teacher with pฅws

      После третьей встречи пушистого друга в парке Сонхва принимает важное решение — забрать этого товарища домой. В конце концов, как он понял, кот всё же уличный, не домашний, хоть и породистый. Пак потратил грёбанный час, пока выяснял, какой Хонни — как был назван пушистый — породы. В итоге у него имеется: курильский серовато-рыжий бобтейл дома, который бегает из комнаты в комнату уже целый час и изображает довольное «тыгыдык».       — Ты так обрадовался новому дому? — легко улыбается Сонхва. — Или тому, что ты полностью здоров?       Кот лишь подбегает к Паку, сидящему за кухонным столом, и крутится вокруг оси, словно щенок. Сонхва тихо смеётся, склонившись и мягко потрепав весёлого Хонни по спинке, отчего тот немного подпрыгивает и снова «тыгыдыкает» в спальню, громко мяукнув оттуда.       К слову — в это раннее воскресное утро Сонхва решил наведаться в парк и всё же, к своему огромному страху, обнаружил пушистого знакомого спящим у фонтана. Впрочем, тому достаточно было услышать «поехали домой?», чтобы проснуться и прыгнуть Сонхва на руки.       Свозив Хонни к ветеринару, Пак облегчённо выдохнул — кот без единой болезни и с отличными показателями, а ещё ему примерно полтора или два года. Так же Сонхва поинтересовался, почему пушистик может не позволять дотрагиваться до своей макушки и не разрешать снять тяжёлые на вид серьги — ветеринар ответил, что это может быть с детства, когда кот получил какую-то травму. Пак думает, что Хонни перестал позволять трогать себя по макушке и ушам, когда школьники или кто-либо другой решили так поиздеваться над ним. В любом случае, доктор сказал, что если кот прожил с серьгами с детства и сейчас они не приносят ему никакого дискомфорта, то лучше их и не трогать, пусть Сонхва и хотел настоять на том, чтобы их сняли.       По пути домой Сонхва ещё заскочил в магазин, оставив послушного Хо на крыльце с приказом ждать. Прикупив продуктов для себя и рекомендованной ветеринаром едой, Сонхва и Хонни пешком дошли до дома, а после парень едва ли уговорил радостного кота вымыться.       И сейчас, уже высохший после ванны, Хонни радостно бегал по квартире и задорно мяукал.       Вот, называется, нашёл счастье себе на голову…       — Хонни. — ласково зовёт котика Пак.       Из спальни тут же вылетает радостный Хо, успев даже прокрутиться вокруг оси, и, не сумев затормозить, врезается прямо в пакову ногу, но не пугается и лишь садится перед ним. Сонхва тихо смеётся, взяв пушистого на руки и поцеловав в холодный нос.       — Я хочу посмотреть какой-нибудь сериал, ты со мной?       Хонни мяукает и спрыгивает на пол, садясь и наблюдая за тем, как парень открывает белую гудящую коробку и вынимает оттуда пакетик молока, после — наливает его в стакан и убирает обратно в коробку. Взяв стакан, предварительно кинув в него трубочку, Сонхва берёт пачку овсяных печенек и относит их в спальню, после возвращаясь на кухню. Пушистый встаёт на задние лапки и вытягивает передние вверх, дабы Пак поднял его и снова поцеловал в нос, что тот и делает, уходя с ним в спальню и включая лежащий на кровати ноутбук. Выбор падает на «плохой и сумасшедший» — недавно вышедшую дораму с Ли Дон Уком в главной роли, и лишь этого факта достаточно, чтобы Сонхва заранее полюбил эту дораму.       Где-то на середине первой серии Хонни широко зевает и, лениво потянувшись, перелезает на комод, а после на рабочий стол, где лежит одинокая тетрадь по физике, ручка в ней и раскрытый скетчбук. Усевшись прямо посреди стола, пушистый принимается изучать выведенные в лёгкие рисунки линии, замечая среди страниц вырванный листочек. Оглянувшись на парня, Хонни вытаскивает листочек на стол и с пару секунд изучает небольшие рисунки на нём, после, взяв его в рот, ловко перебирается к Сонхва.       — Что ты взял? — мягко спрашивает Пак, смотря на лист в зубах пушистого, и, ставя серию на паузу, берёт листок в руки. На нём нарисован Хонджун, Юнхо с гитарой и то самое растение на фоне звёздной карты. — Ох, это мне было скучно на лекции, — Сонхва хихикает. — но ты никому не говори, я вроде бы хороший студент.       Хонни тихо мяукает и ложится, с любопытством слушая его.       — Смотри, это мой друг, — Пак показывает на парня с гитарой. — он хороший и должен тебе понравиться. Как-нибудь я вас познакомлю. — мягко улыбается, погладив мурчащего по шее, и после показывает на парня с тату на шее. — А это мой профессор по астрономии. Ну, не то чтобы это прям он, образ я сам придумал, но тем не менее. Он тоже хороший, но вряд ли мне удастся вас познакомить…       Сонхва пускает тихий смешок, с пару секунд молча разглядывая рисунок. Хонни молчит, переведя взгляд янтарей на лицо парня.       — Знаешь, я бы хотел попробовать подружиться с ним. — тихо признаётся Пак, — Но не знаю, как это сделать. Он хороший, но я не знаю, как начать общение.       Хонни тихо мурчит и слегка привстаёт на лапках, потянувшись к Сонхва и тыкнувшись носиком в его щеку.       — Нет, вот так целовать я его не буду. — смеётся. — Может быть, он снова задержит меня после пары. Там и посмотрим.       В ответ лишь фырчание. Хонни вновь подцепляет бумажку зубами и относит обратно на стол, после чего делает очередной «тыгыдык», едва ли не упав со стола, и прыгает к Сонхва. Тот тепло улыбается, смотря на него, и мягко гладит под подбородком, отчего пушистый мурчит и ложится к нему под бок.       Взглянув на время на ноутбуке, Сонхва слабо морщится и лениво садится. Уже, оказывается, девять вечера.       — Я схожу в ванную и потом пообнимаемся, хорошо? — Пак гладит Хонни по шейке и поднимается.       Взяв сменную одежду, он уходит в ванную и улыбается, когда Хонни бежит за ним. Заскочив в комнату первым, кот бежит к белоснежной ванне и достаточно легко запрыгивает на её бортик, а после спрыгивает внутрь и усаживается там. Сонхва смеётся, отложив сменную одежду на стиральную машинку.       — Ты уже купался сегодня. — Пак присаживается на край ванны, потянувшись к крану. Хонни молчит, следя за его действиями. — Сейчас моя очередь.       Включив воду и настроив температуру, Сонхва закрывает слив резиновой затычкой и следит за реакцией пушистого. Тот продолжает спокойно сидеть, наблюдая за тем, как медленно вода дотягивается до его лапок. Пак хмыкает и выпрямляется, легко стянув футболку, но, посмотрев на наблюдающего за ним Хонни, он заливается румянцем и берёт мяукнувшего кота на руки.       — Не обижайся, но я стесняюсь… — поясняет Сонхва. — подожди меня… в зале, например… я быстро.       Хонни лишь фыркает и, спрыгнув с его рук, уходит в спальню с гордо поднятой мордашкой.

х х х

      — Слушай, пошли в кино сегодня? — тихо предлагает Юнхо, дописав формулы и, не переводя взгляда с препода, продолжает конспектировать нужное. — там вроде какой-то боевик прикольный идёт.       — Не могу, я обещал Хонни погулять после пар. — спокойно отвечает Сонхва, списывая всё с Юнхо, так как с последней парты, всё же, он видит не особо хорошо.       Чон заходится в тихом кашле, поперхнувшись собственной слюной, и переводит ошеломлённый взгляд на удивлённого друга.       — С кем? — Юнхо чуть ли не верещит и кивает в сторону ведущего лекцию Хонджуна. — с ним?! У тебя всё с мозгом нормально?       Понедельник, первой парой горячо любимая всеми астрономия. Как Бог наказал, если, конечно, не сам Сатана. Впрочем, лично Сонхва не имел каких-то возражений и недовольств, особенно в связи с последними встречами с профессором Кимом.       — Ты дурак? — Сонхва прыскает со смеху. — Я про своего кота, которого недавно забрал с улицы. Я ж тебе рассказывал.       — Ты назвал его в честь этого козла? — Юнхо не перестаёт удивляться. — И после этого ты говоришь, что ты не втрескался в него?       — Вообще-то, в честь Вонхо, — Пак устало вздыхает и продолжает пытаться успеть конспектировать за Хонджуном. — Позови уже какую-нибудь девчонку на свидание, хватит меня терроризировать.       — Да какое там…       Сонхва лишь закатывает глаза и, плюнув на лекцию, принимается ручкой вырисовывать в черновике всё, что в голову придёт.       Рядом довольно быстро рисуется мордочка Хонни, дальше — спина одной из одногруппницы, просто потому что её угольные волосы красиво смотрелись на белоснежной рубашке. Взгляд невольно падает на Хонджуна, который увлечённо отвечает на вопрос всегда любопытной Юны. На нём снова чёрная рубашка, волосы уложены и лишь довольно длинный маллет небрежно лежит на воротничке рубашки, когда Ким слегка запрокидывает голову. Снова серьёзный взгляд, снова лаковые туфли и снова интерес только к астрономии. Такой Хонджун выглядит немного скучно, но всё равно не менее красиво. Сонхва вздыхает и начинает вырисовывать его лицо, снова пробуя что-то новое: короткая чёрная стрижка, уложенная назад, серьги и проколотая бровь. Нахмурившись, Пак перечёркивает рисунок и принимается рисовать новый, примерно представляя Хонджуна спящим в обнимку с плюшевым динозавром. Мило.       Перестать выводить линии на листе черновика Сонхва заставляют надоедливые мысли, что никак не собираются покидать молодую голову.       Профессор Ким же, кажется, открыто намекает на то, что он не против общения? Конечно, Сонхва уже успел помучаться этим вопросом на выходных, но, чёрт! Трудно всё же смириться с тем фактом, что с вами пытается наладить контакт один из самых ненавистных студентами учитель! Представьте, что с вами пытается найти общий язык та самая карга, которая проверяет тетради с помощью амулета и взывает к небесам за Божьей силой, ну, или та самая математичка или физичка. Ужас, не так ли? Вот и Сонхва не в особом восторге, хотя Хонджун не пугал его так сильно, скорее, это было замешательство, ведь Ким — его препод, и, по сути, они не должны иметь ничего общего, кроме как интереса к грёбаной астрономии.       Собственно, интерес у Сонхва есть. Только не к самому предмету.       И сейчас, задумавшись, Пак даже перестаёт рисовать и просто разглядывает профессора Кима, пытаясь уловить любой его взгляд в свою сторону, но тот, словно специально, в его сторону смотреть и не пытается. Может быть, он просто не хочет отвлекаться от лекции, а, может, для него это ничего не значит, в отличии от Сонхва.       Со звонком Пак даже роняет ручку из-за неожиданности, отчего Юнхо косится на него.       — Всё норм? Выглядишь уставшим.       — Просто задумался.       В подтверждение своих слов Сонхва слабо улыбается и принимается собирать вещи. Он в надежде смотрит на Хонджуна, какой-то частичкой души надеясь, что тот вновь чуть-чуть задержит его, но профессор Ким лишь устало спрятал лицо в ладонях и слегка сгорбился, что было достаточно редким явлением — обычно тот не позволял себе дурно выглядеть при студентах. Сонхва даже становится как-то беспокойно за него.       Решив не тревожить, видимо, и так уставшего профессора, Сонхва с взволнованной душой выходит в коридор и понуро плетётся в сторону лестницы. Во-первых, второй парой занудная химия, на которой Сонхва явно планирует немного отоспаться — всё равно преподша со спокойной душой вновь не явится на полпары, а после попросту даст им легчайшее задание и вновь упорхнёт только Бог знает куда. Во-вторых, ему всё же беспокойно за Хонджуна. Может, что-то случилось? Или просто недоспал?       — Кажется, я телефон забыл у профессора Кима. — Сонхва хлопает себя по карманам джинсов, морщась.       — Бля, сочувствую. — Юнхо повторяет его выражение лица. — Я тогда займу нам места.       — Спасибо.       Развернувшись, Сонхва неспешно направляется в самый конец коридора, убедившись, что Юнхо уже поднялся на третий этаж. Подойдя к автомату с напитками, Сонхва с пару секунд думает над выбором, после чего забирает из ящичка жестяную баночку холодного кофе. Он не совсем уверен в том, что он делает, но раз начал — заканчивай.       Подойдя к аудитории астрономии, Сонхва тихо стучится и, получив в ответ грубое «входим со звонком», всё же несмело проскальзывает внутрь, тут же крепко закрыв дверь. Хонджун до сих пор сидит сгорбленно и со спрятанным в ладонях лицом.       — Сказал же, со звонком… — уставший взгляд натыкается на мнущегося Сонхва, и профессор тут же откашливается, выпрямившись и продолжив в пару раз мягче: — Вам что-то нужно, студент Пак?       — Нет, просто… — Сонхва скромно улыбается и проходит ближе к столу Хонджуна. — Вы выглядели таким уставшим и я подумал, что кофе Вам не помешает.       Он протягивает чёрную баночку профессору и тот, удивлённо оглядев её, с улыбкой принимает небольшой презент.       — Не стоило, Сонхва, но спасибо. — Хонджун ставит баночку на стол. — Кофе действительно не будет лишним.       — Рад быть полезным!       И… всё. Купил кофе, отдал, а вот что делать дальше и о чём говорить — Сонхва не подумал. Стоит ли вообще говорить? Пожалуй, лучшим решением будет оставить профессора одного, ибо тот наверняка хочет отдохнуть от всех в гордом одиночестве. Да, Сонхва так и поступит.       — Ладно, я тогда пойду. — неловко улыбается он, покачнувшись на месте и слабо поклонившись, лишь после чего неспешно бредёт на выход.       — Погодите. — останавливает его профессор. — Я надеюсь, Вы же не пытаетесь подобным образом — он кивает на кофе, когда Сонхва оборачивается. — подлизаться или что-то вроде того? Скоро экзамен, все дела.       Пак округляет глаза в лёгком испуге. Неужели со стороны это выглядит так?       — Что Вы! Просто… — он принимается неловко жестикулировать. — Просто, мне показалось, что в последнее время Вы не против моей компании, и потому я подумал, что было бы неплохо помочь Вам немного… эм… взбодриться!       Хонджун молча оглядывает его, а после встаёт и, обойдя стол, непринуждённо принимается поправлять и настраивать микрофон, словно какая-то железяка важнее разнервничавшегося студента. Сонхва бы оскорбился, если бы не понял, что профессор даёт ему время собраться с мыслями и успокоиться.       — Я ни к чему не принуждаю Вас, Сонхва. — тихо и с лёгкой улыбкой начинает Хонджун, оставив микрофон в покое и взяв баночку кофе, легко раскрыв ту. — Если Вы против, я более не стану ошарашивать Вас своим подобным поведением.       — Нет-нет! — Сонхва машет головой и руками, но заставляет себя успокоиться и тихо вздыхает, набираясь смелости. — Я не против! Ох, как бы… Простите, просто это всё так неожиданно, и я ещё не понял, как мне вести себя с Вами…       И лишь после Сонхва озаряет: Хонджун едва ли не прямым текстом сказал, что он проявляет к нему особое внимание, коим не одаривает остальных студентов. Как говорится: мем смешной, ситуация страшная.       Неспешно сделав глоток холодного кофе, профессор причмокивает и ставит баночку на стол, а после смотрит на мнущегося студента.       — Это абсолютно нормальная реакция. — слабо улыбается Хонджун. — Я буду здесь до пяти вечера, поэтому, если захотите, можете зайти ко мне после пар, а сейчас Вам пора на следующую пару.       Сонхва дарит профессору ответную, неловкую улыбку и, пообещав прийти после четвёртой пары, кланяется и выходит в коридор. И, лишь покинув аудиторию астрономии, он понимает: Ким-твою-мать-Хонджун явно хочет быть чем-то большим, чем просто студент-препод! Не ясно, кем конкретно, скорее всего просто друзьями, но всё равно! Сонхва едва ли не оседает на пол от подкосившихся колен, но вовремя ловит равновесие, отчего студенты поблизости охают и спрашивают, не нужна ли ему помощь. Пак отказывается с неловкой улыбкой, и направляется на второй этаж, едва ли скрывая свою радость.       К такому его жизнь явно не готовила, но кто не рискует, тот не пьёт шампанского. Детского, конечно же.       Все оставшиеся пары Сонхва старается вникать в материал, даже с напускным интересом вчитывается в задания по химии, которую обычно предпочитал списывать со спокойной совестью. Он пытался не позволять мыслям вновь окутать его разум, а работа — единственное, что может отвлечь! Так, к тому же, и время пролетело незаметно, и вот уже Сонхва прощается с Юнхо со словами, что он ещё планирует немного позаниматься в библиотеке, дабы у того не возникло вопросов.       А вот по пути в аудиторию астрономии Пак задумывается. Для чего он согласился и даже поддержал идею Хонджуна с общением? Не зря ли? Но, так-то, между преподом и студентом запрещены лишь романтические отношения, а они ведь не собираются встречаться. По крайней мере, Сонхва на это надеялся, ибо встречаться с самим Ким Хонджуном он пока морально не был готов, да и не планировал он в ближайшем будущем искать отношения. Нет, у него были уже и девушки, и даже парень, но ничего не вылилось во что-то серьёзное, потому он даже как-то потерял интерес к романтике в целом и к мысли о второй половинке.       Сделав вдох-выдох, Сонхва слегка неуверенно стучится в дверь нужной аудитории и, получив тихое разрешение войти, проходит. Тяжёлая дверь захлопывается сама, чем даже немного пугает бедного студента.       — Всё в порядке? — слегка взволнованно тянет Хонджун, переведя взгляд на Сонхва. — Вы выглядите слишком бледным.       Пак неловко жмёт плечами.       — Может, немного перенервничал…       Профессор тихо вздыхает и поджимает губы, а после встаёт со стула и, достав ключик, раскрывает дверцу небольшой каморки. Поманив жестом к себе, Хонджун проходит внутрь и закрывает дверь, указав Сонхва на стул.       — Вы какой чай больше любите? — буднично интересуется профессор. — У меня есть зелёный и простой чёрный, разве что оба пакетированные.       — Что Вы, не стоит…       — Такого чая у меня нет. — Хонджун легко улыбается, обернувшись на студента.       — Ладно… тогда чёрного, пожалуйста.       — То-то же.       Более профессор старается не трогать и без того нервного студента, тихо заварив чай и выкинув использованные пакетики. Подав на небольшой, шаткий столик две чашки, сахарницу и небольшой пакетик с мармеладными конфетами, Хонджун занимает место напротив Сонхва и без стыда принимается разглядывать его.       Успокоившись, Пак принимает правила игры и, отпив приятного горячего чая, смотрит на профессора в ответ.       — Всё нормально? — улыбается Хонджун. Сонхва с готовностью кивает. — Хорошо. Думаю, раз мы оба не против общения, то уже можно перейти на «ты».       — Да, конечно…       — Не-не-не, подожди, — в глазах Кима плещется радость, и Сонхва грешным образом чуть ли не окунается в эту терпкую пучину счастья. — давай заново. Меня зовут Ким Хонджун, мне двадцать шесть лет, люблю смотреть милые дорамы и аниме, занимаюсь музыкой! Теперь ты.       — Пак Сонхва, двадцать один год. — уже более спокойно улыбается он и слегка задумывается. Было сложно сказать с первого раза, что он любит, ничего не забыв. — Эм… я тоже люблю смотреть дорамы и аниме, занимаюсь художественной культурой.       — Приятно познакомиться, Сонхва-я. — Хонджун протягивает руку и улыбается до глаз-щёлочек.       — Приятно, Хонджун-щи.       Сонхва охотно пожимает небольшую ладонь и с улыбкой следит за ярким Хонджуном. Надо признать, что с живыми эмоциями тот намного красивее, чем с вечным недовольным каменным лицом.

❃.✮: ▹ 𓃠 ◃: ✮.❃

             Буквально на днях Пак заметил кое-что… странное. А если быть более точным — зрачки Хонни. Сонхва щурится и заглядывает в глаза своего питомца. Зрачки круглые даже тогда, когда они сужены. Хонни смотрит на него внимательно и сейчас его зрачки довольно широкие, но всё равно у обычных котов в таком состоянии они должны быть немного вытянуты, а у Хонни они идеально-круглые.       В целом, за эти четыре дня, что это пушистое чудо живёт у него, Сонхва заметил, что тот очень забавный — то он залезет под колпак включённой настольной лампы и начнёт смотреть на то, как Пак выполняет домашнее задание (что у Сонхва получалось довольно плохо, ибо Хо очень сильно смешил его), то сделает неожиданное «тыгыдык» на задних лапках, то полезет целоваться — в прямом смысле, — то неуклюже прыгнет в коробку, которую Пак поставил специально для него. В общем, Хонни вёл себя точно так же, как и все те забавные котики с просторов интернета, и Сонхва был несказанно рад такому соседу по квартире.       Что ещё смешнее — Хонни оказался ревнивым. Сан и Уён всегда были частыми гостями Сонхва, и каждый раз, стоило Сану хотя бы чуть-чуть коснуться Пака, как кот тут же нападал на его руку или ногу, а после залезал на колени своего человека, а Сан, обиженный, прятался под боком хохочущего Уёна. Самое интересное то, что Хонни реагировал так только на Сана, а когда Сонхва касался Уён, кот продолжал быть спокойным и ласковым.       — Ты же перевёртыш? — обречённо вздыхает Сонхва, мягко погладив кота под подбородком. — Почему не показываешься?       Реакции на это нет никакой — пушистый продолжает спокойно ластится и тихо урчать, прикрыв глазки. Сонхва хмыкает и убирает руку, со всей серьёзностью заглядывает в полуприкрытые кошачьи янтари.       — У тебя нет дома, да? — он шепчет, слабо поджав губы. — И поэтому ты так обрадовался, когда я предложил забрать тебя к себе.       Хонни фырчит и тихо, недовольно бурчит, опустив голову.       — В любом случае, я не выгоню тебя. — встав, Сонхва легко улыбается. — Сам решай, показаться мне или нет. Пока ты не хулиганишь и ведёшь себя, как порядочный котик, я не против такого соседа.       Мягко погладив пушистого по спинке, Пак отходит к столешнице и принимается наливать чай, насвистывая под нос застрявшую в голове песню. Хонни же, спрыгнув с кухонного стола, ластится о ноги парня, после чего задорно мяукает и убегает в сторону спальни, дабы наверняка выбежать на улицу через приоткрытое окно.