Его чёртовы веснушки

Bangtan Boys (BTS), Stray Kids (кроссовер)
Слэш
NC-17
В процессе
34
автор
Размер:
планируется Миди, написано 67 страниц, 5 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
34 Нравится 5 Отзывы 9 В сборник Скачать

Часть 4

Настройки текста
Кто не любит сладкое? Ну, ладно, есть такие смельчаки, авантюристы, что могут смело заявить, что они предпочитают что нибудь другое. Но всё же, те, кто не может устоять перед печеньем с шоколадной крошкой, явно побеждают в этой гонке. Именно поэтому, отсидев долгие, мучительные пары, после чего потренировав своих учеников, Чимин, как примерный семьянин, собрав всю свою волю в кулак, пошел в ближайший супермаркет. За печеньем? Ага, десять раз. Феликс, увидев какой-то потрясающий рецепт печенья на Ютубе, пел серенады о том, какое это печенье потрясающее и что они просто обязаны сделать его сами, сегодня же, потому что дело срочное, не терпящее отлагательств, иначе ему это печенье будет сниться. Встретив Пака после занятий, блондин даже слушать ничего не стал, просто отбуксировал его в супермаркет, вручил ему в руки тележку, и как истинный полководец, повёл по рядам, попутно сметая с полок даже то, что и не требовалось в рецепте. — Ты уверен что нам это нужно? — скептически поинтересовался Чимин, когда в тележке появился острый рамён. Несколько пачек. — Для тебя с Чонгуком стараюсь, — беззаботно пожал плечами Ли. — Ты, кстати, видел сколько он жрёт? — Растущий организм, как он сам себя называет, — разводит руками розоволосый. Чонгук и правда может есть за троих, а рамёну, этот любитель фастфуда, будет безумно рад. Обойдя все ряды, временами отклоняясь от списка, из-за чего, в тележке теперь радостно красуются несколько банок колы и всякой вредной еды, и всё-таки добравшись до ингредиентов для заветного печенья, парни даже немного поспорили, что же лучше взять для начинки: шоколад, или арахис? Сошлись на обоих вариантах. Всё же сложно устоять, когда тебя страстно целуют в закутке между стеллажами. Чимину, даже тогда показалось, что они немного напугали не молодую посетительницу супермаркета, которая хотела что-то взять с полки, а в этот момент Феликс сладко простонал: «я убью тебя, если тронешь его» как раз в тот момент, когда Чимин уже хотел подразнить его, запустив руку в штаны, для полного примирения. Пак признавал, по крайней мере самому себе, что у него начинается зависимость от этого мальчишки. Ему постоянно хочется к нему прикасаться, целовать, чувствовать его близость. Такая тяга у него была впервые, но он совершенно не хотел этому противиться. Ему нравилось то, как у него подгибались колени от улыбки Феликса, как трепетало всё внутри, от его заразительного смеха. А когда Ли смотрел на него, своими огромными, наивными, наполненными нежностью и восторгом глазами, хотелось скулить, потому что ничего членораздельного, он просто не мог произнести в эти моменты. Чимина затягивало на самую глубину нежных чувств к Феликсу, и он, чёрт возьми, был счастлив. Купив всё, что требовал список Феликса, и даже чуть больше, они наконец пришли домой, сгрузив все пакеты на кухню. Блондин сразу же приступил к приготовлению печенья, которое было гвоздём программы на сегодняшний вечер, вовлекая в процесс и самого Чимина, что был только за, ведь не каждый день на твоей кухне хозяйничает предмет твоих грязных мыслей, в милом фартучке, кстати который, Чимин так и не мог вспомнить, не понятно откуда взялся. Устроив не большой погром на кухне, Феликс был так сильно увлечён процессом, от чего его глаза горели не поддельным, детским восторгом. Иной раз казалось, что ему больше нравится сам процесс, чем ожидаемый конечный результат. Феликс умел и любил готовить. Опрометчиво включив миксер на самую высокую мощность, от чего по кухне разлетелся небольшой фейерверк из шоколадного теста, Ли звонко засмеялся, понимая что чутка увлёкся. — Чёрт, ты такой милый… — слова сами слетели с губ Чимина, что наблюдал за всем происходящим. Вид измазанного в шоколадном тесте Феликса, вызывал щемящее чувство умиления где-то в груди. — Хён, ты меня смущаешь, — закусил губу блондин, смущённо краснея, что безумно нравилось Паку. Поддавшись чуть вперёд, Чимин аккуратно стёр с щеки Феликса каплю сладкого теста, демонстративно облизав палец. Он даже не представлял, насколько жарко в этот момент стало Ли, взгляд которого не упускал ни одного движения пухлых губ напротив. Чимин провёл пальцем по своим приоткрытым губам, оставляя на них влажный след, проследив за вмиг потемневшим взглядом блондина. Он схватил Феликса за футболку и притянув к себе, медленно провёл языком по мягким губам. Так медленно и чувственно, что у младшего вмиг подогнулись колени, а затем Пак ласково поцеловал его. Чуть сладковатый язык розоволосого тут же без препятствий вторгся в рот Феликса, и тот поражённо простонал, признав свою капитуляцию. Чимин попытался выразить через поцелуй всю нежность, что испытывает к парню, притягивая его плотнее к себе и сжимая его в объятиях. Поцелуй получился пожалуй самым трепетным из всех, что у них были. Одной рукой Пак нежно ведёт по спине блондина, что поддается его ласкам, прогибаясь как кошка, а вторую запускает в мягкие волосы и прижимает его плотнее к себе, углубляя поцелуй. Его язык хаотично скользит по чужому, чем вызывает очередной стон. — Малыш, — ласково зовет Чимин, с придыханием в припухшие губы и довольно улыбается. — Мм? — слабо отзывается разомлевший от ласк Феликс, не торопясь открывать глаза. — Мы забыли про печенье. — тихо смеётся розоволосый, чуть отстраняясь. — Блин, точно! Феликс резко переключил всё своё внимание на приготовление печенья, дотошно отмеряя ещё какие-то ингредиенты в мерном стаканчике, всё тщательно перемешивая, постоянно проверяя всё ли идет правильно, как указанно в рецепте. Дав указание Чимину измельчить плитку шоколада, он сам бегал по кухне, увлечённо добавляя что-то новое в общую миску с тестом. — Вунш Пунш какой-то… — хихикнул блондин, в очередной раз что-то вмешивая в общую массу. — Определённо тёмная магия, — посмеялся Чимин, окидывая взглядом хаос на кухне, — Иначе как объяснить то, что тут погром? — Айщ, потом уберём. — отмахнулся парень, затем протянул руку к старшему. — Мед брат, скальпель, то есть шоколад. Срочно. Мы его теряем. — Так точно! Наконец скатав из теста небольшие колобочки, и чуть придавив их, немного сплющив, Феликс, критично осмотрел свою работу, и оставшись довольным промежуточным результатом, с важным видом отправил своё произведение искусства в духовку, уверенный, что всё должно получиться просто идеально, иначе и быть не могло. — Ты молодец. — хвалит его Чимин, облапошивать плечом о косяк дверного проёма. — Повремени хвалить, пусть для начала испекутся. — прищурившись, Феликс рассматривает своё детище, сквозь стекло духовки, как кот, что наблюдает за рыбками в аквариуме. — Даже если они получатся не так, как ты планировал, я съем всё, до последней крошки. — Обещаешь? — блондин поднимает на него взгляд, полный восхищения, будто бы Пак пообещал ему купить кусочек земли на луне. — Ну… Если будет совсем ужасно, у нас есть Чонгук. — невозмутимо пожимает плечами Чимин. — Ах ты!! — возмущению блондина не было предела. — Так вот значит как?! Дружный смех заполнил всё пространство кухни. Пока у них было время, до готовности печенья, парни осмотрели то кулинарное побоище, что оставили за собой, и принялись устранять весь беспорядок на кухне, перекидываясь колкостями и просто болтая обо всём подряд. Им было до невозможности уютно друг с другом. Подобная бытовая рутина не казалась им скучной, наоборот, было уютно и тепло находиться рядом друг с другом в такой домашней обстановке. Чимину нравился домашний образ Феликса, взъерошенный, как маленький цыплёнок, весь перепачканный мукой, с этим милым фартучком с оборкой по краю, хозяйничает на его кухне, наводя порядок, после беспорядка что сам же и устроил. Он такой невинный и нежный. Хотелось сгрести Ли в охапку и никогда не выпускать из объятий. Но зная каким страстным Феликс может быть, у Пака волнующе затянуло внизу живота. Ладно, сначала изнежить в объятиях, а потом можно и что нибудь менее целомудренное... — Хён, ты так смотришь на меня, мне аж страшно… — голос Феликса вырвал Чимина из раздумий, и он понял что последние минут пять, просто пялится на парня. — Прости, засмотрелся тут, на кое кого. — тихо посмеялся Пак. — Да? И кто же это мог быть? — Ли упорно продолжал делать вид, что не понимает о ком идёт речь. — Да, есть тут одна, очень аппетитная задница… — Чимин невольно облизнул губы, продолжая пялиться на стремительно краснеющего блондина. Смущать Феликса было невероятно приятно. — Ох, прекрати… — хихикнул младший, пряча лицо за только что вымотой миской, стоя у раковины. — А иначе что? — Чимин подошел вплотную, забирая из рук парня посуду, аккуратно поставил миску на столешницу куда-то за спину Феликса, продолжая изучать лицо парня взглядом. Им невозможно налюбоваться. — Хё-ён… — прохныкал Феликс, окончательно смутившись. — Ты, кстати, знаешь, что когда краснеешь, твои веснушки становятся ещё ярче? — Пак аккуратно провёл кончиками пальцев по трогательно розовеющей щеке парня, от чего тот, сразу же подался навстречу ладони. Мягко придерживая лицо Феликса, Чимин аккуратно поцеловал манящие губы парня. Первые поцелуи хотелось оставлять именно такие, нежные, трепетные, чтобы показать всю свою нежность. А затем уже целовать крепче, глубже, заявляя о своих правах. Не то что бы Феликс сопротивлялся, он наоборот, каждый раз, буквально сдавался заново. Совершенно без боя. Поцелуи становились жарче, или это так казалось. Но воздух раскалялся и стремительно сгущался. Чимин подтолкнул Феликса в сторону стола, не разрывая поцелуев и по собственнически забираясь руками под футболку, оглаживая и сжимая в объятиях, хрупкое и такое желанное тело. Сидя на краю стола, Феликс уже был готов начать умолять Чимина, чтобы тот сорвал с него одежду и грязно взял его прям на столе. Он честно держался из последних сил, отвечая а жаркие поцелуи и провокационные ласки. Чимина всегда было мало, Феликс скучал по его прикосновениям, даже тогда, когда тот был рядом. С трудом оторвавшись от припухших, сладких губ блондина, Пак нежно мазнул влажным поцелуем по скуле парня, и схватив его волосы на затылке, грубовато оттянул назад, вынуждая прогнуться в спине и дать доступ к манящей шее. Сразу же впившись в нежную кожу поцелуем, розоволосый услышал одобрительный, тихий полустон. Хотелось больше, чтобы Ли стонал громче, поддавался и отдавался полностью. Чимину казалось что он готов хоть сейчас раствориться в этом парне. — Чёрт, детка, ты невероятен… — с придыханием произнес Чимин. Его голос возбуждённо охрип, что ещё сильнее будоражило Феликса. С каждым разом поцелуи становились всё жарче и настойчивее, что никакой ледяной душ уже не спасёт. Очевидно, что просто безобидными играми это всё не закончится. Почувствовав ощутимый стояк блондина, сквозь грубую ткань джинс, Паку захотелось взвыть. Чуть навалившись на податливое тело, он вжался бёдрами между раздвинутых ног, глухо простонав куда-то в шею блондина. Феликс буквально таял в собственнических объятиях розоволосого, он упивался каждым прикосновением, поцелуем, взглядом и мимолётно произнесённого слова. Он уже давно понял, что влюбился. Ещё тогда, когда впервые увидел Чимина в университете. В тот момент ноги предательски стали ватными, а земля стремилась уйти из под ног. А сейчас, Феликс отдавался этим объятиям, и не мог поверить что всё это действительно происходит с ним. — Что за хрень?! — голос Чонгука прозвучал слишком внезапно. Во всей этой умиротворённой атмосфере, он прозвучал так, будто кто-то царапнул гвоздём по стеклу. — Господи, ну зачем именно на столе? Как мне теперь за ним есть? Боже, за что… — Чонгук-а, пошёл вон отсюда, — голос Чимина ни сколько не дрогнул. Такое ощущение, будто его вообще ничто не может вывести из равновесия в таком состоянии. Он даже не отстранился от шеи Феликса, продолжая прижиматься к парню. — Это общая кухня, — обиженно пробубнил Чон, но уходить не собирался. Он так и стоял в дверном проёме, подпирая косяк плечом. — А я, между прочим, хочу есть. Надеюсь, на ужин не твой сладкий мальчик. — Иди к чёрту! — Чимин всё же отстранился от Феликса, напоследок огладив его спину и бока, будто бы извиняясь за то, что ему нужно выпустить его из объятий. — О нет, не останавливайтесь, что вы, я вам ни капли не помешаю. — Чон уже буквально глумился. Застать друзей в такой пикантной обстановке, было забавно. Но он всё же поблагодарил всех возможных Богов за то, что не пришёл на несколько минут позже, иначе, эта картина травмировала бы его на долгие годы. — Ещё слово, и ужинать будешь за дверью, — глаза Чимина уже чуть ли не метали молнии. Он ревностно бросил взгляд на Феликса, который так и сидел на столе, но не знал куда себя деть. — А кстати, что на ужин? — внезапно переключился Чонгук. Казалось, ничто не может его смутить, когда выбор встаёт перед едой. — В шкафу лежит ремён, в холодильнике мясо. Приготовь и на нас тоже. — буднично произнёс Чимин, стягивая Феликса со стола и подталкивая его к выходу с кухни. — Эй, а как же моральная компенсация, всё-таки я травмирован вами двумя! — Вот именно, тебе нужно отвлечься. — хохотнул Пак и скрылся в дверном проёме. — На десерт будет печенье! — отозвался Феликс, прежде чем его бесцеремонно утащили в другую комнату. Им вслед послышался недовольный бубнёж и возмущённое хлопанье ящиками. Видимо Чонгук решил сдаться и всё-таки приготовить ужин самостоятельно. — Боже, мне так стыдно… — краснея промямлил Феликс, прикрывая лицо ладонями. — Правда? — Чимин недоверчиво поднял бровь. — Пф, нет, — смеётся Феликс, — Совсем нет. Чуть не пропустив нужный момент готовности того злосчастного печенья, Феликс снова бегал по кухне, на этот раз то с горячим протвинем, то с тарелкой, на которой, пирамидкой, красиво уложено было то самое печенье, вокруг которого, за весь вечер было больше суеты, чем вокруг свадьбы самой королевы Великобритании. В этот раз, Чимин не лез под руку, просто наблюдая со стороны за тем, как Феликс отбивался от набегов Чонгука, что пытался стащить хотя бы одну печенюшку с тарелки, но каждый раз его отгоняли полотенцем, как вредного, не послушного кота. Атмосфера в квартире царила уютная, по домашнему тёплая и умиротворяющая. — Хён, помоги, — хныканье Феликса, выдернуло Чимина из его ленивых мыслей о том, что он бы вечность наблюдал за тем, как двое его близких людей, шуточно дерутся из-за нескольких печенюшек, — Иначе нам ничего не достанется! — Хён, на чьей ты стороне? — подключился Чонгук, загоняя младшего в угол. Они выглядели до уморительного забавно, как два чертёнка на плечах, каждый пытался перетянуть Пака на свою сторону, но он всё равно стоял и бездействовал, просто получая удовольствие от битвы века, что разворачивалась перед ним. Вечно голодный Чонгук готов был биться до конца, об этом говорили его озорные оленьи глаза, на дне которых плясали чертята, а в свою очередь Феликс, готов был защищать свою гордость до последнего, оставаясь непреклонным, не смотря на всю тяжёлую артиллерию давления на жалость со стороны Чона. Сжалившись, и наконец разняв неугомонных парней, Чимин рассадил их по разным концам стола, насколько это вообще было возможно. Ужин проходил всё так же, в лёгкой и уютной атмосфере, за шутками и болтовнёй в основном ни о чём. Феликс, наконец сжалившись, скормил Чонгуку добрую половину печенья, радуясь как ребёнок тому, что Чон поглощает его кулинарный шедевр, словно пылесос. — Вот это пасть! — в очередной раз воскликнул Ли, когда целое печенье кануло в небытие во рту Чонгука. — Хён, нет, ну ты видел это? — Магия, детка! — развёл руками Чонгук, довольно улыбаясь и тщательно пережёвывая печенье. — Хватит ставить опыты над моими друзьями, — посмеиваясь, Чимин пытался оттащить Феликса от Чонгука, который уже хотел затолкать ему в рот три довольно больших печеньки. — Я проверяю вместительность! — невозмутимо отозвался Ли, продолжая гаденько хихикать. Это явно была месть за посягательства ранее. Уже ночью, лёжа в кровати и прижимая к себе спящего Феликса, что ревностно обнимал подушку во сне, Чимин не мог им налюбоваться. Казалось что в этом парне всё соткано из нежности и чувственности. Даже сквозь сон, он то и дело что-то бормочет и мило улыбается. В этот момент Паку хочется скулить от льющихся через край чувств и эмоций. С первой встречи Феликс покорил его, незаметно поселился в самом сердце и завоевал его душу, хотя Чимин даже не бился и не сопротивлялся. Он сам пошёл навстречу и отдал всего себя взамен на то, что теперь само солнце лежит в его постели и не отдает назад подушку, собственнически прижимая её крепче. Зарывшись поудобнее в шею Феликса, Чимин крепче прижал парня спиной к себе, чем вызвал очередной сонный бубнёж, от которого сердце сладко сжалось, и уже начал погружаться в сон, когда звук уведомления на телефоне привлёк его внимание, выдёргивая из сладкой дрёмы. Обычно, так поздно Чимину никто не пишет, но раз сообщение пришло в такое время, значит что-то срочное. Любопытство победило, и аккуратно, чтобы не разбудить блондина, Пак выбрался из постели. [Неизвестный отправитель] 02:16 Я каждый день думаю о тебе… И даже сейчас.

[Park Jimin] 02:18 Кто это?

[Неизвестный отправитель] 02:18 Я буквально схожу с ума, каждый раз, когда вижу тебя, или прохожу мимо. Одного взгляда достаточно, чтобы моё тело на тебя реагировало.

[Park Jimin] 02:19 Если это шутка, то не смешная.

[Неизвестный отправитель] 02:19 Чимин-щи, ты только посмотри… Я схожу по тебе с ума. И в доказательство своих слов, незнакомка отправила фото, которое Чимину хотелось бы не видеть. Не то, что бы она была не красива, нет, тело девушки с фотографии было более чем прекрасным, но Чимин такого рвения с её стороны не оценил. К счастью, детально Пак ничего не рассматривал и на сетчатке глаз не успело отпечататься полностью обнажённое тело девушки, только общие очертания. Её лицо было предусмотрительно прикрыто, и понять кто это, было невозможно. Не то что бы парень горел желанием узнать её, но было бы неплохо узнать своих поклонников и объяснить что так делать не надо.

[Park Jimin] 02:22 Я конечно польщён таким вниманием, но это лишнее.

[Неизвестный отправитель] 02:22 Разве я тебе не нравлюсь? И после этого сообщения последовал шквал фотографий, в разных позах, в красивом белье, или без него. На некоторых промелькнувших снимках, было видно как она сама себя ублажает. Пак в этот момент испытал испанский стыд. Вроде бы незнакомка делает эти непристойные и унизительные вещи, а стыдно почему-то ему. Щёки горят от смущения и Чимин ничего не может с собой поделать. Ему крайне неловко и не приятно от всей этой ситуации. Может быть, кого нибудь другого это и заинтересовало, но Пака такое сильно отталкивало. Он был не так воспитан, и в первую очередь он ко всем относился уважительно, а то, как вела себя совершенно незнакомая девушка, было неуважительно к себе и к Чимину в том числе. Быстро удалив переписку и закинув девушку в чёрный список, Чимин вернулся в постель к Феликсу, который сквозь сон уже начал искать его, недовольно шаря руками по простыням и хныкая во сне. — Спи малыш, я тут, — нежно погладив парня по щеке, Пак прижал его плотнее к себе, зарываясь в блондинистые волосы на макушке. — Всё в порядке? — сонно пробубнил Феликс куда-то в грудь Чимина. — Да, всё хорошо, спи. — нежно поцеловав его в висок, розоволосый наконец расслабился и выбросив из головы неприятный инцидент, провалился в сон.

***

Все следующие дни, Чимина не покидало противное, липкое чувство, будто кто-то за ним следит и чуть ли не дышит в затылок. Он всё списывал на те сообщения, где ему тонко намекнули что за ним чуть ли не следят, но вроде бы в своём окружении он не замечал странного поведения от кого либо. Постоянно вглядываться в толпу в универе было бессмысленно, вокруг постоянно сновало множество студентов, а та странная девушка вроде как успокоилась и больше о себе не давала знать. С трудом списав всё на свою паранойю, Пак попытался отмахнуться от постоянно сверлящего чувства в затылке, списывая это на разыгравшуюся фантазию. Но долго радоваться не пришлось. На четвёртый день, когда Чимину уже начало казаться что про него и не вспомнят, телефон призывно запищал, оповещая о новом сообщении. [Неизвестный отправитель] 17:06 Ты сегодня такой задумчивый, мне нравится твой серьёзный вид :) Следом после этого сообщения, у Чимина на затылке зашевелились волосы, а всё тело покрылось противными, будто бы липкими мурашками. Ему прислали очередное фото, на котором был он, сидящий в библиотеки, где он и был до сих пор. Оглянувшись в ту сторону, предположительно с ракурса откуда его снимали, Пак конечно же никого не увидел. В том углу никого не было. Отвратительно скребущее чувство снова вернулось, ощущение этого взгляда в затылок будто бы стало ярче и сильнее, будто этот сталкер находится прямо за спиной, в шаге от Пака, мокро дышит в самую шею и создаёт ощущение что прятаться и бежать некуда. Что его везде найдут. Дрожащими руками Чимин кое-как набрал сообщение, пытаясь не оборачиваться по сторонам и не выдавать своей тихой паники.

[Park Jimin] 17:08 Прекрати меня преследовать, мне не приятно твоё внимание.

[Неизвестный отправитель] 17:08 Как ты мог такое подумать! Я тебя не преследую, а просто наблюдаю. Не сердись на меня, я не делаю ничего плохого.

[Park Jimin] 17:11 Мне не приятно такое внимание. Пожалуйста прекрати это делать.

[Неизвестный отправитель] 17:11 Нет. Чтобы что-то запрещать, ты должен быть моим парнем :)

[Park Jimin] 17:12 Извини, но я вынужден тебе отказать.

[Неизвестный отправитель] 17:12 Очень жаль… Может ты все-таки передумаешь, оппа? Чимину почему-то стало ещё больше не по себе. Ему показалось что в последнем сообщении, проскользнула как будто бы лёгкая угроза. Хотелось в это не верить. Хотя казалось бы, что может ему сделать девушка, тем более которая назвала его «оппа», значит она младше. Паку хотелось верить что она ему ничего не сделает, а значит беспокоиться не о чем. Он старательно пытался убедить себя в этом. В очередной раз, удалив переписку и заблокировав свою анонимную, пугающую воздыхательницу, Чимин собрался и быстрым шагом покинул библиотеку. Ему впервые было чертовски не комфортно находиться здесь. Эта странная девушка буквально осквернила тот островок покоя что был в универе. Выйдя на улицу, Чимину показалось что всё то время, что он шёл по коридорам, он не дышал. Наконец вздохнув полной грудью холодный осенний воздух, Пак постарался отбросить неприятные мысли, и пошёл в сторону кофейни, где договорился встретиться с Феликсом и Чонгуком после занятий. Чимину было приятно что лучший друг поладил с Феликсом, наблюдая, как эти двое дурачатся, сердце в груди буквально разбухало от переполняющего его тепла. Вот и сейчас, подойдя к кофейне, Пак наблюдал за тем, как Чон гоняется за блондином по газону рядом со зданием кофейни и что-то кричит, от чего Ли буквально визжит и с широкой улыбкой пытается спастись от неугомонного друга. — Вы людей пугаете, — подойдя к ним поближе, хохотнул Пак. — Хён! — радостно воскликнул Феликс, вскидывая руки в верх, в которых уже были зажаты два картонных стаканчика с кофе, — Это тебе! — подбежав к нему, протянул один стаканчик Чимину, а после, сразу же упал в его объятия, уютно зарывшись лицом в шею. — Твой парень слишком своенравный! — к ним подошел раскрасневшийся и взъерошенный как воробей от беготни Чонгук. — Я всего лишь проявляю заботу о хёне, — недовольно дует губы Феликс, пробормотав своё недовольство куда-то в куртку Паку. — Но кофе мог остыть. — Это всего лишь предлог, — отмахивается Ли, — Так и скажи, что ты просто посягнул на чужое… — Вы оба такие заботливые. — засмеялся Чимин и расслабленно выдохнул, прижимая разомлевшего от близости Феликса крепче к себе. Наконец-то тревожное чувство его отпустило, позволяя расслабленно выдохнуть и насладиться близостью и теплом любимых людей. Рядом со своим солнцем и лучшим другом, Чимин ощутил полное умиротворение и уютное спокойствие. Наконец-то это пугающее недоразумение, в виде анонимной воздыхательницы его не тревожит. Казалось бы, Чимин взрослый человек, а такая, пусть и неприятная, но мелочь, грозилась вывести его из равновесия. Несколько дней он ходил как на иголках, чуть ли не вздрагивая от каждого шороха, или громкого звука, пугаясь как ребёнок после страшилок, а сейчас, стоя в парке и обнимая блондинистое чудо, Чимин со спокойной улыбкой слушал очередную историю Чонгука, что эмоционально жестикулировал, придавая своей истории еще больше эмоциональности. Наконец-то он нашёл свой островок безмятежности. Пак настолько расслабился и отвлёкся, что не услышал звук уведомления на телефоне, что покоился в заднем кармане.

***

Очередным островком спокойствия, для Чимина стала студия хореографии, в которой он мог, хоть и не на долго, но остановить поток нервных мыслей. За последние дни, его нервы сматывали буквально в клубок. Каждый день, Паку приходило хотя бы одно сообщение. Это могло быть очередное провокационное фото той девушки, милые, только на первый взгляд сообщения, с пожеланиями доброго утра, или приятного аппетита, когда он сидел в кафетерии с друзьями, так же его фотографии издалека, где они с Чонгуком или Феликсом гуляют по аллее возле университета. Крайне неприятно и даже страшно, стало, когда она прислала фото где Чимин стоит в обнимку с Феликсом, а следом пришло сообщение что с ней, Пак смотрелся бы конечно же лучше. В первую очередь стало страшно за Феликса, потому что о нём знали, а ревность, проскальзывающая в сообщениях, была видна и ощутима невооружённым взглядом. Чимин ничего не рассказал Феликсу, не хотел его пугать, но Чонгука он просветил в эту жутковатую историю, за что, сидя в гостиной на диване в их с Чоном квартире, получил пару раз подушкой по голове, и крики о том, что он своим безрассудным молчанием подвергает себя опасности, в виде сумасшедшей сталкерши, которая ходит за ним по пятам. В тот вечер, Чонгук насильно, чуть ли не за руку, как ребёнка, привёл Пака в полицейский участок, заставил писать заявление о преследовании, грозясь расправой над ним, если тот не начнёт что-то делать с этой ситуацией. Заявление, конечно же приняли, записали все номера телефонов, с которых были написаны сообщения, даже для протокола взяли несколько фотографий той особы. Хотя, скорее всего, эти фото им были нужны меньше для дела, а больше для личной утехи, поскольку лица на них так же не было. Конечно же, им пообещали разобраться, хотя в успех верилось с трудом. Закончив разминку перед занятием, Чимин начал повторять движение танца, которому учил своих учеников в этот раз. Погружаясь в своё любимое занятие, он полностью смог отпустить свой страх. В стенах светлой студии, на начищенном до блеска паркете, Пак снова ощущал ту невесомость и лёгкость, что всегда была у него раньше, до того как груз тревоги не опустился на плечи. Настолько погрузившись в танец, Чимин не заметил, как в помещение уже вошли несколько его учеников и заворожённо наблюдали за каждым движением. Наконец открыв глаза, он увидел нескольких ребят, что даже шелохнуться боялись, чтобы не нарушать ту атмосферу, что создал Пак своим танцем. — Рад вас видеть, — легко улыбнулся розоволосый, отмечая про себя, что тут даже улыбаться легче. Когда речь заходит не о близких, с которыми Чимину всегда комфортно, в последнее время, с посторонними он даже улыбалса как-то надломленно и натянуто. Мило поболтав с рано пришедшими учениками, и дождавшись остальных, Чимин провёл тренировку, продолжая удерживать в себе это чувство лёгкости, по которому невероятно скучал, не смотря на то, что когда в зал пришли все, кто у него занимался, чувство тревожности немного подступало, пытаясь ухватить его, но в танце, Чимин был быстрее, не позволяя сковать себя этими липкими кандалами. С последними аккордами выбранной для танца песни, Чимин закончил тренировку, замирая во главе зала и пытаясь удержать безмятежное состояние чуть дольше. Имея привычку танцевать с закрытыми глазами, он удерживал своё внутреннее равновесие под сомкнутыми веками, оттягивая момент, когда нужно открывать глаза и возвращаться в реальность. Поблагодарив всех своих учеников за хорошую работу, Пак не торопясь начал собираться, дожидаясь Чонгука, который обещал за ним зайти. После того как Чон узнал о сталкерше, он твёрдо заявил о том, что либо он будет встречать друга с работы, либо, пока полиция не найдёт виновника в нервотрёпке его лучшего друга, по темноте Чимин ходить в одиночку не будет. Спорить было бесполезно, и кроме как согласиться с идеей телохранителя в виде брюнета, у Чимина других вариантов не было. — Чимин-аа... — неприятно протянув гласные, позвала Пака одна из учениц, та самая Харин, что слишком самокритична к себе. — Аа? — в её же манере отозвался парень, стараясь скрыть своё внезапно накатившее раздражение. — Я хотела узнать, — мило улыбнулась девушка, стараясь изобразить эгьё, — Я всё же считаю, что мне нужно больше практики, сможем ли мы когда нибудь позаниматься индивидуально? — Если ты так считаешь, то конечно, — Чимин старательно пытается улыбаться так же очаровательно и открыто, — Ты большая молодец, раз так серьёзно подходишь ко всему. — Правда? — Харин буквально сияет от похвалы. Для неё это лучшая мотивация. — Конечно! Продолжай так же стараться, а насчёт индивидуального занятия, я тебе позже скажу. — ободряюще улыбается Чимин, краем глаза замечая что Чонгук вместе с Феликсом уже ждут его в дверях. Когда Харин, вместе с подругой проходят мимо, Чон как цепная собака, недовольно передразнивает её «Чимин-аа» и злорадно скалится, когда девушка скрывается в коридоре, напоследок злобно зыркнув на брюнета. За всё это время, Чонгук пытается лично разнюхать что к чему, и с подозрением относится ко всем девушкам в окружении Чимина, у кого более менее похожая комплекция, как у той что на фото, не исключая того, что это могут быть и не её снимки. Но лучше перестраховаться. — Чонгук-хён, ты злюка, — хихикает Феликс, заметив реакцию друга на ученицу Чимина. — Не нравится она мне, — пожимает плечами брюнет и проходит в зал, чтобы поторопить сборы Чимина и не сболтнуть ничего лишнего Феликсу, поскольку Пак просил ничего ему не говорить и не пугать раньше времени. На это Ли немного недовольно хмурится, но все же стараясь не заострять внимание, проходит следом, сразу же оказываясь в кольце рук Пака, от чего довольно пискнув, блондин утыкается носом в тёплую, любимую шею, сразу же забывая обо всём на свете. Конечно же Феликс подозревал что что-то не так. Не смотря на то, что Чимин упорно делал вид что всё хорошо, в последнее время он стал слишком дёрганным, часто уходил в себя, замыкался и отмалчивался. Каждый раз, когда ему на телефон приходили уведомления, Феликс видел как Пак бледнеет и ведёт себя слишком странно. Сначала Ли переживал, что у его парня что-то случилось и он обязательно расскажет, когда будет готов. Но это всё затянулось, Чимин стал ещё более замкнутым, но так ничего и не говорил, продолжая отмалчиваться и дежурно отвечать что всё хорошо, хотя, что было далеко не так, Феликс видел и чувствовал это. В добавок ещё и Чонгук начал вести себя, несвойственно агрессивно по отношению к посторонним. Не хотелось думать плохо, но с каждым днём, мысли сами накручивали себя, но никто не торопился развеять эти опасения. — Малыш, — ласково позвал его Чимин, целуя в висок, этим выдёргивая Феликса из не самых весёлых мыслей, — Всё хорошо? Ты сегодня подозрительно тихий. — Да, задумался немного, извини, — немного смущённо улыбнулся Феликс, понимая, что всю дорогу, что они шли по аллее до квартиры Пака, он не проронил ни слова. — Точно всё в порядке? — уточнил Пак, прищурившись. — Да, да, точно, не переживай. — Ли доверительно жмётся плотнее к руке парня, крепче сжимая его ладонь в своей. Если у Чимина действительно проблемы, то он не хотел бы ещё в добавок грузить его своими переживаниями. Ему явно сейчас не до этого. Но с другой стороны, по всей видимости Чонгук в курсе происходящего, и от этого не много обидно, поскольку ему, Феликсу, не доверяют, раз ничего не говорят. — Что насчёт тебя? — стараясь сделать максимально непринуждённый тон, спросил Феликс, — У тебя всё хорошо? — Да, более чем. — как и множество раз до этого, непринуждённо отмахивается Чимин. Ну вот опять. Как и ранее, Пак не торопится посвящать его в свои проблемы. А это бесит. И чёрт возьми настораживает. Феликс точно не мог сказать, когда именно это всё началось, но когда он задумывался о всей сложившейся ситуации, складывалось впечатление, что всё изменилось резко и кардинально. Но, с другой стороны, прослеживалась эта тонкая нить, которая вела к постепенным переменам. Голова шла кругом. Он волновался за Чимина, потому что видел как тому не спокойно, каким он стал дёрганным, с выцветшей, посеревшей, дежурной улыбкой. На такого Чимина было больно смотреть. Но пробиться к нему не представлялось возможным. Возведённые стены были непробиваемы.

***

Тёмный, грязный переулок не располагал гостеприимством. После дождя, сырой и влажный воздух пропитанный смрадом от мусорных баков, будто оседал на коже, от чего та начинала неприятно покалывать. Хотелось побыстрее убраться отсюда, особенно после того, как со стороны баков послышалось копошение и писк. Хотелось домой, под душ, чтобы смыть с себя всю вонь этого грязного переулка. Натянув капюшон толстовки чуть плотнее, дабы скрыть лицо в тени, миниатюрная девушка переминалась с ноги на ногу, ожидая кого-то. Ей назначили встречу именно в этом гадюшнике, не желая светиться в более цивилизованном месте. Ей бы тоже не хотелось светиться, чтобы её кто-то узнал, но, шуршание и пугающий, крысиный писк где-то рядом, пугал куда сильнее. — Меня ждёшь? — будто бы из ниоткуда, вырос долговязый парень, в лёгкой ветровке и чёрной бейсболке, натянутой чуть ли не до глаз. — Чёрт! — испугавшись, прошипела она, отпрыгивая от ожидаемого, но внезапного гостя. — Не пугай так! Я даже не слышала как ты подошёл. Парень лишь очаровательно улыбнулся, явно играя бровями и издеваясь над девушкой, на что она недовольно закатила глаза. — Принёс? — нетерпеливо спросила она, скрещивая руки на груди, и чуть ли не топая ножкой в нетерпении. — Конечно. Но мне всё же интересно, зачем тебе эта дрянь? — не смотря на то, что козырёк бейсболки скрывал его глаза, заинтересованный взгляд буквально прожигал насквозь. — Такую хрень, обычно извращенцы берут, для лёгкой добычи. — Не твоё дело. — последовал грубый ответ. — Давай. — требовательно протянутая ладошка, не терпящая отказа. Ну конечно же. Эта особа была известна своим скверным характером. Она никогда не терпела отказов и видимо была убеждена, что вселенная вертится вокруг неё, а солнце встаёт и садится только чтобы её порадовать. Избалованная до невозможности, единственная дочь, богатых родителей. Стоило только захотеть — любой каприз исполнялся. Вкус денег для такой особы, был уже явно пресный. Парень в бейсболке вложил ей в протянутую ладошку маленький пакетик с каким-то белым порошком, после чего, она быстро убрала пакетик в карман, нервно озираясь по сторонам. — Помнишь про дозировку? — на всякий случай уточняет он. — Да, да, не более четверти пакетика, иначе передоз может вызвать асфиксию. — недовольно отмахивается девушка, вытаскивая из другого кармана не большую пачку денег, свёрнутую в рулон и перетянутую канцелярской резинкой. — Фильмов про заправских барыг насмотрелась? — хохотнул он, принимая в руки деньги и распутывая резинку. На это девушка только недовольно фыркнула и закатила глаза, дожидаясь когда её собеседник пересчитает деньги и наконец отпустит её. Ей стоило неимоверных, по её мнению усилий, дабы найти этого, беспринципного барыгу, что продавал любую дрянь, не задавая лишних вопросов. Ну, почти. Ей нужен был конкретный препарат, и как показывает практика, за него она готова была выложить не малую сумму денег. — Ладно, бывай, — когда парень пересчитал купюры и убрал их в карман, девушка небрежно махнула рукой в сторону, будто бы отмахиваясь от челяди, разворачиваясь и спеша наконец покинуть этот жуткий переулок чем быстрее, тем лучше. Сейчас её голова была забита совсем другим. Ей нужно было наконец начать воплощать свой план, к которому она прибегла от отчаяния, и как ей казалось, иного выхода у неё просто нет. Воспалённый одержимостью разум, нашёптывал ей, что это просто замечательная идея, всё пройдёт именно так, как она задумала, неделями рисуя в своей голове идеальный сценарий. Абсолютно безумная улыбка растянулась на её лице. Она была невероятно собой довольна, соглашаясь с мыслями и одобряя каждую воспалённую идею в своей голове.
Примечания:
Отношение автора к критике
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.