teacher with pฅws

      Несколько растерянный после побега Кима, Сонхва берёт телефон и проходит на кухню, поставив чайник на подогрев. Пара секунд — и из динамика доносятся тихие гудки, заполняющие повисшую в стенах квартиры тишину. Хочется вернуть объятия, что было буквально пятью минутами ранее…       — Привет, хён. — доносится хрипловатый голос Сана с другого конца «провода».       — О? А где Уён? — удивлённо тянет Сонхва, отстранив телефон от уха и глянув на экран, убедившись в том, что звонит он именно Чону.       — Спит. Устал очень после практики. Ты что-то хотел?       Пак мотает головой, словно Сан его видит, и наливает кипятка в чашку, закинув в него пакетик зелёного чая.       — Просто поговорить хотел. Ты-то чего не спишь?       — Да сон никак не приходит, вот в телефоне малого и сидел.       Понимающе усмехнувшись, Сонхва переходит в комнату, поставив чашку на небольшой столик с красками и усевшись на стул перед мольбертом.       Разговор с Саном затягивается на два часа — всё время, что Пак рисует. Они обсуждают недавно вышедшие клипы популярных групп, тихо смеются, дабы не разбудить Уёна, который, как выяснилось, спокойно уснул прямо на груди Сана. Честно, в этот момент Сонхва захотелось к друзьям — тоже уснуть в обнимку и ни о чём не беспокоиться… Хотя, ещё больше хотелось, чтобы Хонджун вернулся и чтобы под тихий разговор они вновь завалились на кровать, а после целовались…       Друзья ещё долго восхищаются дорамой, что оба посмотрели на днях; Сан рассказал о «приключении на две симпатичные задницы», в которое он с Уёном попал на практике; придумывают, каких деталей добавить в пустующий, мрачный лес на холсте. Благодаря бурному воображению Чхве за тощими деревьями теперь прячется красноглазый заяц и в другом углу горит тускло-зелёным остролистый цветок, а где-то под кронами деревьев летают крохотные, едва заметные феи. Сонхва никогда не рисовал подобную тематику, предпочитая реализм, но вышло, говоря честно, очень хорошо, и он наверняка отдаст эту картину друзьям.       Позже просыпается Уён, вставляя ленивые комментарии в разговор друзей.       — Как там, кстати, твои дела любовные? — тянет Чон, громко зевнув. — Каково сосаться с собственным профессором?       — Целоваться. — мягко поправляет Сонхва, снимая испачканный краской передник и устало падая на кровать. — Ну… Всё круто. Он пришёл ко мне после работы и мы здорово посидели.       — Просто посидели? — хохочет Сан. — Зная тебя, хён, просто посидеть ты бы не позволил.       — Это уже вторично! — вякает Сонхва, а после вмиг затихает и едва слышно тянет: — Но, он так быстро убежал, сославшись на какие-то дела… Это заставляет меня беспокоиться.       — Убежал? — хором.       Пак слабо морщится, не горя желанием обсуждать это, и лениво стягивает майку с тела, откинув её на стул.       — Буквально за минуту. — вздыхает он. — Мы лежали у меня в комнате, всё было более, чем отлично… Эм… Целовались, а потом он будто чего-то испугался и быстро убежал, сказав, что у него какие-то важные дела.       — Какие это дела важнее тебя? — слышится ворчание Уёна через пару секунд. — Его поступок звучит очень некрасиво.       Сонхва снова вздыхает, обняв динозавра и выглянув в окно. Мимо то и дело пробегают спешащие куда-то люди, тихо мяукает гуляющий чёрный кот, а рыжие фонари слепят глаза.             Ну и что, что Хонджун так убежал? Вдруг у него правда неотложный вопрос, который нужно срочно решить? Сонхва ведь никуда не убежит, дождётся. Сегодня они уже вряд ли увидятся, но завтра — первой парой астрономия, а это значит, что они встретятся и поговорят. Пусть Пак и может легко простить подобное, он всё равно ждёт объяснений, и он обязательно получит их.       — Я не думаю, что случилось что-то серьёзное. — тихо тянет Сан. — Завтра зайдёшь к нему и поговорите, чё-как.       — Я тоже так думаю. — Сонхва слабо улыбается. — Он сегодня сказал, что я ему правда очень нравлюсь и уж вряд ли у нас всё закончится вот так… Тем более буквально сразу после признания.       — Ну даже не знаю, повезло тебе с ним или нет. — Уён вновь зевает. — Напишешь завтра нам, как разберётесь.       Согласно прогудев, Пак прикрывает глаза. Парни ещё что-то тихо обсуждают, но Сонхва уже не пытается вслушаться, практически засыпая. Он не улавливает, в какой именно момент Морфей утягивает его в своё царство; Уён с Саном сбрасывают звонок, как только понимают, что их старший уснул, и даже не подозревают о его тёплых снах, в одном из которых он греется в объятиях Хонджуна на их общей кровати… И эти ощущения тепла чужого тела такие яркие, что Пак помнит их даже наутро, словно это было взаправду.       

❃.✮: ▹ 𓃠 ◃: ✮.❃

             В университет Сонхва проходит с лёгкой улыбкой, счастливый лишь от маленького факта, что вновь увидит любимого профессора астрономии. Но, только шагнув за порог фойе, он слабо хмурится, но продолжает спокойно идти. Ощущение, словно все знают про его отношениях с профессором Кимом и что буквально каждый второй презирает их, но, оглядевшись, он не замечает ни единого взгляда в свою сторону, разве что та самая новенькая с оленьими ушками с любопытством разглядывала его, а, встретившись взглядами, она спешно опускает голову и скрывается в толпе студентов. Сонхва не обращает на это внимания, продолжив идти к раздевалке.       — Ты не поверишь, что я сейчас расскажу! — словно из ниоткуда на Пака прыгает взволнованный Юнхо. — Я вчера тако-ое узнал!       Сонхва тихо вздыхает, продолжив идти и волоча на себе Юнхо.       — Ну и что ты узнал, горе-разведчик?       Словно собираясь рассказать великую тайну, за знание которой их могут посадить на электрический стул, Юнхо отводит Пака в менее людный угол и склоняется к его уху.       — Тиранджун с кем-то встречается! Я вчера забыл сменку в кабинете философии и пришлось сгонять за ней, а когда возвращался, услышал, как он говорит с девушкой по телефону! Он называл её малышом! — Юнхо прикладывает ладонь к сердцу, тяжело вздохнув. — Ох и не завидую я ей с выбором партнёра!       Сонхва хмурится, остановившись и воровато оглянувшись. Хорошо, что Юнхо не услышал его голоса из динамика телефона Кима, иначе в городе стало бы на один труп студента больше… Из-за шока, конечно же.       — С чего бы у него не может быть… пары? — ворчит Пак, наконец скинув с себя друга и ускоренным шагом зайдя в раздевалку. — Он такой же человек, как и мы. Да и с чего ты решил, что наедине со своей парой он такой же, какой перед нами?       — Такие люди не меняются ради кого-то, хён. — закатывает глаза Чон. — Он всегда выглядит синонимом к «похер», и я сомневаюсь, что наедине он другой.       — Это не наше дело, Юю. И хватит отзываться так о нём.       Юнхо драматично вздыхает и опирается плечом о косяк, дожидаясь, пока Сонхва оставит пальто и шапку на вешалке.       — Разве тебе не интересно, какой он? Ты же у нас влюблённый. Я думал, что ты стремишься узнать его получше.       Сонхва ничего не отвечает и, метнув в друга недовольный взгляд, направляется на второй этаж. Он устал слушать о Хонджуне всякую гадость, будь то даже слова его хорошего друга. Хоть он и понимает, что Юнхо не со зла говорит такое, но всё равно неприятно до лёгкой боли в сердце — его Хонджун не заслуживает таких слов. Да, он жесток на парах, да, он не делает поблажек во благо студентов и не выходит с ними на контакт, но это определённо не повод, чтобы бросаться такими словами о его личной жизни.              Проходя в аудиторию астрономии, Сонхва тут же расцветает, заметив любимого профессора за столом, и тот… лишь бегло оглядывает его и Юнхо, вернув взгляд к бумагам. Пак несколько теряется, но спокойно проходит за привычные последние парты, не сводя с Хонджуна взгляда. Тот вновь выглядит слишком уставшим, словно не спал всю ночь, а его губы плотно сжаты. Волнуется. Но о чём? Может, это из-за того важного дела? Случилось что-то правда серьёзное?       Решив не паниковать раньше времени, Сонхва садится и достаёт худой пенал и тетрадь. Порисовать сегодня всё равно времени не будет, так что Пак даже и не думает достать черновик или тонкий скетч.       Пара начинается в привычном темпе — звенит звонок, профессор Ким говорит, что они сегодня будут делать, параллельно объясняя задания, с которыми у большинства студентов проблемы. Сонхва внимательно слушает его, делая мелкие пометки насчёт решения и сверля Хонджуна взглядом.       Что-то не так. Ким на него ни разу не посмотрел, а вчера даже не прислал селфи и пожелания сладких снов, а на сообщение Сонхва «сладких снов, котик» так и не ответил, хотя то числится прочитанным. Что-то случилось, и Пак начинает волноваться с каждой секундой всё больше, и потому, прямо посреди пары, достаёт телефон и находит контакт «котик», открыв с ним чат.       

      Я 9:04

      котик, ты в порядке? :( хочешь, на перемене схожу за кофе и батончиком?

      

      Он тут же вскидывает голову, внимательно следя за реакцией Хонджуна; телефон старшего слышно вибрирует и Ким бросает на него взгляд, а после легко смахивает новое сообщение вправо. Сонхва едва не давится воздухом от возмущения, но запрещает себе злиться или как-либо негативно реагировать. Вдруг у Хонджуна действительно какие-то серьёзные проблемы и оттого он такой напряжённый и неразговорчивый? В такие моменты нужна поддержка и Пак определённо постарается её старшему дать.       

      Я 9:06

      случилось что-то серьёзное, да? позволь быть рядом, котик, я правда хочу помочь

      

      В этот раз Хонджун даже не смотрит на телефон и лишь бросает взгляд на взволнованного Сонхва, слабо нахмурившись.       — Пак Сонхва, в телефоне есть что-то интереснее задач? — достаточно громко проговаривает Ким, но смотрит в стол, не осмеливаясь поднять взгляда.       — Я просто беспокоюсь об одном очень дорогом для меня человеке. Простите, профессор Ким. — без стыда признаётся Сонхва, но телефон послушно откладывает в сторону, уткнувшись в листок с задачами.       Хонджун ничего не отвечает и в целом никак не реагирует, зато по левую руку сидит Чон Юнхо, который тут же мостится ещё ближе и с любопытством тянет нос.       — У Усанов что-то случилось? — шепчет он.       — Нет, у них всё хорошо. — вздыхает Сонхва, положив голову на парту. Желание решать грёбанные задачи по астрономии пропало и возвращаться определённо не планирует. — Но у того, кто мне нравится, кажется, проблемы, и я не знаю, как ему помочь.       Юнхо хватает ручку и пододвигает ближе блокнот с разными психологическими заметками — он определённо готов выслушать и помочь. Сонхва тихо вздыхает, неуверенно глянув на Хонджуна, и прикрывает глаза.       — Ну… Мы вчера были вместе, всё было классно… Но потом он буквально за минуту убежал, сославшись на важные дела.       — Можно немного конкретнее? — задумчиво мычит Чон, постукивая кончиком ручки по губам.       Сонхва тяжело вздыхает и складывает руки на парте, дабы спрятать в них румяные щеки.       — Он пришёл ко мне после работы, мы вместе приготовили ужин, много болтали… ну, эм… Целовались… Потом поужинали и думали перейти в зал, но котик выглядел таким уставшим, что я решил полежать в спальне. Ну… Мы поговорили по душам, ещё он признался, что я ему очень нравлюсь, и я ответил взаимностью… Дальше мы снова целовались, а потом он резко вскочил и убежал. И на смс мои не отвечает…       И, даже пересказывая вчерашний вечер во второй раз, Сонхва всё равно не понимает, что случилось.       — Ты зовёшь его котиком? — хихикает Юнхо, но, поймав грустный взгляд друга, резко замолкает. — Понял, ладно. Ему никто не писал при тебе, не звонил? Может, он заранее предупредил тебя о встрече?       Сонхва лишь мотает головой и хмурится.       — Ещё… Меня немного напрягает, что, когда он убегал, его голос был… напуганным. Очень напуганным, хотя всё было хорошо.       — Чего-то испугался. — хмыкает Юнхо, пролистав пару страниц блокнота. — Он перевёртыш?       — Нет. Простой человек.       — Но что может так легко напугать взрослого мужчину? — недоуменно гудит Чон. — Я понимаю, если бы он был перевёртышем — его внутренний зверёк мог бы чего-то испугаться, но простой человек?       — Вот и я о том же…       Прикрыв глаза и вновь глянув на Хонджуна, что улёгся на столе, как Сонхва, и размеренным движением разглаживал волосы на макушке, Пак тихо вздыхает и поджимает губы.       И что же могло его так напугать? Почему он не отвечает, игнорирует, почему выглядит таким измученным? Сонхва хочется плакать от того, что он не может ему помочь.       Со звонком все студенты встают и размеренным потоком бредут к столу профессора, дабы сдать работы, и Сонхва привычно потягивается, не спеша, дабы остаться с Хонджуном наедине и наконец выяснить, что же случилось. Но, как только он доходит до стола, Кима за ним не оказывается, и Пак слегка теряется. Дождавшись, пока все выйдут, он тихонько стучит в каморку и проходит внутрь, но и там Хонджун не находится, отчего Сонхва теряется окончательно. Он что, избегает его?..       Сжав кулаки и крепко нахмурившись, Пак выходит и находит на столе профессоре небольшой листочек и, схватив красную ручку, пишет «Надеюсь, у тебя всё в порядке. Покушай и хорошо отдохни вечером.» и кривое сердечко в уголке. Достав из ранца небольшой термос ланч с оякодоном, который он приготовил себе на обед, Сонхва крепит к нему записку и оставляет посреди стола, лишь после чего покидает кабинет.       И, переступив порог аудитории, Сонхва понуро направляется в сторону кабинета высшей математики. Весь учебный день он ходит, размышляя о том, что же всё-таки могло напугать Кима, но так и не находит ни одного ответа. Вряд ли ведь тому не понравилось целоваться, верно? Им же было так хорошо вместе… Хонджун же сам сказал, что ему нравится быть рядом, так почему же он сейчас избегает его? Даже случайно встретившись взглядами в коридоре, Ким поспешил опустить голову и спешно пробежать мимо. Сонхва гложили все чувства сразу — ему безумно хотелось поговорить, узнать, что случилось, но и в то же время он жутко злился, ведь кто так сбегает? Кто вообще так поступает? Сначала, чёрт его, признался, поселив этим в паковом сердце тёплую любовь, после сбежал, а теперь и вовсе игнорирует! Раздражает.       По приходе домой Пак сразу садится за мольберт и достаёт любимую палитру красок — чёрный, оттенки синего и зелёного. Он пишет бушующий океан, вырисовывает каждый брызг, не позволяя липким мыслям проникнуть в голову, но, крепко всё-таки задумавшись и отдав рукам бразды правления над картиной, через полчаса он с грустной усмешкой замечает прекрасные глаза, спрятанные в волнах. Они смотрели на него с болью и грустью, смотрели так, словно боятся в чём-то признаться, и Сонхва с пару минут разглядывает их, а после вздыхает и выходит из спальни, дабы заварить крепкого чёрного чая с мятой.       Ближе к девяти вечера он отправляет Хонджуну привычное «сладких снов, кот», и, выключив телефон, ложится спать, зная, что ответ так и не придёт.       

❃.✮: ▹ 𓃠 ◃: ✮.❃

             Медленно текла неделя, теряя в себе часы, что Пак пытался наладить контакт с профессором. Погода, словно резко вспомнив, что зиме присущи холода, пустила с неба первый снег, растаявший в тот же день, но оставив после себя приятную изморозь.       — Я чувствую себя тупой игрушкой. — рвано всхлипывает Сонхва, прикрыв лицо ладонью. Он не может контролировать себя, не тогда, когда сердце разрывается от отсутствия внимания конкретного человека.       Взволнованные Уён и Сан трепетно обнимают его, поглаживая по спине и голове, а Чон из раза в раз оставляет мягкие поцелуи на выцветевшей розовой макушке.       — Он игнорирует меня всю неделю… — продолжает Сонхва, растирая слёзы по лицу. — Я не понимаю, что сделал, и… И даже не могу поймать его…       — Ты ни в чём не виноват. — строго проговаривает Уён.       Пак мотает головой, полностью убеждённый самим же собой в том, что именно он сделал что-то не так. Он не теряет надежды, отсылая Хонджуну «доброго утра» и «сладких снов», но уже не добавляя полюбившееся «котик». Вдруг Киму это не нравится? Вдруг ему не понравилось быть вместе с Сонхва, не понравилось целовать его, а всё то, о чём он, казалось бы, так искренне шептал — лишь игра? Просто поразвлекаться, а сейчас он нашёл себе другую игрушку и бегает за ней. Пак плачет ещё сильней из-за этих мыслей.       Он настолько отчаялся, что даже решил сходить на кимову квартиру. Какого же было его удивление, когда дверь открыла миловидная девушка, а из квартиры послышался звонкий детский смех. Улыбчивая Хвасыль оказалась арендатором Хонджуна, а позже к ней подошёл и уставший после рабочего дня муж, объяснив расстроенному студенту, что они снимают эту квартиру уже полтора года. Ушёл от молодой семьи Сонхва со слезами на глазах, не представляя, где можно найти Хонджуна. Почему он привёл его тогда на квартиру, которую сдаёт? Почему не отвёл на ту, на которой живёт? Почему всё так сложно?       — Ты уверен, что он нравится тебе, хён? — тихо интересуется Сан, размеренно поглаживая Сонхва по плечу.       — Нет… — Пак мотает головой, рвано всхлипнув и выпрямившись, стирая слёзы. — Я люблю его. Так сильно, оказывается…       — Не даром говорят, что расставание показывает, как сильна любовь. — вздыхает Уён. — Может, попробуешь поймать его при всех? При студентах он вряд ли откажет тебе, потому что это покажется очень странным.       — Да, хён. — кивает Сан. — Хочешь, мы можем с тобой пойти? Уён-и покараулит на улице, а я в коридоре, чтобы точно поймать.       — Спасибо, но я сам. — криво улыбается Пак. — В понедельник астрономия третьей парой, последней…       Друзья ободряюще гудят, обнимая Сонхва, отчего тот сдавленно смеётся, стирая не перестающие течь слёзы.       В этот воскресный вечер Уён и Сан принимают решение остаться у Пака, и они устраивают марафон фильмов, уплетая чипсы и распивая газировку, которую предусмотрительно притащили младшие. Сонхва чувствует облегчение и уверенность в том, что завтра обязательно сможет поймать Хонджуна и что они нормально поговорят. Ближе к полуночи все перебираются в спальню, едва поместившись втроём на неширокой кровати, и, переплетая конечности, тихо разговаривают о всяких глупостях, пока не проваливаются к Морфею.       Наутро все едва не летят с кровати, подпрыгнув от орущего будильника Сана, за что тот получает сразу два укуса в обе руки от друзей.       Чувствующий любовь и заботу в собственной квартире Пак перестаёт переживать и расслабляется, наслаждаясь временем с лучшими друзьями.       — Уён-и? — удивлённо тянет Сонхва, когда все усаживаются за стол с чашкой кофе. — Что с рукой?       Чон тут же прячет правую ладонь под стол, неловко усмехнувшись. Сонхва вчера и не заметил, что у того разбиты костяшки, и ему тут же становится не по себе. Подскочив и убежав в спальню за аптечкой, Пак быстро возвращается, садится перед Уёном на колени и берёт его ладонь, оглядывая.       — Да так… — неловко усмехается Чон. — одного придурка в пятницу проучил.       — Подтверждаю. — кивает Сан. — Если что, хён, мы всё сразу обработали.       Сонхва тихо вздыхает, но всё же промакивает чоновы костяшки антисептиком и наносит заживляющую охлаждающую мазь. Уён смущённо бубнит благодарность, лишь после чего все принимаются за завтрак под непринуждённый разговор.       Младшие убегают на полчаса раньше Сонхва, ибо их университет находится значительно дальше университета Пака. Сонхва тоже принимается неспешно собираться, выходя из дома на десять минут раньше привычного, чем после удивляет Юнхо.       После обеда Пак спешит в кабинет астрономии с закусанной от волнения нижней губой. Хонджун уже сидит за столом, заполняя какие-то бумаги, и Сонхва с Юнхо поднимаются на верхние ряды, усаживаясь на привычные места.       И первая половина пары проходит спокойно и тихо: профессор выдал учебники и приказал сделать краткий конспект параграфа, а также решить крохотную задачу в конце. Сонхва справляется со всем за двадцать минут и после спокойно ложится на парте, бесстыдно разглядывая хмурого Хонджуна. Он ужасно соскучился. Хочется подойти, обнять, поцеловать и сказать, что он рядом, что они со всем справятся, но… Не будет ли это слишком? Вдруг Ким действительно просто играл, и потому поступок Пака покажется невероятно смешным. С другой стороны, Хонджун же убежал, не объяснившись, верно? Сонхва определённо заслуживает того, чтобы старший рассказал ему обо всей ситуации, не так ли?       В один момент взгляд Пака цепляется за солнечного зайчика, что скользит по столу профессора, но быстро возвращается к Киму. А в глазах профессора отблеск солнца, который Сонхва видит даже с верхнего ряда; Хонджун внимательно следит за бегающим по его столу зайчиком. Медленным движением ладони он пытается поймать игривый блик светила, но, словно опомнившись, он мотает головой и продолжает тянуть руку к краю стола, взяв какой-то листочек.       Сонхва хмурится, продолжая внимательно следить за профессором. Он только что пытался поймать солнечного зайца или это просто совпадение? Или… Юнхо, всё же, был прав?