Часть 4
8 июля 2022 г., 03:28
— Феликс, не хотите прийти к нам завтра? — Ликс сидел спиной к Хёнджину и не мог не скрыть довольной улыбки. Не то чтобы он ждал этого, но вообще-то да. Ждал.
— Хани, как тебе предложение? — Феликс не был бы Феликсом, если бы в первую очередь он не позаботился о комфорте друга. Вдруг он ещё не готов настолько близко (по меркам Хана, разумеется) подпускать к себе этих людей.
— Я не против… Наверное… — Джисон смущённо пожал плечами и посмотрел на Минхо, который смотрел прямо Хану в глаза, стараясь вложить во взгляд всю свою нежность.
— Приходите! Мы посмотрим фильмы, пообщаемся! Давайте! — пока Минхо и Джисон продолжали играть в гляделки, Хёнджин завлекал Феликса как мог.
— Мы придём, — Феликс наконец-то воткнул вилку этой несчастной зарядки в розетку. — Какой идиот сделал эту парашу за кроватью?! Ну что за издевательство, — Ли недовольно проворчал, наконец-то разгибая спину и блаженно прикрывая глаза.
— Отлично. Тогда… До завтра? — Минхо хотел было уже обнять Хана на прощание, но вовремя остановил себя. Утром он сам попросил, а сейчас Ли своими желаниями мог разрушить их шаткий мостик дружбы, чего ему не хотелось вообще.
— Я провожу. Хани, сделай так, чтобы твоя нога была в покое, — Феликс укоризненно посмотрел на друга, который невинно похлопал глазками и смешно надул щёчки. — Пойдёмте.
Минхо неловко улыбнулся Джисону, который, к слову, уже пытался осторожно положить больную ногу на кровать, и пошёл к выходу, оставляя свои желания при себе.
Ли прекрасно знал, что Хёнджин захочет попрощаться с Феликсом, поэтому, быстро обняв Ликса и пожелав Хану спокойной ночи, поспешил покинуть комнату.
— Спасибо за тренировку… Она была отпадной, — Феликс стоял, оперевшись о косяк двери, скрестив руки на груди и устало улыбаясь Хёнджину.
— Вам спасибо… Особенно за то, что согласились помочь нам, — Хёнджин смотрел на такого уставшего, замотанного всеми этими тренировками Ликса и мысленно улыбался. Маленький блондин с растрёпанными волосами чуть ли не спал на ходу. Так и хотелось его покрепче обнять.
— Так обними, — у Хвана отвисла челюсть. Он посмотрел на Феликса с широко распахнутыми глазами.
«Он что, читает мысли?» — Хёнджин стоял и теперь не знал куда себя деть.
— Я не читаю мысли, — Феликс тихо посмеялся, отрицательно мотая головой. — Просто я… Тоже хочу тебя обнять? — Ли посмотрел на Хвана с некой надеждой в глазах. Джинни облегчённо выдохнул.
Хван взял Феликса за руку, выводя его из комнаты и закрывая за ним дверь. Хан бы удивился, если бы не спал. Джисон испытал сегодня три стресса сразу: во-первых, он обнял кого-то, кроме Феликса. Да ещё и сам захотел этого! Во-вторых, Джисон чуть не угробил своего лучшего друга. И всё из-за того, что он неудачно встал в позу во время поддержки! В-третьих, Хани перепугался, что вместо вывиха заработал перелом. Ведь в таком случае Феликсу пришлось бы полностью переделывать танец и выступать соло.
А всё почему? Потому что Феликс и Джисон никогда не изменяют состав своего дуэта. Только Ли Феликс и только Хан Джисон. И больше никого. Если у одного травма — значит, второй либо переделывает танец, либо оба не участвуют в конкурсе.
Именно поэтому сейчас Джисон мирно посапывал на своей мягкой кроватке, подложив одну из подушек под больную ногу.
Хёнджин, как только вывел Феликса из комнаты и закрыл дверь, сразу же притянул его за руку к себе, крепко прижимая к груди. Феликс положил маленькие ладошки на лопатки Хвана, нежно поглаживая того по спине, очерчивая выступающие косточки.
Хёнджин позволил себе зарыться носом в мягкие волосы Феликса, поглубже вдыхая их аромат. Джинни хотел навсегда запечатлеть этот крышесносный запах парня.
— Щекотно, — Феликс хихикнул, немного сжимаясь. Хёнджин дышал блондину прямо в ухо, вызывая волны мурашек по всему телу.
— Почему это тебе щекотно? — Хван сильнее прижал Ликса к себе, ещё больше надавливая на его поясницу.
— Потому что ты делаешь так, — Феликс перестал смеяться, с улыбкой на лице смотря в красивые карие глаза, зрачки которых снова красиво поблёскивали в ночной темноте.
— Как так? — спросил Хёнджин шёпотом, приближаясь к лицу Феликса. — Вот так? — Хван нежно коснулся губами скулы Ли, возвращая тому утренний поцелуй. Феликс улыбнулся, прижимаясь щекой к щеке Джинни.
— Можно и так… — внутри Хёнджина взлетел целый табун бабочек, вызывая нервные покалывания внизу живота. — Спокойной ночи, Джинни, — Феликс немного отстранился, заглядывая тому в глаза.
— Сладких снов, Ликси…
Два дня до конкурса
Феликс, как всегда, проснулся рано утром. Но сегодня он не стал будить Джисона. Ли хотел, чтобы его друг поскорее восстановился, и оптимальным решением сейчас было не тревожить его больную ногу и обеспечить покой на сегодняшний день. Хани, правда, пока что об этом не знал, но это ничего. Феликс планировал разобраться с этим попозже. Приняв утренний душ и переодевшись, Ликс на цыпочках вышел из комнаты, тихонько прикрывая входную дверь. Будь проклят электронный замок, который издал противный «пик», оповещая о том, что дверь заблокировалась. Феликс любил порой проводить время в зале в полном одиночестве. Для него это как некий ритуал — находиться наедине со своими мыслями и эмоциями, превращать их в настоящее искусство. Не бояться пробовать и экспериментировать, а лишь создавать, создавать и создавать. Открыв окна настежь, Ли подключил телефон к колонке, выбирая спокойную классическую музыку. Всё творчество Феликса построено на импровизации. Именно она могла показать уровень профессионализма танцора. Феликс практиковал её даже чаще обычных стилей. — Красиво танцуешь, — Феликс открыл глаза, поворачивая голову в сторону звука, при этом не прерывая своего танца. В проёме стоял Минхо, не решаясь войти. — Привет. Проходи, — Минхо благодарно улыбнулся, входя в студию и прикрывая за собой дверь. Ли уселся на пуфик, стоящий рядом с вещами блондина, и перевёл взгляд на танцующего друга. Музыка остановилась, и Феликс тут же вышел из своего транса, полностью концентрируя внимание на Минхо. Ли подошёл к брюнету, обнявшись с тем и пожелав доброго утра. — А Хани где? С ним всё хорошо? — Феликс нежно улыбнулся, смотря на парня напротив, в глазах которого виднелся небольшой испуг. — С ним всё хорошо. Просто я не стал его будить, хочу, чтобы он нормально восстановился. Если сегодня он не будет тренироваться, то завтра сможет чувствовать себя лучше меня, — Минхо понимающе закивал, немного успокаиваясь. Феликса так умиляла эта картина: Минхо так беспокоился о Хане, так трепетно к нему относился, так осторожно общался с ним, продумывал каждое своё слово. И Джисон тоже молодец: он начал улыбаться Минхо, он подпустил его к себе ближе, чем кого-либо другого за последние четыре года. — Но, может быть, ты… — Феликс загадочно посмотрел на уже заинтересовавшегося началом предложения Минхо и задумчиво посмотрел на потолок, прищуривая глаза. — Может быть, ты хочешь отнести ему завтрак? Я думаю, ему будет очень приятно, — сказать, что Минхо не ожидал услышать такого предложения даже от Феликса, это ничего не сказать. — Не смотри на меня так, — Феликс посмеялся, опуская голову. — Я доверяю тебе. И вижу, как Хани тебе верит. Поверь, это такой прогресс, что ты даже представить себе не можешь. — А я… Я не напугаю его? — Минхо очень хотел порадовать Джисона. Очень! Но Ли также боялся испугать Хана, разорвать их и без того тонкую ниточку доверия. — Давай так: я позвоню ему и скажу, что принесу ему завтрак в номер. Я всё равно ему не разрешу до вечера хоть как-то напрягать ногу. Затем я послушаю тираду недовольств из-за того, что я не разбудил его, и только потом получу смирённый ответ на моё предложение, — у Минхо на лице появилась смесь удивления и веселья. — Хани бывает злым? — Конечно бывает. Это с остальными он такой зашуганный, — Феликс грустно вздохнул, вызывая в душе Минхо боль. Очень печально, когда лучший друг не может помочь. — А на мне он может спокойно отыграться по полной, уж поверь. — Хорошо, а что… Что Джисон любит? — с каждым вопросом Минхо Феликс всё больше и больше внутренне ликовал. Блондин уже который день, сидя на коленях, благодарил судьбу за то утро, когда танцоры разбудили бедного Хёнджина. То, как Минхо старался угодить Джисону, дорогого стоило. Не каждый захотел бы помочь человеку с такой проблемой, ох не каждый. Большинство бы сочувственно (и то вряд ли) похлопали по плечу и исчезли бы из жизни навсегда. Но не Ли Минхо. — Если ты купишь ему сырники со сгущёнкой, то он будет самым счастливым человеком на свете. Может, даже передумает убивать меня за то, что не разбудил его, — Феликс пожал плечами, собирая свои вещи в рюкзак и поворачиваясь к Минхо. — Ключ, — Ли впал в ступор, тупо смотря на блондина и не понимая, чего он от него хотел. Феликс хмыкнул. — Ключ-карту от вашего номера дай. Пойду спящую красавицу разбужу, — Минхо искренне засмеялся, откидывая голову. Сквозь истерику Ли полез в задний карман джинсов, доставая оттуда белую карточку. — Откуда ты знаешь, что он спит? — Уверен, — Минхо по-доброму ухмыльнулся, протягивая блондину ключ от их с Хёнджином номера. — Спасибо. Минхо очень хотел расспросить Феликса о Джисоне побольше. Хоть что-то узнать. Совсем чуточку. Но, так или иначе, большинство вопросов крутилось вокруг того, что же случилось с Хани. Почему он боялся буквально всего и всех? Минхо больно смотреть на этого парня. Он притягивал беззащитностью и беспомощностью, молил одним взглядом помочь ему, спасти его от этой темноты, которая засела глубоко в груди и не давала ему нормально жить. Каждый имел право на счастье. Абсолютно каждый. Джисон так вообще должен быть самым счастливым на планете. Но Минхо хотел узнать обо всём от самого Хана. Вот так парадокс. Вроде хотелось спросить у Феликса, но в то же время куда лучше будет, если Джисон сам откроется Ли, наконец-то освободит себя от этих мучений. Минхо искренне надеялся, что когда-нибудь Хан рискнёт, просто положит своё израненное и изрезанное каким-то извергом сердце в чистые ладошки Минхо и отпустит всю ту грязь, с которой он пытался жить. Вопросы Минхо так и остались неозвученными. Не здесь и не сейчас. Только с Джисоном. Наедине. И никак иначе. Поэтому парни пожелали друг другу удачи и разошлись в разные стороны. Минхо в столовую, находящуюся на первом этаже, а Феликс на второй этаж, в комнату маленькой спящей красавицы.* * *
Минхо пулей влетел в столовую. Ли очень хотел успеть прийти к Джисону до его пробуждения. Уж очень большим было желание порадовать Хана. — О-о-о… Ли Минхо… Какие люди, — перед Минхо из ниоткуда появились Чанбин и Сынмин — именно эти люди за четыре дня до конкурса взяли деньги других певцов и бросили Минхо и Хёнджина перед самым выступлением. Чанбин сложил руки на груди, нагло ухмыльнувшись, и с вызовом посмотрел на недовольного Минхо. Сынмин стоял позади Со, также с издёвкой поглядывая на Ли. — Слышал, вы нашли новых мальчиков на побегушках… Похвально… — Сынмин наигранно засмеялся, а Чанбин начал показушно хлопать в ладоши прямо перед лицом Минхо. — Сгиньте в Ад, — Ли постарался обойти парней, но Сынмин и Чанбин преградили ему путь. — В Ад прямая дорога только вам. Знаешь, почему? — Чанбин сделал заговорщицкий вид и приблизился к лицу Минхо, будто желая рассказать ему самый сокровенный секрет. — Потому что мы сделаем всё, чтобы победить. — А способны мы на многое, — Сынмин поиграл бровями и положил руку на плечо Со. — Пойдём, Бинни, пусть мальчик покушает, — парни уже было ушли, как Сынмин опять остановился и обернулся к уже взбешенному Минхо. — Кстати, советую овсяную кашу. Говорят, она сил прибавляет. Они вам, конечно, не помогут, но вдруг произойдёт чудо. — Это вряд ли, — Со договорил колкую фразу после Сынмина, и после этого парни скрылись за дверьми столовой. — Свиньи. Минхо сжал и разжал кулаки, стараясь успокоить бурю эмоций внутри. Хотелось подбежать и размазать их самодовольные рожи по полу. Чтоб они вообще не смогли танцевать. Но Минхо вспомнил о своём первоначальном визите в столовую. — Чёрт! — Ли быстро направился к шведскому столу — это ещё одна прелесть элитной школы. Вместо ущербных столовых, где, дай Бог, хоть хлеб будет съедобный, здесь было абсолютно всё. Тут найдётся еда и для вегетарианцев, и для людей, соблюдающих правильное питание, и даже для заядлых сладкоежек. Минхо подошёл к столу с мучными изделиями. Еды было так много, что глаза разбегались, спасибо огромное Феликсу, который подсказал, что точно понравится Хану. Поэтому Ли уверенно взял чистую тарелку и положил туда три сырника. Они были идеально круглые, с золотой корочкой, которая приятно хрустела во рту. Минхо заметил, что они достаточно маленькие, поэтому, чуть подумав, добавил ещё два. Ли полил сырники сгущёнкой, как и посоветовал Феликс, но чего-то как будто не хватало. Тарелка была настолько большой, что эти несчастные пять сырников выглядели в ней как-то бедно. Минхо подумал, что, возможно, Хану понравится то, что сам Ли всегда берёт себе на завтрак. Подойдя к столу с фруктами, Минхо положил в тарелку несколько долек мандарина. Да, именно мандарины. И что? Минхо готов отдать всё, лишь бы каждый день чувствовать этот сладкий, иногда кисловатый вкус. Быстро сделав в автомате капучино и взяв поднос, Ли поставил туда всю еду и направился в комнату танцоров.* * *
Дверь пискнула, на замочке загорелась зелёная лампочка, оповещая о том, что тот разблокирован. Минхо вздрогнул, чуть не уронив поднос. «И когда я стал таким нервным?!» — Минхо согнул ногу в колене, ставя на неё поднос, и наконец открыл эту дурацкую дверь. В комнате стояла гробовая тишина. Ли закрыл за собой дверь, которая тут же заблокировалась, и осмотрелся: на кровати лежал мирно сопящий Джисон. Минхо улыбнулся и, поставив поднос на рабочий стол, подошёл к парню. Сейчас Ли мог рассматривать Хана сколько угодно и не бояться, что тот замкнётся в себе и отдалится от Минхо. Джисон сейчас выглядел просто волшебно. Как маленький ребёнок, который видел самый лучший сон в своей жизни. Щёки Хана придавали ему детской невинности, хотелось дотронуться до них и ощутить мягкость чужой кожи. «Но нельзя… Нельзя. Нельзя. Нельзя», — повторял про себя Минхо эти слова, как какую-то мантру. Меньше всего Ли хотел напугать Хана до смерти. В лучшем случае. Джисон, видимо, почувствовал на себе чужой взгляд и тут же распахнул глаза. Как будто парни находились в банальном фильме ужасов, где главные герои всегда чувствовали рядом с собой присутствие демона. Только Минхо искренне надеялся, что Хан не считал его бесом. Джисон застыл, удивлённо смотря на такого же застывшего Минхо. Оба парня не знали, что говорить и что делать. В глазах Хана промелькнул испуг, и он машинально натянул одеяло повыше, закрывая оголённые плечи. Минхо хотелось взвыть от этого. От обиды. На того, кто сделал такое с Джисоном. Вот что он там подумал? — Я… Эм… — Минхо попятился, поднимая руки в сдающемся жесте. — Принёс тебе завтрак, — Ли кивнул в сторону стоящего на столе подноса. — Покушай, в общем, — Минхо развернулся на пятках и поспешил ко входной двери, нервно ища в кармане эту чёртову карточку. «Напугал. Снова напугал. Идиот. Идиот. Идиот», — хотелось биться головой о стену из-за несправедливости. Джисон не давал Минхо спокойно спать с момента своего появления в жизни брюнета. Все ночи Ли только и думал о том, что же случилось с бедным Ханом, или о том, как можно подступиться к нему. — Нет, стой! — Минхо замер с карточкой в руке. В комнате повисла пауза. Каждый думал о своём. Хан не решался договорить до конца, а Минхо не мог пересилить себя и обернуться. Вдруг Джисон просто пошлёт его? — Не уходи, пожалуйста. Побудь со мной. Если бы не сидящий в комнате Хан, то Минхо танцевал бы уже десятую чечётку. Танцевал бы изо всех сил, чтобы каждый знал, как он сейчас счастлив. — Вернись… — Хан сел на кровати, с надеждой смотря на Минхо, всё ещё стоявшего к нему спиной. — Не уходи, Минхо, — парень вздохнул и всё же решился посмотреть на Джисона. Ли искренне постарался скрыть удивление. Джисон сидел, сцепив руки на согнутой в колене здоровой ноге, и смотрел невинным взглядом на брюнета. Видимо, Хан и позабыл, что спал без верха, потому что Минхо сейчас пытался не пялиться на накачанное тело так сильно, как мог. — Хорошо… — Ли выдавил из себя подобие улыбки и вновь подошёл к столу, беря в руки поднос. — Покушай. Надеюсь, тебе понравится, — Минхо осторожно поставил блюдо на кровать, садясь рядом с удивлённым Ханом. — Сырники? Откуда ты знаешь, что я люблю сырники?! — на лице Джисона засияла искренняя улыбка, создавая внутри Минхо приятное тепло. — Мне пришлось воспользоваться твоим другом, — Минхо хихикнул, а Хан закатил глаза. Конечно, Ли мог соврать, сказав, что и он любил это блюдо, но только не с Ханом. Он ни за что не станет ему врать. — Сразу скажу: не обижайся на него, Джисони. Он хочет, чтобы ты скорее восстановился, поэтому и не разбудил. Он тебя очень любит, — Хан вздохнул, беря в руки вилку. — Да я знаю. Я и не злюсь. Кинул бы в него подушкой для приличия, но на этом всё, — Ли засмеялся, а Хан улыбнулся. Улыбнулся Минхо! Вот так просто! Смотря тому в глаза, искренне улыбнулся! — Кушай, Хани, — Минхо кивнул на тарелку в руках парня. — А ты? — А что я? Я потом схожу покушаю, — Минхо пожал плечами, а Хан недовольно свёл брови к переносице. — Ты когда-нибудь ел сырники? — Нет. Я не люблю творог, — Джисон поджал губы, будто обдумывая что-то. Будто Хан не мог решиться на какой-то шаг. — А… Ради меня? Ради меня попробуешь? — Джисон слегка сжался, ожидая ответа от удивлённого Минхо. Сказать, что тот не ожидал услышать подобного вопроса от Хана, ничего не сказать. Конечно, Минхо попробует ради Джисона эти несчастные сырники. И что угодно ещё он тоже попробует ради этого милого парня с пухлыми щёчками. — Ради тебя попробую, — голос Минхо сорвался до хрипоты, из-за чего стал ниже, создавая в комнате интимную атмосферу. «Ради меня…» — внутри Хана что-то изменилось. Как будто одна из миллиона заржавевших шестерёнок вновь заработала. Будто маленький кусочек льда откололся от огромного айсберга. Но ведь откололся же! Джисон отломил кусочек и под напряжённым взглядом Минхо макнул в сгущёнку. Ли не то что не любил творог, он его терпеть не мог. Но раз Джисон просил… Минхо просто молился, чтобы его не стошнило. Ну хотя бы не при Хане. — Давай, — Джисон поднёс вилку с кусочком сырника прямо к губам Минхо. Но Ли реально боялся впускать в рот эту непонятную творожную субстанцию. Да ещё и со сгущёнкой. — Ну же, Минхо, — Джисон сказал это так ласково, так нежно и искренне, что рот Ли сам открылся. Хан тут же воспользовался этой возможностью, кладя кусочек и убирая пустую вилку. Минхо продолжал сидеть с сырником во рту. Он не решался начать его пережёвывать. — Ну, пожалуйста! И Минхо сдался: он закрыл глаза и начал медленно пережёвывать. Хан с интересом наблюдал за сменой эмоций на лице. Ли открыл глаза от удивления: это было настолько вкусно, настолько великолепно, что он даже не почувствовал вкуса творога. Хан улыбнулся. — Вкусно? — Минхо быстро закивал, веселя Джисона. — Хочешь ещё, Минхо? — снова кивок. Хан засмеялся, поудобнее усаживаясь на кровати. Джисон снова отломил кусочек, но уже побольше предыдущего, и опять обмакнул его в сладкой сгущёнке. — Открывай ротик, — Минхо наклонился чуть ближе, так как сгущёнка начала стекать с сырника. Хан подставил руку, чтобы не запачкать постельное бельё. Минхо уверенно обхватил кусочек губами и начал тут же пережёвывать его. И какого чёрта Ли раньше не попробовал их?! Хотя нет, хорошо, что не попробовал. Ведь сейчас его кормил сам Хан Джисон. Минхо готов отказаться от всего, что он ещё не попробовал, лишь бы Джисон продолжал его так же кормить. Хан улыбнулся, довольный собой. Заметив капли сгущёнки на пальцах, Джисон тут же облизал их, вызывая у бедного Минхо табун мурашек. Ну зачем он это сделал? Это жестоко! — А это что? Мандаринки? — Джисон радостно улыбнулся, смотря на отходящего от мурашек Минхо. Тот кивнул. — Давно их не ел. Минхо решил немного рискнуть. Обхватив дольку мандаринки за самый кончик, он поднёс её к губам слегка опешившего Хана. — Так скушай. Это мой любимый фрукт, — Минхо наклонился к лицу Хана, говоря фразу шёпотом. Джисон нервно сглотнул, нарушая этим звуком гнетущую тишину. «Переборщил. Снова», — Минхо уже хотел пожать плечами и сделать вид, что ничего не произошло. Но как только Минхо начал убирать дольку от губ Хана, Джисон тут же обхватил её губами, соприкасаясь ими с пальцами Ли. Не давая Минхо насладиться касаниями губ Хана, второй довольно закатил глаза и блаженно улыбнулся. — Это офигенно. Как же я давно их не ел, — Минхо смотрел на счастливого Джисона и улыбался. Он смог его порадовать. Хан не закрылся, подпустил к себе. Доверился. — Спасибо тебе большое, Минхо. Для меня ещё никто ничего подобного не делал. Правда. «Никто не делал… Как же так, Хани?..» — Минхо умело скрыл удивление за улыбкой. — Не за что, Джисони. Встретимся вечером, — Ли встал, забирая пустой поднос и оставляя на тумбочке кружку с нетронутым кофе. — Вечером? Почему вечером? — Потому что Феликс сказал, что сегодня ты не репетируешь. И прости, конечно, но я с ним согласен, — Джисон нахмурился и обиженно сложил руки на груди. — Мы просто хотим, чтобы ты скорее поправился. Не обижайся, ладно? — Джисон обречённо вздохнул и кивнул. Ли улыбнулся. — Вот и славно. Минхо готов каждый день встречать Чанбина и Сынмина, беситься от их колких фраз, доходить до степени машины-убийцы, лишь бы потом Джисон лечил одним своим присутствием. Это того стоит. — Минхо, — Ли обернулся, — спасибо…* * *
Феликс шёл по направлению к комнате певцов, полностью довольный собой. Ведь он только что сбагрил гнев Джисона Минхо, который об этом даже и не подозревал. Но прикол в том, что с Ли Хани совершенно другой. Феликс уверен, при виде Минхо гнев друга сойдёт на «нет». Ликс бесшумно открыл дверь, приложив карточку к специальной чёрной штуковине. Он решил не будить Хёнджина. Вчера был тяжёлый день, пусть он хоть пять минуточек, но поспит подольше. Феликс никогда не забудет лицо Хёнджина, когда вчера на тренировке Хан не смог нормально сделать поддержку. Потому что Джинни искренне испугался. Он так быстро оказался рядом с Феликсом… Ли подошёл к рабочему столу Хёнджина — он стоял рядом с кроватью Хвана, поэтому Ликс был уверен: это его стол. На нём был творческий беспорядок: по всей поверхности разбросаны баночки с красками, кисточки, скомканные листы. «Он ещё и рисует?!» — Феликс удивился. Как один человек мог совмещать в себе такое количество хороших качеств? И красивый, и добрый, и пел, да ещё и рисовал! Феликс взял один лист и перевернул лицевой стороной вверх. Брови блондина поползли на лоб — на бумаге был нарисован не кто иной, как он сам. Ли Феликс. Хёнджин его нарисовал. Рисунок был выполнен карандашом. Черты лица были точь-в-точь как у Феликса. Блондину показалось, что даже каждая веснушка находилась на своём месте. Феликс улыбнулся. Он представил, как Хёнджин сидел ночью, ссутулившись над столом, пытаясь изобразить на чистом белом листе такую красоту. А ведь Джинни ни разу не говорил, что рисовал. — Нравится? — Феликс вздрогнул, тут же поворачиваясь к Хёнджину. На самом деле, Хван проснулся ещё тогда, когда электронный звонок пискнул, и Ли зашёл внутрь. — Прости… — Феликс стыдливо поджал губы и вернул лист обратно на стол. Хёнджин сел на кровать, смотря на блондина снизу вверх. — Я же не ругаю тебя. Я спросил: нравится ли тебе? — Хёнджин старался вести себя как ни в чём не бывало. Но, на самом деле, его капец как сильно волновал оголённый торс. Ведь огромный и уродливый, по мнению Хёнджина, конечно же, шрам никуда не делся. — Это очень красиво, Джинни, — Феликс снова взял рисунок в руки, позволяя себе ещё раз рассмотреть его. — Ты не говорил, что рисуешь, — Хёнджин подошёл вплотную к Ликсу, тоже смотря на рисунок. — Хотел написать самый лучший портрет и подарить тебе… У меня наконец-то это получилось, но вот подарить я, похоже, не смог, — Феликсу стало стыдно. Зачем он вообще посмотрел на стол? Зачем он вообще взял этот лист? Зачем перевернул? Хёнджин ведь так старался… — Я испортил подарок, да? — Феликс с сожалением посмотрел на улыбающегося Хёнджина, который стоял очень близко к блондину. — Нет, Феликс. Ты ничего не испортил. Просто прими подарок, — Ликс облегчённо выдохнул, бережно сжимая маленькими пальчиками края бумаги. — Спасибо, Джинни… Это ценно для меня. Феликс отложил рисунок и, обвив руками шею парня и встав на носочки, аккуратно обнял. Хёнджин — впервые за их знакомство — положил руки Ликсу на талию. Блондин был такой хрупкий, такой худой, такой нежный, чистый, невинный. Вылитый ангел. Хёнджин мог привести ещё много эпитетов, чтобы описать этого парня. Просто Ли Феликс для Джинни какой-то нереальный. — Вообще-то, я пришёл к тебе, чтобы снова разбудить, но не успел. Оказывается, ты сам проснулся, — не размыкая объятий, проговорил блондин куда-то в шею Хёнджина, щекоча дыханием чужую кожу. Феликс запустил маленькие пальчики в мягкие волосы Хвана, аккуратно перебирая пшеничные прядки. — Значит, я испортил твой подарок? — Хёнджин сделал наигранно печальный голос, вызывая у Феликса смех. — Ну тебя! Я же серьёзно! — Феликс постарался отстраниться, но Хёнджин не дал ему этого сделать. — Ой всё, пусти, я тебе говорю! — Феликс продолжал смеяться, отступая вместе с Джинни, ведь он так и не отпустил блондина. — Я рад, что ты пришёл ко мне, Феликс, — Ликс упёрся ягодицами в поверхность стола. Отступать больше некуда. Сзади огромная махина из дерева, а спереди полуголый Хван Хёнджин. Феликс громко сглотнул, его кадык поднялся и так же быстро опустился. Джинни проследил за этим движением. — Хёнджин… — Почему ты появился в моей жизни? До тебя мне было плевать на окружающих людей, а тут появляешься ты и рушишь все мои устои, — Хёнджин усадил Феликса на стол и, уместившись между его разведённых ног, крепко сжал талию блондина сквозь майку. Под руками чувствовались накачанные мышцы вместе с костями. — Ты такой худой… — Хёнджин начал аккуратно перебирать пальцами рёбра Феликса. Феликс прикрыл глаза, сжимая оголённые плечи Хёнджина. Близость парня манила Ли. Заставляла забыться хоть на секундочку, отдаться ему, довериться… Хёнджин пододвинул Феликса к краю стола, сильнее прижимая блондина к себе. Ликс ничего не делал. Не протестовал, но и не участвовал. Он просто ждал дальнейших действий от Джинни, прижавшись щекой к голой груди. Хван, осмелев, ведь он не получил от блондина возражений, наклонился к его лицу, вдыхая аромат его волос. Хёнджину нравилось в этом парне абсолютно всё. И внешность, и телосложение, и характер, и глаза, и веснушки, и улыбка… Особенно веснушки и улыбка. Они делали его каким-то нереальным. Хёнджин взял двумя пальцами острый подбородок Феликса, заставляя того посмотреть в глаза. Зрачки Ликса бегали туда-сюда, рассматривая Джинни. — Мне так хочется поцеловать тебя, Феликс… — Хёнджин плотно сжал челюсть, из-за чего на его лице отчётливо проявились желваки. Феликс вздрогнул. — Так… Поцелуй? — проговорил Ликс шёпотом, нервно облизнув губы. Хёнджин проследил за движением языка блондина и сглотнул вязкую слюну. Хван медленно приблизился к лицу Феликса, давая тому возможность отстраниться. Но Ликс не делал этого. Хёнджин аккуратно поцеловал уголок губ Феликса, не дотрагиваясь до самого желаемого. Блондин прикрыл глаза. Чуть отстранившись, Хёнджин повернул голову в правую сторону и поцеловал другой уголок губ. Феликс в руках Джинни полностью расслабился, вызывая у второго улыбку. Хёнджин начал целовать щёку Ликса, перемещаясь на скулу, потом на ухо, аккуратно прикусывая мочку. Феликс выгнулся в спине, перемещая руки на накачанное тело Хёнджина. Он, может, и не качок, но тело у него подтянутое. Ликс аккуратно начал обводить каждый кубик пресса, стараясь не задеть шрам. Опаляя горячим дыханием, Хёнджин спустился поцелуями к шее, заставляя Феликса откинуть голову, давая Хвану больше доступа. Дойдя до кадыка, Хёнджин очень аккуратно поцеловал его. — Блять, да поцелуй уже… — Феликс уже не мог терпеть. Хёнджин сейчас вёл себя как сущий дьявол. Искушал, мучил… — Я должен сначала кое-что сказать… — Хёнджин отстранился, серьёзно посмотрев на Феликса. — Я… — Феликс с интересом посмотрел на Джинни, тот тут же замялся. Ещё чуть-чуть, и он вообще забудет, что хотел сказать. — Я никогда не целовался с парнями, — выпалил Хёнджин на одном дыхании и стыдливо опустил взгляд. Феликс улыбнулся, вкладывая в это движение всю нежность. — Тогда давай я тебя поцелую? — Феликс положил ладошку на щёку Хёнджина, аккуратно поглаживая большим пальцем бархатную кожу. Хёнджин кивнул. Он доверял Феликсу. Как минимум потому, что раньше ему парни вообще не нравились. Или, может, он не обращал на них внимания? Феликс приблизился к лицу Хёнджина, аккуратно касаясь его губ своими. Только касание. Самое чистое и невинное из всех возможных. Дав Хёнджину время, Феликс снова нежно коснулся его губ и сразу же отстранился. Хёнджину нравилось. Ему реально нравилось то, что делал Феликс. Как он аккуратно обходился сейчас с ним. Не посмеялся, не полез в наглую в рот, пускаясь во все тяжкие… Джинни никогда в жизни не пожалеет, что первый поцелуй с парнем произошёл именно с Феликсом. А может, и последний? Феликс нервно и слегка испуганно посмотрел на Хёнджина, который так и стоял столбом. Неужели настолько ужасно? Ликс начал отстраняться, но Хёнджин схватил того за майку, сжимая ткань в кулак, и притянул обратно к себе, тут же целуя прямо в губы. По-настоящему целуя. Для Хвана губы Феликса были чем-то неземным. Они были такими мягкими, такими влажными, такими вкусными… Феликс улыбнулся прямо в поцелуй, кладя одну руку на шею Хёнджина, а вторую снова запуская в его волосы, слегка оттягивая их. Хёнджин оттянул нижнюю губу Феликса, вызывая у того тихий стон. Поцелуи были короткими, немного трепетными, вызывая у обоих парней приятные чувства. В дверь постучали. Феликс и Хёнджин вздрогнули, прерывая поцелуй. Хван вздохнул, прижимаясь лбом ко лбу блондина. Тот глубоко дышал, облизывая губы. — Хван Хёнджин, я знаю, что вы там! — послышался писклявый женский голос за дверью. — Вы и Ли Минхо мне в край надоели, понятно? Мало того что вчера сорвали мне урок, так ещё и сегодня решили на нём и вовсе не появляться! Моё терпение не бесконечно! — Феликс начал смеяться, прикрывая рот рукой, чтобы стоящая за дверью Луиза этого не услышала. — Сегодня будете отрабатывать свой прогул в спортивном зале вместе с танцорами, вам ясно?! — Хёнджин посмотрел на засиявшего от счастья Феликса и улыбнулся. — Ясно, Луиза, ясно.* * *
Хоть у Джисона и была травма, он всё равно должен ходить на уроки. Тем более он получил её во внеурочное время, а значит, учителя могут спокойно сделать вид, что они ничего об этом не знали. Так сделал и Бан Чан, который, помимо того что преподавал танцорам хореографию, был ещё и их тренером. — Мне плевать, где ты получил эту травму, Хан Джисон. Сегодня у вас работа на тренажёрах, — Бан Чан недовольно посмотрел на Джисона. — Вы понимаете, что если он сейчас нагрузит свою ногу, то мы не сможем выступать с Хёнджином и Минхо на конкурсе?! — Феликс повысил голос, активно жестикулируя руками. Бан Чан немного смягчился. — Пусть делает упражнения только на грудь и руки, но отдыхать я ему не позволю, — где-то позади танцоров облегчённо выдохнул Минхо. Он очень боялся, что учитель отыграется на Джисоне. Спасибо, Господи, этого не случилось. — А вы что встали? Живо на тренажёры. Ты тоже, — Бан Чан кивнул в сторону аппарата для работы с руками. — А вы двое. Не знаю, чем вы так провинились перед Луизой, но идите на беговые дорожки. Каждые десять минут будете увеличивать скорость. Мне плевать, выживете вы или нет, главное мне не мешайте, — Хёнджин и Минхо переглянулись и, обречённо вздохнув, поплелись к нужным тренажёрам. — Феликс… — Чан приглашающе вытянул руку, подзывая блондина к остальной группе. Свободной рукой профессор подтолкнул ученика, кладя её на талию Ликса. Беговые дорожки были расставлены так, что Хёнджин и Минхо видели всё происходящее в зале. Минхо неотрывно следил за Джисоном, который качал мышцы плеч, сидя за каким-то тренажёром. Увидев Ли, Хан смущённо улыбнулся ему, тут же уводя взгляд. — Сегодня будет кардио. Так что задействуем этот, этот и вот эти три тренажёра, — Кристофер поочерёдно указал на аппараты. Какие-то из них были на руки, какие-то на ноги, какие-то на пресс. — Будете двигаться по кругу, плюсом добавляем лесенку, барьеры и скакалки, — видели бы вы выражения лиц учеников. Это будет очень тяжёлая тренировка. Даже у Джисона, находящегося в другом конце зала, полезли глаза на лоб. — Пак, идёшь на этот тренажёр. Ким, на лестницу… — Бан Чан начал расставлять каждого ученика на позиции. Получилось так, что один парень остался без тренажёра. — Так, нет. Станции с отдыхом здесь не будет. Слушайте все! Вот здесь… — Чан указал рукой на стоящего без всего ученика. — Здесь будете стоять в локтевой планке. Смухлюете — дам утяжелители, поняли? — получив угрюмые кивки, Чан продолжил: — На каждой станции будете работать по минуте. Начали! — Бан Чан хлопнул в ладоши, и все ученики принялись за работу. Феликсу достались барьеры. Пятнадцать деревянных махин, через которые нужно прыгать и как можно лучше подтягивать к груди колени. «Самое ущербное задание», — подумал Феликс и принялся за работу. Он был очень выносливый, и прыжки на протяжении минуты не так уж и страшны, поэтому Ликс спокойно выполнял задание. — Смена, — ученики остановились и, переместившись каждый на свою станцию, начали ждать указаний профессора. — Начали, — и все ученики снова принялись выполнять упражнения. Всё шло хорошо. Ну не считая истекающих потом подростков, конечно. Феликс был на тренажёре, который разрабатывал ягодичные мышцы. Суть в том, что человек сидел с поднятыми ногами, а сверху на ступни давил пластина с определённым грузом. Ликс справлялся отлично. — Ноги вот так, — из ниоткуда появился Бан Чан, внаглую касаясь щиколоток ученика. Феликсу это не понравилось, но он молча переставил ноги так, как просили. Бан Чан довольно улыбнулся и кивнул, оставаясь рядом с Феликсом. Хёнджин наблюдал за этой картиной с недовольным лицом. Мало того что Крис постоянно тёрся около Феликса, так он его ещё и трогал. Бан Чан крикнул «закончили!», и все ученики тут же облегчённо выдохнули. Кто-то сразу же побежал куда подальше, кто-то поплёлся в сторону кулера с водой, а у кого-то вообще не было сил, поэтому они валялись на полу трупами. Хёнджин, Минхо и Джисон направились в сторону уставшего Феликса. Но перед ними снова остановился Бан Чан, опережая ребят. — Держи, — Кристофер протянул Феликсу бутылку холодной воды. Блондин нехотя принял её. Уж очень ему нужно было попить. Хёнджин грустно посмотрел на бутылку в своих руках. Джисон толкнул его в плечо. — Поверь, Феликсу противно. Он его недолюбливает. Просто Ликс очень хочет пить, — Хёнджин вновь посмотрел на сидящих Ёнбока и Кристофера. — И ещё. Не тупи. Пошли все вместе к ним. Хёнджин кивнул и с благодарностью посмотрел на Хана. Бан Чан, неожиданно для всей четверки, положил руку Феликсу на талию, нагло прижимая к себе. Ликс поперхнулся водой, начиная громко кашлять. — Ну все! — Так, Джисон! — Минхо быстро понял, что к чему, и, развернув Хана в обратную сторону, быстро начал уводить из зала. — Ты чего? — Ничего, просто пошли скорее, — конечно, Минхо прекрасно понял, что Хёнджин разозлился. Ведь Хван был чёртовым собственником, а тут идиоту понятно, что ему приглянулся Феликс. Когда они покинули зал и направились в сторону комнат, Минхо облегчённо выдохнул. — Профессор, что вы делаете?! — Феликс боязливо посмотрел на довольного Чана, вытирая рукой воду с уголка губ. — Отпустите… — сердце Ликса ходило ходуном, ему было страшно. «Нет-нет-нет! Только не это!» — так и проносилось в голове блондина. К ним подошёл злой Хёнджин. — Как вы думаете, профессор Чан, директору понравится, если я покажу ему это видео? — Хван развернул телефон экраном к Крису. Глаза Бан Чана поползли наверх. На видео отчётливо видно, что делал профессор. — Хотя нет, всем стоять, — ученики, остановившиеся в дверях, захныкали. — Не волнуйтесь, вас мучить не буду. Просто показушное выступление, — ученики с интересом уставились на профессора. — Как вы все знаете, то, что вы делаете во внеурочные часы — никак вам не засчитывается. Как и травмы, полученные в это время. Вчера Хан Джисон получил вывих коленного сустава и не смог работать сегодня вместе с вами… В зал вернулись Минхо и Джисон. Хан забыл телефон и настоял на том, чтобы вернуться вместе. Минхо просто пришлось надеяться, что Хёнджин уже отметелил профессора, и Джисон этого не увидит. — Но его друг… — Бан Чан самодовольно улыбнулся, показывая рукой на ученика. — В полном порядке, и будет честно, если он отработает это недоразумение. О! — профессор заметил в дальнем углу зала стоящих в шоке Хана и Минхо. — А вот и наказание. Иди сюда, Джисон, — Хан недоверчиво подошёл к Крису. — Феликс, ты должен простоять в планке пять минут, — Ликс застыл в напряжении, ведь это точно не всё, слишком легко. — С лежащим на твоей спине Джисоном, — все ученики в шоке уставились на профессора. — В следующий раз будете думать, прежде чем самовольничать, — проговорил Крис, смотря на Хёнджина. Второй был в бешенстве. — Чего стоим? Если не выполнишь — вся группа сейчас пойдет на кросс, — ученики умоляюще уставились на Феликса. Блондин обречённо вздохнул и встал в локтевую планку. Джисон стоял на месте, не решаясь лечь на друга. Он сильный, бесспорно. Но это перебор. — Ложись, Хани, — проговорил Феликс, смотря в пол. Минхо сочувствующе посмотрел на Джисона. Он колебался. Не мог заставить так мучиться друга. — Так, все на кросс. — Ладно-ладно! Ложусь я, — в груди Джисона предательски билось сердце. Всё из-за него. Из-за него эти пять минут станут самыми мучительными в жизни Феликса. — Прости, Ликси… — прошептал Хан на ухо другу так, чтобы никто больше не слышал. Феликс не стал тратить силы на разговоры, поэтому просто кивнул. — Время пошло. Джисон обнял друга, стараясь хоть как-то его поддержать. Чёртов элемент в танце. Если бы не он, то всё бы было хорошо, и Феликс не мучился бы на глазах у всех. Но не у одного Хана на душе было неспокойно. Хёнджин стоял и смотрел на бедного Феликса с болью в глазах. Это из-за него Чан взбесился. Чёрт. — Прошло три минуты. Феликс начал подрагивать. Джисон поспешил успокоить друга. Мышцы блондина ныли, он был готов рухнуть на пол. Хан начал нежно поглаживать того по голове, шепча на ухо слова поддержки. — Осталась минута. Если ты не выдержишь, то все побегут по полю. В том числе ты и Джисон. Бан Чан специально добивал. Давил на слабые места, заставлял думать, что ты ничтожество. Руки Феликса окончательно задрожали. Тело начало ходить ходуном, Хан чуть не свалился с друга. Хёнджин готов был заплакать от такой картины. Долбанный Кристофер. Теперь директор точно увидит это видео. Хёнджин сделает для этого всё. — Десять, — Феликс начал хныкать, прогибаясь в спине, но тут же напрягая мышцы обратно, возвращаясь в планку. — Пять, — всё тело задрожало, Хан успокаивал Феликса как мог. Гладил по голове, обнимал за шею, делал что угодно, чтобы отвлечь от этого мучения. — Стоп, — Феликс тут же рухнул на пол, рвано дыша. Хан встал с него моментом, садясь рядом с другом. Ученики благодарно захлопали и начали свистеть. — Теперь все свободны, — Крис прошёл мимо Хёнджина, задевая того плечом. — Теперь мы в расчёте. Профессор покинул зал, ученики тоже давно разошлись, одни парни остались там же, где и были. Хан гладил лежащего друга по голове, постоянно шепча одно и то же «прости». Глаза Джисона заслезились, по щекам потекли солёные дорожки. Хан всхлипнул. Как же ему было больно за друга. Хёнджин тут же плюхнулся рядом с Феликсом, поднимая обессиленное тело и прижимая к себе. У Ликса не было сил поднять руки, поэтому он просто наслаждался поддержкой, прикрыв глаза. — Прости меня, Феликс. Он заплатит, обещаю. Прости-прости-прости! — Хёнджин гладил блондина по спине, покачивая из стороны в сторону, баюкая. — Ты… Не виноват. Просто он… Скотина… — Феликс проговорил это из последних сил. Тело чертовски ныло, хотелось просто лечь и лежать до конца жизни. — Наверное, сегодняшний вечер лучше отменить… — обречённо проговорил Минхо, стирая салфетками слёзы со щек Хана. Феликс отрицательно покачал головой, уткнувшись в грудь Хёнджина. — Нет? — ещё один отрицательный кивок. Джисон улыбнулся, шмыгая носом. Сколько он себя помнил, Феликс всегда был сильным и всегда держал слово. Всегда. — Но тренировку мы точно отменим. Ничего страшного не случится, — проговорил Хёнджин, покрепче обнимая всё ещё подрагивающее тело Феликса. Блондин кивнул. — Вот и отлично. Тогда… — Хёнджин покрепче обнял Феликса и, встав постепенно на колени, затем на ноги, поднялся. Феликс хотел запротестовать, но сил на это не было. Он просто обессиленно повис на Хёнджине, лишь покрепче обнимая того за шею. Минхо и Джисон переглянусь с улыбками на лице и направились к выходу из зала. Осталось дойти до комнаты певцов. — Всё хорошо? — спросил Хёнджин, слегка подкидывая Феликса, чтобы поудобнее его взять. Феликс кивнул и промычал куда-то в район шеи «угу». Недолго подумав, Ликс коротко поцеловал Джинни в шею и отключился. Хёнджин переместил руку на спину, чтобы тот не свалился, и, улыбнувшись, поспешил за Минхо и Джисоном, которые успели далеко уйти.* * *
Парни зашли в комнату певцов. Единогласно (ну, за исключением мирно спящего на руках Хёнджина Феликса) было принято решение завалиться на кровать Хвана. Хёнджин аккуратно уложил Ликса на кровать, садясь рядом с парнем. Феликс лениво открыл глаза, смотря расфокусированным взглядом на парня перед собой. Хёнджин улыбнулся. — Как ты? — Всё болит… — Феликс хотел встать, но Джинни не позволил, придавливая его обратно к матрасу. — Отдыхай. Хочешь чего-нибудь? — Феликс отрицательно мотнул головой, переворачиваясь на бок. — Что будем смотреть? — Ужасы? — предложил Хёнджин. Джисон тут же вздрогнул и испуганно посмотрел на всё ещё полуживого друга. Минхо это заметил. — Предлагаю посмотреть что-то, где меньше насилия… — проговорил Минхо, с мольбой смотря на лучшего друга. Тот сразу всё понял, кивая. — Комедию? — Джисон закивал, как маленький ребёнок, вызывая у Минхо улыбку. — Я возьму вкусняшек, — Ли подошёл к маленькому холодильнику, открывая его. Минхо тут же взял четыре баночки холодной колы и прихватил две упаковки роллов, которые они с Хёнджином заказали ещё днём специально для этого случая. Пока Минхо возился с едой, Хван выбирал на ноутбуке фильм. Джисон лёг рядом с другом, поудобнее подкладывая мягкую подушку под голову. — Какой фильм выбираем? — Хёнджин тупо пялился в экран с нескончаемым количеством превьюшек к фильмам, не зная, что выбрать. — Феликс? Блондин лениво поднял руку и, не смотря в экран, ткнул на первую же попавшуюся картинку. — Хорошо, — Хёнджин подавил смешок, нажимая на выбранный Феликсом фильм. Блондин сейчас выглядел особенно мило. К кровати подошёл Минхо, передавая одну упаковку роллов Хёнджину, а вторую Джисону. Хван нажал на начало фильма, погружая всех присутствующих в комнате в приятную атмосферу юмора и шуток. Феликсу всё же пришлось привстать. Роллов-то хотелось, блин. Руки предательски дрожали и, как только Хёнджин это заметил, поспешил помочь. Фильм был довольно неплохой. Не сказать что певцы любили комедии, но раз с ними Джисон… То они готовы потерпеть. Особенно Минхо. Хёнджин вообще любил ужасы и только ужасы. Смотреть, как главный герой боялся любого шороха или как из ниоткуда появлялся демон и убивал всю семью, живущую на отшибе города в каком-то нищебродском доме… Изощрённо? Может быть, но Джинни нравилось. Минхо же очень любил боевики. В любом их виде. Он смотрел всё. Но такой жанр фильмов с Джисоном он точно не будет смотреть. Никогда в жизни. На экране крутился фильм. Сюжет разворачивался вокруг семьи, отец которой очень хотел посетить один фестиваль. Да и в принципе всё крутилось вокруг забавного папаши. Смеялись все. Даже Феликс, у которого не было на то сил, умудрялся улыбаться и иногда хмыкать. — Держи, — проговорил Хёнджин шёпотом прямо на ухо блондина. Феликс повернул к тому голову. Хван держал палочками маленький ролл, подставив под него ладошку и ожидая, пока тот откроет рот. Феликс так и сделал. — А то совсем не кушаешь… — с укором проговорил Хёнджин и снова сунул Феликсу ролл, когда тот прожевал первый. Минхо не смотрел фильм. Нет, он, конечно, делал вид, что смотрел… Но на самом деле он наблюдал за эмоциями Хана. За их сменой. За их красотой. Какой же Джисон великолепный… Папаша семьи опять что-то учудил, вызывая у всех искренний смех. Минхо посмотрел на руку Хана, которая лежала совсем рядом. Ли аккуратно коснулся холодных пальцев Джисона своими, но, тут же испугавшись реакции Хана, сразу отстранился. Джисон почувствовал мимолетное прикосновение к руке. И если бы Минхо сразу же не отстранился, то Хану не понравилось бы это. Но Ли испугался. Отстранился. Подумал о Джисоне. Снова. Поэтому, немного подумав, Хан нащупал рукой ладошку Минхо и аккуратно переплёл пальцы. Внутри Ли что-то взорвалось. Да так сильно, что если бы не рука Хана, слабо сжимающая пальцы Минхо, то тот бы взлетел на небеса от счастья. Но Минхо не мог себе этого позволить. Он лишь сдержанно улыбнулся, смотря на сцеплённые руки парней. Феликс перевернулся на бок, поудобнее устраиваясь на подушке Хёнджина, которая пропахла клубникой. Любимой клубникой. Ликса клонило в сон. День выдался просто отвратительный. Чёртов профессор Бан Кристофер Чан… Чтоб ему этой штангой… Но Феликс не успел додумать коварный план по убиванию учителя, полностью проваливаясь в сон. Хёнджин очередной раз макнул ролл в соевый соус, готовясь вложить его в рот Феликсу. Но тот уже мирно сопел, повернувшись спиной к нему. Фильм закончился, Джисон довольно потянулся, откладывая пустую упаковку от роллов. Заметив, что его друг спал, Хан спросил шёпотом, повернувшись к Минхо: — У вас есть балкон?* * *
Минхо и Джисон вышли на балкон. Точнее, Хан вышел, а Ли пошёл за ним. Дверь закрылась, прекращая пускать в комнату холодный ночной воздух. Хёнджин отложил ноутбук, стараясь совершать как можно меньше телодвижений. Но Феликса невозможно разбудить. Просто потому, что у него нет сил на возвращение из царства Морфея. Хван аккуратно встал с кровати. Видимо, сегодня он спит с Минхо. — Ты либо остаёшься, либо я ухожу к себе, — Хёнджин замер. Он на сто процентов был уверен, что тот крепко спал. Не дождавшись ответа, Феликс начал вставать, тратя на это все свои силы. Хёнджин тут же очнулся, моментально подходя к кровати. Феликс лёг обратно, пододвигаясь ближе к середине, чтобы у Хвана было больше места. Хёнджин лёг рядом, накрывая обоих тёплым одеялом. Хван повернулся на бок, прижимаясь к Феликсу и обнимая его одной рукой. Ликс слегка откинул голову, желая быть к Хёнджину как можно ближе…* * *
Сегодня особенно звёздная ночь… А Джисон так сильно любил сидеть на крыше и наблюдать за маленькими сверкающими в небе точечками… Он всегда так делал в детстве. И в подростковом возрасте… До определённого момента в своей жизни. Хан знал, что Минхо пошёл за ним. Он это и слышал, и в этом же он был уверен. Джисон, под обеспокоенный и слегка удивлённый взгляд Минхо, перелез через перила и, покрепче взявшись за выступ, полез на козырёк находящегося над нижней дверью. Минхо боялся высоты. Пиздец как боялся. До дрожи в коленях. Но Джисон вот тоже людей боялся. Но Ли же подпустил… Поэтому Минхо принял решение пересилить себя и свой страх. Крепко вцепившись в перила и неуклюже перевалившись через них, Ли спрыгнул на крышу ниже, где сидел Джисон. Хан оторвался от созерцания звёзд, переводя взгляд на Ли. Джисон не на шутку испугался. Минхо был весь бледный, он быстро открывал и закрывал рот, смотря в одну точку. — Минхо? — Хан полностью развернулся к брюнету, переводя всё внимание на парня напротив. — Я… Высоты… Боюсь… — сквозь приступ испуга проговорил Минхо. Хан поджал губы. Он думал, как помочь. Из-за него сейчас страдал человек. Сначала Феликс, потом Минхо. Всё. Из-за. Него. Из-за Джисона одна боль. — Прости… Прости меня… Ты не должен был лезть за мной… Зачем ты… — Потому что куда бы ты не пошёл — я пойду за тобой, Джисон. Пойми это… — сказал Ли и окончательно зажмурился, поджав под себя колени. Хан вздохнул. — Знаешь, что мне помогало спастись от страха, когда рядом не было Феликса? — Минхо вопросительно посмотрел на Хана. Тот улыбнулся, поднимая взгляд. — Звёзды. Они очень красивые. Они на небе всегда. И даже если мы их не видим… Это не значит, что они не видят нас… Это значит, что они спрятались, чтобы потом снова неожиданно появиться и порадовать каждого, кто их ждёт, своим присутствием, — на одном дыхании выдал Джисон, вновь смотря на Минхо. Тот смотрел на небо с искренней улыбкой на губах, в его зрачках отражалась целая вселенная. Целый мир прекрасных огоньков, падение которых вызывала такую бурную реакцию у влюблённых людей. — Ты прав, — Минхо вернул взгляд на Джисона и, смотря тому в глаза, проговорил. — Это действительно очень красиво. Минхо был одет в бежевое худи. На улице было довольно прохладно, поэтому Ли потянулся одной рукой за капюшоном, чтобы голове было теплее. Но как только Ли неожиданно и слегка резко поднял руку, Джисон тут же испуганно вжал голову в плечи, машинально прикрываясь руками. Минхо так и замер с поднятой рукой, так и не дотронувшись до капюшона. Когда прошло слишком много времени, Джисон аккуратно открыл глаза, встречаясь с полными печали, грусти и обиды глазами Минхо. Хан почувствовал смесь облегчения и вины. Теперь Минхо будет думать, что Хан боялся его… Не доверял… Не подпускал… Джисон поджал губы, пытаясь придумать, как выйти из этой ситуации. — Я напугал тебя? — Нет! Нет, что ты… Просто… Это машинально происходит… Я не контролирую это, — Минхо кивнул. Вот так просто. Лишь кивнул, переводя взгляд обратно на небо. И если Ли не продолжил этот разговор, то это совсем не значит, что он не запомнил эту ситуацию… Что брюнет, сидящий на крыше с красивым зашуганным парнем, не будет ночами думать о том, как же помочь этому волшебному Хан Джисону…
Примечания:
Вот и новая часть. ПБ включена, пожалуйста, помогайте искать ошибки...Со знанием текста это очень тяжело делать🥺
Также напоминаю, что у меня есть свой телеграм канал https://t.me/+IWbYxacN07RjNTgy
Буду рада, если вы присоединитесь к нам!💕
