Обитель Историй

            — А кто твои дети? — решила разбавить обстановку Заря.                    — Дымок, Песчанка и Крылатушек, — заулыбался Перьешёрстый. Зарю будто бы ударили камнем по голове. Кто-то из его детей… Устроил Пожар?.. — Ива очень любила их!                    — А чего ты ушёл тогда, раз у тебя были маленькие дети? — прохрипела Заря. В её голове всё ещё бушевали мысли. Песчанка и Дымка… Дочки этого кота? Заря начала чувствовать, как её поле зрение начинает сужаться. Почему тогда ни Лилия, ни Молния, ничего не говорили об этом?! — Насколько я знаю, ты ушёл после их рождения…                    — Да! — кивнул котик. — Ты права. Всё потому что Песчан-нка и Крылатушек, — он замолчал. Его взгляд стал ещё туманней. — Впрочем, неважно. Я решил, что всем будет лучше, если я уйду.. в конце концов я же всем мешал. Из-за м-моего дара я пугал котов, а я не хотел этого делать. Я хотел их успокаивать. А «зная будущее — спокоен»… так говорил Хранитель. И Бархат. И Боярышник. Поэтому я говорил то, что видел, чтобы успокоить других.                    — А они не успокаивались? — хмыкнула Заря.                    — Да, — кивнул Перьешёрстый. Его ушки вышли из положения «торчком», и его голубовато-синие глаза стали светиться чем-то морозным. — Конечно, почти все мои видения оказывались глупыми и неправдивыми. Н-но я всё равно старался всем говорить о том, что видел. Например, я увидел, как большая чёрная и непонятная субстанция давит своими лапищами клоки чьей-то пыльной шерсти. М-мне было страшно, и я рассказал об этом другим. Я думал, что это скоро произойдёт, но этого не произошло, — он повозил лапкой по земле. — Этого же ведь не произошло у вас, да?                    — Нет, — произнесла Заря, поглядев в сторону поля. Под её кожей будто бы начали ползать насекомые, цепляясь за мясо и кости тоненькими липкими ножками. Лапы Зари хотели унести её подальше от этого места.                    — О, — выдохнул котик. Он глядел на неё немигающими глазами. — Ты тоже, как и они, испытываешь неприязнь и досаду, находясь со мной. Я понимаю, — он опустил голову. Лёгкая улыбка не пропала с его лица. — Я тоже ин-ногда испытываю похожие чувства по отношению к себе.                    — Нет, нет, я не это-, — начала было Заря, но её перебил Перьешёрстый:                    — Я знаю. Н-не надо отрицать. Я пон-нимаю тебя и других. Всё-таки, Ива, Песчанка, Дымок и другие заслуженн-но меня ненавидят. Я же оставил семью в трудный час, груп-ппировку. Но, думаю, Зёрнышко смогла спасти их от собаки, да?                    Заря глядела на кота. Внутри неё боролись разные чувства, раздирающие её душу на части. Ей одновременно хотелось и отойти от кота, и остаться.                    — Надеюсь, что это так, — продолжал кот. — Потому что если нет, то было бы о-очень плохо. Я поэтому и ушёл как раз. Потому что приносил м-много бед всем. Н-никто мне не верил по поводу моих видений, а потому считали сумасшедшим. Но я н-не сумасшедший. С ума сойти нельзя. Можно просто иметь отличающийся от других ум. По крайней мере мне так кажется. Не з-знаю, прав ли я.                    — Что ж, духи тебе скажут, — попыталась улыбнуться Заря. В её желудке тут же всё стало сворачиваться, будто она съела какую-то гадость. Да что я вообще несу? Коту, может, плохо, а я кормлю его ложью о духах. — Направят на путь верный и после смерти скажут, прав ты был или нет.                    — Да нет, — помотал головой Перьешёрстый, улыбаясь. — Т-ты что? Духов нет. Вообще никого нет. Все мы после смерти окажемся в земле и там останемся навсегда. Может быть нас ждёт вечное забвение. А может просто мы отключимся. Вот на этом всё и закончится, может. Но д-духов нет. Коты просто придумали их для себя, чтобы чувствовать себя лучше. А так мы одни.                    Одни-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и…                    — Не поверишь в них, даже если они появятся после твоей смерти? — хмыкнула Заря.                    Одни.                    — Да, — кивнул он, выпрямляя спину и выпячивая грудку. — Потому что это будут галлюцинации.                    Заря посмотрела на небо, которое всё ещё было заполнено чёрными тучами. Если бы она могла сейчас оказаться дома в одно мгновение и снова послушать истории котов о Духах-хранителях, то она бы этим воспользовалась бы прямо сейчас. Её будто бы кто-то схватил за лапы и тащил вниз, пока её остатки разума пытались вернуться в реальность. Только вот уже тот рассудок, который почти сгнил, словно выл о том, чтобы оказаться дома.                    — А зачем ты за мной пришёл? — спросила Заря спустя пару секунд, нахмурившись. На неё будто бы снова начали наваливаться камни. Будто кто-то подвесил их за крепкий вьюнок, который выдержит и вес горы, и стали опускать на её плечи и спину.                    — А, это потому что когда-то ко мне пришло в-видение. В нём я наблюдал за кошкой с даром видеть мёртвых. А ещё мне было прислано сообщение — я должен был как-то с тобой поговорить. Вроде два пункта уже с-сделано.                    Заря закусила губу. Она начала ощущать себя котёнком в огромном бесконечном чёрном пространстве, откуда нет выхода.                    — Что? — выдохнула только Заря. — Как ты сообщение-то понял? Кто тебе его «послал»?                    — А, — Перьешёрстый набрал ртом воздуха. — Это символически… Вы же так это называете, да?                    — Лучше будет сказать «образно», — покачала головой Заря, прикидывая в голове, как сказала бы это Подснежница или Мгла.                    — Хорошо, — кивнул котик, будто заискрившись от слов Зари.                    Они так простояли некоторое время. Заря подняла голову к небу, ощущая, как капли падают на неё и впитываются в белую шёрстку. Сердце всё ещё не отпускало, словно кто-то за него схватился и не собирался отпускать.                    — А ты не знаешь, умру ли я? — прошептала Заря, выдохнув.                    — Нет, — Перьешёрстый начал мотать головой. — Нет. Я этого не видел. Ты не умрёшь. Но тебе надо будет вернуться к группировкам.                    — Зачем? — губы Изгнанницы вздрогнули, и она обернулась на Перьешёрстого. — Меня оттуда выгнали.                    — Я в-видел кошку, похожую на тебя, в будущих видениях. Она что-то делала в лесу, находящегося на территории Нов-вых Лесных. Она с кем-то общалась, но от её собеседника была видна лишь туманная тень. Я такое часто вижу. Тёмные тени, почти распылённые. Только потом я уже ничего не видел…                    — А… — Заря стала перебирать в голове всех, кого знала и могла бы сравнить с большой тенью. — Как эта тень выглядела?..                    — Странно. Очень странно, — сказал Перьешёрстый. — Просто будто бы размытое нечто, отдалённо похожее на силуэт кота. Н-но я такое часто вижу. Чаще стал видеть после… Ну, после одного события. Впрочем, неважно. Я смотрел на эту тень и был в замешательстве. Мне было страшно, потому что, когда я смотрел на неё, она смотрела на тебя, а когда я отворачивался, она тут же смотрела на меня. Было очень страшно…                    — И… Что мне с этой информацией делать? — спросила Заря. Она уже была готова выкрикнуть ответ, но постепенно в неё будто бы начинала переселяться бешеная собака или хищная змея. Кончик её хвоста стал подрагивать, и она выжидала, как охотник выжидает добычу, что же скажет котик.                    Что произошло…                    — Ты должна прийти к группировкам! — воскликнул он. Бывшая старшая ощутила, как она будто бы упала с дерева не землю. Она выпрямила спину. — Я знаю это. Точно-точно должна.                    Заря глядела на него. Ей хотелось что-нибудь швырнуть в него. Или лягушку в рот положить. От одной мысли о том, что ей придётся возвращаться, в ней будто бы начали ползать слизняки. В её голове тут же всплывали образы Жука, давящегося пеной и кровью, и Мухомора, пытающегося спасти его и зовя на помощь остальных охотников.                    Только вот Заря будто бы стояла там одна, совсем без внимания. В её поле зрения был только Мухомор, его глаза, которые лишь в самом начале блеснули чем-то счастливым, и его морда, на которой раз губы дёрнулись в полуулыбке.                    — Не пойду, — помотала головой Заря. Она старалась дышать глубоко, как её учила Подснежница, чтобы не зарычать на котика.                    — Почему? — воскликнул Перьешёрстый. Его улыбка тут же исчезла с мордашки. — Я видел, что ты должна туда прийти!                    — И что? — сощурилась Заря. Хотелось закидать его шишками.                    — И то! — насупился котик. — Ты должна пойти туда, чтобы спасти их. Чтобы…                    — От чего спасти? — перебила его изгнанница. — От чего? Если они были бы в беде, то спасли бы себя сами. А они не просили меня об этом, даже не намекали.                    — Но…                    — «Но» что? — Заря чувствовала, как в ней начинает расцветать цветок гнева. — Я не должна и не обязана никого «спасать» просто потому, что мне так сказал кот, которого я впервые в жизни вижу.                    — Но я говорю правду! — не сдавался котик. — Я видел, что произойдёт. Я з-знаю, что многие мои сны потом оказываются неправдой. Я просто хочу, чтобы мои соплеменники были в безопасности. А ты как раз можешь помочь им! Они не знают, что будет, а потому им нужна помощь.                    — Я не обязана идти куда-то, где мне не рады, чтобы доказывать котам, что им, оказывается, нужна помощь, — Заря, будто выплюнув это слово, уже чуть ли не переходила на рык. — Они — вольные существа, индивидуальности, если так можно сказать. Они — не котята, за которыми надо присматривать и помогать в беде.                    — Но они не знают, что делают, — не унимался Перьешёрстый. — Они выбрали себе не тех глав, которые приведут их к счастью!                    — Так, — Заря набрала в маленькие, будто скомканные, лёгкие воздуха. Она упёрлась лапами в землю. — Давай так: они сами решат, что им делать, а что нет. Они — точно такие же, как и мы с тобой. Кого они захотят взять к себе в правители, того и выберут.                    — Но это неправильно! Всё должно быть правильно, а правильные правители должны быть добрыми и хорошими.                    — Это понятия относительные, — произнесла Заря, выпрямляясь. — Для каждого они свои.                    — Н-ну послушай же меня…                    — Так, знаешь что, — Заря встала и отряхнулась. Она увидела, как глаза котика округлились. — Я устала. Я пришла сюда не для того, чтобы болтать с котом, которого знаю всего пару минут. Меня выгнали из группировок, я прошла хренову тучу шагов, чтобы добраться до сюда, и в итоге хочу отдохнуть. Я не пришла сюда для того, чтобы слушать о том, что тебе приснилось и что же я должна была сделать в твоём сне. Я не для этого столько времени потратила, — Заря ещё раз оглянула его с лап до головы. — В общем, удачи тебе во всём, чтобы на охоте всегда была сочная дичь и чтобы всегда было место поспать, но я всё-таки пойду дальше.                    Заря направилась в сторону полей. Её лапы налились силой и были готовы сейчас же отнести её в любую точку света, лишь бы оказаться подальше от этого кота.                    — Что бы тебе сказала Жасмин?                    Заря остановилась. На неё будто бы обрушился ледяной ливень. Она повернулась к котику, а её тело будто бы превратилось в камень. Мордашка того стала холоднее обычного.                    — Я н-не думаю, что она умерла просто так. Просто потому что из-за ошибки оказалась в не том месте, в не то время.                    — А где она оказалась в не том месте, в не то время? — зарычала Заря. — Где?                    — Во время Пожара? — его голос дрогнул. — Она должна была умереть из-за обвалившегося дерева…                    — Нет, — помотала головой Заря. В её сердце будто бы воткнули льдину. — Она умерла, потому что совершила суицид. Съела…                    — Цикуту? — предположил Перьешёрстый.                    — Ягоды тиса, — произнесла Заря дрогнувшим голосом. Её будто бы ударили когтями по сердцу. — И не надо вставлять её сюда. Больше не упоминай её ни в одном предложении.                    — Но она преследует тебя до сих пор, — котик выглядел поникшим. — Она — единственная, кто виновен в твоём даре. Если бы н-не она, то ты бы сейчас могла находиться дома. Быть рядом с Лилией, с Лютиком, с Тисом. Ты могла бы перейти к луговым, где общалась бы с Бакланом и Сумраком. Ты бы охотилась и не задумывалась обо всём этом. Жасмин была бы лишь воспоминанием. Он-на была бы приятным прошлым, в которое хотелось бы вернуться, но после которого следовала бы лишь боль.                    Заря не могла отвести взгляда от Перьешёрстого. Её душа стала затвердевать, будто бы та льдина, которая оказалась там давным-давно, всё продолжала и продолжала вкалываться в её грудь.                    — Ты бы могла жить счастливо, — прошептал Перьешёрстый. — Если бы всё, что ты чувствуешь, ушло в прошлое.                    Заря поджала губы. Она отвернулась и продолжила свой путь в сторону поля. Горло словно набили колючками, лапы дали дрожь. С каждым шагом в сторону полей змея окутывала её лёгкие всё сильнее.                    Спустя пару секунд она перешла на бег. Каждый бросок в сторону Полей одновременно и успокаивал, и будто погружал глубже на дно.                    Высокие стволы полуумерших деревьев возвышались над ней, кидали свои тени на землю, перекрывая хоть какой-то свет. Она вскочила на поваленное дерево, оттолкнулась от него и всего за три прыжка оказалась на поле и почувствовала ветерок, пронизывающий её шёрстку. Она начала замедляться, а когда остановилась, закрыла глаза.                    От огонька, когда-то наполнявшего её сердечко энергий, остались одни лишь догорающие угли.