dispute to death

— Слушай… а чё делать теперь? — вдруг спрашивает Тарталья, уже весь день пялясь в телевизор. Становилось скучно, Скарамучча всё время молчал, почти не реагируя на слова друга. — Тебе же говорили, — выдыхает Скара, смотря в потолок. — Сидим смирно, на жопе ровно, пока Моракс договаривается с Царицей о нас… — вдруг Скарамуш поднимается с дивана, подходит к плотно закрытому окну и пытается открыть, но, конечно же, ничего не выходит. — Душно пиздец… — Кондей есть, — Чайльд включает кондиционер, и Скарамучча благодарно кивает, падая обратно на кровать. — Слушай. Ты же сын бывшего правителя Инадзумы и брат действующего. Если тебе навредят, то это не развяжет войну? — вдруг спрашивает Тарталья, поглядывая на друга. Тот тяжело вздыхает, пожимая плечами. — А ещё я работал на Фатуи и предал их. Две стороны одной медали. Конечно, может развязать, но что с этого будет? Война между странами? Окей, и дальше? Никому легче не будет, так что, если ты хочешь предложить какой-то вариант, который типа подведет к войне, то забудь, — Скарамучча качает головой, и рыжеволосый замолкает, неуверенно кивая. Скара смотрит на часы, покусывая губу. Он, конечно, прогнал Казуху сам, но… волнуется всё равно. Как бы с ним ничего не случилось, тем более точно же врёт, что не выходит на улицу. — О нём думаешь? — рядом Тарталья хмыкает, и Скарамуша передергивает. Он качает головой, пожимая плечами. — У тебя всегда такое лицо, когда ты говоришь о нём… — Какое? — Хм… милое. Хмуришься, но в глазах тепло, — Чайльд хихикает, и Скарамучча бьёт его подушкой по лицу, не желая даже слушать ничего об этом. Тарталья смеётся ещё громче, прикрываясь руками. — Не говори чепухи… нет у меня ничего в глазах! — снова пихает его парень подушкой, за что получает небольшой пинок в ногу. — Ладно-ладно…       Успокоившись, они снова садятся рядом с друг другом, поглядывая на фильм, просто чтобы немного расслабиться. Скарамуш всё же улыбается небольшой бойне с Тартальей, отвлекаясь от глупых мыслей. — Знаешь… Зря я, наверное, вспылил на Чжун Ли, — вдруг говорит тихо Аякс, опуская взгляд на свои руки, лежащие на коленях. Скара удивленно приподнимает бровь. — Почему? — искренне интересуется темноволосый, ведь прежде крайне мало знал о мужчине, запавшего в душу его другу. И теперь есть прекрасная возможность узнать поближе всё это. — Ну… раз он правитель… Это и правда ценная информация, делиться с ней с врагом, даже если мы и подружились — опасно. Я понимаю теперь его, но… Всё равно немного обидно. Типа… мы правда очень подружились, — Тарталья неловко чешет затылок, не решаясь рассказать кое-что ещё, что, возможно, тревожило его. И Скара не напирает, ждёт, когда тот сам всё расскажет. — Впрочем, теперь легко понять, откуда у него деньги, чтобы снять нам такой отель, ведь… не я его на самом-то деле снимал, — парень усмехается. — Так же откуда у него связи… достать билет на самолет за такое короткое время, сделать так, чтобы нас рассекретили как можно позже, невозможно для обычного консультанта. Я теперь понимаю… странно, что раньше не подумал о таком, — Аякс хихикает, но как-то грустно. Скарамучча опускает ладонь на чужую, поглаживая и стараясь подбодрить, хоть и не совсем умел это делать. — А как вы познакомились? — вдруг и правда становится интересно Скару. Ведь как Чайльд смог зацепить самого правителя Ли Юэ? Да и не просто зацепить, они подружились, общались, Моракс помог им… это многого стоит. — Ха… Глупо. Просто столкнулись в магазине, пока я был на первом задании в Ли Юэ. Разговорились… ну и как-то само, а потом… — вдруг Чайльд прерывается, кажется, снова не решаясь рассказать что-то важное. Скарамуш хмурится, но старается поддержать. — Потом…? — Он признался, что ему показалось, что у нас одинаковые татуировки. Но просил… не показывать свою. Мы всё ещё не знаем, но… Эх… — Тарталья качает головой, стараясь не смотреть на шокированного темноволосого. — Всегда боялся об этом говорить. Я не знал, почему он не хочет знать о нас правду. Теперь осознаю, что ему либо не выгодно, либо не ту пару он искал всю жизнь… Может, он ждал красивую девушку, умную, образованную, а не такого оборванца, как я, который выбился хоть как-то в свет благодаря… черным делам. Где он, а где я? Помогал он тоже, видимо, просто из-за факта, что мы можем быть соулмейтами… Не то, чтобы меня это обижает, ха, но… — Тарталья кусает губу, Скара замечает даже немного крови и придвигается ближе, обнимая друга. — Не говори так. Ты… хороший человек… В жизни бывает, что соулмейты не сходятся, это не так страшно. Да, неприятно вначале, а потом вовсе забывается. И всё же… может, у него есть другие причины? — Скарамучча тихо уточняет, пытается успокоить Чайльда. Он знает, что обнадеживать глупо, но и пугать тоже. В конце концов, что случится, если они не окажутся вместе…? Скара не представляет плохо это или хорошо… — Да, нормально. В начале мы почувствовали, кажется, к друг другу какое-то… притяжение… Ну, чувство, что нас будто тянет к друг другу. И как-то сразу… словно что-то нашел важное, понимаешь? Вот потерял… и нашел. Но со временем это чувство стало проходить… Я давно не видел Чжун Ли, но недавно, встретившись с ним вновь, я не почувствовал ничего… Лишь обиду? И всё… больше ничего, будто бы… Снова пустой, — Тарталья выдыхает, качает головой и откидывается на спинку дивана. — Да и, может, и не соулмейты мы вовсе? Может… ему показалось? Я так и не видел его тату… Всё возможно. Наверное, так и есть… неважно. Я пока не хочу думать об этом, — Чайльд прячет лицо, и Скарамуш на секунду замечает в голубых расстроенных глазах искру слез. Он прикрывает губы, и привстает, начиная легко щекотать друга. — Так пока и не думай. Всё решится, всё будет хорошо, — Скара хихикает, когда Тарталья вдруг переворачивает друга, нависая сверху и самостоятельно начиная его щекотать, заставляя Скарамуччу начать дергаться и биться ногами, ощущая неприятное покалывание от холодных рук рыжеволосого. — Кхм… — резкий кашель рядом с ними пугает двух парней, и они отскакивают друг от друга. Казуха стоит прямо над ними, сложив руки на груди и улыбаясь. Скарамуш лишь на секунду чувствует, как немного краснеет, осознавая, что светловолосый застал их немного в компромативной позе. Ведь… обжиматься так и гладить чужие голые бока из-за задранной рубашки странно. Даже если ради того, чтобы вызвать щекотку. — Казуха! — Скара подскакивает с дивана и встаёт, замечая ещё один синяк на лице другого. Тот отмахивается от беспокойного взгляда юноши, садясь на диван и тяжело вздыхая. — Разговор у меня к вам…       Парни застывают, смотря на вдруг посерьёзневшего Каэдэхару. Тот хлопает возле себя, приглашая Скарамучча сесть обратно на диван. — И о чём? — спрашивает Тарталья, пока Скара садится между ним и Казухой, двигая их в стороны, чтобы те освободили ему больше свободного места. — Я кое-что узнал… Как-то фатуи нашли информацию, что сам правитель отсутствует в стране. Конечно, они ещё не узнали, что вы здесь, но вполне могут. Ли Юэ поделено на несколько правлений, но все вопросы решает главный правитель. И пока его нет, фатуи решили действовать не в лучшую для нас сторону. Нин Гуан возглавляет Цисин, но находится в главном здание правительства, лишь чтобы обезопасить главное здание Цисин. Недавно я наведался туда… — Так ты выходил на улицу?! — Казуха даже не успевает разойтись в своем рассказе, как Скара снова подскакивает на диване и нависает над альбиносом, заставляя его тяжело выдохнуть. — Да. Присядь, малыш, — от прозвища Скарамуш и правда садится обратно, широко открыв рот и облокотившись об Каэдэхару, который тихо хихикает, качая головой. — Я бы не хотел, чтобы они навредили вам, когда вычислят ваше местоположение. А по моим информаторам, они сделают это очень скоро. Так что… мне пришлось попросить у Цисин помощи. Моя тётя не подавалась на уговоры перевести вас в Снежную, так же связаться с Райдэн… в общем. Она считает, что Моракс прав и что надо следовать его плану. Но будет лучше, если мы уже окажемся в Снежной, и предстанем перед Царицей. Я уверен, что… мы сможем найти договоренность. Но рисковать вашими жизнями сейчас… — Каэдэхара качает головой, что заставляет Скара тихо щелкнуть языком. Чайльд хмурится, недоверчиво оглядывая светловолосого. Какой шанс, что с ними всё будет в порядке? — И ты уверен, что таким способом не подвергнешь нас ещё большей опасности? — хмыкает Аякс, и Скарамуш удивленно переводит на него взгляд. С каждой секундой внутри растут сомнения, и, видя это, Каэдэхара перехватывает ладонь парня в свою, сжимая. — Вы можете мне не верить. Но я правда хочу вам помочь… Скара… я хочу защитить тебя… — он кусает губу и тянется к карману, что-то доставая и протягивая темноволосому. Тот аккуратно забирает вещь в руках, крутит и замирает, когда узнает.       Эта статуэтка…       Он видел её.       У мамы на столе. Когда она ещё не была больна, правила и была хорошей мамой…       В глазах проявляется слёзы, и он прижимает к груди статуэтку, тихо всхлипывая. — Это сердце бога. Древний артефакт, что годами хранила твоя мама. Когда твой отец погиб, многие говорили, что его душа перешла в эту статуэтку. И вся его сила и величие тоже. Не знаю, сказки это или нет, но в какой-то момент многие захотели выкрасить эту статуэтку, чтобы стать такими же смелыми, сильными и благородными, как твой отец. Одному удалось… после этого статуэтка считалась потерянной без вести, а твоя мама лишилась ума, — Казуха неловко чешет щеку, прячет взгляд и старается не дышать, видя, как в глазах Скарамуччи мелькает то страх, то непонимание, то счастье от находки. — Откуда это у тебя…? — тихо спрашивает темноволосый, убирая от себя статуэтку и осматривая её с разных сторон. От неё будто искрится электричество, но он сжимает в руках фигурку сильнее, выдыхая. — Эм… украл? На одном из вечеров я заметил, как какой-то богатый идиот хвастается сильным артефактом. Ничего не стоило незаметно забрать её… Сначала я хотел использовать это в своих целях, но… Это твоё. И я должен вернуть тебе то, что принадлежит твоей маме, — так же тихо отвечает Казуха, глядя, как от ответа Скарамуш только сильнее прижимает к себе Сердце Бога. — Спасибо… — Не стоит. Я хотел это сделать ещё вчера, но… решил, что ты и так расстроен, я не хотел тебя больше шокировать, — Каэдэхара неловко смеётся. Конечно, он не надеялся, что таким образом сможет подкупить темноволосого. Совсем нет. Сердце Бога не имело для него ценности, он знал, что там и правда таится невообразимая сила, которую пока никто так и не узнал, как выпустить. Но не за этим он гнался… Сейчас, когда он видит, что фигурка у хозяина, его собственное сердце бьется быстрее от счастья. Он выдыхает с улыбкой. Будет лучше, если такая опасная вещь когда-нибудь вернётся к своему хозяину. — Хорошо… И? Как ты планируешь нас перевозить? — возвращаясь к диалогу, Тарталья с интересом разглядывает Сердце Бога. — Ха… Бэй Доу… кхм… В общем. В секрете от тёти она согласилась вас взять на борт и перевести через море к самой Снежной. К несчастью, плыть будем долго, какой бы скоростной корабль у нас не был, но всё же так безопаснее, — объясняет альбинос, уверяя в том, как нужно. Скарамучча согласно кивает, хмыкая. — Раз так… то ладно. Но учти, у меня, возможно, морская болезнь, — соглашается Скара, а Тарталья смеётся. Каэдэхара качает головой, следя, как Скарамучча прячет Сердце Бога, со спокойной душой вздыхая.

***

      Чтобы не медлить, Казуха провожает их до огромного лайнера уже на следующую же ночь. Их встречает красивая женщина с улыбкой на лице. — Что? Сбежали от неё? — хмыкает Бэй Доу, качая какой-то напиток в руке. Каэдэхара кивает, даже не желая рассказывать, как засунул в коробки парней и довез до фургона. Если бы Нин Гуан хоть на секунду взглянула в окно и увидела это… что ж, возникло бы много проблем. Как хорошо, что она всегда занята, а охрана не заметила ничего странного. — Не спрашивай. Идём, лучше, если нас никто посторонний не заметит, — потянув парней на лайнер, Каэдэхара первым направляется внутрь, идя по разным коридорам и доводя их до какой-то каюты. — Большой он… — тихо говорит Тарталья, садясь на удивительно мягкую постель. — Не самый большой, — вдруг отвечает Бэй Доу. — Вам повезло, что я делала тут остановку и забирала пассажиров. Так как это лайнер, будет плыть до Снежной ну… не меньше недели, — кивает женщина, прикидывая в уме, сколько им нужно проплыть. Скарамуш бледнеет, опуская голову на руки. — Брось. Зато здесь нет Фатуи, тут тщательно проверяют информацию о посетителях лайнера. Так что мы эту неделю в безопасности, — Каэдэхара подбадривает темноволосого, который качает головой, тяжело вздыхая. — Не переживай. Твоя болезнь пройдёт, тем более можете немного повеселиться на горках, там ты быстро забудешь о своих горестях, — женщина хихикает, встаёт и отряхивается. — Горках…? — Скарамучча поднимает голову, удивленно смотря на Бэй Доу. Та кивает с улыбкой на губах. — Завтра посмотрите. А теперь спать, через пятнадцать минут уже двинемся. Тебе лучше заснуть сейчас, чем потом. Это двуспальная каюта, соседняя одиночная. Выбирайте и ложитесь, завтра увидимся, — женщина машет рукой и убегает, закрывая за собой дверь. Парни снова вздыхают, особенно отчаянно это делает Скарамуш, падая на постель и закрывая глаза, делая, как его просили. Пытается заснуть. — Я в одиночную, вы тут сами, — вдруг подскакивает Чайльд и покидает их, пока Скара немного подскакивает, обиженно смотря на друга. Но тот уже скрывается за дверью, и Скарамуш тихо вздыхает. — Ну… я могу упросить Бэй Доу на ещё одну каюту, — чешет затылок Казуха, так и стоя, не зная, куда себя теперь деть. Скарамучча качает головой. — Не хочу один оставаться… Так что, если можешь, поспи со мной, — тихо просит, и Каэдэхара расплывается в улыбке, расправляя одеяло, ложась и накрывая им и себя, и темноволосого. — Не переживай так. Я оставил сообщение Нин Гуан на столике «вашей» квартиры. Она сообщит Мораксу, что мы на пути. Знаешь… он бы разбирался с этим месяц. Такой он болтун. А Фатуи не спят, они бы нашли вас за это время. Мы просто заставим немного быстрее действовать, а так же побудем там, где нас никто не найдет, — Казуха немного поглаживает спину Скара, когда он резко оборачивается и ложится к альбиносу на плечо, беспокойно прижимаясь поближе. — Ещё обязательно придёт сообщение твоей сестре. Я уверен, она сразу направится в Снежную. Возможно, мы приедем в одно время, — Каэдэхара хихикает, слушая, как выравнивается дыхание Скарамуша. На секунду он чувствует, как их встряхивает, и лайнер медленно начинает двигаться, заставляя Скарамуччу неловко заерзать. — Спи. Сладких снов, и ничего не бойся, — легкий поцелуй остаётся на макушке темноволосого, который наконец засыпает, прижавшись к боку Казухи.

***

— Проснись и пой, — над головой Скарамучча слышит мягкий голос и лениво открывает глаза, замечая, как над ним нависнула фигура, преграждая солнце в иллюминаторе. — Отьебись, — тихо просит парень и через секунду понимает, что над ним Казуха… так ещё и без футболки! — Ты! Откуда ты?! Где одежда?! — подскочив, он забрасывает одеяло на молодого парня, ощущая, как всё равно краснеет. — Эээ… я из душа? И ты сам попросил остаться, — альбинос жмёт плечами, укладывая одеяло обратно, и проходит к небольшому шкафу, забирая из сумки футболку.       Наконец Скарамучча вспоминает, что в дрёме и неком страхе он чуть ли не заставил другого лечь рядом с собой, прижался своим телом и заснул… Можно ли оправдаться тем, что он был слегка напуган и сбит с толку? Он попытается.       Выдохнув, Скара встаёт с постели, поглядывая на Каэдэхару, который уже одевался полностью, расчесывая мокрые волосы. — Душ…? — вдруг вспомнив про слова светловолосого, Скарамуш покусывает губу, пытаясь принять решение. А нужно ли ему туда идти, толпиться у входа? Если честно он даже не знает, как работает лайнер, чтобы искать душевую… Где это вообще? — Ага, — Казуха указывает на дверь возле себя, и Скарамучча удивленно понимает, что это вообще-то дверь — не выход из каюты. Он встаёт, приоткрывает её и с шоком понимает, что здесь есть целая ванная. Небольшая совсем, правда, комнатка: с туалетом, раковиной, зеркалом и душевой. Всё компактно, но определенно удобно. Скара неловко заходит внутрь, пока его не останавливают. — Замок не работает. Так что не закрывайся, застрять можешь. Я не буду заходить, так что мойся спокойно, — Казуха осторожно предупреждает парня, и тот кивает, не видя проблемы.       Плотно прикрыв дверь, он сбрасывает с себя одежду и залезает в душевую, включая прохладную воду. Совсем рядом было маленькое зашторенное окошко, и он выглядывает в него, замечая лишь… воду. Он сглатывает, снова закрывая шторку. Как-то было страшно. Осознавать, что ты в открытом море. Один… А если…?       Мысли страшные лучше прогонять, понял Скарамучча, принимая быстрый душ. Его, что удивительно, не настолько сильно укачивало, как он думал. Он не чувствовал себя так уж плохо, так что вздохнул свободно. Он боялся идеи плыть на корабле. Он представлял маленькие каюты, где он будет заперт с несколькими людьми, на гамаке. Питаться черт знает чем, пить воду маленькими глоточками. Ну и… работать? Почему-то пришло представление о маленьком старом корабле, но никак о… круизном лайнере?       Выйдя из душевой, он обтирается полотенцем, лежащим в стопке и, видимо, нетронутым. И вдруг понимает.       А одежду-то он не взял…       Посмотрев на грязную одежду, он переводит взгляд на дверь. Он мог бы надеть её, и всё было бы неплохо, но она уже была… грязной. И неприятной. Ради чего он мылся-то?       Со вздохом, он опоясывается полотенцем и стучится в дверь, аккуратно приоткрывая. Он тут же слышит вопросительное мычание от светловолосого. — Слушай. Я одежду забыл взять… мог бы ты дать пакет черный в сумке? — Скарамучче неловко, и он безумно смущен, но что теперь делать? С каждым бывает. Он слышит шуршание и тихий смех. — Конечно. Не беспокойся об этом, — через несколько секунд ему протягивают нужный пакет, и Скара не глядя на Казуху, который, слава всему, его не видел, скрывается снова за дверью, схватив одежду.       Переодевшись, он выходит к парню, который лежал уже на диване, залипая в планшете. Заглянув ему через плечо, Скара хихикает, замечая какую-то игру на разгадывание всяких загадок. — О. Ты всё? — увидев темноволосого, Казуха выключает планшет, откладывая в сторону. — Пойдём завтракать? Точнее, уже обедать… Ну ты и соня, — Каэдэхара смотрит на время, качая головой, и встаёт с дивана, отряхиваясь. — Давай, пойдём. Нужно хорошо питаться, — подгоняя к выходу из каюты, Казуха перехватывает запястье Скарамуччи, выводя его из комнаты. — К Тарталье зайдём? — вдруг спрашивает Скарамуш, заметив дверь соседней каюты, куда, возможно, заселился Аякс. Казуха хмыкает, качая головой. — Он заходил утром. Сказал, что пойдёт завтракать и смотреть, что тут вообще есть. Думаю, он без нас веселится, — Каэдэхара ведёт по длинному коридору темноволосого за руку. Пока тот обеспокоенно залипает на его татуировку, радуясь, что сам надел толстовку и мог прикрыть эту страшную вещь. Но беспокойство за Тарталью возросло. Что, если с ним что-то случилось? — Не бойся за него. Здесь безопасно, поверь. Найдем мы его здесь как-нибудь… и пойдём куда захочешь. Хочешь на горки? — Казуха пытается успокоить парня, тот сначала кивает, а после быстро отрицательно мотает головой. Он же не ребёнок, чтобы любить горки… — Ну вот… плавки искать ещё, — Каэдэхара смеётся и наконец выводит его куда-то… где у Скарамуччи глаза лезут на лоб при виде горок, шезлонгов, бассейнов вокруг. Он приоткрывает рот, не зная, как реагировать. И это маленький лайнер? Что же тогда для Бэй Доу большой…? — Пойдём, — заметив восхищение Скарамуччи, Казуха ведёт его вперёд, прямо туда, и Скара лишается дара речи. Никогда в жизни он не видел такое… — Это ещё не всё.