Devil cinquefoil

      Это самый большой грех, который я буду нести на своих плечах. И искупить его невозможно. В сражении сестра показала всю себя. Она была прекрасна, как рассвет, и ужасающей, как закат под конец суток. Но оказалась неспособной противостоять порождению великого воина. Тем не менее, она всегда была примером для меня, как и Мастер. Битва проходила на спине Великой Черепахи, места, где когда-то была главная лаборатория Владыки-Созидателя, в стенах которых она и родилась, первая из Сестёр третьего ока, захотев умереть там же. Сестра знала, что не сможет устоять, но все равно пошла на это.       На этих строчках охотница в красном заметила подтёки чернил и несколько клякс. Нахмурившись и сжав губы в тонкую линию, Руби продолжила чтение.       Её последние слова звучали так: «Твои мечи тяжелы и остры, а руки сильны, но ты все ещё слаба»… До сих пор, я не могла понять смысла этих слов. Они въелись в мою голову, как паразиты. Но она оказалась права, всегда и во всём была права, я слаба и это факт. Трус — вот кто я, постоянно бегущая от реальности, упивающаяся безнаказанностью за собственные поступки. Возможно, было бы лучше, если я вместо нее потерпеть поражение. Она любила жить, наслаждалась каждым моментом дарованной ей свободы, оставаясь величественной и недосягаемой для меня. Но мне уже тогда надоело всё это, оставалось принять бренность бытия и слушаться приказов самодовольного ублюдка, одним взмахом отрезавшего две, а то и три, головы Гидре. Уничтожил людишек с необычными глазками, получил новую, послушную Тенебрис в лице меня, вместо независимой и своевольной, и подавил появление нового Аватара, что мог бы сменить его. Жалкий червь…       Шумно сглотнув, молодая женщина покрылась мурашками после такого. Но больше всего ее заинтересовали упоминания о воинах с серебряными глазами, по совпадению имевшие такой же цвет, что и она.       Кажется больше ненавидеть уже нельзя, но этот трехглазый обмудок, чтобы его в сраку ебали Церберы и…       А дальше Руби не смогла прочесть, сильно смутившись перечислению всех мыслимых и немыслимых пыток и рекомендуемых партнеров для насильственного совокупления от таинственного писателя.       … доказывает раз за разом обратное, и моя ненависть растет к нему еще сильнее. На меня свалили всю работу по управлению бездарными вассалишками, принуждая так же контактировать с мерзкими «аристократами», да следить за тем, чтобы низшие не повылезали из своих обгаженных нор. Меня можно назвать высокомерной, но что первые, что вторые все на одно лицо и воняют одинаково. Как же утомительно, учитывая, что я отнюдь не дипломат или болтолог, в отличии от малявки Орикс, которая на эту роль больше подходит. Она то любого заболтает до крови в глотке. Кстати о сестрах, теперь же мне еще нужно следить за ними и решать их внутренние распри, хах. Миленькие, младшие сестрёнки, некоторым из которых хочется свернуть их тоненькие шейки. Особенно Сахаре.       Эта мразь, Мундус, посмела создать по подобию Хрономы свою мерзавку, которая помешана на нем, как течная сука в брачный период. Он посмел опорочить образ старшей сестры, как никто другой. Сначала заставил убить ее, а после, словно измываясь, сделал трехглазую стерву, выглядящую, как она, из того же осколка души Тёмного, что и она… Ненавижу ненавижу ненавижу ненавижу ненавижу ненавижу… ненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижу…       Дальше текст стал совсем неразборчивым, в некоторых местах он плыл, словно воды накапали, и от этого Руби стало крайне не по себе. По лицу стекала испарина, сердцебиение чуть участилось. Шестое чувство орало об опасности, било сирену, да и Ревенант чересчур тихий. Хотя разговорчивостью он никогда не славился. Лишь токсичности и ненависти ко всему живому у него хоть отбавляй.       Чтобы убрать лишнюю панику, девушка чуть огляделась, но не обнаружила чьего-либо присутствия в жуткой спальне. Тяжело вздохнув, она вернула взгляд на текст, но резко поняла, что в висок ей упирается что-то холодное и твердое. Со спины стекал холодный пот, а саму Руби бросило в жар. Медленно она повернула голову, чувствуя как скрипят суставы некогда перерезанной шеи, о чём свидетельствует тонкий, почти замкнутый вокруг шеи, шрам, говорящий, что однажды её голова крепилась за тело лишь на ошмётке плоти и мышц под затылком.       Перед серебряными глазами с сузившимся зрачком предстала мертвенно бледная женщина с шестью руками и тремя красными глазами, сидящая на корточках на тумбе с книгами. На ее лице красовалась пустая ухмылка, обнажающая белоснежные зубы, сливающиеся с цветом кожи и волос. Но привлек внимание висящий на ее шее золотой амулет с огромным кроваво-красным камнем посередине. Часть совершенного медальона Вергилия!        — Интересное чтиво?

***

      Данте потирал ушибленную спину и шею после боя с тем высоким рыцарем, идя к сломанному фонтан, на вершине которого лежала нужная ему светящаяся безделушка.       Бой с тем рыцарем окончился странно и неоднозначно. Сначала он не предоставил для охотника в красном трудности, разве что его телепорт, которым он отступал до бойниц. Только потом демон перешёл на рукопашную, усилившись магией, и смог повалить Данте на каменный пол. Затем он схватил его за платиновую волосню, поднял и впечатал в стену, начав душить, только дело до конца не закончил. Увидев вывалившийся из-под водолазки амулет, противник кинул его в кусок стены напротив, ушибив спину, и дематериализовался в облаке синей энергии, исчезнув.       И сейчас он взял в руки «Меланхолическую душу», но сразу же отпрыгнул в сторону. С крыши на него напала Тень, превратившаяся в огромное лезвие алебарды. А артефакт в его руках начал выпускать накопленную энергию впустую.       «Как там Руби говорила? «Одноразовая батарейка»? Нужно поторопиться с Мишель номер два»       Закинув предмет во внутренний карман плаща, Данте выхватил Эбони и Айвори и начал стрелять по жидкой кошке, превратившейся в пантеру с красными глазами, пытаясь выделить ядро или хотя бы проредит её внешнюю материю. Вышло только второе.       Пантера растаяла, оставив парящее ядро размером с арбуз, всё в неказистых разводах, не идущее даже в сравнение с аккуратной жемчужиной Блейк, исписанной красивой гравировкой. Взмах меча, и ядро разлетается на две неравные половины.        — А теперь побыстрее к Руб- — Данте перебил грохот боя в спальне, из которой, спустя секунду, вылетела ранее упомянутая девушка верхом на двери и моргающая своей защитной оболочкой Ауры, что сигнализировала о своём истощении. — Руби!       Полудемон прыжком добрался до летящей цели и поймал её, аккуратно приземлившись, а затем положил Руби, мычащую от боли, на неухоженную траву. Убедившись в том, что у неё нет критических повреждений, взор парня упал на разрушенный фасад, скрытый не улёгшимися облаками пыли.        — Да не боись. — из дыры вниз спрыгнула женщина-демон с белой кожей, длинными белыми волосами, тремя глазами, один из которых был на лбу в вертикальном положении, шестью руками, четыре из которых заняты катанами и отведены назад, и в вечернем платье. Демон отмахивался от пыли и шёл на сближение. — Я всего пару раз стукнула эту девку. Парой переломов обойдётся, хотя по звуку я будто по металлу била.        — Угх… — Данте встал в полный рост, перешагнул не опомнившуюся напарницу, оставив её за спиной, и начал расхаживать из стороны в сторону. — Я только дрался с тем фриком, а теперь ещё и ты. Дайте хоть немного перевести д-       Данте осёкся, не успев договорить, когда увидел золотой амулет на шее незнакомой демоницы. Тот самый, который был у Вергилия, сейчас висит на белокожей шее этой мечницы в сандалиях. Добровольно Вергилий с ним бы не расстался, готовый за него глотку перегрызть родному брату, а это означает, что она его, скорее всего, убила.        — Амулет. — его взгляд не предвещал для демоницы ничего хорошего. Только она, кажется, совсем не почувствовала угрозы от жажды крови парня.        — Амулет? — она вопросительно подняла бровь и оглядела себя, пока не посмотрела на предмет на шее будто впервые его видит. — Аааа, ты про этот амулет? Я его у одного парнишки забрала, как ты выглядит, только бледный, как труп.        — Значит, ты добралась до моего братца. Не могла бы вернуть семейную реликвию обратно в семью, — он улыбнулся максимально радушно, с трудом скрывая свой гнев, и почти что пропел: — Пожалуйста.       — Мммм… Нет. — ехидно ответила она, улыбаясь во весь рот, с виду обычных человеческих зубов. — Я здесь, чтобы грохнуть тебя. — она указала концом угольно-чёрных ножен на него, а затем кивнула на встающую на ноги Руби. — И её заодно. Подумать только, кто-то из недобитков сереброглазых выжил после того, как я пустила на мясо всех, как я думала, до одного.        — Видит бог, я хотел по хорошему. — почёсывание затылка перешло в выхватывание меча и укол прямо в живот, небрежно отведённый хлопком ножен по лезвию от легко отскочившей противницы, вдогонку прописавшей Данте удар по затылку другими ножнами.        — Медленно. — демон ударила всё ещё убранной в ножны катаной сбоку.       Данте попытался отвести этот удар , но не смог из-за того, что либо она такая сильная, либо эти мечи весят тонну. К сожалению для него, верны оба пункта. С трудом удар врага был перенаправлен в землю и ответом должен был послужить тычок гардой Аластора в средний глаз на лбу, но демоница просто-напросто наклонилась назад, как профессионал в лимбо, и ответила ударом пяткой в глаз с разворота.        — Смотри в оба. — шестирукая встала в горделивую позу, положив одну из катан на плечо. Той же самой катаной она отбила удар косой со спины. — Про тебя я не забыла. Сопишь, как при насморке.       Руби отступила, пытаясь перевести дыхание. Несколько рёбер погнулись во внутрь и теперь она не может дышать полной грудью, обходясь мелкими вдохами. Она встретилась с Данте взглядами и показала пальцами жест «пистолет» выхватывая обрез винтовки.        — Тараканыш не говорил тебе не отводить взгляд от врага?! — едва не пропустив удар сверху уже двумя ножнами, Данте повернулся в бок, проскользнув между ними, и направил Койот-А прямо в лицо демоницы, стоявшей настолько близко, что он мог услышать её ровное сердцебиение. Они с Руби не заставляют её даже напрячься. По обрезу пробежались синие молнии Аластора.        — Приятного аппетита. — спокойно сказал Данте и спустил курок. Усиленный выстрел заставил её отступить на пару шагов назад, запрокинув голову назад. Только она приложила пустую руку к лицу, выпрямилась и провела ладонями вниз, как после споласкивания лица. Упавшая картечь выбивала стуки о каменную кладку. На белоснежном лице почти не было повреждений, кроме малюсенькой синей точки на щеке и дырочки на кончике носа. Демон беспардонно сморкнулся, избавившись от нескольких дробинок.        — Интересная игрушка… — прозвучала оценка от мечницы, отмахнувшейся одной из катан от крупнокалиберной пули Руби, как от мухи.       Охотница в красном начала обстреливать демоницу со всех сторон, ища незащищённые места, но везде её пули останавливались лакированными ножнами из демонического дерева, растущего в Лесу Рубинового дракона.       Данте поддерживал напарницу, используя приём «Миллион ударов», но лишь треть от хаотичного града тычков достигала белой кожи. Ещё меньше могли оставить хотя бы тонкий порез и лишь единицы попадали по кровеносным сосудам, пуская контрастирующую с кожей тёмную кровь.       Поняв, что противника перед ними не одолеть в нынешних условиях, Данте выхватил пистолет с щёчками из слоновой кости, направил в небо и выстрелил два раза, а затем, после паузы, третий. Руби приняла сигнал к отступлению и потянулась к силе внутри себя. Её вторая способность, полученная от Ревенанта — «Теневая форма». Она покрылась чёрной дымкой с оранжевыми «венами» и побежала напролом прямо на демоницу.        — Какая-то форма берсерка? — демон не удивилась, хоть и впервые за свою ОЧЕНЬ (!!!) долгую жизнь видит такое. Рывок Руби был похож на суицидальный, и демоница беззатейно обрушила на макушку покрытой тенью девушки одну из закрытых катан. Поймав удар, Руби будто стала дымовой гранатой, выпустив обширное облако непроглядного смога, чем немного выбила мечницу из колеи. Через этот газ даже её особые глаза ничего не видели, а потому, навострив слух, и чувствуя кожей каждое дуновение ветра, она взялась за рукоятки катан крест накрест и готовилась атаковать. Только, стоило дыму развеяться, она обнаружила, что стояла в саду совершенно одна.       Расслабившись, она обратила свой взор куда-то вниз и хищно улыбнулась.        — Не уйдёте.       Арбитра, нынешняя Тенебрис среди Сестёр Третьего Ока, созданная из осколка души Тёмного, иномирного Аватара Тьмы, руками Владыки-Воителя, Марса, и когда-то учившая искусству меча самого Спарду, вышла на охоту на сына своего единственного ученика.