Переломная осень

Дошантажировался. Джек с самого утра ходил с тучей над головой, предчувствуя приближение надвигающегося бедствия. Надо же, Льюису удалось повернуть правила его игры на сто восемьдесят градусов, выставив себя точно таким же шантажистом. Плевать, что с ним будет? Джек, несмотря на мрачный настрой, усмехнулся. Вряд ли новенький тогда осознавал, что говорит, подгоняемый адреналином. Первое, что пришло на ум Форману, когда Льюис практически выпал из машины, — догнать наглеца и... А что «и», — Джек и сам не знал. Поэтому остался сидеть на месте, провожая взглядом невысокую смуглую фигуру с черными волосами, что так необычно переливались на осеннем солнце. Решение теперь оставалось за ним. Если он хотел избавиться от внимания женской половины курса, то ему нужно будет поцеловать Льюиса буквально через четверть часа, чего он не так уж сильно и хотел. Вопрос — что сильнее? Отрицание контакта с парнем или нежелание ходить на свидания и строить отношения? Джек раздумывал над этим битый час, но не мог прийти к общему знаменателю. Пусть он и планировал сосредоточиться на учебе, но, это уже надо признать, никак не предполагал, каким боком выйдет ему его собственная затея задействовать новенького. Хотя Льюис, кажется, особого желания целоваться с ним тоже не проявлял, просто объяснил — довольно аргументно, — почему им придется это делать. Тогда в чем проблема? В чертовых инстинктах и принципах, навеянных обществом и близким окружением. Джек переступил порог универа и сразу бросил взгляд к шкафчикам, ряд которых простилался неподалеку от панорамного окна в холле. Здесь было сосредоточие студентов — кто-то приходил забрать вещи, кто-то, наоборот, их оставлял. Кто-то искал место для перекуса, а кто-то пережидал окно между парами на удобных деревянных скамейках, установленных под невысокими пальмами, украшавшими тот же холл. Брюнет отыскался без особого труда. Единственный бродил вдоль шкафчиков, смотря себе под ноги. Как будто никого и не ждал. Или не хотел ждать. Наверное, он надеялся, что Форман передумает, и уже морально готовился к буллингу. А что на самом деле решил Джек? Он все еще не разобрался с тем беспорядком мыслей, что с самого вечера начал расти в его голове. От досады парень сжал губы в тонкую полоску и буквально заскрипел зубами от горчащего вкуса недовольства самим собой и своей нерешительностью. Но, отсчитав секунд пять, Джек все же сделал шаг по направлению к Льюису. Нога парня лишь на мгновение задержалась в воздухе, пока парень раздумывал, не повернуть ли ему совершенно в другую сторону. И тут Дикстон, его планируемая фиктивная любовь, поднял голову и столкнулся своими большими зелеными глазами с глазами Джека. Оба нервно сглотнули, подавляя желание... убежать? Наверное, да. И Ледяной Джек, который напрочь растерял всю свою ледовитость, так бы и не пришел ни к какому решению, если бы не оклик где-то совсем рядом, на который совсем не хотелось оборачиваться. — Джек! Джек! — дыхание Сары сбилось. Девушка едва ли не бежала к нему через весь коридор. — Ты не хочешь... Джек не стал терять время на то, чтобы дослушать очередное бесившее его предложение прогуляться, пойти в кино, кафе или просто посидеть где-нибудь вечером. Надоело! Нерешительноть улетучилась. Как быстро, однако, можно принять решение, если задействовать — пусть даже и случайным образом — катализатор, или самому себе показать наглядный пример, чем может обернуться выбор противоположного от задуманного варианта. Быстрыми шагами, расталкивая студентов, Джек айсбергом двинулся навстречу совершенно не ожидавшему такого исхода Льюису. — При... — попытался поздороваться новенький. Но Форман боялся, что голос этого парня разрушит всю его накопленную за эти секунды решимость. Не дав Льюису закончить, Джек обхватил своими крупными ладонями такие мягкие на ощупь щеки и придвинул смуглое лицо новенького к себе, чуть наклоняя голову из-за разницы в росте и останавливая взгляд на приоткрывшихся от удивления губах. Пока парень не произнес еще что-нибудь, Форман буквально впечатался в него поцелуем, стараясь не думать о том, что прямо сейчас практически весь универ замолк, увидев неожиданную картину, и о том, какими теплыми и совсем не противными оказались губы Льюиса. *** Что бы сейчас сделала Рин, если бы даже не то, что увидела, а просто узнала, что происходит? Правильно — вставила бы ему по самое не хочу. А Джо бы добавил. Поэтому никому из друзей Лу решил ни о чем не рассказывать прошлым вечером. Он вернулся домой и подумал, что Джек все же передумает и просто продолжит его задирать в своей излюбленной манере. И он совершенно не ожидал такого исхода. Не думал, что окажется прижатым к крепкому телу, мышцы которого приятно перекатывались под пальцами: Льюис под напором опустил их на предплечья блондина. И никак не предполагал, что Ледяная глыба будет целовать до чертиков хорошо, не спрашивая разрешения и бессовестно вторгаясь в рот своим языком. Но какие-то доли секунды спустя это было уже не важно. Парень просто не мог не воспользоваться сложившейся ситуацией, разрешив себе подумать о произошедшем позже. Лучше огладить пальцами твердые мышцы, подняться чуть выше и потянуть за светлые волоски на затылке. Впрочем, удовольствие длилось недолго... Льюис отпустил волосы Джека и уперся своими ладонями в грудь, заставляя прервать поцелуй. Хотя тот, кажется, вошел во вкус. Или просто забыл, с кем целуется? Кажется, что именно так, потому что взгляд его был потерянным, и Джек не мог сфокусироваться, унесенный мыслями куда-то вдаль. Лу тяжело вздохнул, видя это и наблюдая за тем, как постепенно меняется выражение лица парня напротив, пусть он отчаянно и пытался сделать вид, что все в порядке. — Извини, — тихо прошептал Лу. Хотя понимали оба — извиняться тут было не за что. Нужно было просто как-то разрядить обстановку и вернуть Джеку его привычное состояние ледышки. Этому также поспособствовала та девчушка, подбежавшая к ним с такими круглыми глазами, которые Лу уже видел. Когда произошел его каминг-аут в школе. — Ты, — ткнула она в него пальцем, а потом медленно перевела руку с тем же оттопыренным пальчиком в сторону Джека, — и ты? Голос сорвался на писк, хотя казалось, что выше уже некуда. Но Сара умела удивлять. Лу осторожно перевел взгляд с нее на Джека, который чуть поморщился от этого возгласа и бросил короткое: — Да. Уголки губ девушки дрогнули, а глаза наполнились слезами, готовыми вот-вот сорваться вниз. Выходит, Джек только что разбил ее сердце. Или мечты о том, что они когда-нибудь будут вместе. Впрочем... Да, его опасения подтвердились, когда он ощутил, как замолк корпус. Стараясь слишком не пялиться, Льюис осторожно оценил обстановку и отметил, что пялиться не получится. Потому что остальных это совершенно не смущало, и они как раз-таки делали это. Пялились. На их троицу, что прямо сейчас разыгрывала на их глазах настоящую драму двадцать первого века, главным злодеем которой выступал, судя по всему, именно Лу. Хотя пока еще никто не ткнул в него пальцем. Кроме Сары, разумеется. Той пора было бы опустить свою указку, и Джек сделал это за нее, поняв, что она расстроена максимально. Но Лу это уже мало интересовало. Губы все еще помнили теплое прикосновение чужих губ и наглое проникновение чужого языка в его рот, а глаза так и норовили прицепиться к мистеру ледышке, что, казалось, забыл про него. Теперь брюнету хотелось убежать. Или просто стать невидимым и незаметно скрыться с места преступления. — Но... Выйдя из ступора, Сара снова начала мотать головой туда-сюда. — Как это произошло? Вы же вроде ненавидели друг друга? Льюис хотел поспорить, что ненависти к местной звезде не испытывал, а что на уме у того — утверждать не ручался. Но кто бы его сейчас послушал? У студентов, которым довелось видеть события последних дней, уже сложилось собственное мнение, подкрепленное, правда, речами Джека и его дружков. Но уже не суть... Льюис все равно бы не изменил этого одним своим выпадом. Поэтому продолжал стоять, цепляться пальцами в ремень своей сумки и молчать, изредка поглядывая на Джека, который все еще смотрел куда угодно, лишь бы не на него, однако отлично играл свою роль. — От ненависти до любви... — даже хмыкнул для убедительности. Сара хотела еще что-то выдать, но подрагивающие губы не слушались, и девушка не нашла решения лучше, кроме как сделать то, о чем подумывал Лу. Она круто развернулась, всхлипнув на весь холл, и быстрым шагом направилась прямиком к выходу. — Чего уставились? Своих дел нет?! — рявкнули рядом, заставляя оторваться от вида убегающей девушки. Холл оживился — у студентов, надо же, нашлись дела. Интерес к парочке тут же пропал, лишь изредка на них продолжали оглядываться или, наоборот, пытались обойти стороной, хотя до этого направлялись к шкафчикам. Что ж, такое развитие событий тоже можно было назвать удовлетворительным, ведь никто не планировал бить новенького или выкрикивать далеко не самые лестные слова в его — или их — адрес. Льюис обернулся, и лучше бы он этого не делал. Ведь именно сейчас Джек соизволил посмотреть на него, представ во всей красе со своими нахмуренными бровями, сошедшимися к переносице, ходящими желваками и тонкими губами, которые парню стоило бы уже прекращать сжимать до такой одури. Снова Лу задумался про губы. Правда, секунд на пять, но все же мысль успела прочно засесть где-то на подкорке, чтобы в удачный момент напомнить о себе. Джек продолжал наблюдать за новеньким, и тот прислонился к одному из шкафчиков, позволяя себе выдохнуть. Затем снова перевел взгляд на Формана и робко улыбнулся, словно не знал, можно ли дарить этой ледяной статуе хоть какое-то подобие улыбки. — Да уж, — попытка разрядить обстановку номер два, — круто быть популярным. Джек нахмурился еще сильнее. Попытка провалилась. Блондин подошел ближе и тоже прислонился головой к шкафчику, едва ли не копируя движения Лу. Посмотрел пристально в его глаза, вызывая какую-то нервную дрожь на кончиках пальцев. — Я говорил, что все примут это, — он сделал неоднозначный пас рукой в воздухе, — без проблем. — Боюсь, это еще не все. — Что ты имеешь в виду? И снова хмурый взгляд. Лу уже жалел, что решил во все это ввязаться. Чем он только думал, когда хотел позлить Джека и поквитаться за его шантаж? Явно не головой. — Здесь не было твоих дружков. Команды... — Брось, — Джек оторвался от шкафчика и начал закатывать рукава рубашки, — Сара им все уже рассказала. А если не она, то ее подружки. — Перестань. Кажется, Лу не ожидал, что скажет это вслух. Блондин поднял голову, чтобы снова посмотреть на него. Во взгляде читался вопрос, однако новенький не спешил с ответом. — Что перестать? — Хмуриться. Продолжать диалог Льюис не хотел. Настроение бесить Джека, шантажировать Джека или просто попадаться на глаза Джеку пропало. Парень не знал, чего ждать, когда придет в аудиторию. Не знал, как будут смотреть на него однокурсники, остальные студенты и даже команда по боксу во главе с Лео, ведь до них сплетни тоже доберутся, рано или поздно. Жизнь Лу в очередной раз сделала крутой поворот буквально за полчаса, и теперь хотелось только трех вещей — снова переехать, купить в ближайшем Баскин Робинсе огромную банку мороженого и больше никогда никуда не выходить. Позвонить что ли отцу? В кармане тут же завибрировал телефон, как будто кто-то мог и правда прочитать его мысли о побеге, и парень, желая отвлечься хотя бы на что-нибудь, тут же вытащил его и посмотрел на экран. Да он бы сейчас посмотрел в принципе куда угодно, лишь бы не на лицо Джека, которое, впрочем, уже разгладилось, прислушавшись к просьбе Льюиса, и наблюдало за действиями парня. Номер был не знаком, и Льюис списал звонок на спам, отклонив вызов. Дисплей мигнул, сообщая о пропущенном, и снова выключился. Этих нескольких секунд хватило, чтобы передумать о звонке отцу, ведь иначе пришлось бы объяснять, что произошло. Не говорить же Чарльзу о том, что за пару недель Льюс совершил каминг-аут и нашел себе парня. Пусть и фиктивного... — Что дальше, Ледяной Джек? — тряхнув головой, прогоняя тревожные мысли, Лу снова встретился взглядом с блондином. Но Джек молчал, продолжая всматриваться в лицо Льюиса. Парню вдруг показалось, что с новеньким не все в порядке, и внутри возникло желание поинтересоваться, что не так. Или, наоборот, что так... Не важно. Его не должно это интересовать! А вот что делать дальше — этот вопрос и правда нужно решить, и как можно раньше. Идея пришла мгновенно. Джек, не осознавая, что лично подписывается на собственную затею и принимает ее во всей красе, вдруг протянул руку Льюису и ухмыльнулся, второй раз за утро видя его ошеломленное лицо. — Пойдем на пару? *** Аудитория встретила молчанием. Да Льюис и сам не хотел разговаривать, стараясь избавиться от мыслей о том, что его руку крепко сдерживала ладонь Ледяного Джека. Хватало того, что болтавшие о том о сем студенты вдруг резко замолчали, стоило им двоим перешагнуть порог аудитории. Новенькому эта тишина была знакома. А вот Джек, кажется, столкнулся с ней впервые, и теперь пытался держать лицо перед оглушающим молчанием, что было красноречивее любых слов. Прошло несколько секунд, и за это время Льюис успел найти взглядом зареванное лицо Сары, что уже успокоилась и промакивала щеки бумажной салфеткой, сидя в окружении подруг. Рядом с ними стоял Бен и парень с тренировки, который все никак не мог признаться девушке в своих чувствах. Он встретил взгляд Льюиса вздернутым вверх подбородком, но, к удивлению брюнета, неприязни в глазах не было. Только желание защитить Сару. Но от чего? От спектакля, что они разыгрывали с Джеком? Тот все еще стоял столбом, готовый то ли развернуться и пойти обратно, то ли снова рявкнуть на всех, возвращая нимб популярности на место через страх и принуждение. Лу не мог позволить случиться ни тому, ни другому, поэтому взял инициативу в свои руки. Точнее, крепче сжал ладонь Джека, возвращая того к реальности и заставляя посмотреть на себя, и двинулся напролом к его месту, где планировал оставить блондина. Правда, до окончания пары. Наверное, нужно было спросить, все ли хорошо... Но у Лу не поворачивался язык, а Джек снова постепенно ускользал в свои мысли. Все, что осталось сделать Льюису, — это отпустить его теплую ладонь и понадеяться, что ничего плохого не случится. И почему он вдруг стал переживать за Джека? Это же была его идея, его предложение и его шантаж. И Лу бы впору переживать за себя, а не за эту гору популярности, о чем, кажется, остальные начали постепенно вспоминать. Пока Льюис шел к своему месту, тишина развеялась, и взгляды студентов снова разбрелись по аудитории, словно никто ничего не знал и не видел. Бен, стоило Льюису оставить Джека, тут же направился к нему. Как ни в чем не бывало парень широко улыбнулся и протянул руку для крепкого рукопожатия, выводя Мистера Ледышку из ступора и вызывая робкую улыбку, что уже через секунду стала уверенней и шире. — Ну ты даешь! — голос парня отскочил от стен кабинета, но никто даже не обернулся. Теперь все делали вид, что ничего необычного не произошло, и только Бен высказывал удивление окружающих, но при этом ни в чем не обвинял Джека. Из губ Льюиса вырвалась тихая усмешка. В школе с его каминг-аутом смирились не так быстро. И, возможно, и правда здесь было бы то же самое, если бы не Джек. Тот уже освоился со своей ролью или просто мастерски делал вид, что все в порядке. А новенький еще и переживал за него... Не стоило. — Почему ничего не говорил? Льюис не хотел, но все равно подслушивал, да и заняться, мягко говоря, было все равно нечем. — Сомневался, что стоит, — пожал плечами Джек. Брюнет тут же опустил голову, уткнувшись в раскрытую тетрадь. Не хватало еще, чтобы Бен его заметил, а ведь он вполне мог подключить его сейчас к диалогу. Начать спрашивать о том, как у них закрутилось, как им удалось скрывать бурный роман целую неделю и делать вид, что они терпеть друг друга не могут. От додумывания дальнейшего хода развития событий и разговора Бена с Джеком Льюиса отвлек стул, звук придвинутых ножек которого слегка резанул по ушам и заставил снова поднять голову. — Привет. К нему подсела девушка с ярко-розовыми волосами. Она пристально смотрела в глаза, склонив голову на бок. — Я Лика, — представилась она, пока Лу продолжал молчать и не понимать, что происходит, — подруга Сары. — А. — Выходит, ты украл сердце нашего короля... Изо рта чуть не вырвался громкий кашель, но Льюис вовремя остановил себя, постучав по груди и поправив воротник рубашки. — Я ничего не крал. Врать почему-то не хотелось. Как и играть эту чертову роль. Хотя мысли неосознанно и против воли хозяина вернулись к тому, как классно целуется Форман, и Лу почувствовал, как кровь прилила к щекам. Ну, вот, роль играется сама собой, даже притворяться смущенным и влюбленным не нужно. Это подтвердила улыбка Лики, ведь она не поверила ни единому слову. Диалогу завершился так же быстро, как и начался: в аудиторию зашел преподаватель, ознаменовав своим появлением начало пары. — Что ж, — улыбка Лики исчезла. Девушка снова внимательно посмотрела в глаза Льюису, — приятно было пообщаться. Надеюсь, мы еще поговорим.