Порождение Бездны

Тишина. Она бывает желанна, а бывает и нет. Отсутствие звуков порой успокаивает и приводит мысли в порядок, а иногда только порождает их. Тишина может казаться мягкой или оглушительной, но сейчас Крис не знал, была ли она так необходима. Внутри будто всё остановилось: мысли, биение души…словно от увиденного появилось онемение. Разум был пуст, душа была словно в пропасти, где ничего нет, кроме бесконечной тьмы. Оцепенение даже не прекратилось после того, как Принц, позвав по имени Сьюзи, тут же бросился к ней, пытаясь помочь. Раненая даже не отреагировала, а лишь продолжала прерывисто дышать и дрожать от невыносимой боли. Ральзей, пытаясь хотя бы залечить малую часть повреждения, продолжал панически что-то шептать. По потолку что-то проплыло тёмной тенью, но Крис не заметил этого, слишком поглощенный в себя от произошедшего. Почему всё идёт именно так – наперекосяк? С какого момента он не уследил то, что Хизер изменилась в считанные часы? И нарочно ли она ранила Сьюзи? Душа, после паузы, разгорелась так, что стало жарко, и стала биться так скоро, будто бы была готова выпрыгнуть из груди. Чтобы это за оправдание не было, он не желал его знать. Парень не услышал, как его окликнули, а лишь уловил чей-то посторонний голос, что был то ли ближе всего, то ли громче его дыхания. Крис. Он вздрогнул, будто бы только что выйдя из транса. Вокруг стало темнее, хотя в пещере и так не было ничего, кроме света кристаллов. Посмотри, что она сделала, Крис. Парень поднимает взгляд на Сьюзи и крутящегося вокруг неё Ральзея. Туман сгущался, и видеть их стало значительно труднее. Рука сильно сжала меч. Зачем ему снова нужно смотреть на это? Удивительно, как долго она водила вас за нос. Голос не был похож на Ангела. Он не приказывал, он лишь говорил. Но он прав, почему он не послушал свою подругу с самого начала? Почему он поверил какой-то незнакомка, а не его другу? Да и что случилось такого, отчего Хизер так переменилась? Или...она была такой с самого начала, но он не замечал? Это был её начальный план? Крис чувствовал, как будто закипает. Чувствовал, как это удушает, но в тоже время придаёт сил. Чувствовал, будто бы время стало течь быстрее, а тишина давила на раскалённые, подобно углям в костре, мысли. Она вас всех уничтожит, Крис. Это — её цель. Загадочный голос убеждал. Да, ей не нужна была его дружба, не нужно это путешествие. Хизер была причиной этой катастрофы. Почему она решила сразиться с ним? Верно, чтобы взять власть. Ей незачем было искать с ними выход из ситуации. Она даже этого не страшится. Избавься от неё, Крис. Парень вздрогнул от этой фразы. Избавиться? Ему никогда не приходилось этого делать. Он всегда шёл по пути меньшего сопротивления, чтобы ни о чём не сожалеть. А сейчас, когда его одолевало желание отплатить Хизер за всё случившееся, он не видел иного выхода. Да, и он покажет, как далеко она зашла. Либо она сделает это с вами. Выбор очевиден. — Крис! Парень обернулся на месте, где была Хизер, но тьма скрыла всех вокруг него. Игнорируя, как Ральзей зовёт его, он призывает свою душу. Но вместо неё является язык пламени. Красного и слепящего пламени. Туман Бездны тут же расступился от такой мощной силы решимости, и тогда Крис увидел ту, что искал. Даже не колеблясь, он сделал предупреждающий удар мечом в землю, который был теперь воплощением горячей силы. Девушка сделала пару шагов назад, видимо, не ожидавшая такой реакции. Увидев, как горят красные глаза, прожигая Хизер будто бы насквозь, она едва успела выхватить второй меч, что был в земле с самого начала. Удары со стороны героя Света были яростными и мощными, из-за чего теперь девушка была в невыгодном положении, чтобы отвечать на них. Она с трудом успевала блокировать атаки, при этом не получая повреждений. «Так вот какая она, полная сила», — промелькнула мысль у неё в сознании. Озеро было в шаге от неё, и если она не отобъёт – окажется в нём. Пытаясь атаковать, она поняла, что даже её опыт в сражениях сейчас безуспешен. Туман всё сильнее сбавлял видимость, и это было похоже на то, как ты сражаешься с кем-то в размытом сне или в полной темноте. Неужели такая случайность вывела его из равновесия? Но, к сожалению, момент этот всё же настал. Хизер почувствовала невесомость, что тянула её к воде, но успела схватить парня за розовый платок на нём, утаскивая за собой. Оказавшись в воде, мысли Криса будто бы остановились. Лютый холод выдернул в реальность, а горящая душа «потухла», оставляя лишь тело замерзать в синеве. К счастью, парень умел плавать, вот только у судьбы были явно другие планы. Пытаясь выплыть, он оставался на месте, будто сама вода замерла. Внутри уже не оставалось воздуха, как вдруг вода стала гореть разными цветами и искажатся, подобно помехам. Голова от это шла кругом, и потому Крис закрыл глаза, уже мысленно надеясь, чтобы это безумие прекратилось.

***

Вскоре, на удивление, парень ощутил землю под ногами. Он утонул? Уже умер? Не знал, но стоило ему открыть глаза, как первой мыслью его было, что он в действительности погиб. Он стоял в зеленеющем поле, высокая трава неприятно щекотала локти. Вдали виднелись грозные горы, окутанные густыми лесами и туманом. Однако неподалёку, в чистом поле стояла плакучая ива, что только недавно распустила молодые листочки. Шёл ливень и надвигались сумерки, но Крис, вытянув руку, увидел, как капли проходят сквозь него. Теперь точно нет сомнений, что он стал призраком. Он заметил высокую фигуру, что направлялась к той иве. Почувствовав странное желание выследить её, Крис пошёл за ней, и, когда нагнал её, смог ближе рассмотреть черты. Это был мужчина высокого роста, с немного грубыми чертами лица, но ровной осанкой и пропорциями тела. На нём был чёрный плащ до колен, а из-под него виднелась белая, даже официального вида, рубашка. Его руки были и в тёмных перчатках, а на голове сидела такого же оттенка шляпа. В руке мужчина нёс открытый чёрный зонт, что идеально защищал от ливня. Это был человек. Но куда же он держит путь? Дойдя до молодого дерева, мужчина бережно раздвигает ветви, что с лёгкостью ему поддаются, и оказывается под ними. Однако, он не рассчитывал, что встретит там кого-либо ещё. У коры сидела девочка на вид лет пяти, что плела в руках венок из полевых цветов. На её голове красовался другой венок, из тёмных васильков, что гармонично смотрелся на чёрных волосах и сочетался с её синеватыми глазами. На ней было лёгкое белое платье, что выглядело не очень опрятным и аккуратным, каким должно быть на самом деле. Ребёнок, краем глаза заметив движение, поднял взгляд на пришедшего мужчину и сжал свою работу в руках сильнее, тем самым выдавая опасение. Она слегка опустила свою голову, из-за чего тёмные волосы тут же выпали вперёд, скрывая её черты лица, которые уже успели рассмотреть. Старший даже никак не отреагировал на это, не стараясь её успокоить или внушить неприкосновенность. Он обыденно, закрыл зонт, с которого уже ручья и стекала вода, и, едва заметно улыбнувшись, вполголоса прокомментировал: — Сегодня чудесная погода после такой засухи, не правда ли? Девочка подняла взгляд снова, но уже не выглядела столь сильно обеспокоенной. — Ага, — кратко отозвалась она, делая вид, будто была занята плетением венка. Мужчина, что всё это время смотрел на качающиеся от ветра ветви, взглянул на ребёнка и спросил: — Тебе нравятся цветы? Глаза младшей практически загорелись, когда мужчина упомянул тему, интересную ей. — Да, — также немногословно ответила она, уже готовая завести об этом разговор, но внезапно это желание улетучивается. Но, из вежливости, находит силы что-то добавить, — Они красивые и…приятно пахнут. — Верно, они чудесны, — кивнул мужчина, сново отводя взгляд, чтобы не смущать собеседника постоянным наблюдением, — Становится довольно темно. Твои родители не будут волноваться о тебе? Внезапно во взгляде девочки промелькнуло что-то мутное и неясное, а выражение лица лишь на пару секунд помрачнело, чего было достаточно, чтобы понять, что эта тема была для неё тяжёлой. Мужчина даже был готов извиниться за свою нетактичность, однако его опередили ответом: — Нет, они пропали без вести. — Получается, ты живёшь с родственниками? — Нет, — покачала головой она, опуская взгляд в землю и сжимая венок, — Я не помню своих родителей, и потому не знаю и родственников. Такая правда немного опустошила изнутри, но, в то же время, любопытство взрослого лишь вспыхнуло. Но в этой ситуации он не поддался соблазну, чтобы окончательно не испортить начавшие строятся отношения, и уже более озабоченно спросил: — И где же ты живёшь? Ребёнок с хмурым видом посмотрел на мужчину. — Почему вы спрашиваете меня об этом? — Такие дети, как ты, не заслуживают такого образа жизни, как бродяжничество, — спокойно объяснил взрослый, услышав в голосе собеседницы недоверие. Девочка, уже с более задумчивым видом, оглядела его, будто бы ища подтверждения его словам, но вскоре ответила: — Я…не живу так. Я ночую в храме неподалёку. — То есть, в монастыре? — Нет, мне предлагали, но я отказалась. Они просто присматривали за мной раньше. А сейчас только кормят и дают переночевать, — обыденно пояснила она, будто бы такое происходило с многими детьми её возраста. Мужчина даже внутри себя ощутил в полной мере сочувствие, но, словно почувствовав это, она продолжила, — Вы не печальтесь обо мне! Я не жалуюсь и не тоскую. Я каждый день могу гулять, сколько захочу и с кем хочу. Тут есть хорошие дети из деревни, — вспомнив их, она тепло улыбнулась, — Они играют со мной, а я им делаю венки из цветов. Мне с ними хорошо. Подобный рассказ где-то глубоко затронул душу взрослого. Этот ребёнок радовался малейшей возможности получить внимание, проживая свой день как последний. Она не жалеет о прошлом и не переживает о будущем, подобно детской беззаботности. А осталась бы она, если бы помнила свою семью? — Это утешает, — вслух признался мужчина, вертя зонт в руках и погруженный в раздумья. — А кто вы такой? Взрослый посмотрел на неё, отвлекшись от мыслей. Справедливо. Она рассказа о себе и стоило поделится и ему. — Я доктор, — начал он, — Хотя, по большей части, изучаю души людей. В свободное время интересуюсь науками и психологией. — А что такое психология? — спросила девочка. Конечно, она всего лишь ребёнок для таких трудных терминов. — Людей изучаю, их поведение. — Поэтому вы со мной разговариваете? В точку. Точнее некуда. Маленькая, но важная цель, ради которой он стоит здесь. Но сознайся бы он прямо, это могло бы задеть её чувства, и потому, усмехнувшись с такой находчивости, уклончиво ответил: — Может быть, это вопрос времени. Девочка, наконец, улыбнулась на это. — Вы забавный, — она поднялась с места с готовым венком в маленьких руках и подошла на пару шагов ближе к мужчине, молча протянув его. — А разве ты не даришь его своим друзьям? — уточнил он, смотря, как тут же ребёнка одолевает смятение. Решив исправить ситуацию, он спрашивает, — Как тебя зовут? Девочка мешкается, прежде чем заявить: — Я скажу своё имя, если вы скажете своё! Взрослый приятно удивляется такой смелости, однако, ради такого, он готов пойти по её правилам. — Можешь звать меня Доктор Гастер. Крис, что всё это время наблюдал за столь увлекательной сценой, почувствовал, как волна мурашек прошлась по телу. Он не понял, почему отреагировал подобным образом, но, при упоминании имени, появилось стойкое ощущение, что ему уже приходилось слышать это имя ранее. Вот только когда? Это было чувство, будто душа знала ответ, но не он сам. Девочка шире распахнула свои глаза, в которых плескалось восхищение. — Мне нравятся такие имена, — призналась она, не отрывая взгляда от серых глаз мужчины. — Какие это? — поинтересовался он. — Необычные. Такие не всем достаются. — Верно, — взрослый раскрыл чёрный зонт и спросил сново, — А как насчёт твоего имени? Ребёнок уже с менее сильным энтузиазмом посмотрел на собеседника, а затем на венок, который успел немного завять под такой сильной хваткой. — Анера. Небольшая пауза, прерываемая усмешкой старшего. — У твоих родителей была чудесная фантазия на имена. Не приходилось слышать подобного раньше. Девочка покачала головой на сказанное. — Я не помню своего настоящего имени, потому мне его дал кто-то, а мне оно понравилось, — объяснила она. — Вот как, значит, — уже вполголоса ответил мужчина, пока не увидел выжидающий взгляд на себе. Внутри стало тепло от мысли, что сейчас ребёнок похож на того, кто давно не общался с людьми, хоть и это было неправдой. Он присел на корточки, чтобы девочка смогла дотянуться до его головы. Она, с горящей внутри неё душой, надела на его шляпу венок из маков, ромашек и одуванчиков, и по-детски улыбнулась этому. Мужчина встал и спросил: — Мне идёт? — Ага! — честно призналась Анера, добавив, — Вам к лицу цветы! Гастер ничего на это не ответил. А Крис осознал, что он вовсе не погиб, а теперь провалился в чужие воспоминания.

***

Обстановка сменилась, теперь Крис находился в помещении и довольно тихом. Тяжёлые стены, одинокие лампочки и различные зеркальные двери, за которыми находилось то, что нельзя было увидеть. Самая дальняя была приоткрыта и оттуда слышались голоса. Парень неуверенно направился туда, уже забыв, что его всё равно никто не увидит. Зайдя в кабинет, он отметил то, насколько уютно было в нём. Снаружи коридоры напоминали космическую станцию, тем временем как за дверьми было всё относительно хорошо. В комнате было окно, закрытое жалюзи, из-под которого сочился голубоватый цвет, справа и слева от него — книжные полки с научной литературой, около окна был лакированный деревянный стол, похожий на рабочий своим «бумажным беспорядком». В помещении был полумрак и горела лишь лампа на столе, а недалеко от неё стояли две фигуры. Одну Крис узнал сразу, а вторая была ему незнакома. Рядом с Доктором стоял молодой парень около двадцати четырёх лет, среднего роста. На нём был белый рабочий халат, из карманов которого выглядывали колбочки с жидкостью разных цветов. Перед голубыми глазами — очки, что отражали свет лампы в комнате. Его голос был ровным и спокойным. Но, несмотря на это, разговор был очень серьёзный. Крис подошёл ближе, чтобы расслышать его. — Мне никогда не приходилось видеть такого раньше, — начал голос молодого парня, перелистывая медицинскую карту, — Я сделал полное обследование, как вы и просили, но показатели идеальные для Путника. Путника? О чём это он? — Её душа владеет порядочностью, и потому она достаточно слабая, т.к. качество слишком распространённое. Но…она выделяет особую энергию, что отличается от обычной. Гастер на всё сказанное, лишь самостоятельно изучал показания, слушая отчёт, пока не спросил: — Какая ещё может быть энергия, кроме душевной? — После изучения стало ясно, что...Анера обладает способностью к телекинезу, — пояснил парень. Доктор в замешательстве взглянул на него, ожидая продолжения, — Она врождённая, но проявляется лишь на эмоциональном фоне. Она сказала, что не способна ей осознанно управлять. Однако, это ещё не всё, — он достаёт из кармана запечатанную колбочку, в которой был чёрный дым, но недостаточно густой, чтобы его нельзя было разглядеть, — Я также это нашёл в энергии души. После исследований и пары экспериментов с ней выяснилось, что эта аура схожа с чертами Тумана Бездны. — Туман Бездны? В человеческом теле? — переспросил Гастер, никогда не слышавший о такой аномалии. — Я и сам этому не поверил, но это так. Я изучил все её воспоминания, хранившиеся с рождения и… ничего не нашёл из её детства. Будто его и не было вовсе. Половина воспоминаний заполнена тёмным ничего, — парень уже более уверенным тоном заключил, — Она — Порождение Бездны. Доктору Гастеру потребовалось несколько минут, чтобы отреагировать на услышанное. Бездна, как известно, была с самого начала вместилищем погибших душ, и только потом обрела способность к очищению всего живого и материального. Но чтобы она была способна что-то создать — это было похоже на плохо написанное фэнтези, чем на правду. В Бездне нет ничего, чтобы создать душу и тело, но, неужели всё-таки есть? Тогда почему Вселенная дала шанс этому разрушению породить человека, что можно встретить хоть на каждом шагу? — Поскольку я помню, она упоминала о своей семье, — вскоре заговорил Гастер, — Но лишь в общих чертах, будто бы не знала деталей. Так возможно ли то, что кто-то ей заложил воспоминания? — Скорее всего, так и есть. Бездна создала фальшивые воспоминания, но не дала им объяснения, чтобы никто не смог их подтвердить. Пауза. — Доктор, а она сама знает об этом? Он качает головой. Нет, не похоже, чтобы она притворялась, говоря о пропаже семьи. Видимо, Анера сама и верила своим воспоминаниям и не пыталась копаться в них, чтобы отыскать истину. — Удивительно, сколько мы о ней не знаем, — сказал Гастер, положив на стол карту и подойдя к окну, чтобы взглянуть через щели жалюзи, что происходит снаружи, — Тем не менее, у неё идеальные показания для Путника, но слабые для души, — продолжил он рассуждения вслух, — Есть ли шанс, что душа приспособится к резким переменам ауры? В ответ послужило молчание. Доктор оглядывается на парня в халате и уверенно говорит: — Запиши её. Но это должно остаться лишь между нами.

***

Девочка проснулась с трудом, ощущая всю тяжесть мира на себе. Было непонятно, почему, но теперь эти же ощущения отдавались и в теле Криса, будто бы теперь он проживал чужую жизнь. Анера, всё-таки поднявшись, поняла, что спала в незнакомой ей постели. Одеяло было мятного цвета, как и большинство в этой комнате в целом: жалюзи и стены заметно сливались под одним цветом. На окне и на полках стояли комнатные растения с длинными ветвями, что свисали с горшков, сама же комната была полна книжных стеллажей, в которых были энциклопедии и определённые словари. На тумбочке у постели было ничего, кроме запечатанного конверта и лампы. Она почувствовала то самое детское любопытство, когда увидела конверт и даже, было, потянулась за ним свободной рукой, как послышались лёгкие шаги, и девочка тут же одернула руку, оглянувшись на приоткрытую дверь. Анера слышала, как её собственное сердцебиение было намного чаще, чем обычно. Это...страх? Но перед чем? К счастью, её душевные метания были не длительным, и в комнату вошёл человек. Это была девушка на вид лет двадцати, стройного телосложения и невысокого роста. Первое, что выделялось – её длинные, неестественно тёплого цвета, зелёные волосы, что немного вились у кончиков. Её глаза были золотистого цвета, а по щекам были видны едва заметные веснушки. На ней было летнее платье бледно-оранжевого цвета в белый горошек, что были длиной чуть ниже колен. Войдя в помещение, она выглядела спокойной и, казалось, была не удивлена тому, что в её доме спала незнакомая ей девочка. Она облокотилась на дверной проём и долго прожигала взглядом Анеру, что растерялась от такого внимания к ней. Кто она? И где она вообще находится? – Письмо прочитала? – наконец, спросили её. Девочка испуганно вздрогнула и поспешно покачала головой, – Да не бойся ты меня так, я тебе ничего не сделаю, – девушка уже смело заходит в комнату и садится напротив постели, всё это время не отрывая от младшей взгляда, – Я позже объясню, где ты и что будешь делать. Прочти. Анера похлопала глазами, прежде чем уже неуверенно потянуться и взять это злосчастное письмо. Открыв его, она раскрыла свёрток и посмотрела на буквы перед ней, представленные в аккуратном почерке. А затем испытала ещё большее смятение, взглянув на девушку рядом и, опустив взгляд на бумагу, ответив: – Не умею читать. Она была готова услышать раздраженный вздох или грубость за её необразованность, но вместо этого, из её рук взяли письмо, сказав: – Ладно, что поделать, ты ведь и в школе не была. Девушка глазами пробежалась по тексту и стала читать своим мягким и мелодичным голосом следующее: «Здравствуй, дорогой Путник Если ты читаешь это письмо, то всё прошло успешно, и теперь ты пополнишь наши ряды! Вероятно, ты не помнишь своего имени, своего прошлого, да и проснулся ты, как чистый лист. Тебе не стоит об этом беспокоится, ведь беря на себя всю ответственность, ты добровольно лишился памяти о своей прошлой жизни, чтобы начать новую и более значимую для человечества! Напомним тебе, кто такие Путники, перед тем, как начать свой великий вклад. Путник – это особенные люди, которые поддерживают баланс между Бездной и настоящим Миром. Они живут в пространстве Бездны, в специально ограниченном от её воздействия поле. Путники путешествуют в истории сквозь неё, и поддерживают их, а иногда и разрушают. Для чего же это делается? Слишком много историй дают несостыковки, потому в них часто происходят катастрофы из-за того, что их начинает уничтожать Бездна. Чтобы их существование прекратилось рационально, Путники вторгаются в определённую историю и раскручивать её так, чтобы она закончилась самостоятельно. Чем меньше Бездна разрушает миры – тем меньше несчастий будет в настоящем Мире. Таким образом, не все души способны выдержать силу Бездны, и потому ты – избранный на эту работу! А пока ты осваиваешься, тебя будет сопровождать более опытный Путник и учить тебя местным традициям и навыкам. Надеемся на то, что твой вклад будет полезен и нам, и обществу в настоящем Мире! Всего наилучшего, Неизвестный Путник» Закончив, девушка обыденно посмотрела в сторону Анеры и встретилась с её непонимающим взглядом. – В любом случае, они никогда понятно не описывали, что, как и зачем ты здесь, – пожала плечами девушка, – Разберёшься по ходу. У тебя сейчас нет воспоминаний, это главное, что нужно знать, но не важное, о чем нужно беспокоится. Скажи, ты помнишь своё имя? Девочка молча кивнула. – Неразговорчивая, да? – усмехнулась она и продолжила, – Полагаю, это нормально, хотя некоторые и не помнят. Во-вторых, так как ты ещё маленькая и...единственная самая молодая здесь, за тобой я буду присматривать до тех пор, пока не научишься жить в одиночку... – А у меня не будет семьи? Девушка остановилась и вопросительно ответила: – Мы все вместе – и есть семья, о чём ты? Анера хмуро посмотрела на неё, опустив взгляд в пол, но ничего не отвечая. Послышался вздох. — Слушай, нет, мамы и папы точно не будет, — мягко начала она, – Понимаешь, здесь главное правило – не быть привязанным к кому-либо. Потому что, бывает, ну... – не уверенная, стоит ли ей объяснять подобное в первые минуты, она продолжила, — Путники не возвращаются. – Почему? – обеспокоенно спросила девочка. – Это до сих пор неясно, может Бездна их поглощает и они не успевают дойти обратно, может, сами отказываются от своей роли, кто знает. Но это правило для того, чтобы другие души, потеряв близкого, не слабели, иначе они станут уязвимыми к Бездне... – А что такое Бездна? – нетерпеливо спросили её. – Это...как темнота, которая поглощает даже молекулы, – девушка положила письмо на тумбочку, – Она как загробным мир, но без рая или ада. Просто место, где ничего нет. Анера некоторое время пыталась переварить информацию, но такое её обилие было тяжело принять сразу. Она положила руку ко лбу и тем самым дала понять старшей, что, на сегодня, такого разговора хватит. – Ладно, эм, ты ещё не слишком восстановилась после того лекарства, ну, что уничтожает память, – больше для себя сказала она, — Может, хочешь чего-нибудь? – Да, – тут же отозвалась девочка, – Как тебя зовут? Девушка немного строго посмотрела на неё, отчего у Анеры пробежался холодок по позвоночнику. – Лучше зови меня на «вы», мы не должны быть столь близки, помни правило, – она тут же сняла с себя эту физиономию и более сдержанно ответила, — Зови меня Марта. – Простите, – извинилась за свою бкстактность Анера, – А меня зовут... – Эй, не называй настоящего имени! – перебила её Марта, даже закрыв левой рукой ей рот, – У тебя появится новое, и тогда будем полностью знакомы. – А что плохого в настоящем? – Настоящее имя - портал в прошлое. Есть риск, что ты вспомнишь всё забытое, да и попав случайно в настоящий Мир тебя могут узнать. Ничего не должно тебя связывать с прежним существованием. – Будто бы меня не было? - грустно спросила Анера. – Нет, будто бы ты переродилась. У тебя и внешность будет новая... – А ваше имя тоже ненастоящее? – Конечно, — согласилась она, – Я даже выгляжу не подобно себе настоящей, так задумано. – А как я буду выглядеть? – Никто не знает заранее, потом увидишь, — Марта поднялась с постели, и уже у двери обернулась и вспомнила, – Ах, да. Я принесу тебе новую одежду, а потом обсудим, что будешь дальше делать. Анера остаётся одна лишь с одной мыслью: «Зачем же я здесь?».