рассказы по Рамерии- 5

— Папа, ты куда собрался? — спросил своего отца Мон-Со. — Надо, по делам. — ответил ему его отец Дин-Ми. — Пап, ты пошел к ней, да? К той женщине, Миле-Сай? Я видел тебя с ней. Я знаю, что ты встречаешься с другой женщиной потихоньку от нашей мамы. Ты изменяешь маме с ней. Ее зовут Миле-Сай, она твоя подруга... Зачем ты так делаешь? Зачем ты предаешь маму? А еще учишь меня быть честным и не врать людям... А зачем ты тогда обманываешь нашу маму? И ты встречаешься с другой женщиной? Почему так? - Слушай, Мон-Со, - сказал ему раздраженно его отец. Мал ты еще так думать. Не твое это дело - куда, и с кем, и зачем я пошел. Куда хочу, туда и иду. Вот, вырастешь, вот исполнился тебе восемнадцать, закончишь ты школу - и будешь ты сам тогда делать все, что захочешь. А пока что сиди дома и учи уроки, то, что тебе на завтра задано. Или, если ты сделал все, то погуляй сходи, пока погода хорошая. И не лезь ты во взрослые дела. Мал еще. Отец хлопнул дверью и ушел. — Идиот! - сказал про себя Мон-Со, - Сам обманывает маму, а меня еще учит не врать никому и быть честным. Вот, возьму, обману тоже кого-нибудь, а потом пусть отец попробует что-то сказать мне! Ладно, пойду я к Кау... Нет, этому, значит, можно маму обманывать, а мне людей - нет, так что ли? Мон-Со и Кау-Руку на данный момент, где-то 13-14 лет. Они учатся в школе, в одном классе. Мон-Со зашел к Кау и отправился с ним гулять. — Ты чего грустный такой, Мон? — спросил его Кау-Рук. - Чего случилось-то? Обидел кто? Поругался с кем? — Отец матери изменяет, вот что, — ответил ему Мон-Со. - Я сам недавно несколько раз у нас в Бассании видел, как отец ходит с ней. С этой Миле-Сай. По парку гуляет. И как в кафе они вместе сидят. Она его подруга, то есть, конечно любовница. Он спит с ней. Сам учит меня не обманывать никого. А сам обманывает маму. Идиот! — Да, твой отец, конечно, поступает нехорошо по отношению к матери, - сказал ему Кау-Рук, — но, знаешь, Мон, не лезь ты в эти взрослые дела. Не лезь. Еще хуже будет. Я думаю, что взрослые сами разберутся, как им жить, а если ты скажешь маме, то будет еще хуже. И ты еще больше поругаешься с отцом. Лучше сиди себе тихо-мирно, читай книжки, или видео смотри. Родители сами разберутся без тебя, как им быть. Они взрослые люди. У нас с тобой другие дела - мы же ведь хотим поступать с тобой в летную академию после окончания учебы в школе. Хотим быть летчиками. Летать - и чтобы в небе быть, а под тобой земля, вода, и вообще вся планета… Представляешь, какое это зрелище? Ты летишь, управляешь самолетом или вертолётом. А вся земля под тобою. Наверное, это восхитительно!!! (За кадром звучит песня «Небо выбрало нас», из фильма «Не отрекаются любя».) — Да уж, - сказал ему Мон-Со, — наверное, это действительно так здорово. А что ты думаешь насчет того, о чем недавно сказали по телевидению и радио - что за много тысяч световых лет отсюда, ученые обнаружили новую планету, Беллиору. И говорят, что на ней есть жизнь, и возможно, что на ней даже живут люди… И говорят, что, если мы прилетим туда, то можно будет ее колонизировать - а жителей ее превратить в рабов.. Как ты смотришь на это, Кау? — Если насчет того, что просто слетать и посмотреть на планету, какие есть на ней формы жизни, кто там есть: люди, птицы, звери, как они живут, чем питаются, какая у них есть техника, культура, это, наверное, очень интересно, — сказал ему Кау. А вот насчёт колонизации... Не надо, Мон. Мы и так уже поработили арзаков. Сделали их своими рабами несколько лет тому назад. Зачем еще захватывать этих беллиорцев? Вот зачем? Я думаю, что они, вероятно, милые и безобидные люди - и ничего не сделали нам. Зачем еще их захватывать-то? — Странный ты, Кау, - усмехнулся Мон. Ты отличаешься небывалой лояльностью к арзакам. Гипнозом ты не пользуешься, хотя можешь, делаешь все сам, рабов почти что не используешь дома по назначению. Не ругаешь ты их ни за что. Как и твоя мать. А вот твой отец, как я понял, что использует арзаков как рабов - как настоящий менвит. Это я понял по тому что видел, когда несколько раз бывал у тебя дома. - А зачем? - спросил его Кау. - Арзаки такие же люди, как и мы. Они очень умные и талантливые. И много чего умеют и знают. И да, мне кажется, что зря мы это сделали, что поработили араков и зря внушили им, что они - наши рабы и должны все делать для нас. Вернее, за нас, Зря все это... - Ну, нашёлся защитник арзаков, - рассмеялся Мон-Со. - На фига тебе это? Арзаки - наши рабы. И они должны повиноваться нам. И делать все то, что мы им говорим. У тебя у самого-то хоть арзаков в роду не было? А то уж очень ты добренький по отношению к ним... А еще, знаешь, я слышал, Кау, что взрослые под гипнозом могут сделать с арзачками… - Что же? - Ну, сам подумай, Кау, — усмехнулся Мон. - Зачем все это? - грустно сказал ему Кау. - Если уж арзачка полюбит менвита, то она может полюбить его и так просто, без гипноза. И не надо будет его к ней применять - и делать что-то там с ней под гипнозом. Ведь никому не будет от этого ни любви, ни счастья: ни ему, ни ей. Любовь должна быть взаимной и обоюдной. А не под гипнозом. И да, если потом в итоге родится ребенок-полукровка - то куда его? В детдом? Или он останется с матерью? - Не знаю, - ответил ему Мон. - Я как-то не думал о таком, просто слышал о том, что менвит под гипнозом может проделать с арзачкой всякое. Типа как, наверное, даже внушить ей, что она его любит. — Плохо все это, — ответил ему Кау. - Не надо было так делать с арзаками на этом Пиру. Я почему и думаю, что, может быть, улететь на эту Беллиору, и остаться там надолго, подальше от всего этого ужаса. От нашей теперешней рамерийской реальности, что мне очень не нравится. - Странный ты, Кау, - сказал ему Мон. - Ты же ведь менвит, Избранник. Мы избранная раса Вселенной. Ты же ведь главнее их, а думаешь, как какой-нибудь аразак или полукровка. И делаешь много чего сам. И постель наверняка сам себе застилаешь, и сам себе готовишь что-то? И, возможно, что сам даже моешь посуду... — Ну да, и что в этом такого? — спросил его Кау. — Ничего, просто странно как-то все это для менвита, - сказал ему Мон-Со. - Не понимаю я тебя. - Я не нуждаюсь в твоем понимании, Мон, - ответил ему Кау-Рук. - Я живу так, как мне нравится, как я считаю нужным. Если я считаю, что мы плохо сделали, что поработали арзаков, то это лишь мое мнение. И ничего не вижу плохого в том, что какой-то менвит обслуживает себя сам. - Все равно, странный ты, Кау, — задумчиво протянул Мон-Со. Да. я понимаю, что тот же отец мне говорит, что в принципе-то мужчина должен уметь сам делать много чего. Ок, я тут с ним в чем-то согласен. Но что-то ведь арзаки и могут за нас делать? - Возможно, - сказал ему Кау, — но, как ты знаешь, в летной академии не будет скорее всего слуг. Там учатся одни лишь менвиты, и там нам многое придётся делать самим, тем более, что это военная академия, а там дисциплина очень строгая. И за то, что ты опоздаешь на утреннее построение, или там на утреннюю гимнастику, тебя могут очень сильно отругать, даже прилюдно при построении - и поставить на какой-нибудь наряд вне очереди. И никакой арзак там тебе не поможет. Так что, учись, Мон, все же делать что-то сам в этой жизни, если ты после школы хочешь поступить в летную академию. А это военное учреждение. И там с тобой церемониться никто не будет. _ Ну да, в чем-то ты прав, - задумался Мон-Со. - Да, там как я понимаю, что надо будет сдавать при поступлении математику, физику, астрономию, много спортивных нормативов. Да, надо готовиться, я знаю... Ясное дело, что никто не будет поступать за меня, и учиться там за меня тоже никто не будет, раз я хочу быть летчиком. Немного еще поговорив о том, о сем, парни разошлись домой, каждый думал о своем. Кау-Рук - о том, что в принципе-то было бы интересно посмотреть на новую планету, Беллиору. И узнать, как же там живут люди, пообщаться даже бы с ними - если они там есть, но во всяком случае, не колонизировать же и не захватывать же их. А Мон - об измене и предательстве отца, и о том, что, как он думал, менвиты, наверное, все-таки правильно сделали, что поработили арзаков и сделали их своими рабами. "Да, многое мужчина должен уметь делать сам, я согласен в этом с отцом", - подумал про себя Мон-Со. - Но, с другой стороны, раз арзаки - наши слуги, то они и должны что-то делать за нас. Хотя бы какую-то работу по дому, прибираться там, варить, Обед, ужин... А его дело конечно же, учиться, и учить те предметы, что нужны для поступления в летную академию. И готовиться по спортивным нормативам, так как без этого его в летную академию не возьмут, если он эти нормативы провалит. Даже если остальные экзамены он на двенадцать баллов сдаст. **** Когда Кау пришел домой, он первым делом спросил мать: «Мама, почему менвиты поработили арзаков?» - Не знаю, сынок, - ответила ему мать, Лана-Сай, - наверное, потому что так захотел наш Верховный Правитель Гван-Ло. По мне... мы вполне себе спокойно жили раньше. До великого пира. До Дня Величия и до порабощения арзаков. Арзаки вполне себе талантливый и умный народ, я не знаю, с чего это Гван-Ло решил поработить их, я тоже не в восторге от всей этой его затеи, в отличие от твоего отца, Ли-Рука. Он-то как раз был очень рад тому, что арзаки теперь слуги и рабы. - Это плохо, - сказал маме Кау-Рук. - Да, и я это понимаю, сынок, - ответила она ему со вздохом. - Но... Что уж с этим делать. Такова теперь наша жизнь. - А вот Мон-Со нравится идея порабощении арзаков. И то, что они должны теперь быть нашими рабами, - грустно сказал ей Кау-Рук. - Я считаю, что он неправильно думает совсем. А еще он сказал мне, что слышал такое, что менвиты может с арзачкой под гипнозом... эээ, ну я думаю, что ты сама поняла, о чем речь. - Кау, ну, как можно о таких вещах думать?- ответила ему мать. - Кто тебе такое сказал, Мон-Со? Идиот он, этот твой Мон-Со, раз с детства уже о таких вещах думает. - Мама, ну я знаю, что меня не в капусте нашли, - сказал ей Кау-Рук. - Будто я не знаю, откуда дети берутся? Что ты меня за маленького считаешь? - Все равно, - сказала ему мать, и поделилась своими мыслями: - Я считаю, что если, допустим, менвит полюбит по настоящему, искренне, девушку, пусть даже и арзачку, тут можно вполне обойтись безо всякого гипноза. И любить ее просто так. Главное, чтобы они оба были счастливы. И любили друг друга взаимно. - Наверное, ты права, мама, - вздохнул Кау. - Только Мон почему-то так не думает... - Ну вот, ты и спроси у него - почему он так не думает?