Матрёшка

      — Не нервничай, прошу тебя, дыши, слышишь? Вдох и выдох, Яна.       — Я не могу, — сипло выдавила девушка.       — Да что ты как в первый раз! — Не выдержав, Джейд всплеснула руками. Ее уже подбешивала начавшаяся паника Сухановой. — Все будет хорошо! Выйдем, ты сыграешь, я спою. Мы же репетировали вчера, Яна!       — Там столько людей, Джейд…       — Ты не смотри на них, думай, что только для своих выступаешь! Миссис и мистер Сухановы же будут?       Яну затошнило, она обессиленно помахала из стороны в сторону головой, сглатывая невыносимо вязкую слюну.       — А Ваня? Диана? — на пробу решила спросить Бирн.       — Никого не будет, — глухо отозвалась Яна.       Никто не смог приехать. У родителей на работе проблемы — пришла проверка, как всегда неожиданно и неприятно. Они в мыле и пене бегали прямо сейчас вместе с персоналом и доставали все возможные документы. У Вани — стрелка. Мицуя, который выпросил и получил билет, в итоге оказался там же, на разборках. Яна желала от всей души, чтобы им кто-то разбил нос: за этот лишний билет ей пришлось платить однокласснице, которую она особенно не любила. А Диана — даже не смешно, кто отпустит восьмилетку одну на концерт?       А ведь именно сегодня Яна, пожалуй, была невероятно хороша собой: в красивом нежном платье, на каблуках и с легким макияжем. Наверное, совсем не подходит под то, что они собрались исполнять. Все-таки Джейд уговорила ее на Нирвану. И Яна очень сомневалась, что присутствующие японцы ожидают таких песен. Но Бирн только смеялась и подзуживала, распаляя азарт. У горящей энтузиазмом девушки получалось отлично, в итоге Суханова сдалась и разучила до автоматизма необходимые аккорды. Сыграть то плевое дело, а вот спеть… Но обладающая низким, с приятной хрипотцой, голосом, американка отмахивалась от возражений. Да, не профессионально у них получалось, самодеятельность. Но главное же в выступлении вовсе не техника, верно?       А еще Джейд очень шло ярко-красное платье, с рубиновыми переливами по подолу. Да что там, Бирн сияла! Ее родители, в отличие от четы Сухановых, могли присутствовать. И девушка расстаралась, чтобы произвести самое лучшее впечатление.       — Яна, прошу, — взмолилась Джейд, — соберись!..       Её горячие ладони легли на холодные запястья накручивающей себя все больше Сухановой.       — Джейд, я не смогу…       В глаза, которые вот-вот начнут слезится, бились синестезические окошки, раздражающие сейчас особенно сильно.

Лист заданий обновлен! Выступите на сцене Получите хорошие отзывы от жюри Награда: опыт, повышение ур. навыков, карманные деньги, улучшение отношений <? >

Внимание! Отрицательный эффект от «Волнения» Внимание! Сборка «Специальная» активна! Внимание!.. Ошибка! Обнаружена критическая ошибка!

      Горящие неоновым фиолетовым, такие невыносимо яркие выпивали остатки сил. Слава богу, ее болезнь не сопровождается слуховыми галлюцинациями, только визуальными. Иначе бы она правда сошла с ума, постоянно еще и слышать что-то мешающее, часто отвлекающее — выше добра и зла.       — Яна, — покрепче сжав пальцы, Джейд с жалостью смотрела на подругу, — все хорошо, успокойся, я тебя прикрою. Даже если ты ошибешься — в этом нет ничего страшного, слышишь? Мы справимся, обязательно. Как команда!       Судорожно вздохнув, Суханова быстро и мелко закивала.       — Мы сейчас порвем этот зал! Так сбацаем, что они забудут, как дышать! А потом нас мой папуля заберет, я взяла себе вечернюю смену, сделаю тебе огромный-преогромный капучино с орехами. И Бинсу!       Яна, не сдержавшись, слабо улыбнулась. В темных глазах Джейд сейчас столько тепла и любви, что можно идти и прыгать топиться. Потрясающая.       — И правда, чего это я?.. — отведя грустный взгляд с крапинками слез, Суханова некрасиво растянула губы в усмешке. — Совсем раскисла. Прости.       — Опять ты извиняешься! — Крепко сжав девушку в объятьях, Бирн с облегчением выдохнула. — Лучше бы говорила «спасибо». А то привыкла вечно за все и всех прощения просить, ну ужасная же привычка!       — Ну извини-извини, — больше подтрунивая, чем говоря всерьез, Яна выпуталась из сильных рук. Джейд занималась спортом практически профессионально, он ей давался куда лучше, чем фортепиано.       — Ну все, нас объявили, погнали!

Активация Сборки «Специальная». Активация навыка Гитара ур. 12 Активация навыка Выступление ур. 7

      На сцене они стояли вместе. Джейд впереди, около стойки с микрофоном, а Яна чуть позади села на приготовленный стул. Гитара в руках лежала отлично. «Stratocaster» 1995 года отзывался теплом в ладонях, по спине от страха пробежал холодок, стоило глянуть на людей сидящих в зале. Играли без барабанов — вместо этого Суханова только старалась стучать по боку инструмента, а Джейд притопывала на месте.       Внутри все переворачивалось в волнении, но Яна пыталась не обращать внимания ни на что, кроме своей главной задачи — просто не налажать с ритмом и аккордами. Синестезия уже мигала более приятными синими оттенками — хороший знак.       С последним движением рук по грифу и струнам, музыка закончилась, а зал жиденько поаплодировал. Жюри, которые сидели в партере, начали между собой шептаться. Яна видела их недовольно искривленные лица, поджатые губы.       «Ханжи» — отстраненная мысль проскочила в разгоряченной голове. Челка противно прилипла к взмокшему лбу. — «Чтоб вы все тут со скуки удавились.»       Только у Джейд хватило дерзости исполнить что-то такое перед толпой родителей, бабушек и дедушек. Да, не было строгого регламента, но все-таки придерживались каких-то определенных рамок. А Бирн прямо в лицо им пела о смерти, наркотиках и сексе. Вовсе не удивительно, что ее аттестат пестрел плохими оценками. Бунтарка. Самая настоящая.

***

      Сент-Сеул потрясающий. Это кафе обставил папа Джейд, он закончил университет в Корее на дизайнера помещений и видно, что с большой любовью подошел к проекту. Все было сделано для комфорта посетителей: разделено на зоны, создавая иллюзию уединенности. Много дерева в интерьере и кадки с зеленью освежали, а запах кофейных зерен просто сводил с ума. За барной стойкой нашлось бы место для двух-трех работников, но сейчас там стояла одна лишь Джейд. С забранными буйными кудрями в высокий хвостик она дополняла всю атмосферу. Фартук из тяжелой ткани с множеством цветных значков и бейджиком не оттягивал внимание от лица. Яна любила смотреть на очерченные скулы и линию челюсти. Как и все метисы — Бирн красотка.       Если сама себе Яна порой напоминала какой-нибудь патиссон или, в дни особо сильного самобичевания, картошку, то подруга — жгучий перчик, среди моря таких же серых кабачков. На четверть кореянка, в ее глазах еле прослеживался этот кошачий разрез. Но что-то восточное, плавное — в ней определенно есть. И своей внешностью девушка пользовалась на полную катушку. Несмотря на непривычность, от поклонников отбоя не было. Если бы еще чаевые в Японии оставляли: вообще озолотилась на подработках.       Ее бабушка чистокровная кореянка. Как их семью занесло аж в Японию — отдельная тема. Но в Корее Джейд хоть и была, языка не знала, разве что несколько общих слов. Когда Яна предложила ей его выучить, только и сделала, что состроила испуганное лицо, жалобно проскулив, что на еще один азиатский язык ее не хватит. И так с японским частенько возникали трудности. Зато родной английский самая настоящая песня.       Закономерно — их репертуар жюри не одобрило и поставило минимальные баллы. Оценки Джейд еще сильнее упасть не могли, а Яне просто сделали выговор, чтобы не «портить» табель под конец. Суханова даже не расстроилась. Все равно никто из семьи не увидел их номер. Так какая разница? А если и увидели, мама ни за что не стала бы ругаться. Она считала, что чем больше у человека свободы самовыражения и личной свободы в принципе — тем меньше он будет дурить в сознательной жизни. «Детям надо позволить совершать свои собственные ошибки» — так она говорила и старалась настраивать отца на такой же лад. Но тот предпочитал все-таки контролировать Ваню, самого проблемного члена семьи, через старшую дочь. Его ошибкой было то, что Яна излишне хорошая старшая сестра. А еще безвольная и жалостливая сверх меры.       Суханова, уже переодетая из воздушного нежно-голубого платья в свободную черную футболку и видавшие лучшее джинсы, уместилась за стойкой подогнув под себя ногу. Барный стул позволял расположиться и согнуться в три погибели. Наверняка, потом она пожалеет, что сидела уподобляясь креветке. Но это были проблемы со спиной завтрашней Яны, поэтому сегодняшнюю, замотанную и уставшую, они не волновали. Все, чего сейчас хотелось — просто отдохнуть. В двух метрах от нее суетилась Джейд, сияя изнутри. Несмотря на позднее время, а на часах, на минуточку, уже практически десять, от посетителей не было отбоя. Кофейня закрывалась в одиннадцать тридцать, а открывалась в семь.       Суханова, честно, поражалась тому, откуда в ней столько буйной энергии, чтобы успевать везде. Да, не все у Джейд получалось, многие занятия шли в ущерб другим, но вся эта возня, очевидно, доставляла ей удовольствие. Поражала и сила воли, с которой Бирн занималась. Даже если у той ноги откажут — она поползет на свой любимый бокс и танцы. А гребля? О! Отговаривали американку все долго и упорно, сдерживать порывы той просто невозможно, больше напоминает невыполнимый квест.       И послушала она кого-нибудь? Естественно нет! Уже две недели посещала клуб, в котором упоенно махала руками, тренируясь грести. И каждую — каждую! — свободную минуту трындела над ухом, расписывая, как это весело.       — Прошу, ваш заказ! — дежурная белозубая улыбка посланная молодому парнишке, который откровенно любовался, рассмешила Яну. — С Вас тысяча четыреста иен.       — И часто он заходит? — провожая глазами тщедушную спину, поинтересовалась Яна.       — Да почти каждую мою смену, — лукаво улыбнулась Джейд.       — Водишь за нос бедного парня, как тебе не стыдно, змеюка, — почти ласково протянула Суханова, укладывая голову поудобнее на руки. — Сделай мне чаю с персиками, а?       — Наличкой платишь? — Опершись о стойку, американка даже и не думала что-то готовить, насмешливо смотря сверху вниз на русскую. — Если что мы недавно терминал поставили, можешь и картой.       — Вредина.       — Ивэн на тебя плохо влияет, ты стала говорить так же как он. Сыпешь второсортными оскорблениями! Как не стыдно! Тц-тц-тц!       — Да плевать я хотела на этого «Ивэна» и его дружков.       — Обиделась, значит.       — Да, обиделась.       Если родителей она еще могла понять, все-таки у тех правда очень важная работа, то вот брата… Яне важно, чтобы в этот день рядом с ней была семья. Но Ваня расставил свои приоритеты: сперва банда, а потом уже все остальное. А сестра и вовсе — дело десятое! Ну вот пусть сам себе теперь все синяки обрабатывает. И перед отцом сам вертится. И уроки тоже!..       — Тебе к чаю рулет надо? Там вкусный крем, не сильно сладкий, сливочно-сырный.       Уловив настроение подруги, Джейд начала собирать на столе необходимые ингредиенты: сироп с кусочками персиков и заварку. В стакан уже отправились кубики льда, звонко ударяясь друг о друга.       — Нет, спасибо, я объелась уже, — простонала Яна. Она и вправду, как только зашла, накинулась на предложенные сэндвичи с индейкой и сыром.       — Ну, как хочешь. А тот мальчишка, как его, ну… — Джейд сморщилась, явно напрягая все доступные резервы мозга, — который тебе платье сшил. Он же тоже хотел пойти?       — А-а-а… Такаши. Там же, где Ваня.       Конечно, открытием то, что Мицуя крайне талантливый мальчишка не стало, но все же… Платье сшил на загляденье. Швы один к одному, ровные. Оверлок он взял на время, как сказал сам — в аренду, чтобы сделать работу идеально.       Честно, было невыносимо стыдно. Особенно на примерках, когда парнишка придирчиво оглядывал каждую складку, постоянно что-то закалывая. И, что больше всего напрягало, — молча. А чего стоили ей мерки… Собрав всю силу воли в кулак, Яна старалась не подавать ни единого признака неловкости. Но все же попросив, понимающе — и оттого так раздражающе — улыбнувшегося подростка не говорить ей и не озвучивать ничего, смирно ждала конца экзекуции. Правда вздрогнула, когда Такаши практически обхватил ее, чтобы перекинуть сантиметровую ленту через спину.       Но все страдания окупились. В итоге он смог сшить нежное и легкое платье до колен из креп атласа с фатином сверху. Так это еще что! Мицуя даже умудрился сконструировать подобие корсета и расшить его бусинами и немного бисером, рисунок напоминал лозы или иней. Яна была в восторге от такого. Изначально много не ожидавшая, девушка сердечно благодарила Такаши. Тот тоже лучился от проделанной работы, осознавая, сколько труда вложил в платье.       «В таком только замуж идти», — пошутила тогда Яна, восторженно ощупывая складки юбки. — «Я к тебе еще обязательно обращусь, так что не забрасывай свое хобби, хорошо?»       И она не шутила. Если когда-нибудь он откроет ателье — самым верным покупателем точно будет Суханова. Подобрать себе одежду по фигуре и росту в Японии — задача нетривиальная. Джейд вообще закупалась исключительно на каникулах, когда с родителями уезжала к родственникам в Америку. А все потому что на ее родные практически метр восемьдесят не было ничего красивого в женском отделе.       — Ты кстати домой собираешься?       — Нет, — буркнула Яна.       — Не дури, — Джейд не нравилась эта черта подружки: все принимать так близко к сердцу. — Тебя же точно ждут.       — Я расплачусь, как только переступлю порог. Или поругаюсь.       — Яна, ну и тебя можно понять! — Возмущениям Бирн всегда не было предела. Она не понимала, как Суханова в принципе постоянно только и делает, что терпит. Джейд у родителей одна. — И если на то пошло, то это предки у тебя не правы. Ты же так старалась, чтобы эту корочку дурацкую получить! Да у тебя оценки чуть ли не лучшие в параллели. И ради чего?       — Прекрати, — почувствовав, как горячие слезы душат и подкатывают к горлу, Яна сжала покрепче кулаки. — Я не хочу это обсуждать. И домой тоже не хочу.       — Ты можешь остаться у меня. Мама и папа против точно не будут, ты им нравишься.       — Если я останусь, то мне от отца влетит. Он только под присмотром Шиничиро разрешает «гулять», — фыркнула Яна. — А этот безответственный тип уже в печенках сидит, — пожаловалась девушка, — он вообще никогда не старается! Думает, что в жизни все само как-то образуется. Болван!       Джейд рассмеялась, звонко и громко, на них даже обернулись немногочисленные посетители.       — Ой, а я бы с таким замутила, — накручивая вороную кудряшку на пальчик, Бирн мечтательно смотрела в потолок. — Он же душка! Такой прелестный и эти его неудавшиеся «романы» такие смешные! И у него есть байк, Яна, это же так романтично…       — Тебя познакомить? — едко осведомилась Суханова.       — А что если и да? — в тон подруге отозвалась американка.       — Он старше на восемь лет, — предприняв попытку предупредить, Яна уже сомневалась, что шутили они обе.       — М-м-м… Мужчины постарше как раз в моем вкусе!       Поперхнувшись чаем, откашливаясь куда-то в район запястья, девушка озадачено вглядывалась в шутливые темные глаза.       — Ты с ума сошла…       — Аха-ха-ха! Видела бы ты свою рожу!.. — Схватившись за живот и согнувшись, Джейд стучала себя по ноге, в приступе хохота. — Лол!       В тот вечер Яна неторопливо шла домой одна, обмотав вокруг запястья шуршащий целлофановый пакет с платьем и рядом с ним висел бумажный, с вкусностями. Из уютного Сент-Сеула ее выгнал требовательный звонок от мамы — она явно вымоталась до крайней степени, поэтому искушать судьбу и проверять чужое терпение Суханова и не подумала. А ведь безумно хотелось встать в позу. Сказать не самые ласковые слова и возможно едко прошипеть что-то совсем уж по-детски. Но понимала, что мама с папой не виноваты в том, что случилось. Так случается, что планы рушатся. Просто ей не повезло. Лучше сейчас думать о скорых экзаменах, через пару дней уже начнется весна. А там и переход в последний год старшей школы. А после она так и не придумала, чем хочет заниматься. В программировании она не была до конца уверена, хоть это и интересно. Еще можно было закончить менеджмент или экономический и работать с родителями в Матрёшке.       А вот сайт для Вакасы так и висит камнем на шее — они практически ни о чем дельном не договорились, то он «занят», то Яне неудобно. Это все-таки не Шиничиро, который живет через пару поворотов, надо ехать на Синдзюку и там фотографировать материал, говорить обстоятельно с владельцем. А с этим концертом, примерками и просто делами по дому времени практически не оставалось.       Она сама не поняла, как ноги ее привели к S.S MOTOR. Просто уже стояла напротив, вглядываясь в горящую теплым светом витрину с новенькими мотоциклами. Там даже нашлась парочка посетителей, вокруг которых кружил Сейшу, что-то лениво обьясняя и пряча зевки. На том самом побитом жизнью облупленном диванчике, развалился Ваня. Ей было плохо видно, но даже не нужно глаз, чтобы понять — битый, как яйцо на Пасху.       Поток людей шел, огибая ее и не останавливаясь ни на секунду. В легкой куртке — вовсе не по погоде — очень холодно. Пальцы и щеки покалывает.       Немного помявшись, не нашла в себе сил зайти. Яна хотела уже было развернуться, как ее остановил окрик.       — Мама-кацу!       Суханова не оборачиваясь припустила домой в три раза быстрее, чем до этого.       — Эй! Мама-кацу! — Громко настолько, что люди начали оглядываться, стараясь понять, кого же наградили такой интересной кличкой. Яне снова стало дурно до тошноты. А если она побежит, это будет странно?       В запястье вцепилась сильная рука Ханемии, больно оттягивая назад. Девушка практически поскользнулась, в последний момент удержав равновесие.       — Ты что, Яна-чан, такая грубая сегодня? Даже не здороваешься.       — Привет.       — Я уже обиделся, — приторная до омерзения улыбочка вызвала табун мурашек. — Ты чего так поздно гуляешь?       Настойчиво пытаясь вырвать руку, Яна старалась лишний раз не поднимать глаза.       — Я с концерта, — уже ощущая, как завтра у нее все запястье покроется красными пятнами, девушка сдалась: — Отпусти, Казутора-кун. Мне неприятно.       Пальцы разжались, а юноша моментально поднял руки перед собой, ласково щурясь. Волк в овечьей шкуре.       — Ты какая-то сегодня… Грубее обычного.       — Я тоже не рада тебя видеть.       — Хах, — он искренне хохотнул, — Так значит все правда хуево. И что, даже про Вана не спросишь?       Этот засранец знал, куда давить. Все знал с самого начала!       — Нет, — не разжимая зубов зло прошипела Яна. Сделав серию глубоких вдохов и выдохов, уже более внятно попросила: — Пожалуйста. Скройся с глаз. Я сейчас крайне расстроена.       — Да, мама-кацу, выглядишь правда паршиво. Но не сердись, ладно?       Они помолчали.       — Вану крупно досталось сегодня. Он вообще берега теряет, знаешь, драться не умеет нормально, а все туда же, корчит из себя не пойми что. Мы с Баджи его прикрыли, но ему сочно заехали по грудине, в больнице были, — как ни в чем не бывало рассказывал Ханемия. Словно бы о походе в школу или булочную. Так просто, что у Яны волосы дыбом вставали. — Ничего не сломано, но ушиб там что надо. Но знаешь, мама-кацу, — светло-карие глаза впились сотней иголок под кожу, — он к тебе на концерт рвануть хотел. Только вот байк ему разъебали, ты уж сильно не злись, оки?       Яна развернулась на пятках в ту же секунду, со всех ног спеша в проклятый магазин Сано Шиничиро.