Золото на кончиках рожек

С высоты птичьего полета Верана, столица Илидии, захватывала дух. Кто бы ни был ее архитектором, он постарался на славу. У Вераны было то, чего перенаселенные экуменополисы Ядра лишись очень и очень давно: зелень. Тогда как Корускант, Метеллос и прочие гиганты погребли под цельным глухим металлом каждый сантиметр своей поверхности, цветущая столица иридонской колонии бережно обнимала покатыми строениями неровный природный ландшафт долины, скорее подстраивая себя под него, чем наоборот. Там где из-под земли торчали холмы, здания вились вокруг них кольцами и прорастали полукруглыми куполами на высоких опорах между, как огромные грибы. Там, где ровная поверхность проседала, тянулись воздушные мосты и парили антигравитационные платформы. Административный район, по обыкновению, располагался в самом центре города, на большом пологом холме, в своем сердце зажав такое внушительное дерево, что оно бросалось в глаза уже на подлете. Вблизи, когда шаттл опустился в призывно открытый вертикальный люк космопорта, и джедаи наконец вышли на открытый воздух спустя в общей сложности больше суток пути, Верана оказалась еще лучше. Жизнеутверждающая светлая отделка домов, вкупе с приветливыми лучами зенитного солнца, просто не позволяла не улыбнуться навстречу свежему ветерку и доносящемуся отовсюду шуршанию сочной листвы. — Если честно, вот после такого хочется сказать, что у Корусканта нет никаких прав на существование, — поделился Квай-Гон, разминая шею. — Ты только сравни эту прелесть с нашими душными лабиринтами. — В Храме есть Сады Фонтанов, — прагматично ответил Мейс, изучая большое табло с расписанием транспорта по направлению к административному району. — А в других местах они делают оранжереи. — Искусственные. Или задыхающиеся под куполами, просто потому что вне оранжерей они умрут еще быстрее. — А что, у тебя есть альтернативное решение? Так предложи, давай. — Нету, — насупился Квай-Гон. — Но и осуждать мне никто не запрещал. — Осуждение у тебя все как-то не ко времени получается. Сейчас наша насущная задача — добраться до сенаторской резиденции. Квай обернулся к табло. — Хочешь поехать на городском? — Да, так будет быстрее. — А деньги на него есть? — Конечно. Я все предусмотрел. Корун потянулся к поясу, чтобы продемонстрировать заранее отложенные кредитки, как вдруг похолодел. Чехол с мелочью, который должен был быть на поясе рядом с бризером, на своем месте отсутствовал. — Что такое? — поинтересовался Квай. — У тебя такое лицо, будто ты случайно выругался при Йоде. — Я бы сейчас да, — признался корун. — Ни’чак! — Ого, такого ругательства я еще не слышал. — Да нет, малыш Ни’чак, на лайнере! Я думал, он мой датапад хотел, а мать за ним просто не уследила, а они оказывается…! Нарочно! Джинн, несмотря на ситуацию, громко расхохотался. — Тебя обокрал ребенок? — Если об этом узнает хоть кто-то, тебе не жить, — нехорошо сверкнул глазами Мейс. — Да даже если я расскажу, мне не поверят, — тщетно попытался проглотить смех тот. — Ребенок! Ха-ха! Переиграл тебя! — Ну все, все, хорош, — корун неловко отвел глаза от начавших оборачиваться в их сторону соседей по остановке. — Заканчивай. — Да не переживай так, — все еще посмеиваясь, выдавил Квай-Гон. — Просто сними с нашей карты. Вон там на углу у выхода обменник есть. — Я… Не могу, — замявшись, пробормотал он. — Почему? Там наверняка есть интерфейс на общегале, для приезжих ведь сделано. — Не поэтому, — корун ухватил друга за рукав, почти шепча. — Это орденская карта! Они же фиксируют каждое ее использование, для отчета о миссии. — Ну и? В чем проблема? За пару кредитов на проезд никто не ругает. — Но мастер Касталь знает, что я брал наличку отдельно! И если он увидит, где я сейчас активировал карту… — … то поймет, что ты умудрился ее прохлопать, еще не добравшись до Илидии, — закончил за него Джинн. — Да уж, не повезло. — Теперь тебе понятно, почему я не могу этого сделать? Квай, прошу, — Мейс вцепился в его руку крепче. — Мы должны пойти пешком! — Прям уж должны? Мне, например, от Дуку скрывать совершенно нечего. — Ква-а-ай! — Ладно, ладно, — сдался рыцарь. — Пошли. Так и быть, спасу тебя от позора. Но вот перед сенатором оправдываться за опоздание будешь сам, лады? — Да погоди, может и так успеем, — понадеялся Мейс и с преувеличенным энтузиазмом подхватил со скамейки рюкзак. — У нас есть еще часа три в запасе. Дойдем как-нибудь.

***

Несмотря на то, что то самое гигантское дерево в центре Администрации практически насмешливо все это время маячило густой кроной прямо впереди, отыскать до него дорогу оказалось совсем не так просто. Улицы казались прямыми только сверху из шаттла: на самом же деле из-за зеленых препятствий они имели свойство оборачиваться совершенно неожиданными тупиками и развилками, и частенько Мейс с Кваем доставали датапады только чтобы убедиться, что навигаторы местные забраки составляли весьма условные. Там, где на экране синяя стрелка бодро указывала через улицу, на деле возникал глухой забор или стена, а где навигатор предлагал свернуть, поворотов или не было вовсе, или больше, чем ожидалось. Какое-то время Мейс упрямо пытался отыскать дорогу сам, и только когда Квай указал на уже критически поджимавшее время, внял голосу разума и согласился спросить прохожих. На их счастье коммуникационные навыки Квай-Гона не подвели его и здесь, и уже вскоре аэротакси, приглушенно хлопнув воздушной подушкой, опустилось рядом с арочными воротами закрытого внутреннего двора, из-за которого виднелись три уходящие ввысь башни со все теми же грибовидными дисками-шляпами сверху. Джинн сердечно распрощался с инородцем-водителем, согласившимся подбросить их бесплатно после того, как вихрастый юноша проявил недюжинное желание узнать историю его жизни. Всю дорогу они в итоге слушали восторженные отзывы мужчины о его релокации и о том, насколько тихая и мирная Илидия ему приятней родины-Маластара. Оживившемуся сперва Мейсу болтовня эмигрировавшего дага быстро наскучила, и Кваю, как он подозревал, тоже, хотя тот стоически вытерпел весь рассказ до конца. Но попутка есть попутка, и вот за поездку рыцари были ему искренне благодарны. Ворота разъехались сами, как только они приблизились: судя по всему, их отсутствие в положенное время не осталось незамеченным, и незадачливых джедаев уже какое-то время поджидали с другой стороны. — Добро пожаловать, — поприветствовал их негромкий женский голос. На цветочной аллее, ведущей ко входу в главное здание, стояла безрогая девушка, одетая в короткое алое платье с багровой отделкой. Яркая ткань, вкупе с блондинистым каре и темными татуированными полосами на щеках, делали и без того пепельно-серую кожу совсем мертвенно-белой. В руках она крепко сжимала деку, и складывалось ощущение, что, несмотря на внешнюю собранность, чувствует себя девушка немного не в своей тарелке. — Сенатор Кот ожидает вас, — подтвердила она, увы, никак при этом не уточнив, что сенатор по поводу их задержки думал. — Я покажу, куда идти. Следуйте за мной. Пока лифт забирался на нужный этаж, она, еще раз заглянув в планшет, уточнила их имена. Осталась довольной тем, что все совпало с записями, и оставила гостей у нужной двери, сославшись на другие дела. За ней по галерее покатился дроид-носильщик, которому они отдали рюкзаки. — Ну что, придумал, что будешь говорить? — вполголоса спросил Квай-Гон. — Я в процессе, — отозвался Мейс, после молчаливой поездки на лифте растерявший часть былой уверенности. — Додумаешь по ходу. А то только время теряем. Квай сделал шаг вперед, попадая в зону видимости датчика движения над дверью. Пластоидные панели отъехали в стороны, и Мейс, безотчетливо сглотнув, переступил порог. Он ожидал, что там окажется какой-нибудь строгий рабочий кабинет, наподобие тех, что он видел у дипломатов в стенах Сената, когда мастера ДипКорпуса водили их на практику. Богато отделанный в мрачных тонах, с чересчур массивной мебелью, чтобы ни один вошедший не мог не почувствовать этот давящий дискомфорт. А сам сенатор сидел бы за письменным столом, в окружении стопок рабочих датакарт и исписанных флимси, и изображал, как сильно занят своими чрезвычайно важными делами. Ожидал, но тут же убедился, что не попал ни в один пункт загаданного. Никакого рабочего кабинета за дверью не оказалось. За ней находился просторный конференц-зал, залитый нежным закатным светом из панорамных окон и с овальной столешницей практически во всю его длину. Зал был пуст, кроме расположившегося наискосок от них прямо на столешнице паренька, которого, если не знать, что ему девятнадцать, можно было с легкостью предположить несовершеннолетним. Забрак сидел на краю стола, закинув ногу на ногу, (так, что подол длинной шелковой юбки задрался до колена, демонстрируя миниатюрную голень, обтянутую плотным кожаным сапогом) и вошедших пока что не замечал, всецело поглощенный спором с голограммой из лежащего рядом портативного проектора. — Дядя, я уже сто раз повторил: не нужна мне никакая усиленная охрана! — Иит, послушай, — рябящее изображение посла Иридонии двумя пальцами потерло переносицу. — Я не могу оставить подобное вопиющее происшествие без внимания. Ты можешь считать иначе, но в свете всех событий твое мнение меня, признаться, мало интересует. — А стоило бы моим мнением интересоваться побольше! Ведь этими… телохранителями потом придется заниматься мне, а не тебе! Сенатор тряхнул головой так возмущенно, что один из вплетенных в прическу серебряных обручей едва из нее не выскользнул, удержавшись только тем фактом, что Иит уже успел наклониться в другую сторону. — Ну подумаешь, попытались пронести в мой офис гранату, ну и что? Охранники в вестибюле не за просто так же зарплату получают! Вот они свою работу и оправдали. А то, что там подорвалось слегка — ну и ладно, не страшно. Все равно я планировал скоро ремонт этажа. А снаружи так вообще ничего не заметно, дроиды буквально за полдня все залатали. — Ты хоть себя-то слышишь? — раздраженно перебил посол. — Подумать только, у него взрыв прогремел под носом, а ему хоть бы что! Нет, Иит, я уже обо всем договорился с Орденом джедаев. Ты сейчас встретишься с ними, вежливо поблагодаришь за услуги, а потом соберешь вещи и поедешь под их надзором туда, куда я тебе сказал поехать. И чтоб носа оттуда не высовывал до самого съезда, понял? — Но дядя...! — Даже слушать не желаю, — отрезали из проектора. — И больше не звони мне только чтобы пожаловаться на мои же решения. Отпишешься, как поговоришь с джедаями. И никаких возражений. — Да может они вообще не появятся! Я отправил их встречать еще час назад. Но при всех их заслугах, пунктуальность в этот список явно не входит. Маячивший в проходе корун ощутил, как его коснулись в Силе, и, переведя взгляд с сенатора на Квая, по губам товарища прочитал: Вмешайся, не тяни. Удобного момента все равно не будет. — Сенатор Кот, — кашлянув, подал голос он. — Мы прибыли. Оба забрака прервали разговор и уставились на замерших молодых людей. Первым рот открыл иридонийский посол. — Отлично, — выдохнул он. — Раз джедаи здесь, то наш диалог исчерпан. Безопасной дороги, племянничек. До связи. Голограмма пропала, и проектор выключился, оставив всех троих в тишине. — Господин сенатор, — Квай встал рядом с Мейсом. — Я — рыцарь-джедай Квай-Гон Джинн, а это — мой надежный товарищ, Мейс. Мейс Винду. Мы обеспечим вам самую надежную защиту, даю слово. — Так джедаи… это вы, — задумчиво протянул иридонец, нажав на это последнее «вы» будто бы с облегчением. — Что ж, не важно. Разберемся. Корун заметил, как в глубине его глаз вспыхнули те самые крохотные веселые искорки, которые он до этого видел на архивной голокарточке. Одернув подол, Иит спрыгнул на пол и подошел ближе. Оба рыцаря, несмотря на возрастную разницу всего лишь в год-полтора, оказались на полголовы его выше и значительно шире в плечах. Он этому впрочем нисколько не смутился, не спеша поправив съехавший обруч в прическе и окинув их придирчивым, оценивающим взглядом, и только потом удовлетворенно протянул руку. — Квай-Гон, — тонкие пальчики на секунду утонули в громадной лапище Джинна, прежде чем перепорхнуть к Винду. — И Мейс. Я без формальностей, хорошо? И вам тоже разрешаю. Если не по имени, то просто «сенатор». Только, пожалуйста, не надо никакой фамилии и всяких там «господинов» и «сэров». От сверстников не терплю. Ладонь забрака оказалась теплой и невероятно мягкой, как будто Мейс сжимал в кулаке их любимый еще юнлингами подогретый зефир, с которым мастер-воспитатель делал вкуснейшие в галактике сладкие сэндвичи. На долю мгновения ему даже не захотелось ее отпускать. — Договорились, Иит, — приветливо улыбнулся ему Квай. — …С-сенатор, — с запинкой выдавил Мейс, рефлекторно спрятав освободившуюся кисть за спину, как только тот прервал рукопожатие. Такое простое «Иит», с легкостью соскочившее с языка товарища, ему почему-то не далось.