Обитель Историй

            — Зорька! Зорька!                    — … Ну и вот так я планирую перестроить наш лагерь. Можно будет обосновать его чуть подальше от прежнего места, если старое будет совсем уж плохим, — говорил Жук. Взгляд его был ясным, как солнечный день, а Мухомор, Заря, Ворон, Норка, Мгла, Бор и Сорока его слушали.                    Последняя кошка была серьёзной, чёрно-белой, с прозрачными глазами, которые лишь при детальном рассмотрении становились светло-жёлто-зелёными. Они больше походили на подсвеченную мутную воду. Сорока была в прошлом кем-то вроде советницей Бора. По рассказам луговых и самих присоединившихся одиночек она в обычное время была чем-то похожа на Ракиту. Однако, как они говорили, среди близких её характер и чувство юмора было как у Селезня. Заре ещё не довелось общаться с Сорокой, так как при первом же взгляде на неё ощущение ненужности и опасности, исходившей от неё, возрастало.                    Неподалёку от них стояла Песчанка и переминалась с лапки на лапку. В самом начале, когда совещание глав и советников только начиналось, Ворон и Жук попросили её уйти и не мешать им. Однако смелая кошечка решила выполнить их приказ наполовину, и потому она вначале ушла на достаточно далёкое расстояние, а потом с каждой минутой приближалась.                    Две группировки уже пришли в поля и встретились с Облачко и Селезнем. Они их приняли, накормили, напоили и предложили обследовать постепенно восстанавливающийся лес. Хоть до полного восстановления оставалось ещё далеко, Жук решил, что они попытаются начать здесь жить.                    До этого от них отсоединилось несколько котов, которые пожелали либо стать одиночками, либо уйти в Амбар. Среди них можно было отметить Дымку, Иву и Мха. Как раз это и было причиной, по которой Заре хотелось прижаться к Песчанке и попытаться скрасить и так неудавшуюся четверть луны.             Песчанка, как только услышала пожелание этих котов уйти, будто бы стала ходить в тумане. Её взгляд был мутным, она никак не могла ни на чём сконцентрироваться, лапы её дрожали сильнее обычного. Она даже не смогла попрощаться с ними, ведь только отойдя от первых эмоций, её семья уже ушла. С Песчанкой осталась только Лиственница, которая на данный момент общалась со всеми котами и заводила разговор с бывшими одиночками.                    Не успели главы обсудить с Облачко все прошедшие за два года новости, как к ним в сопроводительный отряд по обследованию вызвался Бор. Также рядом с ним тогда стояла та самая особа — Сорока. Заря, только увидев её, подумала, что та больше походила на повидавшую жизнь мать-одиночку, нежели на молодую кошку. Её взгляд был тяжёлым и приковывал, однако они также были наполнены и уверенностью.                    — Зорька! Зорька! Зорька!                    Заря прижала уши и закрыла глаза. Спина чуть заболела, и она выпрямила её. Облегчение начало разливаться по её телу и старшая сдержалась от того, чтобы заулыбаться и замурлыкать. Времена, когда старшая слышала писк и звон в ушах, стали наступать всё чаще. Всё ещё она не могла привыкнуть к нему. Приятное спокойствие исчезало, как только появлялись они. Заре приходилось постоянно быть в движении и уходить с тех мест, в которых появлялись виновники гула.                    — Ну что думаете по поводу плана? — спросил Жук.                    — Мне нравится, — муркнул Мухомор.             Заря чуть нахмурилась. Мухомор постоянно сидел рядом с Жуком. Старшая пыталась опережать его и больше общаться с главой, однако второй советник следил за ней. Именно по этой причине она сейчас сидела среди глав и советников, стараясь не давать много вольностей Мухомору. Однажды, когда Заря потянула лапу и выздоравливала, он наговорил Жуку что-то, из-за чего после глава старался избегать Зарю.                    — Вполне сносный! — сказал Бор. — Только для начала, думаю, стоит посмотреть вашу территорию, а только потом строить планы. Но в целом мне нравится он.                    Лишь снова открыв глаза она увидела рядом с Жуком маленького котёнка. Она переместилась с дальней полянки к нему. Это была серенькая кошечка с рыжими мёртвыми глазками. Пахло от неё ничем. Пустой запах. Глаза Зари говорили ей, что стоящая перед ней кошечка существует, что она осязаема и вполне себе реальна, однако вот нюх отрицал этот факт. Не было запаха у неё.                    — Зорька! Зорька! — Цапонька улыбалась и смотрела на Зарю и не отпускала её из своего поля зрения. Её тихий, но звонкий голосок отдавался эхом в ушах.                    Единственным плюсом Жасмин и сестры Зари было лишь то, что Заря из-за них часто бегала и помогала Жуку и котам группировок. Пока сзади ощущалось присутствие двух умерших кошек, у старшей был стимул сделать всё качественно и быстро, а потом снова приступить к новой работе. Только из-за этого Жук стал относиться к ней более хорошо.                    Жасмин сейчас ходила где-то рядом. Чем ближе она подходила к Заре, тем сильнее начинал звучать писк, а зрение начинало падать. Всё внимание старшей приковывалось к этой кошке, ведь сама душа не позволяла оторвать взгляд от неё. Сейчас же её нигде не было видно.                    — Зорька! Зорька! Зорька!                    Голос Цапоньки стал звучать громче. Когда она появилась в первый раз и добавила в жизнь Зари немного разнообразия, то первым её словом было «Зорька». И произошло это тогда, когда она общалась с Мухомором и Жуком по поводу того, как распределять пищу между котами во время первого сезона Голых Деревьев. После того раза Мухомор ходил за ней и наблюдал за каждым её действием.                    Сейчас Мухомор всматривался в неё. Всякий раз когда Заря смотрела на Цапоньку, борясь с желанием подойти и успокоить этого котёнка, советник Жука смотрел в ту же сторону. Его взгляд бегал по поляне. Он принюхался, когда Заря выпрямила спину. Однако сколько бы он не пытался, способности видеть их у него не было.                    — Мне кажется, что стоит для начала обследо-             — Заря. Тебя. Не спрашивали, — громыхнул Ворон. Он бросил на неё морозящий взгляд. Он словно впивался в неё, скрёб душу. — Будешь говорить тогда, когда тебя спросят. Ясно? — Заря молчала, опустив взгляд. — Не слышу ответа.             — Ясно, — пробормотала Заря. Она лишь нахмурилась, когда Мухомор чуть улыбнулся.                    — Зорька! — на этот раз голос Цапоньки зазвучал громче.                    Заря уже приготовилась стиснуть челюсти и терпеть звон в ушах, как увидела дрогнувшего Жука. В его желтых глазах промелькнул лёгкий страх, и он посмотрел вниз.                    Змеи, блуждавшие внутри Зари, впились ей в живот в этот самый момент. Его выворачивало наизнанку, а лапы становились моховыми. Она наблюдала за Жуком и старалась держать непринуждённый вид. Она уже была готова перейти на молитву к Духам, попросить их сделать всё, чтобы тот не вскрикнул и не привлёк к себе внимания.                    Однако глава речных, не увидев ничего особенного под собой, вернул взгляд на окружавших его котов. Он всё ещё выглядел напуганным, хоть шёрстку опустил.                    — Тогда мы можем пойти в сторону нашей… Территории, — мяукнула Норка. — Там обследуем всё, а потом сможем встретиться с вами либо на стыке, либо здесь, у луговых.                    — Мне кажется, это хороший план! — сказала подошедшая к ним Песчанка.                    Заря чуть нахмурилась. Ощущение недовольства смешанное с резким сочувствием к хромой толстенькой кошечке плавало внутри неё. Хотелось мыслями призвать старшую лесных отойти отсюда и просто потом рассказать о своих идеях Мгле, чтобы та потом поведала о них Ворону. Однако осознание того, что Заря такой способностью не обладала, возрастало также быстро, как и желание бросить шишку. Песчанка оглядывала глав и советников чуть виноватым взглядом, а на мордашке прослеживалась лёгкая и натянутая улыбка.                    — Песчанка, это разговор глав и советников между собой, — проворчал Ворон.                    Кончик его хвоста дёргался, а лапы напряглись. По его морде было видно, что он еле сдерживался от того, чтобы не крикнуть на подошедшую. Взгляд жёлтых глаз начинал погружаться в грозу, с каждой секундой там всё чаще начинали сверкать молнии.                    — Я думаю, что можно набрать нескольких котов с каждой группировки в объединённые отряды и отправить их на обследование территорий. А здесь, в лагере луговых, можно начать подготовку к переезду. Например, начать собирать мох или травы. Если вы не против, то…             — Против, — перебил её Ворон своим утробным рыком.             — Почему бы и нет? — мяукнул Бор. — Просто всё равно в лесу ничего опасного там нет. Всё проверишь как раз и потом нам расскажешь! Просто думаю, это будет очень хорошо.             — Твоё мнение пока не спрашивали, — гаркнул Ворон, поворачиваясь к нему. Бор прижал уши и его зрачки чуть расширились. — Ты забываешь своё место, Бор.             — Извините. Виноват, — произнёс Бор. Он поджал губы, и Заря уже читала в его голове бесконечные мысли о том, что стоило бы помолчать.                    Старшая речных навострила ушки и прижала свой хвост к себе. Сейчас глава лесных звучал как загнанная дикая собака, которой перекрыли пути отступления.             Песчанка застыла и стала смотреть на него немного удивлёнными глазами. Медленно, но верно, они становились всё печальней, а улыбка спадала на нет. Заре захотелось швырнуть в главу шишкой. Она взглянула на него и попыталась поймать его взгляд. Ей хотелось показать ему, что в данное время и в данной ситуации вести себя так нецелесообразно. Но тщетно.                    Поджав губы, Песчанка оглянула других стоящих здесь котов. Поняв, что заступиться за неё никто не собирается, она вздохнула.                    — Хорошо. Я тогда пойду.                    — Да. Иди. Иди лучше отдохни, м? Думаю, многие ждут твоей помощи там. А! Облачка здесь нет, ты можешь пойти к ней и поговорить с ней о чём-нибудь. Хорошая идея, не правда ли? А дела группировок оставь нам. Разве не лучше, если ты не будешь тратить свои силы на такие вещи, как эти? Это обычная рутина! — говорил Ворон.                    — Зорька! Зорька!                    Заря прижала уши. И тон Ворона, и звонкий голосок Цапоньки заставлял её всё сильнее и сильнее напрягать свои лапы, чтобы устоять на месте.                    — Да. А ты в это время можешь помочь Бархат и Овсу с травами, — мяукнула Норка.                    — Зев Пихты будет тоже рада помощи! — тут же сказал Бор. Песчанка посмотрела на него и чуть сощурилась. — Если что, она сидит либо в палатке, либо находиться вон в той стороне, — он махнул лапой в глубину полей. — Там находится кладбище и она ходит туда чуть ли не каждый день. Уверен, она будет рада, если ты поможешь! Просто её постоянно о чём-то просят: то сходить, то принести, то отнести. Я уже начинаю подумывать, что здесь её используют как ученика! Просто думаю я, что в твоей компании ей будет уютно.                    — Да! Почему бы тебе не помочь ей? Уверен, ей очень нужна твоя помощь, — кивнул Ворон. Его кончик хвоста по-прежнему дёргался. Песчанка же не в силах что-либо сказать переводила взгляд жёлтеньких глаз с одного кота на другого.                    — Ну, а я уверен, что помощь Пихточке очень будет кстати, — мяукнул Жук, чуть скривившись. В его глазах стала постепенно появляться искра, похожая на ту, которая появляется в огненных палках Двуногих перед поражающим всё живое выстрелом. — Иди, помоги ей.                    — Песчанка, как только наше совещание закончится, то я тут же побегу к тебе! — сказала Мгла.                    Её голос был чуть тише обычного и больше походил на воркующий. Заря сощурилась и стала следить за подругой. Новоиспечённая советница Ворона, которая ныне является лесной, кидала на свою главу вопрошающие взгляды. Тот не замечал её, и всё его внимание было приковано к переминающейся с лапки на лапку Песчанки.                    Мухомор же напрягся, когда Мгла в очередной раз посмотрела на Ворона. Его хвост дёрнулся в сторону, а сам он стал оглядывать присутствующих в поисках того, кто тоже видел это.                    — Ну… Хорошо… Я всё понимаю. Извините, — мяукнула Песчанка, пятясь назад. Она попрощалась со всеми, повернулась и пошла к лагерю луговых, который находился недалеко от них. Старшая лесных еле переставляла лапы, а хвост почти что касался земли.                    Заря вздохнула и расслабилась. Сейчас все главы должны будут мирно всё обсудить. Желание, чтобы всё прошло гладко между ними, стало распространяться по Заре Хворью. Её уши уже вышли из прижатого положения, и она была готова продолжить слушать обсуждение, как заслышала прямо в самом ухе:                    — Зорька!                    Кошечка вздрогнула и чуть не подпрыгнула на месте. Она опять прижала уши и бросила гневливый взгляд в сторону котёнка. Та смотрела на неё большими пустыми глазками, а на мордашке прослеживалась такая же лёгкая улыбка, какая была у Жасмин. Этот взор пленил, хотелось до бесконечности всматриваться в него и утопать. В нём не было чувств.                    Эта выходка не осталась незамеченной. Не успела Заря пригладить шёрстку, как Мухомор обернулся к ней и начал:                    — Что с тобой происходит? — старшая в этот самый миг вернула себе прежний серьёзный вид и взглянула на него. — Почему ты шарахаешься от неизвестно чего и постоянно жмёшь уши, как будто кто-то тебе кричит туда? Я не понимаю, у тебя что уже, галлюцинации?                    Заря застыла. Её глотка будто бы в этот самый момент закрылась, и она больше не могла издать звук. Тело стало неметь, а грудь холодеть. Шёрстка стала такой тяжёлой, а под ней становилось то холодно, то жарко, что хотелось снять её и выбросить подальше. Если Мухомор продолжит рассуждение, то Заря больше не сможет следить за Жуком, ведь её отстранят от него. Или все её соплеменники сочтут её за…             За ненормальную.                    Не успела Заря что-либо сказать, как за неё ответил Жук:                    — Мухомор, ну испугалась чего-то, с кем не бывает! Может, мошка рядом какая летает, а прямо перед всеми убить её стесняется. Что ты сразу так на неё набрасываешься?                    Мухомор молчал. Он рассматривал, поджав губы, Зарю. Его болотного цвета глаза пронзали в самую душу, а живот от этого скручивался и скатывался в комок.                    — Ладно, — сказал он наконец. Он выпрямил спину и в миг его глаза стали спокойными и радостными, и он чуть улыбнулся. — Обознался.                    — Товарищи, когда вы перестанете трепаться и организуете отряды? — сказала до сих молчавшая Сорока.                    Заря ещё ни разу не слышала её голоса. Однако за всё это время она заметила, что та всегда держит спину ровной. Увидеть её сгорбленной даже тогда, когда она поднимала вещь, нельзя было. На её мордашке могли прослеживаться различные эмоции, однако как только рядом проходил кто-то, кто был старше по званию, она тут же вставала по стойке «Смирно!» и выглядела так, будто уже была готова выполнять любые приказы. Скорее всего так и было. За столь короткое пребывание двух группировок здесь Сорока успела выполнить три приказа Облачко и Селезня, связанные с обустройством пришедших.                    Заря слышала, что та была правой лапой Бора и тот часто держал её рядом с собой в былые времена. Она могла выполнить любое поручение, а сама между тем с лёгкостью отдавала чёткие приказы более низким по рангу котам. Для Зари она была, грубо говоря, идеальной кошкой — и поесть принесёт, и по башке побьёт.                    — Сорока, давай оставим принятие решений за главами? — мяукнул Бор, оглянувшись на неё. Ворон же после сказанных слов сверлил её взглядом. Шерсть на его загривке стала подниматься и уже никакой Бор не мог остановить разгорающуюся метель в его глазах.                    — Вы, прошу меня простить, кто? Советник? Глава?                    — Никак нет.                    — Тогда сидите и помалкиваете в сторонке. Ещё не хватало ещё одной Песчанки нам здесь. С той никак не можем справиться, а тут ещё вы появляетесь.                    — Товарищ, при всём моём уважении, но Песчанка говорила более дельные вещи, чем все вы плюс немая Заря. Она предлагала план, а вы лишь блуждаете в мечтах.                    — А мы никак не можем этот план составить, потому что то Песчанка болтает, то ты. Может помолчите? Не хочешь сходить вместе с ней к Пихточке? Уверен, она ещё недалеко ушла.                    Сорока никак не поменялась в выражении мордашки. Она слушала изречения Ворона, не перебивала его. Заре уже захотелось за такие слова кинуть в него шишку, а та стояла и молчала. Даже хвост не дёргался в раздражении. Хотя за сказанные слова про неё и про то, что она немая, Заре хотелось тоже закидать её.             Сорока лишь спустя несколько секунд взглянула на Бора и стала ждать его ответа. Тот колебался. Заря же молила его в мыслях выбрать «отослать Сороку», а не «оставайся!». Иначе Ворон никогда не примет чужие планы. Тогда Жук не сможет перенять его на их сторону.                    Посмотрев вначале на глав, советников, а потом на неё, Бор ответил:                    — Сорока, сходи лучше за Песчанкой. Зев Пихты будет рада этому. И я тоже.                    Сорока кивнула ему и, задержав на несколько секунд внимательный взгляд на главе лесных, двинулась бесшумной поступью за Песчанкой.             Заря долго держала на ней взгляд и вдруг уходившая кошка обернулась. Старшая тут же опустила взгляд, однако она чувствовала, что та продолжает смотреть на неё и изучать. Сердце забилось пойманной птицей, и кошка набрала в лёгкие побольше воздуха. Лишь через некоторое время это ощущение пропало.                    — Ну так что делать-то будем? — спросила Мгла.             Она прижала к себе серенький хвост и следила за главами и советниками. На Зарю та практически не обращала внимания. Хотя вот на Бора она старалась вообще не смотреть. Тот же глядел на неё с прищуром.                    — Сейчас выдвинемся в леса, — сказал Ворон. — Бор, пойдёшь со мной и Норкой. Поищи пока ещё двух добровольцев из наших или из ваших.                    — Хорошо! — кивнул Бор, выпрямившись.                    Бросив на пол мгновения взгляд на Мглу, он побежал в сторону лагеря луговых. Заря только сейчас поняла, что его телосложение больше подходит для лесов. Он был большим, однако лапы его были не настолько длинными, как у большинства луговых. Вот они все были длиннолапые, огромные и при всём при этом незаметными.                    — Жук, ты кого берёшь? — спросил Ворон. Глава речных вздрогнул и оглянулся на него.                    — Скорее всего я останусь здесь. Мы долго шли сюда и у меня очень сильно болят лапы. Мухомор, — заслышав своё имя, второй советник тут же посмотрел на него. Заря же зашипела про себя. Хорошо, что хотя бы сейчас глава отдавал приказы ему, а не наоборот, как иногда бывало раньше. И никто не обращал на это внимания. — Выбирай себе котов и иди исследовать территорию. И найди Полынь, а то я не видел её с самого нашего ухода с того лагеря.                    — Кстати, а куда она подевалась? — спросила Норка.                    — Не знаю, — пожал плечами Жук.                    — Она вот вроде как общается с Пекло, — сказала Мгла. — А ещё они потеряли Тень и ищут её.                    — Что? Как можно было потерять Тень? — Жук расширил глаза.                    — Ну… Она потерялась, когда мы пришли в лагерь. Ушла куда-то. Вроде как пошла вон в ту сторону, — Мгла кивнула туда, куда пошла Песчанка и Сорока. Заря попыталась присмотреться туда, выследить её, однако никаких теней вдалеке не было видно.                    — Хм… Ну тогда пожелаем им удачи, — улыбнулся Жук. Ворон же закатил глаза.                    — Не тем они сейчас занимаются. Нет, чтобы помочь другим обосноваться, принести как-то пользу другим. Ерунду творят какую-то.                    — Да ладно. Всё равно же потом вернутся сюда, — мяукнула Норка.             После сказанных слов между ними повисло ядовитое молчание. Оно разрушало до основания более-менее тихую и мирную обстановку. Главы и советники стали переглядываться друг с другом, а Заря здесь словно была лишней.                    Она переводила взгляд с одного кота на другого, пока в это время уже монотонной песней звучали слова: «Зорька! Зорька!».             Однако сердце стало медленно скручиваться и сжиматься, только мелодичный писк в ушах стал становиться громче. Он словно скрёб орлиными когтями в ушах.             Заря подняла голову и стала искать уже знакомую виновницу шума.                    К ним лёгкой поступью шла Жасмин.                    Её белая искрящаяся шёрстка снова становилась единственным объектом в поле зрения Зари. Темнота медленно накрывала старшую речных, сжирала всё, что находилось сбоку. Как всегда лёгкая улыбка приковывала внимание, а взор пустых глаз мог обворожить любого кота на всём белом свете.             В глубине Зари органы стали выворачиваться и кататься по брюху. На плечи словно падали один за другим камни, а на лапы будто бы привязали тяжёлые булыжники. Сколько бы усилий не предпринимала Заря, она не могла сдвинуть их, не могла успокоиться.                    — Когда выходим на обследование? — спросила она. Сердце начинало стучать быстрее, а писк, скорее уже похожий на заунывный вой, в ушах становился лишь громче.                    — Уже хочешь пойти? — улыбнулся Жук.                    Мухомор рядом с ним напрягся и посмотрел на Зарю. Его физиономия становилась похожа на лисью. Он стал изучать её. Советник принюхался, и в миг его зрачки вначале расширились, но в другой стали сужаться. Он почувствовал, как страх покрывал Зарю с нарастающей скоростью. Он чуть опустил голову и не выпускал из виду кошечку.                    — Да. Давайте я сейчас пойду в сторону нашей территории? Как раз изучу её пока.                    — А подождать других не хочешь? — фыркнул Ворон.                    Он покосился на неё, однако его взгляд был более мягкий, нежели у Мухомора. Второй советник Жука смотрел на неё немигающим взглядом хищника. Он чуть прижался к земле, будто бы готовился к прыжку и смертоносному укусу.                    — Мне уже не терпится всё изучить! Вы пока соберёте отряд, а я двинусь вон в ту сторону.             — А я пойду с тобой, — муркнул Мухомор. Сердце Зари упало. Однако подходящая всё ближе Жасмин притупляла её чувства. Старшая речных была готова даже с ним пойти, лишь бы не оказаться близко с мёртвой.             — Так можно? — спросила Заря, переминаясь с лапы на лапу. Её взгляд стал мутнеть, а уши уже так и хотели прижаться к голове. Лишь усилиями старшая сдерживала их от этого.                    Ворон сощурился и что-то пробормотал себе под нос. Его услышала Норка и что-то шепнула на ухо, пытаясь успокоить. Мгла наблюдала за ними и вслушивалась в их речи. Она лишь иногда поглядывала на Зарю, но сказать что-либо той не решалась. Жук же поднял свою лапу и стал её вылизывать. Иногда он посматривал на Мухомора, и от этого змеи внутри Зари смешивались с её сущностью.                    Жасмин подходила ближе, звон в ушах становился невыносимее, лапы подкашивались, а сердце уходило глубоко внутрь. С одной стороны её организм кричал ей бежать, ведь в голове уже вовсю шли красочные образы разорванных барабанных перепонок и мертвенный образ кошки. Однако с другой хотелось лишь закрыть лапками уши и зарыться в подстилку, спрятаться от всех настигших проблем.                    С каждым шагом Жасмин взгляд Жука всё чаще отрывался от Зари и бегал по поляне.                    — Я тогда пойду? — Заря привстала и сделала шаг назад. Зрачки Ворона сузились. Мухомор же всё ещё не отрывал взгляда от неё. Только будто бы на его мордашке стала прослеживаться незаметная улыбка.                    — С чего это ты решила так сразу уйти отсюда? До этого вроде же молчала и ничего не говорила, — Ворон чуть наклонился в её сторону. Искры в его глазах стали плясать и разгораться. — С чего же это?                    — Может, она просто хочет прогуляться, — улыбнулась Мгла. Эти слова стали для Зари долгожданным и короткодействующим успокоительным. — Я думаю, что ты можешь идти. А Мухомор пока соберёт отряд, да? — кивнула советница ей. Мухомор сощурился и обернулся к новоиспечённой советнице.             — Да, — кивнул Жук. Через мгновение он мотнул головой и чуть нахмурился.                    — Спасибо. Я пошла, — тут же сказала Заря, кивнув всем котам на прощание.                    Она повернулась и начала медленно идти в сторону бора. С каждой секундой взгляд Жасмин становился жёстче, он сковывал движения, делал камни на лапах тяжелее.             Однако с каждым шагом Заря ускорялась и переходила на бег. Вот она уже неслась через поля и чувствовала лишь бьющий в морду ветер, покалывающий лапы травяной настил и греющее шёрстку солнце. Лишь иногда создавалось ощущение, словно кто-то хватался за её лапы и тянул вниз, под землю. В такие моменты она сжимала челюсти и вырывала лапы из чьей-то цепкой хватки.                    Она так бежала, пока не заслышала сзади чей-то крик. Её кто-то звал. Подумав, что это опять Цапонька, она уже хотела мотнуть головой на это, однако голос был низкий, мужской. Старшая остановилась и обернулась.                    К ней бежал запыхавшийся Жук. Он делал тяжёлые вздохи и даже отсюда было слышно, как тот никак не мог отдышаться. Облегчение начало заливать Зарю, и она еле подавила облегчённый вскрик. Она присела и стала ждать главу, чуть наклонив голову.                    Однако мирное ожидание прервал горящий вдалеке образ. Жасмин продолжала идти за ней, ступая по траве и идя неспешной походкой. Хоть была она и далеко, но всё равно Заря чувствовала на себе вес её пустого взгляда.             Шёрстка на загривке стала подниматься, а лапы наливаться силой. Брюхо словно отяжелело, будто бы в нём появился огромный булыжник. Он тянул старшую вниз, а инстинкты кричали ей прижаться к земле и убежать. Грудная клетка расправилась и была готова издать молящий крик.                    — Подожди, — прохрипел подошедший к ней Жук. Заря встала и повела его хвостом в сторону бора. Однако Жук нахмурился, убрал её хвост, присел и начал успокаиваться после долгого бега. — Я сказал «подожди».                    Булыжник одновременно и тянул вниз, и приказывал старшей бежать отсюда, куда глаза глядят. Лишь бы не быть рядом с идущей к ним белоснежной кошки.                    — Давайте пойдём медленно к лесу? А то если долго бегал, то лучший отдых это пройтись немного. А то лапы будут сильно болеть, если сразу же остановиться после напряжённой деятельности.                    — Думаешь?                    — На своём опыте знаю.                    — Тогда пойдём, — кивнул Жук. Заря в мыслях улыбнулась.                    Ветер будто бы стал дуть им в спину, добавляя скорости и упрощая ходьбу. Заря встала сбоку от главы и попыталась помочь ему идти быстрее. Она всякий раз оглядывала его и следила за его состоянием. Если ему становилось хуже, то она сбавляла темп, а как только в его глазах появлялся более здоровый блеск, то ускорялась.                    Заря старалась не смотреть назад и не думать о том, где же сейчас находилась Жасмин. Однако её взгляд она чувствовала на себе, ощущала спиной.                    — Ну а почему ты решила так сразу решила пойти в бор? — спросил Жук. — Ворон и советники сказали, что хотят отстранить тебя от наших с ними встреч. Как-никак, советником ты не являешься и потому не можешь присутствовать с нами.                    Его слова отдавались эхом для Зари. Она моргнула несколько раз, чтобы переварить сказанное и попытаться придумать что-нибудь в своей голове, что могло объяснить такую резкую смену эмоций. Между тем сказанные слова о том, что её отстранят, пожирали её мысли. Она слишком долго добивалась такой привилегии. Слишком многое она сделала, чтобы упустить это и дать Мухомору свободу. Разум, который полностью был занят Жасмин и о том, как сбежать от неё, ещё не до конца понимал, что означало отстранение от встреч.                    — Мне не терпелось посмотреть на мой старый дом, — сказала она. Ощущение тяжёлого взора преследовательницы стал ещё более ощутимый.                    — И только? Ну а чего не подождала других?                    — Они слишком долго бы собирались. А ещё я хочу посмотреть на места, в которые раньше мне запрещалось заходить. Хочу посмотреть, что от них осталось.                    — М… Бунтарка? — улыбнулся Жук.                    Когда Заря посмотрела на него, чтобы ответить шуткой на эти слова, шерсть на спине зашевелилась. Его взгляд не был сфокусирован на ней. Он был с небольшим безумным огоньком, а зрачки никак не сужались на солнце и не расширялись при тени облаков. Они продолжали быть немного круглыми. Будто бы их хозяин где-то витал. Где-то далеко-далеко отсюда.                    — Да, — кивнула Заря. Горло стало сохнуть, но рассудок продолжал говорить ей, что надо продолжить разговор. — А вы почему решили пойти со мной?                    — Ну а я тоже хочу посмотреть на мою территорию. Походить по старым местам и увидеть, что же там поменялось. Не представляешь, сколько времени и сил пришлось потратить, чтобы это всё восстановить после Хвори! Как же я рад, что Облачко и Ворон помогли мне с восстановлением порядка. Без них бы я не справился.                    Заря чуть напряглась, однако в голове продолжала подбадривать себя и пытаться вести себя так, чтобы Жук не заметил её состояния. Глава будто бы общался не с ней, а с кем-то другим через неё. Словно он видел перед собой совершенно другого кота.                    — Слушай, а ты ведь же общаешься с некоторыми котами из других группировок? — спросил он. Его взор стал чуть более живым. Словно мутная вода с поднявшимся песком стала становиться прозрачнее.                    — Да. Только с некоторыми. Можно сказать, что со всеми по чуть-чуть.                    — Слушай, тогда скажи… Что коты думают по поводу прихода сюда?                    — Разные вещи. Кто-то рад, кто-то нет. Но в основном все рады. Из тех, кто не был рад, почти все пошли в Амбар или собираются туда уйти.                    — Хорошо, понял, — улыбнулся Жук. — Надо ж знать, что думают твои подчинённые на этот счёт!                    Заря улыбнулась и хотела продолжить разговор, как услышала шорох чуть вдалеке. Её зрачки стали суживаться, а лапы так и хотели начать бежать к объекту или прикрыть собой главу луговых.                    Она увидела вдалеке кота. Отсюда совсем не чувствовался его запах. Больше походило на то, что он измазался в лаванде и прикрыл свой запах. Это был бежевый пушистый котик.             Он лишь несколько секунд смотрел на Зарю и Жука, которые уже его заметили и также наблюдали за ним. В следующее мгновение он скрылся в траве. Послышался удаляющийся шорох.                    Вскоре Заря увидела, как тот бежал вдоль леса в глубину полей, от озера. Старшая хотела кинуться за ним, однако её остановил Жук. Успокоив её, они двинулись в сторону бора.                    Однако она никак не могла выбросить из головы очертания бежевого кота. И подступающую тревогу о том, что если её выгонят со встреч советников и глав, то её выгонят с тропинки к будущему.