с тобой, но не хочу спорить. Давай лучше поговорим о чём-нибудь другом?.. Например… Кстати, а где Львиный Зев? Я его так и не увидела с тех пор как мы сюда пришли.                    — Не знаю. Все Искатели кроме Одноликого ушли.                    — Как это?..                    — Вот так, — мяукнула Ракита. — По приказу Облачко они ушли искать пропитание, но я не верю, что они вернутся.                    — Я уверена, Львиный Зев вернётся. У него же тут дети! Пихточка и Бакланчик, а они же до мозга костей хорошенькие. И у него же есть ты, — Ракита на это пожала плечами.                    — Я бы на его месте не возвращалась. Здесь такие события происходят — засуха, голод, пожар. Смысл им возвращаться сюда? То есть если они вернутся, то для меня они станут самыми глупыми котами во всём мире.                    — Неужели ты бы оставила Бакланчика, Пихточку и Зева, если бы оказалась на его месте?..                    — Мы не можем рассуждать по поводу того, что бы я сделала, если оказалась бы на его месте. Это вероятности. Что произошло, то произошло. На данный момент я не на его месте и потому не имеет смысла говорить об этом. Лучше расскажи, как твои котята? Вижу, Дымка с Песчанкой подросли.                    Не успела Ива ответить на вопрос Ракиты, как Песчанка заслышала чьи-то тяжёлые шаги. Ученица навострила ушки. Двое котов… Зёрнышко? И Карп?                    — А вот и я! — поприветствовала Ракиту и Иву Искательница. Карп же просто кивнул кошкам. Песчанка хотела подойти поближе и тоже сказать им «привет». — Как ваши дела?                    — Хорошо. Спасибо, что спросила, — улыбнулась Ива.                    — Нормально, — кивнула Ракита.                    — Вам ничего не нужно? — Спросила Зёрнышко. — А то Рожь мне уже всё запретила делать! То это не так, то вот это. Невозможно! Я же ведь просто помочь хотела. Я понимаю, что она всё-таки врачевательница и знает лучше, и я это ценю, но мне так неловко, когда я ничем не могу помочь! Да даже Тису и Зорьке они нашли дело — ученикам! — а мне — нет.                    — Что ты! Зёрнышко, ты уже многое сделала для нас, — Ива улыбнулась ей. — Ты можешь помочь другим, к примеру, подбадриванием. Я слышала, что у Скалы есть котята. Ты можешь им что-нибудь рассказать. Или пойти к Гончей и помочь ей успокоиться, а то стресс для будущей мамы вреден.                    — Да я б с радостью, но эта Скала так на меня смотрит, что аж страшно становится… Мурашки аж идут — брр! Не очень круто! А Гончей вот Заяц и Одноликий помогают — один приносит мох с водой, а другой успокаивает.                    — А… А ты не пробовала помочь Бакланчику или Чернышу? Я слышала, что у Бакланчика было серьёзное ранение… Думаю, им нужна помощь! Кстати, Ракита, как Бакланчик? — Ракита на вопрос Ивы пожала плечами.                    — Не знаю. Спроси у Бархат, она лучше о его состоянии знает.                    — А ты разве не заходишь к нему? — Голос Ивы стал чуть тише.             Да говорите же вы громче. Песчанка навострила ушки и стала вслушиваться в их речь сильнее.                    — Нет. Мне сказали, что к нему нельзя, вот и не захожу.                    — Вот это принципы! «Сказали нет — значит нет, что бухтеть то?» — издала смешок Зёрнышко и посмотрела на Карпа, который улыбнулся ей.                    — А… А как давно ты к нему заходила? — спросила Ива.                    — В первые дни после его переноса в палатку врачевателей.                    — Но ведь прошло уже много времени… Я уверена, что к нему сейчас можно зайти, — Ива старалась подобраться к Раките, выявить её точку зрения, но та была словно камнем. Говорила она всё ещё тихим голосом, и Песчанке не всегда удавалось расслышать слова.                    — Бархат ещё не говорила мне, что к нему можно. Значит, пока что к нему нельзя.                    — А что говорит Пихточка? — попыталась докопаться Ива.                    — Тоже не знаю. Она ко мне не подходила после своего возвращения из группировки Жука.                    — Ракита, ты что! Великие Духи, так нельзя! Она же ведь твоя дочь. Особенно сейчас ей нужна твоя поддержка после смерти Жасмин, — Ива чуть повысила свой голос. Вот такой тон хороший.                    — Ива, она уже не маленькая и справится. Это правда. Но так и быть — я схожу к ней через некоторое время.                    — Пихточка — твоя дочь? И… И Бакланчик тоже? — Зёрнышко чуть раскрыла пасть.                    — Да, — кивнула Ракита.                    — Невозможно! Точнее возможно, но всё же… Они-ж совсем не похожи на Львиного Зева и тебя!                    — Похожи, — сказала Ракита.                    — Да, они очень похожи, — кивнула Ива. — Но я всё ещё не могу понять одного — почему ты не хочешь подойти к ним? Они же ведь твои котята. В такое время им очень нужна мама, чтобы ты поддержала их. Нельзя же просто взять и от них так уйти. Особенно когда Пихточка не смогла спасти Жасмин.                    — Что «нельзя»? — спросила Ракита. — Пихточка стала врачевательницей. Ей уже не две-три луны. Она не котёнок. Ей уже больше одиннадцати лун, то есть почти год. Она взрослая кошка, которая должна уметь нести ответственность за свои поступки. Жасмин погибла по вине Пихточки. Это правда. Не важно, что ситуация в любом случае привела бы к самоубийству Жасмин. Пихточка была врачевателем там в тот момент. Если бы была Бархат, это была бы вина Бархат, если бы была Рожь — вина Ржи.                    — А, так Пихточка не убивала Жасмин? — мяукнула Зёрнышко, вжав голову в плечи. — А мне сказали, что она убила… Всё! Подойду к тому коту и всё выскажу по поводу его информации! Надо было с самого начала подойти к Цветению и слушать её… А от чего умерла Жасмин?                    — Ой, я даже не знаю… Ракит, не знаешь?                    — От ягод тиса.                    — Ой, — Зёрнышко присела и посмотрела себе на лапы. Она долго рассматривала их и наконец выдала. — Давайте лучше не будем обсуждать сейчас это?.. А то и так всем сейчас плохо…             Песчанка мотнула головой. Она уже собиралась зевнуть от того, в какую сторону зашёл разговор. Глаза слипались и уже даже огонь впереди не мог подбодрить её. Привстав с засиженного, она двинулась прихрамывая по краю обустроенного недо-лагеря. Лапы немного побаливали, но боль была терпима.             Ученица рассматривала котов, следила за каждым их движением, реакцией на происходящее. Вот Гончая пытается уснуть, а рядом с ней Одноликий, который рассказывает одну из своих успокаивающих историй. Вдалеке Дымка и Листок помогают Норке и Ворону справиться с головокружением и рвотой. Вон там Жаворонок рассказывает шутки пытающейся помочь другим Пихточке.                    Песчанка шла и шла. Лапы вели её, а взгляд продолжал скользить по силуэтам котов, пока она не увидела стоящую отдельно от всех кошку. Это была серенькая кошечка с тускло-жёлтыми глазами. Она смотрела куда-то в сторону и переминалась с лапки на лапку.                    Песчанка хотела пройти мимо неё и стала искать Дымку и Листок, чтобы одной не сидеть. Чёрно-рыжая и серая шерсть… Она увидела их около пушистого бежевого котика речных, который перебирал травы. Листок что-то ему говорила, а тот слушал и продолжал сортировать оставшиеся травинки по кучкам. Дымка же вылизывалась в сторонке.                    Не успела Песчанка сделать и шагу к ним, как заслышала сзади себя приближающийся шорох и последовавший за ним мяв:                    — Привет. А ты кто? Я тебя вот не видела на прошлой Встрече. Ты же та самая ученица лесных, которую не допустили к приходу сюда? — Сказала кошечка, подходя к ученице. Песчанка обернулась к ней и улыбнулась.                    — Да. Меня зовут Песчанка. А тебя как?                    — А я вот Мгла, — Мгла склонила голову. — Не хочешь пойти вон туда? — Она махнула в ту сторону, откуда Песчанка только что пришла. Туда? Опять? Там же так скучно. — Там тихо и никто не мешает. Там вот можно будет и пообщаться, если хочешь.                    — Давай, — кивнула ученица и двинулась вместе с новой знакомой туда. — А ты кто по должности? Выглядишь на старшего.                    — Нет, я не старшая, — улыбнулась она. — Я Младшая Искательница, — Песчанка расширила глазки. Она сейчас общается с новоиспечённым Искателем! Ученица быстренько взглянула на свою шёрстку и молилась Духам, чтобы она не была грязной. — А ты вот ученица лесных, верно? — Песчанка кивнула и чуть ускорилась, чтобы поспевать за быстрым шагом подруги.                    — Скоро мне уже будет семь лун!                    — И кем ты вот хочешь стать?                    — Не знаю. Ещё не задумывалась. Возможно я стану старшей!                    — Но старшими все становятся, — хихикнула Мгла. Песчанка мурлыкнула. Голос Младшей Искательницы успокаивал и радовал уши. — А по другой должности ты кем хочешь стать?                    — Ну… Можно стать Искателем, или Гонцом.                    — Гонцом? — Мгла рассмотрела её снизу вверх. — Но ты же ведь прихрамываешь. Кстати, а что произошло?                    — Я с дерева упала, — Мгла на это расширила глаза и чуть приостановилась.                    — Какой ужас. Я сочувствую. Тебе сейчас вот не больно?                    — Нет! Рожь мне починила лапы и теперь я хожу. Ещё чуть-чуть, и я снова стану ходить ровно!                    — Как это? — наклонила голову Мгла. — Ты же ведь знаешь, что если раз сломать лапу, то это навсегда?                    — Ну… Мне сказали, что я снова буду ходить также, как и прежде! — улыбнулась Песчанка. — Так и будет! Ведь так сказали Гроза и Рожь.                    — Странно. Вообще, если лапы сломаны, то они вот навсегда становятся такими, и кот до конца жизни будет ходить хромая. Кости немного неправильно срастаются во время лечения.                    Песчанка лишь склонила голову. Кто сказал Мгле, что во время лечения кости могут неправильно срастаться? Это же ведь лечение!                    Они уже подходили к месту, откуда были видны Ракита и Ива. Зёрнышко и Карп куда-то ушли, а те продолжали о чём-то болтать. Ученица помолилась Духам, чтобы они не говорили на скучные темы и чтобы ей было, что подслушать. Мгла и Песчанка остановились и присели.                    Песчанка набрала побольше воздуха в лёгкие. Отдалённый душок дыма чувствовался во рту. Так и хотелось подобраться поближе к пылающему лесу и подышать этим магическим воздухом. Песчанка вспомнила, что говорила её мама: Льдинка хотела сбежать из лагеря к болотцу. Ученица стала искать Льдинку среди других котов.                    Оп! Нашла!             Кошечка сидела подальше от всех, и даже врачеватели к ней не подходили, так как она отстранялась от них. Она то сощурившись смотрела за проходящими мимо котами, то смотрела на лес и переминалась с лапки на лапку. Песчанка наклонила голову. Неужели ей тоже хочется пойти в лес? Так и знала! Я не одна такая.                    Мгла уже хотела продолжить разговор, как обе кошки заслышали чей-то возглас:                    — Кто-то идёт!                    Песчанка и Мгла обернулись и попытались разглядеть того, кто стал виновником этого крика. Болтавшие коты замолчали, и все стали смотреть в сторону полей. За спинами всех этих котов ничего не было видно. Ученица попыталась встать, но лапы подкосились и она чуть не упала. Наконец, кое-как встав на цыпочки на них и подняв голову так, чтобы не видеть всех котов, Песчанка увидела идущего к ним чёрного кота.                    — Кто это? — встрепенулась Мгла, встав со своего места и сделав пару шагов в ту сторону. Её мышцы были напряжены, взгляд сфокусирован, а уши навострены. Она вытянула шею и принюхалась.                    — Не знаю, — пожала плечами Песчанка и села обратно. Лапы зудели от столь долгого стояния в неудобной позе, и вскоре ученица легла и стала вылизывать их. Идёт и идёт, что такого? Не выгонять же его.                    Все коты на полянке-лагере смотрели на незнакомца. Иногда были слышна догадки, кто бы это мог быть, иногда предостережения, изредка кто-то говорил, что это с Амбара. Песчанка заслышала сбоку тихий холодный голос Ракиты:                    — Только не он.             Ученица посмотрела на неё. Ива метнула взгляд на подругу и потом снова вернула его на незнакомца.                    — Кто?                    — Придёт — скажу.                    Кот уже подходил к ним. Мгла сделала ещё пару шагов вперёд и заглянула за спины лежащих и стоящих котов. Она принюхалась ещё раз, сфокусировала взгляд на нём и, что-то уловил, вздохнула и села обратно. В этот момент все её мышцы расслабились и она чуть сгорбилась. В её глазах исчезли искры ожидания и напряжения, и они сменились небольшим разочарованием.                    Вот незнакомец стал подходить к дальней части лагеря, где лежали первые коты. Песчанка всё ещё не могла полностью его увидеть — только голову и то нечётко. Он искал янтарными глазами кого-то. Его походка была медленной, но твёрдой. Чёрный кот выглядел упитано, если сравнивать с котами группировок. Из Амбара?                    Песчанка не успела высказать свою догадку Мгле, как заслышала шёпот Ракиты.                    — Пресвятые коты, он когда-нибудь оставит меня? — Ива хотела ответить подруге, но к этому коту вышли Облачко и Жук, и все стали наблюдать за ними. Жук, высоко подняв хвост, поприветствовал кота:                    — Здравствуй! Кто ты и с какими целями пришёл к нам?                    — Я Орлан, гонец с Амбара, — прозвучал ровный голос. Он продолжил идти вперёд, пытаясь кого-то найти, а Жук с Облачком шли рядом с ним. — К вам должна была прийти маленькая кошка с зелёными глазами с окрасом, похожим на мой. Она должна была принести вам вести с Амбара.                    — Ну, никакой кошки мы не видели, — помотал головой Жук.                    — Да, мы её не встречали, — мяукнула Облачко.                    — Странно, — кот остановился и опустил взгляд вниз. Песчанка вытянула голову и попыталась понять, что же он чувствует. Она принюхалась. Небольшой страх?.. Беспокойство?                    Через секунды он снова поднял его и стал разглядывать котов. Песчанка вместе с ним следила за каждым котом, на которого он посмотрит. Вот его взгляд упал на Пихточку, которая подняла голову с земли с опущенных ею трав. Он остановил на ней взгляд также, как и на других, будто пытался что-то найти. Всего на полмига в нём проявилось чувство облегчения, но тут же появилась растерянность.                    — Ну, так что насчёт новостей? — спросил Жук.                    — Ах да, новости. Амбар решил закрыть свои врата от группировок.                    Как только кот сказал эти слова, на полянке в миг стало так тихо, что Песчанка могла услышать своё сердцебиение. Многие коты через ещё одну секунду стали переглядываться, шептаться.             Ученица посмотрела на маму и Ракиту. Зрачки Ивы были расширены, а хвост стал чуть-чуть пушиться. Ракита же никак не поменялась в выражении и продолжала смотреть на Орлана. Вот это стойкость! Вот бы и мне такую!                    — Но… Как?.. Я уверен, что здесь какая-то ошибка, — начал Жук. — У нас же начинается голод, пожар уничтожил почти две трети нашей территории! Амбар должен нам помочь!                    — Ошибки здесь никакой нет, и Амбар вам ничего не должен. Совет Старшин принял решение. Ах да, и оно не поддаётся апелляции. В связи с тем, что ваши коты постоянно отправляются к нам на зимовку, мы решили на время закрыть наши границы от вас. У нас сейчас тоже плохи дела, и вы не одни с проблемами.                    — Но ведь в Амбаре всегда было место для столь большого количества котов! У нас же был с вами союз! — Жук, чуть обогнав всё ещё шедшего вперёд кота, рассматривающего лежащих котов, преградил ему путь.                    — Да, был. Но Совет старшин решил его аннулировать, — Орлан обошёл Жука и продолжил свой путь куда-то вперёд, продолжая оглядывать котов. Песчанка уже могла рассмотреть его шёрстку. Она никогда в жизни не видела Орлана и лишь по историям Одноликого и Ивы могла представить его. Неужели орланы, как орлы, только чёрные? Как вообще природа создала таких похожих существ с одинаковой физиономией, но с разными названиями?                    — Ну, так дела не делаются, — понизил голос Жук. Шерсть на его загривке стала вставать, а хвост опустился и стал качаться из стороны в сторону. Некоторые коты, находившиеся около него, чуть отодвинулись и пригнули головы.                    — Делаются. Вечный союз мы делали с Настоящими Лесными, а не с группировками. Ваша политика и действия порицаются Советом старшин, — Орлан повернулся к Жуку и посмотрел ему прямо в глаза.                    — Да этот ваш-                    — Хорошо, спасибо, что предупредили, — не дала договорить Жуку Облачко. Эта маленькая кошечка с большими жёлтыми глазами посмотрела на Орлана, опустив голову в кивке. Жук же, метнув взгляд, полный молний, на главу луговых, еле сдерживался от того, чтобы хлестнуть себя хвостом.                    На его фоне Облачко выглядела очень миролюбивой и более дружелюбной кошкой, нежели он сам. Её хвост был чуть приподнят над землёй, ушки навострены, а шёрстка была чуть ухоженной. Было видно, что она не успела полностью привести себя в порядок и что до этого дела у неё были худы. Рёбра были видны.                    — Спасибо за понимание. Вы не будете против, если я ненадолго останусь у вас?                    — Нет, но вы должны поскорее уйти отсюда, — сказала Облачко.             Её слова прозвучали спокойно, но смысл несли не самый спокойный. Песчанка прищурилась. Он же гонец, так нельзя поступать с ними! Орлан чуть расширил глаза, но спорить не стал.                    — Спасибо. Чтобы вам не мешать, я сяду в самый дальний уголок этого… лагеря. Ни дичи, ни воды просить у вас не буду.                    — Спасибо большое за понимание, — кивнула Облачко.                    — Вам спасибо, — Орлан, последний раз оглянув поляну двинулся в сторону. Не все коты перед ним расступались, и ему приходилось многих из них обходить, чтобы не помешать. Дойдя до самого дальнего угла и найдя удобное местечко, он обнюхал землю, лёг, положил голову на лапы и стал потихоньку засыпать.                    Песчанка же продолжила сидеть на своём месте. Двигаться ей совсем не хотелось — только лежать и отдыхать. Мгла, вздохнув ещё раз, пошла к Песчанке. Ученица понюхала воздух и почуяла исходившей от младшей искательницы запах разочарования. Дочь Жука присела и стала разглядывать свои лапы. Песчанка хотела спросить, что случилось, но заслышала голос Ивы:                    — Ты что, его знаешь?                    — Да.                    — А почему же ты не пошла и не поздоровалась с ним? Может, он тебя искал! — Ива бросила взгляд в его сторону.                    — Нет, он искал свою мать. Зеленоглазая кошка с похожим окрасом, как у него, это его мать.                    — Ой, что ты… Я надеюсь, он найдёт её. Сейчас такие ужасные времена, что любой может просто выйти и исчезнуть.                    — Не скажу. Были и похуже. Например, во время Хвори. Две трети котов просто погибло от неё.                    — А ведь ты права, это были ужасные времена. Хорошо, что Бархат нашла средство от неё… Кто бы мог подумать, что обычная изоляция на свежем воздухе и лечение специальными травами могли остановить эту подземельную болезнь!                    — Да, это правда.                    — Интересно, что было бы, если бы Жук и Бархат нам не помогли в то время? Боярышник вёл себя слишком своевольно — оставил весь клан и стал следить только за своей семьёй. А как же мы? Только за Лошадкой и своими детьми ухаживал! Я, конечно, не виню его, — чуть испугавшись своего тона, понизила голос Ива. — Но он мог бы побольше времени уделять нам.                    — Если бы Жук не взял под своё управление клан, то взял бы кто-нибудь другой. Мир постоянно меняется: одни коты сменяют других, одни безумцы сменяют других, одни рушат мир предков, а потом их мир рушат их потомки. Бесконечный круг, из которого не выбраться.                    — Думаю, да, ты права. Выбраться из него уже не получится. Приходиться только подстраиваться… Кстати, а почему ты сказала тогда, когда пришёл Орлан, «Пресвятые коты», а не «Пресвятые Духи»?                    — Да так, просто, — Ракита пожала плечами, улыбнувшись. — Случайно вышло.                    — Хорошо, — улыбнулась в ответ Ива. Она чуть дёрнулась и метнула взгляд в центр поляны. — Смотри, Жук и Облачко собираются в той части лагеря… Наконец что-то скажут. Интересно, а где Ворон?                    — Он там, — Ракита показала лапой в сторону, где сидел Ворон, которому всё ещё было плохо и которого рвало. Рядом с ним стояла Норка, которую тоже всё ещё качало. Они были одними из последних, кто выбежал из горящего леса. Они следили за каждым и если кто-то отставал, то помогали ему.                    — Бедняга… Надеюсь, с ним будет всё хорошо.                    — Слушай, Песчанка, — Песчанка вздрогнула и посмотрела на Мглу, которая привстала. — Пойдём поближе? Там будет одна новость, которая будет связана со мной.                    — Ух ты! Какая? — Песчанка встала и поковыляла за подругой. Она не только дружит с Младшей Искательницей, но ещё и с той, с которой будет связана новость!                    — Скоро вот узнаешь. Я сама ещё не знаю, прозвучит ли она, поэтому не хочу говорить наперёд. Вот так вот!              Они петляли средь котов и в конце концов вышли сбоку от Жука и Облачка. Те стояли так, что перед ними были все коты со всех группировок, и они могли окинуть взглядом всех. Стояли они на небольшой возвышенности и их было видно с любой точки. Жук начал громогласным голосом:                    — Внимание! У нас есть несколько новостей, которые мы хотим вам сказать, — он подождал, пока коты затихнут, и продолжил, — Сейчас мы переживаем трудные времена. Засуха, голод, пожар, смерти — за последний месяц много чего произошло. Потому нами было принято решение покинуть на некоторое время территорию озера, — по котам после этой фразы пошли испуганные перешёптывания. Многие из них стали ещё более взволнованнее, чем были до этого. — Попрошу тишины! Это решение далось нам трудно, однако не стоит беспокоиться — вскоре мы вернёмся обратно сюда, как только лес снова станет оживать и наполняться дичью. И-                    — И луговые закрывают свои границы, — тут же вставила своё слово Облачко, не дав договорить Жуку. Она стояла с выпрямленной спиной и наблюдала за реакцией всех котов. Глава речных же уставился на неё с всё ещё полуоткрытой пастью. Песчанка быстро глянула в сторону Орлана и увидела, как тот приподнялся со своего места. — Закрывают для любых котов. И для амбарных, и для котов группировок, и для одиночек. Со следующего дня каждого, кто пересечёт границу нашей группировки, можно будет выгнать любыми доступными способами.                    В лагере повисло молчание. Песчанка чуть наклонила голову и пододвинулась к Мгле:                    — Что она имеет в виду под любыми способами? — прошептала ученица на ухо младшей Искательницы. Та выглядела напряжённой, взгляд её был сфокусирован на Облачко.                    — Того, кто пересечёт границу, можно будет ранить. Или даже убить.                    Песчанка наклонила голову и чуть нахмурилась. А разве до этого нельзя было?                    Жук мотнул головой и его взгляд снова стал ясным. Он оглянул поляну и продолжил:                    — Это ненадолго! Мы найдём новое место для ловли дичи и для жизни. Уверяю, скоро лес снова оживёт и мы вернёмся сюда! Пока несколько старших, которые изъявят желание, будут изучать дальние территории и докладывать нам, мы все будем продвигаться вдоль полей и леса!                    Песчанка снова оглянула всех котов. Не все из них считали эту идею хорошей. Они переглядывались друг с другом и не решались сказать что-то против. Наконец, спустя недолгой тишины, Облачко продолжила:                    — На этом новости не заканчиваются. Жук, тебе слово, — Жук встрепенулся и чуть улыбнулся.                    — Да, у меня ещё есть новость для вас! Во время пожара одна кошка смогла вернуться в лагерь и вытащить из огня пропавшего котёнка. Огонь так быстро к нам приближался, что ребёнок не успел выбраться из палатки и побежать за остальными. Но моя дочь, Мгла, вернулась туда, смогла вытащить её из огня и вернуться с ним! — эта новость чуть взбодрила котов, хоть и не до конца. Немногие коты, у которых ещё оставались силы, высказывали поздравления кошке. Песчанка же восторженным взглядом смотрела на свою подругу. Она спасла котёнка! — Потому нами было принято решение, что ей дадут досрочную попытку пройти испытания на Искателя!                    Песчанка оглянула лагерь. Эта новость действительно взбодрила котов. Половина из них улыбались Мгле, обсуждали новость, другая же была в почти бессознательном состоянии. Но младшая искательница всё ещё была напряжена. Её взгляд чуть расфокусировался, как будто она о чём-то думала, и, если слышала рядом поздравление кого-то, то улыбалась и кивала. Но делала она это так, словно была во сне.                    — Но это ещё не всё! Мгла ещё с давних пор любила травоведение — она была одной из самых внимательных кошек, слушала советы старших и была всегда вовлечена в уроки Подснежницы, — Песчанка посмотрела на кошку, которая была похожа на Подснежницу. Она слышала, как та выглядела, и ученица быстро нашла её среди других. Проверяющая на это улыбнулась и с небольшой гордостью в глазах посмотрела на Мглу. — Любовь к врачевательству у Мглы была ещё с самого детства, и она грезила о лечении других. Потому мы решили, что после прохождения Испытания на Искателя она станет ученицей Бархат!             Многие коты, которые ещё были в сознании, стали поздравлять Мглу с такой удачей. Какая она молодец! И это всё — её заслуга!                    — Чё? — послышался возмущённый возглас среди других. На поляне потихоньку становилось всё тише и тише, и коты стали смотреть на виновницу. Песчанка повернула в ту сторону голову и увидела расширившую глаза Бархат. — Её?                    — Ты что-то имеешь против, Бархат? — наклонил голову Жук. Бархат на это хмыкнула.                    — Нетушки! Клянусь всеми Духами и не Духами, я её никогда не возьму в свои ученицы! Я не знаю, что эта особа знает в травоведении, а что нет, но просто «любовь к лечению» становлению на врачевателя не поможет. И я что-то не замечала эту «любовь» сейчас — Мгла просто сидела, пока другие бегали от одного кота до другого, пытаясь им помочь. Она же пялилась в сторону и даже когтем не пошевелила, чтобы помочь! Вот этого олуха я в ученицы не возьму! Только через мой дряхлый труп!                    На поляне стало тише обычного. Песчанка переводила взгляд с одного на другого, стараясь понять каждую эмоцию. Многие смотрели осуждающе, как её мама Ива или Зёрнышко, другие — удивлённо, как Одноликий, Тис и Листок. У кого же вообще не было эмоций, так это Ракита — она точно также, как и Песчанка наблюдала за всеми.                    — Бархат, ты не смеешь так говорить о моей дочери, — сказал Жук. Его хвост стал качаться из стороны в стороны, а взгляд был направлен прямо на врачевательницу.                    — Смею, раз идёт речь о многолунной тренировке. Тем более я знаю секретики, Жук, которые спокойно могу рассказать. Вы ж поломаете жизнь Мгле, если пустите её на это обучение! Я наблюдала за ней в течении этих месяцев, и поняла, что этот олух не выдержит и дня, будучи полноправным врачевателем, — Бархат наконец взглянула на Мглу. Та смотрела на свои лапы и взгляд её был мутным. — Она хорошая кошка, но её сердце лежит не на пути врачевательства, а на пути Искателя. Она хорошая воительница, но бездарный врачеватель! Голова её пуста! И сколько бы трав она не знала, сколько бы травм не умела лечить, в душе она не станет врачевателем! А это та вещь, по которой и избирается врачеватель.                    — Что-ж! — Жук выпрямил спину. — Если не Мгла, то кто?             Бархат хмыкнула. Песчанка наклонила голову и навострила ушки. Старшая врачевательница поудобнее села на своё местечко, прикрыла глаза и улыбнулась.                    — Тис.                    По поляне пошли шепотки. Ух ты! Песчанка тут же взглянула в сторону пушистого бежевого кота. Его голубоватые глаза были чуть расширены, уши стояли торчком. Видимо, он сам ещё не до конца понял суть слов, сказанных Бархат. Листок же запрыгала вокруг него и стала поздравлять. Не было слышно ничего — она это делала бесшумно. Подруга Песчанки прижалась к Тису, и Песчанка даже могла бы услышать её мурлыканье, если бы была чуть ближе. Потом Листок тут же воспряла и стала что-то шептать рядом сидящей Дымке.                    — Тис?! — На этот раз послышался возмущённый возглас Подснежницы. — Он?! Да он ничего не знает о травоведении! У тебя голова шо-ли поехала?                    — Я сказала — Тис, — улыбнулась шире Бархат, посмотрев на Подснежницу. Старшая врачевательница сделала своеобразное движение лапкой, и проверяющая стала смотреть на неё более напряжённо и менее возмущённо. Её взгляж забегад.                    — А… Так ведь нельзя! Он должен стать старшим или искателем! — Расфокусированный взгляд Подснежницы упал на землю. Она снова подняла его, и он стал спокойным и чуть задорным. Её взор стал трезвее, и она зарычала, — Бархат, если ты его возьмёшь в ученики, то можешь больше не разговаривать со мной. Он вообще ничегошеньки не делал на моих занятиях! Сидел и задницу отсиживал! И вообще, по традиции он должен был продолжить род Искателей!                    — Я всё-таки выбираю Тиса, — Бархат привстала со своего места и кончиком хвоста подозвала к себе котика. Тот несколько секунд смотрел на неё, не понимая, что от него хотят, но подталкивания Листка убедили его начать подходить к ней. — Он — отличная партия для такого дела.                    — А-ну стоп! — рыкнул Жук на всю поляну. — Хватит спорить! Он — мой ученик, и я запрещаю ему становиться врачевателем. Либо Мгла, либо никто. Выбирай. Мгла проходила более углублённое обучение, она больше готова к этому, чем Тис.                    — Ты не можешь запретить ему делать свой собственный выбор, — Бархат улыбнулась прищурившись. Тис уже подошёл к ней, и она приобняла его хвостом. Тот чуть вздрогнул и присел рядом. — Тис, выбирай — ты хочешь быть моим учеником или нет?                    — Только посмей не подчиниться моему приказу, — проговорил Жук так тихо, что услышать его могли только сидящая неподалёку Бархат и Песчанка. Его голос был ровным и ничего не выдавало в нём угрозу.                    — Тис, твоё решение? — Бархат посмотрела на него.                    — Я, Подснежница, на данный момент самый старший потомок Иголки, ставлю подземельное вето на его решение на становление врачевателем! Он станет Искателем!                    — Тис?                    Тис смотрел то на Бархат, то на Подснежницу, то на Жука. Он закрыл глаза и опустил голову. Все в лагере ждали его решение. Песчанка вытянула шею. Ну же, выбирай хоть что-то!                    Наконец, он произнёс:                    — Я хочу стать учеником Бархат.                    Стояло молчание. Все коты посмотрели на Жука и ждали его решение. Кончик хвоста главы дёргался, лапы были напряжены, а уши ему приходилось держал торчком, чтобы они не прижались к голове.                    — Хорошо, да будет так, — произнёс он, опустив голову. Его хвост чуть приподнялся и, когда он снова посмотрел на котов, взгляд его был ярким, таким же, с каким он говорил новость о Мгле.                    Бархат заулыбалась, стала поздравлять Тиса. Все коты стали обсуждать случившееся, у каждого была своя точка зрения на это. Вот Листок подбежала к Тису и стала снова поздравлять его, за ней еле поспевала Дымка. Ива сзади что-то шептала Раките, но услышать, что именно, не позволял необычный для этого лагеря шум. А Мгла продолжала сидеть и смотреть на свои лапы. Она в выпустила когти в землю и закрыла глаза.                    — Ты расстроилась, что не стала врачевателем? — спросила Песчанка. Мгла встрепенулась и взглянула на неё. Она выглядела так, будто только сейчас узнала, что ученицы всё это время была тут.                    — Что? Нет… Просто мы… Мы не должны отсюда уходить… — она говорила тихим голосом, чуть хрипловатым                    — Почему?                    — Я обещала… Обещала… Они доверились… Мы не должны… Нет, мы не можем отсюда уйти. Я же… Я не могу, — она тут же встала.                    Она секунду простояла, будто решая что-то. Песчанка наклонила голову. Мгла ещё раз посмотрела на свои лапы, и потом кинулась к отцу. Тот пока отводил Облачко в более спокойное местечко.                    Песчанка поспешила за ней. Однако не успела Мгла подойти к нему, как тот рыкнул на неё и произнёс что-то связанное с «потом поговорим». Песчанка сильнее навострила ушки и стала к ним приближаться. Она старалась передвигать лапы так, как если бы выслеживала птицу на открытой местности. В её поле зрения остался только Жук, Облачко и Мгла.                    Мгла, простояв несколько секунд на месте и смотря вслед отцу, с опустошённым видом развернулась и пошла туда, откуда вернулась. Она даже не заметила Песчанку и прошла мимо неё, что-то бормоча себе под нос. Ученица вздохнула, и на миг её лапы отяжелели. Воздух стал на некоторое время спёртым, а не пряным, как был до этого, а взор сам собой опустился.                    Однако спустя мгновение Песчанка встрепенулась. Она не стала продолжать за ней следить. Она направила свои ушки и своё внимание на Жука и Облачко. Тот говорил почти шёпотом, но нотки рычания всё ещё присутствовали и их было легко уловить.                    — Ты не можешь нас так оставить. И это после всего, что произошло? После того, что я и все мы для тебя сделали? Не забывай, что наша дочь умерла, а ты меня так просто бросишь здесь?                    Песчанка сильнее прижалась и попыталась спрятаться в высокой траве. Сердце застучало быстрее, и на её мордашке проявилась слабая улыбка. Интересно! Спор глав! Облачко посмотрела на него и задержала на нем взгляд. Её взгляд был безразличным:                    — Жасмин не моя дочь. Она дочь Полыни.                    — Да ты что, спятила? — Жук расширил глаза. — Да как ты смеешь…                    — Вот так. Не я её растила. Она ваша дочь. И, не забывай, что это была твоя идея. На этом разговор окончен.             Облачко развернулась и пошла лёгкой луговой походкой в лагерь. Жук попытался остановить её, но она ускорила шаг и вышла на место, где коты могли её видеть и где бы Жук не стал уже так с ней разговаривать.             Песчанка сделала шаги назад и продолжила вслушиваться. По телу прошлась волна расслабления оттого, что у неё бежево-желтоватая шёрстка и что на сухой траве её почти не видно.                    — Посмотрим, — лишь сказал Жук, останавливаясь и смотря вслед уходящей Облачко. Его зрачки превратились в щёлки, а шерсть на загривке зашевелилась.                    Песчанка сделала ещё шаги назад и повернула голову так, чтобы не было видно, что она подслушала.                    Хотя нет. Скучный разговор.                    Она встала и пошла искать кого-нибудь знакомого. Ей хотелось послушать чужие разговоры, узнать точку зрения других, выслушать их и пообсуждать произошедшие события. С каждой секундой в её сердце стало заполняться новые ощущения, которых она не чувствовала ранее. Они заставляли улыбаться, смотреть на каждого кота с теплотой. Постепенно светлеющее небо и пейзажи впереди выглядели так, словно они были не настоящими, а сказочными, волшебными.                    Весь мир для Песчанки сейчас стал таким, словно она сама оказалась в одной из историй Одноликого. Словно она оказалась на месте Крылатого.             Шаги её стали бодрее, а боль в лапах почти не чувствовалась. Даже хромота, которая всегда забирала себе все мысли Песчанки, уже почти не чувствовалась. Ученица чувствовала себя так, словно она стала героем своей истории. Чувство приближающегося приключения заполняло её душу, распространялось по организму сладостной пряностью.                    Они найдут новый дом!