Тихая гавань

      Гарри лениво потянулся и открыл глаза. Солнце уже прогуливалось по деревянному полу небольшой спальни, готовясь залить своим светом и теплом всю комнату. В приоткрытое окно проникали голоса активных утренних птичек и знакомый шум океана. Этот звук был удивительно успокаивающим и словно обладал терапевтическим эффектом. Гарри прекрасно засыпал под него. Даже кошмары, которые периодически возвращались, заставляя его с криками выныривать из сна посреди ночи, здесь донимали его значительно реже, чем в других местах. Помнится, в Лондоне он вообще не мог спать.       Пора приниматься за работу. На сегодня у Гарри была небольшая группа на осмотр окрестностей острова. Никакого экстрима, практически нулевой уровень сложности.       Пилипо, местный мальчишка-подросток, подрабатывающий у Гарри кем-то вроде матроса или помощника на все руки, уже наверняка надраил палубу и подготовил «Гармонию» к очередному рабочему дню. Пилипо был старшим сыном в многодетной семье и брался за любую работу, чтобы помочь родителям. Гарри хорошо платил ему и относился с должным уважением, за что и получил замечательного работника, на которого всегда можно было положиться. Пожалуй, Пилипо был единственным на всём острове, кому бы он доверил своё сокровище.       Иногда он брал парнишку в плаванье, где тот тренировал все подряд навыки, выполняя своеобразную функцию свиппера. В целях развлечения туристов Гарри вполне мог управлять яхтой и в одиночку, а вот когда хотелось немного экстрима, небольшая помощь была как никогда кстати. Пилипо был в восторге от таких вылазок и его синие, как океан, глаза сияли от счастья. Гарри даже немного привязался к этому непоседе. Пилипо в свои пятнадцать был жилист и вынослив, никогда не жаловался и справлялся с любой работой. Возможно, он напоминал Гарри самого себя в детстве. Радовало то, что семья Пилипо, хоть и не обладала большими деньгами и по местным меркам относилась к бедному слою населения, была любящей. Мальчика никто не заставлял трудиться под палками, он делал это по своей личной инициативе.       Гарри выбрался из кровати, принял душ и направился на кухню готовить завтрак. Его небольшая, но удобная хижина была оборудована всем необходимым для комфортного проживания. Ему повезло купить её по дешёвке у одного из местных жителей сразу, как только он перебрался сюда. Затем почти год Гарри прожил в режиме нескончаемого ремонта, большую часть которого делал своими руками, лишь изредка нанимая профессионалов на самые сложные работы. Деньги у него были, просто нужно было чем-то себя занять и выбить из головы изматывающие мысли и воспоминания. Перед отъездом из Лондона Гарри, при содействии Кингсли, продал все дома, доставшиеся ему в наследство. С одной стороны — это была память о родителях и Сириусе, с другой — находиться в них было невыносимо, и парень не собирался возвращаться в Британию. Никогда. Эта страница жизни была перевёрнута навсегда.       Венцом его стараний стало то, что теперь он жил в по-настоящему райском местечке, достаточно удалённом от шумных отелей, куда круглогодично съезжались туристы со всего мира, но при этом в получасе ходьбы от небольшой мари́ны, служащей пристанищем для его любимой «Гармонии».       Спонтанная покупка столь дорогой игрушки, как оказалось, принесла не только шквал положительных эмоций, но и пользу в сотрудничестве с прибылью. Заниматься яхтингом Гарри нравилось. Здесь присутствовало что-то от полётов. Страсть, адреналин, сражение со стихией, скорость и опасность. Он нанял лучших инструкторов и оказался весьма талантливым учеником, схватывающим материал прямо на лету. За год он поднаторел настолько, что мог совмещать функционал целой команды и управлять яхтой в одиночку, тем более, на его модели судна это позволяло удачно расположенное палубное оборудование. В общем, «Гармония» определённо стоила выложенных за неё денег и потраченных сил.       Первые клиенты оказались случайными туристами-зеваками, желающими вкусить прелесть хождения под парусом. Они предложили хорошие деньги, и Гарри рискнул. А потом как-то завертелось. Он был достаточно обаятельным и талантливым яхтсменом и чаще всего к нему шли по рекомендациям. Иногда Пилипо разносил по отелям рекламные буклеты, что тоже привлекало публику. В конце концов, Гарри сдружился ещё с парочкой вольных морских волков, тусующихся в той же бухте и иногда они перекидывали клиентов друг другу, постоянно оставаясь и при работе, и при деньгах. В общем-то, в последних Гарри не нуждался. Полученное наследство позволило бы ему прожить всю жизнь ничего не делая, тем более, его затраты были более чем скромными, не считая обслуживания самой яхты. Но бездельничать парень не привык, да и занятие ему нравилось. Ему доставляло удовольствие видеть сияющие лица людей, переполненные радостью и счастьем после подобных экскурсий.       Облачившись в специальные кроссовки, шорты и белую футболку, Гарри захватил бутылку ледяной воды прямо из холодильника и направился к марине. Полчаса ходьбы вдоль берега, наслаждаясь урчанием волн и тропической зеленью — и ты на месте. Чем не работа мечты? Не то, что торчать в душном Министерстве Магии и пытаться в чём-то убеждать старых козлов из Визенгамота. Из своего прошлого Гарри скучал только по утерянным способностям и лучшей подруге, остальной магический мир его мало интересовал и почти забылся.       А вот Гермиона — нет. Она ни на день не выходила из его памяти. Являлась в разнообразных снах от фантазийно-приятных, до откровенно жутких из-за своей реалистичности, где он снова и снова терял её.       Иногда Гарри корил себя, что не разобрался в себе раньше, не понял, не предпринял нужных шагов. Не пригласил подругу на Святочный бал, не поцеловал где-нибудь на Астрономической башне, любуясь звёздами и прячась от ворчуна Филча. Не наслаждался прогулками по берегу Чёрного озера, держась за руки. Не покупал ей конфеты в «Сладком королевстве» и не стремился затащить под все рождественские омелы в Хогвартсе.       А потом пелена мечтаний спадала, и он понимал, что всё сделал правильно. Что бы это изменило? Только лишь то, что верная и преданная Гермиона, вынуждена была бы остаться с ним даже после всего произошедшего? Гарри не хотел от неё подобных жертв. Поэтому единственное, что ему оставалось, наслаждаться обрывочными воспоминаниями о школьных приключениях, дружеских объятьях и нескольких танцах…

***

      Гавайи встретили Гермиону радостным солнцем, так отличающимся от серости британской столицы. Ярчайшая зелень тропических растений, фантастическая палитра цветов экзотической природы, голоса невиданных птиц и удивительно свежий, но при этом тёплый воздух… Всё вокруг вызывало зрительный экстаз и поражало воображение. Гермиона лишний раз поблагодарила себя за то, что выбрала обычный маггловский вид отдыха, так как ей требовалась кардинальная смена обстановки, чтобы привести в норму своё состояние. Последние месяцы выдались особенно тяжёлыми.       После перелёта она проспала почти сутки и чувствовала себя по-настоящему отдохнувшей и бодрой. Настолько хорошо, что удивлялась самой себе. Возможно, Кингсли и вправду был прав и дело просто в банальной усталости? Вот сейчас отдохнёт, наберётся сил, и жизнь снова войдёт в прежнее русло и всё будет замечательно.       Да только, откровенно, Гермиона уже и забыла, когда ей было по-настоящему хорошо. Стабильно, спокойно — да. Но чувствовала ли она себя счастливой в течение последних двух, трёх, четырёх лет? Несомненно, в её жизни были удачные дни, приятные моменты и достижения. Но что из этого она хотела вернуть? Прожить заново? Повторить? Ничего… Самым ужасным было осознание этого факта. Ничего… Даже в тех неспокойных школьных временах, когда в магической Британии творился настоящий хаос и зверствовал Волан-де-Морт, таковых моментов вспоминалось значительно больше…       Ну да ладно! В столь райском месте думать о грустном и раскисать вовсе не хотелось. Не для этого затевалось данное путешествие. Ей нужно отдохнуть и прочистить мозги, а потом уже решать, что делать дальше. Отпустить ли окончательно то, что мучает её много лет или возобновить свои поиски и найти лучшего друга? Проблема в том, что «отпустить» не получалось, сколько бы она не пыталась и чем бы не занималась. Не помогло лечение от стресса в Мунго, практически двадцатичетырёхчасовая занятость и попытка наладить личную жизнь…       Гермиона вздохнула, расчесала волосы, нанесла на губы лёгкий блеск и направилась на завтрак. Тем более, её сегодня ждала экскурсия на яхте по окрестностям острова. Вчера какой-то настойчивый мальчишка буквально уговорил её выкупить последнее место, уверяя, что на ближайшие две недели все другие дни были заняты. То ли парень оказался чересчур обаятельным, то ли Гермиона была уставшей и утратившей свою привычную подозрительность и бдительность, но она согласилась, несмотря на весьма приличный ценник данного удовольствия. Оставалось надеяться, что она не пожалеет, ни о своём внезапном поступке, ни о потраченных деньгах. Вообще-то она планировала просто лежать на пляже, загорать и ничего не делать и уж точно не собиралась тратиться на развлечения для мажоров. Далась же ей эта парусная яхта с небольшим количеством мест — можно было вполне прокатиться на чём-нибудь более дешёвом. Ну да ладно! Что сделано, то сделано! Шорты, майка, удобные мокасины, ну и палочка, спрятанная в маленький рюкзак на всякий случай — теперь она точно во всеоружии.

***

      Когда Гарри добрался до марины, Пилипо уже подготовил всё необходимое для встречи туристов. Даже аккуратно разложенные спасательные жилеты, греясь на солнышке, ожидали посетителей. Гарри никогда не пренебрегал правилами безопасности, даже если уровень рисков стремился к нулю. Ответственность за пассажиров — забота капитана, а когда ты простой человек, а не волшебник, то силы и возможности явно ограничены.       Гарри проверил камбуз и каюты, хотя сегодня они и не требовались, и отлучился ненадолго к соседу, который иногда брал у него уроки по яхтингу. Пилипо же расположился у трапика, готовый к встрече гостей. Сегодня его обязанности на этом заканчивались, так как экскурсию Гарри проводил в одиночку.       Все участники группы оказались на редкость пунктуальными. Среди них была пожилая пара, двое мужчин и четыре женщины. Особенно Пилипо понравилась одна молодая девушка с пышными каштановыми волосами, которая с таким восторгом и интересом осматривалась по сторонам, что мальчишка не выдержал и предложил ей осмотреть носовую часть яхты. «Гармония» хоть и была сравнительно небольшим судном, но поражала своим дорогим классическим ретро дизайном в тонах красного дерева. Остальные же, получив в руки по жилету, расположились на кокпите.       Гермиона действительно оказалась впечатлена. Она мало разбиралась в яхтинге, но даже по внешнему виду определила, что подобная «игрушка» стоит немалых денег. Да и форма корпуса ей напомнила больше спортивные суда, нежели туристические. Наверняка хозяин этой красоты был тем ещё любителем экстрима, скорости и риска. Ей, любящей планировать каждый шаг, склонной к стабильности и никогда не интересовавшейся подобными развлечениями, вдруг стало необычайно интересно, кто же мог управлять этим судном с чудным названием «Гармония». Это сочетание золотых букв на корпусе она заметила ещё с берега, и оно запало ей в душу.       Гермиона подошла к краю и устремила взгляд вдаль, желая запечатлеть в своей памяти невероятные морские панорамы.       — Это необходимо надеть, мисс… — неуверенно пролепетал Пилипо, протягивая ей спасательный жилет. — Просто техника безопасности, не волнуйтесь. И… лучше присесть, скоро будем трогаться.       — Хорошо, спасибо, — мягко улыбнулась Гермиона и направилась за ним, занимая своё место.        Поджав под себя одну ногу для большего удобства, волшебница повернула голову в сторону и вернулась к созерцанию окружающих природных красот. Немного смущённый парнишка отошёл в сторону, проверяя размещение остальных пассажиров. Когда вернулся Гарри, они обменялись взглядами, после чего Пилипо соскочил на пирс и отправился по своим дальнейшим делам.       Гарри осмотрелся перед тем, как занять место за штурвалом. Восемь человек он брал только на короткие прогулки. Для более длительных поездок ограничивался максимум четырьмя пассажирами. Он скользнул по ним взглядом: нежно державшаяся за руки пара преклонного возраста; двое молодых людей, с интересом наблюдающих за его действиями; несколько женщин, оживлённо болтающих о какой-то ерунде и…       Сердце Гарри ухнуло и замерло. Девушка сидела, развернув тело в противоположную сторону и смотрела куда-то вдаль. Невысокая, стройные ноги, подчёркнутые белыми шортами, и потрясающая копна пышных волос. Она… она так напоминала Гермиону.       «Прекрати», — мысленно выругался молодой человек. — «Нельзя искать её в каждой кудрявой шатенке».       Гарри тряхнул головой, пытаясь прогнать наваждение, и по привычке запустил пальцы в волосы, растрепав и без того взбунтовавшуюся причёску.       «Нет! Нет! Хватит на неё пялиться! Копия — не оригинал!»       История с Синтией отчетливо показала то, что из подобного ничего хорошего не выйдет. Внешнее сходство со школьной подругой не только не помогало, но имело обратный эффект. Он хотел видеть в той Гермиону, но Синтия не была Гермионой. Она была замечательной женщиной, но для него всегда оставалась лишь заменой, тенью, иллюзией…       «Так! Соберись!»       Отойти от причала Гарри планировал на моторе, и лишь потом поставить парус. Это оказалось как нельзя кстати, так как в данный момент его мозг совсем не соображал, а установка парусов всё-таки требовала хотя бы минимальной умственной активности. Свою приветственную речь он тоже решил отложить на несколько минут. Сейчас соберётся с мыслями и, конечно же, включит обаятельного улыбчивого парня, развлекающего туристов историями об острове Мауи. С этими мыслями Гарри завёл мотор и повернул рычаг.       Гермиона, под действиями окружающей красоты провалившаяся в какое-то блаженное состояние, вздрогнула и, резко повернув голову в сторону раздавшегося шума, лишилась дара речи.       «Нет! Этого не может быть! У неё что, галлюцинации?!»       Сердце пропустило удар. У штурвала стоял Гарри. Она бы никогда не спутала его ни с кем другим. Эти тёмные, вечно взъерошенные волосы и изумрудные глаза в круглой оправе очков. Да, он возмужал, вытянулся, окреп и загорел, но это по-прежнему был всё тот же Гарри, её лучший друг, человек, за которым когда-то давно, казалось, в прошлой жизни, она готова была идти на край света. В её голове со скоростью Гринготтской тележки замелькали кадры воспоминаний, а тело словно парализовало от шока, и она с силой вцепилась кулачками в собственные шорты, сминая мягкую ткань.       Капитан выпрямился, осторожно выруливая из бухты, направляя яхту в бескрайние воды Тихого океана, и снова взглянул на пассажиров. И когда их глаза встретились, Гермиона поняла, что Гарри тоже узнал её. Несколько секунд на его лице было такое выражение, будто он увидел перед собой всю шайку привидений Хогвартса: от Кровавого Барона до Почти Безголового Ника или же старика Дамблдора в обнимку с самим Волан-де-Мортом.       Друг пришёл в себя гораздо быстрее. Возможно, потому что ему всё-таки требовалось управлять судном. Он развернул «Гармонию» носом к ветру, который хоть и не был сильным, но всё-таки ощущался поверхностью кожи и раздуваемыми волосами, и выключил мотор. Данное положение выбиралось намеренно, чтобы убрать основную нагрузку парус и поднять грот. Затем занялся стакселем. Размотал канат, открыл стопор, переключился на стаксель-шкоты. Потянул за канат со стороны противоположной ветру, ловко накинул на лебедку. Второй канат был ослаблен, и Гарри дал ему свободно уползти. Ветер сам перекинул стаксель на нужную сторону яхты, далее с помощью лебёдки парус был натянут, наполнился воздухом, и «Гармония» двинулась с места уже не наперекор природной стихии, а в сотрудничестве с ней. Так как в голове был полный кавардак, все действия парень выполнял автоматически, хорошо, что они были отточены «от» и «до» и не вызывали затруднений. Что ни говори, за эти годы он натренировался так, что мог поставить паруса в любых, даже самых сложных условиях.       Гермиона смотрела на него во все глаза, боясь даже моргнуть, чтобы он не исчез. Ведь она уже давно потеряла надежду на встречу… А сейчас… Сейчас Гарри стоял буквально в нескольких метрах от неё и выглядел таким родным и далёким одновременно, что она готова была расплакаться.       — Дамы и господа, — прочистив горло, немного хриплым голосом заговорил он, с трудом отведя взгляд от лучшей подруги, — рад приветствовать вас на борту «Гармонии». Сегодня мы совершим прогулку вдоль берегов одного из прекраснейших островов земного шара. Прошу оставаться всех в спасательных жилетах до окончания экскурсии. Вашего капитана зовут Гарри, и я к вашим услугам.       Никогда, ещё никогда в жизни находившиеся вокруг люди не казались Гермионе настолько лишними. На мгновение её посетила шальная мысль достать палочку, огреть их всех каким-нибудь «Конфудусом» или даже заобливейтить, если понадобится. Но удержалась… Как-никак, сейчас она была в мире магглов и следовало успокоиться и играть по их правилам. Она с трудом отвернула голову, так как не могла больше смотреть на друга. Чувства кипели и взрывались в ней сильнее, чем зелья в котле Невилла на занятиях у Снейпа.       Это были самые долгие и тяжёлые часы в жизни Гермионы Грейнджер. Знакомый мужской голос бередил старые, плохо затянувшиеся раны, возвращая в прошлое. Мифы и истории о достопримечательностях острова, которые рассказывал друг, веселя пассажиров, её абсолютно не интересовали. Более того, одна из туристок оказалась чересчур любознательной и нагло, не стесняясь остальных, флиртовала с Гарри настолько явно, что не заметить этого было просто невозможно. Конечно, друг превосходно смотрелся на этой чёртовой яхте! Будто был создан для подобного! Белая футболка не скрывала натренированного тела и подчёркивала глубокий коричневый загар, глаза сияли, а шелковистые растрёпанные волосы делали его действительно похожим на сексуального капитана из глупых женских романов. Гермиона изредка поворачивала голову, чтобы взглянуть на него и почти сразу же возвращалась в прежнее положение. Так и просидела гипсовой статуей большую часть времени глядя в противоположную сторону.       Возвращались в бухту они при слабом навальном ветре. Спокойная вода позволила Гарри заходить курсом галфвинд, заранее убирая грот, а затем и стаксель. Яхта потеряла ход и ювелирно сдрейфовала к месту стоянки под восторженное щебетание надоедливой девицы, от которой к концу плавания у Гарри нешуточно разболелась голова. Он выпрыгнул на причал для швартовки, мысленно радуясь окончанию самого сложного рабочего дня в своей жизни. Никогда ещё время не тянулось для парня так медленно, как сегодня. Гарри вообще поражался тому, что смог провести нормальную экскурсию, а не прикусил себе язык во время рассказов или не потопил «Гармонию» вместе со всеми пассажирами от наплыва чувств.       Туристы покидали судно, благодаря гида-капитана за отлично проведённое время. Болтливая блондинка настойчиво всучила ему визитку со своим номером телефона и поцеловала в щёку на прощание. Гарри же искоса поглядывал на единственного человека, интересующего его в данный момент, и ждал, когда же остальные, наконец, разойдутся. Гермиона так и не сдвинулась с места и не повернула голову в его сторону. Радовало лишь то, что она не умчалась вперёд остальных, значит, вполне настроена на разговор.       Вот только о чём им разговаривать? О его внезапной пропаже из магического мира? О том, счастлива ли она в браке с Рональдом Уизли, за которого, скорее всего, вышла замуж? Внутри всё клокотало и переворачивалось от боли воспоминаний и от восторга встречи, от горечи прошлого и какой-то призрачной надежды на будущее.       Вновь переместившись на палубу, он подошёл к ней, гадая, почему же подруга так настойчиво отказывается смотреть на него.       — Гермиона, — неуверенно начал он, — тебе совсем не понравилась экскурсия?       Это был абсолютно дурацкий вопрос, ответ на который интересовал Гарри меньше всего, но ничего лучше в голову просто не приходило.       Она развернулась, поднимая на него полные слёз глаза, а ротик безмолвно приоткрылся. Было видно, что внутри неё гуляет ураган чувств ничуть не меньший, чем у самого Гарри.       Да, Гермиону ломало и корёжило, будто в неё попало несколько «Круцио» одновременно. Ей хотелось и прикоснуться к другу, чтобы убедиться, что это он, живой, настоящий, не игра её воображения. И одновременно с этим возникал порыв достать палочку и накостылять ему по первое число. Да как он мог исчезнуть? Бросить её? Но, несмотря на эмоциональный коктейль, она понимала… всё понимала… Слёзы всё накапливались, готовые политься ручейками по щекам в любой момент.       — Я так рад тебя видеть, — продолжил Гарри, и это стало последней каплей.       Волшебница вскочила и со всхлипом кинулась ему на шею, едва не сбив с ног. Объятия, крепкие, родные и такие знакомые, будто швырнули Гарри в далёкое прошлое, снова обдав градом воспоминаний. Он обнял её в ответ, утыкаясь лицом в пышные волосы, ловя почти позабытый лёгкий аромат её травяного шампуня, и закрыл глаза.