Вертикальный галоклин

<I>Январь, 2005 год</i> Маленькие ладошки перебирали разноцветные кубики на шершавом ковре. Он вытащил их из огромной картонной коробки, стоящей в углу. Коробка была такая большая, что, ему казалось, она почти дотрагивалась до потолка. Он иногда в ней прятался. Забирался на спинку дивана, перешагивал разваливающийся бумажный бортик и прыгал вниз. Чтобы выбраться из нее, нужно было облокотиться о стенку коробки и перевернуть ее, смягчив падение вытянутыми вперед руками. Но сейчас он был занят кубиками, из которых мог собрать все, что угодно. Он уже делал самолет, машину, стол, почти такой же, какой стоит у них на кухне, автомат, трехэтажный дом, пытался построить замок. Но больше всего он любил собирать робота. Он всегда собирал одинакового - с желтыми свечками-глазами, торчащими вверх ушами, нелепыми ногами-ластами и сине-красным телом, потому что синих кубиков не хватало, чтобы сделать робота полностью синим. Он собирал его так, как научил его старший брат. Сейчас он смотрел на яркий пластик, выделяющийся на затоптанном коричнево-сером от времени ковре, и не знал, что построить. Он уже рисовал цветными карандашами, раскрасив вместе с бумагой поверхность стола, прилепил солдатиков вверх ногами с помощью фиолетового пластилина к верхнему уровню двухъярусной кровати в качестве украшения, напихал ваты в носок и перевязал нитками в двух местах, сделав очередных снеговиков, армия которых уже заполонила подоконник. Он перебрал цветные книжки, написав на них цену, решив поиграть в магазин, но потом передумал и выстриг белые квадратики, наклеил их на форзац, чтобы получились кармашки для листов сроков возврата книги и подписал на них "Библиатека имени Яна Тимошина". Ему было скучно. Он ждал брата, чтобы поиграть в карты на "носки" (тот, кто выигрывал, отдавал один носок, у кого их было больше - побеждал), или пойти погулять в неудобной огромной куртке и залезть на каждый сугроб, чтобы быть выше всех, или посмотреть в очередной раз "Алладина" на кассете, отдельные сцены которого он знал наизусть, или рассказать, какую большую собаку он видел сегодня из окна, которая смешно отбирала поводок у хозяина. Он тоже хотел себе большую собаку. Он потер глаза кулаком и зевнул. У дверей он услышал возню и прислушался. Если будут разговоры - нужно скидывать кубики в коробку и прятаться в шкаф с постельным бельем. Если стук в дверь - оставлять кубики и прятаться в шкаф с постельным бельем. Если аккуратное шуршание у двери - брать кубики, коробку и прятаться в шкаф, не дышать, не шевелиться, не выходить. Он знал правила. Три оборота ключа и характерный удар носком кроссовка о порог. Это брат. - Лева! - закричал маленький мальчик и, бросив кубики, побежал в узкую прихожую. - Привет, мелкий, - улыбнулся Лев, закрывая за собой дверь. - Не спишь? Ян потянулся и Лев, присев на корточки, обнял брата. - Я холодный, осторожно. Смотри, что я тебе принес. Он протянул упаковку йогурта с разноцветными драже под пластмассовой крышкой, которые бренчали в его кармане всю дорогу. Ян улыбнулся и взял подарок. - Я лисичку по дороге встретил. Это она тебе передала, - подмигнул Лева, разматывая мокрый от снега шарф. - Извини, что задержался, сильно скучал? - Сильно, - сказал Ян, открывая упаковку йогурта, потянув за края фольги. Он приподнял вверх одну ногу и отряхнул подошву от прилипшего к коже песка, принесенного с улицы. - А лисичка рыжая была? - Рыжая, - кивнул Лев. - Так. Сначала поешь нормально, потом за йогурт хватайся. Марш мыть руки. Он, наконец, разделся и щелкнул выключателем в ванной, до которого Ян мог дотянуться, только встав на табуретку. Когда-нибудь он тоже вырастет таким же большим и будет включать свет без помощи посторонних предметов. Лев подтянул рукава Яна и подождал, пока маленькие ладошки вспенят мыло. "Еще мой", "нет, нужно дольше, микробы не успели умереть", "ты так весь сырой будешь", "все, иди уже". Пришел его черед мыть руки, которые он все это время прятал в рукавах растянутого свитера. Вода окрасилась в красно-черный цвет. Под ногтями застряла грязь, а мелкие ранки между пальцев щипали от ядреного дешевого мыла, пахнущего розами. Он тер ладони, запястья, пальцы. Пытался стереть все, что эти руки делали весь день. Кожа покраснела и местами потрескалась. После мороза даже холодная вода казалась кипятком. - Лева! Он вздрогнул, услышав свое имя и посмотрел на себя в зеркало. Уставшие, очень уставшие глаза. Щетина на щеках. Глубокие синяки под глазами. Ему как будто было лет сорок, хотя только недавно исполнилось шестнадцать. Он смыл остатки мыла и пошел на кухню. Мелкий, болтая ногами, сидел на холодной табуретке и катал по столу упаковку йогурта. - Греча с тушенкой? - задал вопрос Лев, открыв холодильник. - Буду! - На утро сварю овсяную кашу. - О нет! - О да! - Не буду ее есть. - Еще как будешь. - Ладно. У нас есть сахарный песок? - Должен быть, - Лев открыл шкаф и вытащил банку из-под кофе. Он открыл крышку и два раза постучал по стенкам. - Осталось немного. - С песком каша не такая противная. - Тебе не нравится, как я готовлю? - Мне не нравится каша. Лев налил воды и поставил гречу вариться. Ян что-то напевал себе под нос и, лежа на собственной руке, смотрел в окно. - Устал? - Нет. - Поедим и будем спать ложиться. - Нет, давай еще мультики посмотрим, - протянул Ян. Он ждал брата целый вечер. Он так хотел посидеть вместе, но глаза предательски слипались и зевок застрял где-то в горле. - Только не капризничай, ты же сам спать хочешь. Мир Яна рушился на глазах. Не было ничего хуже, чем пойти ложиться спать. - Обещаю, что завтра буду с тобой, - сказал Лев. - Купим мороженого и сходим на уток посмотреть. - Мороженое зимой? - Мелкий даже замер от удивления, открыв рот. Жизнь потихоньку начала налаживаться. Лев потрепал младшего брата по голове и сел напротив. Огромные круглые глаза смотрели на него с восхищением. Вот бы Ян всегда смотрел на него так - искренне и любяще. Он замечал, как мелкий иногда копирует его походку или манеру говорить, а еще садился рядом на диван, подогнув под себя ноги и пытался поставить чашку на спинку дивана, хотя не мог дотянуться из-за своего маленького роста. Лев пошевелил ушами и кухня залилась детским смехом. - Лева, а ты если долго так будешь шевелить, ты сможешь взлететь? - задал вопрос Ян, ковыряясь в носу. - Если не поем, точно взлечу, - Лев протянул руку, чтобы убрать палец Яна из носа, и вспомнил про гречу на плите. Он подскочил, поднял горячую крышку, бросил ее на стол и подул на обожженные пальцы. Мелкий, не поняв, что произошло, подскочил и засуетился рядом. Лев сунул руку под холодную воду. Пока он охлаждал свой ожог, Ян уже взял табуретку, приставил ее к плите, схватил ложку и пошевелил образовавшееся месиво в кастрюле. - Ну вот, - вздохнул он. - Греча пригорела. - Не пригорела... Просто... Образовалась корка из зажаренной гречи, - ответил Лев, взяв его под руки и сняв с табуретки. - А это не одно и то же? - А с каких пор ты такой умный стал? Ян обиженно сел за стол. Получив свою порцию корки из зажаренной гречи и тушенки, он молча приступил у ужину. Четыре раза прозвенел дверной звонок. Лев поднялся, вытерев руки о штаны и пошел в коридор. Ян знал, четыре звонка - хороший знак. Он услышал шорох в коридоре. В дверном проеме на кухню показался нос, весь в веснушках. - Привет, - улыбнулся Тимофей, заглянув на кухню. Лучший друг Льва, к которому Ян неоднократно ревновал своего брата. - Привет, - бурнул мальчик и уставился в тарелку. Веснушчатый нос снова исчез и дверь за ним прикрылась. Из соседней комнаты послышались приглушенные голоса. Яну не нравилось, что от него что-то скрывают за закрытыми дверями, ему хотелось быть в курсе всего, что происходит с ним и без него, хотя половину он все равно не понимал. Он взял стакан и, двигаясь на цыпочках, прислонил горлышко к стене, - он видел, что так делают шпионы в фильмах. Лучше слышно не стало. Тогда он аккуратно приоткрыл дверь и медленно, не дыша, начал двигаться в сторону комнаты. - ... идея. Я против, - услышал Ян обрывок фразы. Это был голос Тимофея. - Я понимаю, - говорил Лев. - Но у меня нет другого выхода. Меня посадят. Ладно, еще в "Гвоздях" квартиру дали, не зря терпел все эти издевательства. Так бы я вообще не знал, что делать. - Можно договориться... Можно найти денег... - Да нет у меня этих денег! - чуть повысил голос Лев, но тут же опомнился и перешел на шепот. - Мне даже нечем кормить Яна. Нечем платить за квартиру. А скоро начнется школа, что тогда? Что мне вообще делать? - А тетя... - Забудь. Даже не вспоминай. Когда она ударила его, я... Я больше никогда туда не вернусь. Мне плевать на себя, пусть она меня хоть вскроет, но мелкого не позволю даже пальцем тронуть. Ян потянулся ладонью к щеке. Он помнил этот удар. Яркая пощечина, когда он слишком разбаловался и носил по квартире кругами. - Но наркотики..., - начал Тимофей снова. - Меня все равно уже поймали. Тюрьма меня не устраивает. Денег у меня нет. А этот мужик, ну, отец Дианы, с которой я пару раз гулял, ну, полицейский который, он меня и поймал, и предложил делить с ним наживу. Он меня прикрывает, а я ему отдаю вырученную сумму. - Черт, ты видел, что с людьми из-за наркотиков происходит? - Ты спятил? Я сам не собираюсь употреблять. - А мелкий? Если случайно найдет у тебя? Или будет думать, что это нормально? Раз брат таким занимается. - Он не узнает, - Лев мерил шагами комнату, ходил из одного угла в другой, словно рыбка в аквариуме. - Ты не можешь быть уверен наверняка. - Значит, сделаю все, чтобы его уберечь. Тимофей встал и взъерошил свои волосы. Он так и не снял зимнюю куртку, как будто зашел ненадолго и вот-вот собирался уйти. Повисла долгая пауза. У Яна зачесалось ухо, но он не мог позволить себе пошевелиться. Он должен был выстоять и не отвлекаться на такие мелочи. - Стой, - сказал Тимофей. - Давай еще подумаем. Я тебе помогу. Возьмем ночные смены. Или я попрошу у родителей немного денег. - Да нет у меня выбора! - снова начал повышать голос Лев. - У меня ребенок голодный. Счета за квартиру. Да и ты как-то все время игнорируешь тот факт, что меня уже поймали. - На последнем слове Лев сделал особое ударение и с размаху сел на нижний ярус кровати. Больше в тесной комнате, в принципе, садиться было некуда. - Блять, - сквозь зубы процедил Тимофей. - Ага, - согласился с ним Лев. Ян пополнил свой словарный запас. - Я хочу, - медленно начал Лева, - чтобы у него было все. Все, что он захочет. Как только я вырвусь, я с этим завяжу. Тимофей поднял на него взгляд. - Ладно. Они оба одновременно встали и направились к двери. Ян запаниковал. Шпион почти был пойман с поличным. Он быстро рванул на кухню, аккуратно прикрыл за собой дверь с серым витражным стеклом, сел за стол, звякнув тарелкой и сделал вид, что никуда он не вставал. Лев замер от громкого звука. Он вошел на кухню и оглядел Яна с ног до головы. - Ты поел? - Угу, - сказал Ян, пытаясь проглотить остывшую гречу. - Почему йогурт не съел? - Тебя ждал. Лев вздохнул. - Кушай. Я пока провожу Тимофея. Веснушчатый нос пролез рядом с плечом Льва: - Пока! - и снова скрылся в коридоре. - Пока, - буркнул Ян и принялся за йогурт, начав с облизывания обертки. Он снова ничего не понял: почему котики - это плохо, почему Лев играл с кем-то другим и его поймали, и почему он хочет дать Яну все, ведь у него и так это "все" есть. У него есть друг во дворе, есть крутая футболка с дырками - памятью, как он перелез через забор, найдя самое крутое место для пряток, у него есть орешки с вареной сгущенкой, которые они откроют на его день рождения, есть крутая большая ванна, в которой можно плавать, словно в речке, даже зимой, а еще тот самый цветной конструктор, из которого можно построить все на свете. Плавая в собственных мыслях и ища ответы на вопросы, он не заметил, как начал дремать за столом. Сквозь сон он ощутил, что его подняли вверх, отнесли в мягкую теплую кровать. Он быстро подумал, что не успел почистить зубы, ведь это так важно, но, повернувшись на бок, крепко уснул. Лев завернул его в одеяло, подоткнув с двух сторон. Погасил настольную лампу и вернулся на кухню. Он вымыл тарелки, протер стол, набрал воды в кастрюлю и поставил отмокать пригоревшую гречу. Аккуратно открыв входную дверь, он выскользнул в подъезд. Тимофей ждал его у открытой форточки. Лев не хотел курить в квартире, чтобы мелкий лишний раз не привыкал к дыму сигарет. - Держи, - Тимофей протянул пачку. - Возьми всю, я такие не люблю. - Ты каждый раз покупаешь эти сигареты и каждый раз говоришь, что такие не любишь, - усмехнулся Лев. - Я с первого раза разгадал тебя. - Лучше кури нормальные сигареты, а то на свои копейки купишь какую-нибудь "Балканскую звезду", - ответил Тимофей. Лев улыбнулся и вытащил коричневую сигарету из пачки "Капитана Блэка". Когда-нибудь он сам сможет себе такие покупать. Когда-нибудь у него будет все.