Золото на кончиках рожек

— Значит, во-первых, забудьте все, что вам там навешал мой дражайший дядюшка. Тонкая двузубая вилка в руке забрака описала полукруг и утвердительно ткнула в сторону джедаев напротив. Сразу после приветствий Кот заявил, что на голодный желудок ничего обсуждать не намерен, и потащил своих телохранителей в ресторан наверху башни. Почти все столики пустовали, а те несколько посетителей, что были заняты ужином, обменялись с молодым сенатором только быстрыми кивками и вернулись обратно к своим бокалам и компьютерам. Поэтому им ничто не помешало занять место у самого окна, за которым Верана быстро тонула в вечерних сумерках, в основном подсвечиваемая, — тоже в отличие от Корусканта, — не вырвиглазными неоновыми рекламными баннерами, а мягкими белыми прожекторами, гнездящимися повсюду на фасадах домов и верхушках деревьев. Пока они ждали блюда (сенатор настоял на перекусе на всех троих), он посетовал, что вряд ли гостей из республиканской столицы может впечатлить ресторан Администрации, несмотря на фешенебельность все еще остающийся по корускантским меркам очень провинциальным. На что Мейс возразил, что джедаи вряд ли компетентны вести подобный разговор, а Квай, вспомнив, что когда-то давно кто-то из Сената в качестве благодарности отвел их с мастером Дуку в «Скайситтер», торжественно заверил, что здесь ничуть не хуже. Иридонец встретил это заявление с саркастической усмешкой, но было видно, что лесть оценил. И вот теперь разговор вернулся к насущным проблемам. — При всем уважении, Иит, — скосив глаза на угрожающе направленные ему в грудь зубцы, проговорил Квай-Гон. — В словах посла есть смысл. Твоей жизни угрожали. И раз они не добились своего в первый раз… — Если вы с дядей согласны, то уважения у вас явно маловато, — заявил забрак, но вилку от Джинна убрал, переключив внимание на поданный стейк. Судя по цвету стейка и тому, как в него входили приборы, он был не то что с кровью, а натурально с волей к жизни. На несколько минут повисла пауза, в которую джедаи усиленно старались не пялиться в чужую тарелку. Мейс, разумеется, знал, что забраки — хищники, все-таки плотоядные разумные виды изучались еще в самом начале общеобразовательной программы Ордена. Но вместе с тем в Храме такое в глаза не бросалось, ибо во-первых джедаев-забраков было сравнительно мало (на их потоке так и не было вовсе, и они с Кваем навскидку помнили только пару рогатых мастеров и одного младшего падавана), а во-вторых в Ордене существовал негласный этикет, по которому не-гуманоидные расы старались не акцентировать чужого внимания на отличия в пищевом поведении. К примеру тисспиасцы, раса мастера Ранцизиса, на родной планете проглатывали пойманную добычу целиком, потом несколько недель ожидая, пока та переварится в их эластичных желудках. Однако сам Ранцизис в столовой всегда брал обычные готовые порции, не требуя привести ему какую-нибудь там лошадь или эопи. А другие, такие как Пло, скромно уносили еду в комнаты, чтобы не доставлять неудобств в общих пространствах. Но Илидия — не Храм, в силу своей специфики собравший в одном месте такую толпу различных видов со всей галактики, напомнил себе корун. Илидия была забракской колонией, их законной родиной, на которой они имели полное право требовать от приезжих уважения к своим привычкам. Так что здесь рыцари могли только неопределенно поглядывать за тем, с каким аппетитом сенатор нарезает приправленное специями, но абсолютно точно сырое мясо, и пытаться понять, чего в них эта картина вызывает больше: натуралистского любопытства или морализаторского предубеждения. Квай-Гон преодолел свою заминку быстрее. — Ты не хочешь уезжать по какой-то конкретной причине? Мы можем отложить поездку, если тебе нужно завершить дела, но не больше чем на пару дней. Ситуация пока что не в нашу пользу. Правда, Мейс? — Да. Да, верно, — опомнился вслед за ним Винду, оторвав взгляд от натекшей из-под стейка красной лужицы. В этот момент на столик принесли их часть заказа, и он счастливо уставился в на этот раз нормально прожаренные куски местной птицы. — Опасность объективно остается, сенатор. Вы не знаете ни кто пронес в башню гранату, ни численность противостоящих вам недоброжелателей. То, что это покушение провалилось, еще не значит, что они не попробуют снова. — И более того, взрыв подтверждает, что у них уже есть рабочее представление о том, как обойти большинство ваших охранных систем, — серьезно добавил Квай. — Здесь задерживаться небезопасно, даже если мы не будем отходить от тебя круглые сутки. Потому что в таком случае мы рискуем глупо откинуться все втроем. А такой расклад, к сожалению, не устроит ни твоего дядю, ни наш Совет. — Да я понимаю, — помрачнел сенатор, — Но я не могу вот так все бросить и на месяц запереться в том дурацком загородном особняке. Помимо альянса у меня есть и другие встречи, на которых ожидают моего появления. — И переносить их ты не собираешься? — Нет. Это исключено. Хотя… Дайте мне минутку, я кое-что уточню. Иит отодвинул пустую тарелку и приборы на край, доставая из наплечной сумки свой миниатюрный датапад. Мейс узнал в нем «Карманного Секретаря» — навороченную специально под аналитическую работу модель, наиболее популярную среди спикеров и бизнесменов, но и стоящую при этом раз в двадцать больше стандартной. Зато тонкий дорогой корпус идеально смотрелся в аккуратных пальцах сенатора, и даже сочетался с его залаченными таким же жемчужным оттенком ногтями. Пока тот что-то высчитывал, гоняя туда-обратно разноцветные клеточки календаря, Мейс с Кваем вернулись к еде, которая, признаться, пахла просто восхитительно, и даже осевшая в памяти картинка того, как ножик в жемчужных ногтях грациозно разделывает сырой стейк, не могла перебить сочный аромат гриля. Помимо птицы, в подаче оказались печеные овощи и несколько плошек с соусами. Все было незнакомое, но определенно вызывающее желание это недоразумение исправить. И не зря — блюдо оказалось восхитительным. Горячие маринованные овощи, в прикуску к пряному мясу, казались блаженством после безвкусных пищевых капсул, которыми джедаи пообедали на лайнере. А после того, как первый восторг отступил, они выстроили соусы в линию между собой, и теперь уже доедали не спеша, пробуя каждый по очереди. — Вобщем, так и быть, какую-то текучку я отложить смогу, — наконец поднял голову Иит. — Но у меня все еще остается три дела, которые требуют личного присутствия. — Какие, сенатор? — спросил Мейс. — Ну, в конце месяца я приглашен на банкет по случаю помолвки кузена. Это будет в его колонии, на Эрсионе. И нет, я не могу отказать, можете не пытаться меня переубедить. Ал — мой единственный живой родственник помимо дядюшки, и я обязан с ним повидаться любой ценой. К тому же Эрсион — место очень веселое, вам понравится! И еще перед этим мне будет нужно посетить сенатора Селдана, его колония сравнительно недалеко, в секторе Вензори. Деловой визит. Тоже крайне важный. — Ну, если так посмотреть, то за пределами Илидии противник должен будет лишиться преимущества осведомленности. А у нас появится больше вариантов для импровизации, в случае чего, — вставил Квай-Гон, вдумчиво обгладывая косточку. Не решившись развязывать спор на глазах сенатора, корун наступил ему на ногу под столом и как мог постарался утяжелить ментальное касание Силы до подобия Силовой затрещины. Ты зачем ему поддакиваешь? Квай потер затылок, — ага, значит сработало, — и хотел было пихнуть в ответ, но Мейс уже предусмотрительно убрал ноги подальше. Я не поддакиваю. Просто высказываю мнение. Разве я не прав? Какая разница? Посол же ясно говорил, что Коту лучше оставаться здесь, в убежище. А Совет сказал, что мы должны уважать и волю Иита тоже. Он сенатор, в конце концов, у него есть обязанности. Я его понимаю. А я понимаю, что ты любишь все усложнять. Да ладно тебе. По обстоятельствам потом посмотрим, какой путь получится легким. — Но до этих поездок у нас в любом случае еще будет время все обдумать, — компромиссно добавил Квай вслух. — А что насчет третьего дела? — Секторальное собрание назначено на эту неделю, — ноготь Иита замер напротив одного из цветных окошек. — Обычно я летаю на Чалакту, но вот здесь, наверное, я все же смогу договориться о подключении по голосвязи. — Попробуйте. Пожалуйста. — Ладно, — иридонец опустил глаза в экран. — Тогда извините меня еще на пару минут, пока я свяжусь с Чалактой. — Конечно. Винду рассеянно скользнул глазами по столу, остановившись на еще одной вазочке с соусом, которая стояла немного в стороне от других, ближе к сенатору, и видимо поэтому незамеченная парнями раньше. Недолго думая, он подтянул ее Силой. Соус в ней напоминал густую зеленоватую пасту, на вид вполне обычную. Уж точно не страннее других приправ, которые они сегодня пробовали. — Что это? — Джинн тоже обратил внимание на вазочку. — Не знаю, но сейчас выясним. Ты будешь? — Давай. Они разломили напополам оставшийся из закусок лепесток картофеля и зачерпнули на него каждый понемногу. Мейс принюхался: по запаху паста была чуть резковатой, но терпимой. — Мне сказали, что это возможно, если смогу настроить связь, — объявил Иит из-за «Секретаря». — Я надеюсь, вы довольны… Стойте, что вы делаете?! Забрак заметил зеленый соус как раз тогда, когда Винду отправил чипсину в рот. Квай-Гон рядом замер со своей порцией в руках, и Мейс тоже напрягся. Никаких неприятных ощущений на языке вроде бы не было, хотя сенатор округлил глаза так, словно ждал, что с ним вот-вот случится что-то страшное. — Мейс, тебе… Нормально? — удивился он. — Нормально. Вкусно. Иит хмыкнул, недоверчиво посматривая то на коруна, то на пасту. — Правда? — Да. Что-то не так, сенатор? — Да нет. Ничего. Ешь на здоровье, — он обернулся ко второму рыцарю. — А тебе как? Квай тоже охотно откусил от своего чипса, но его глаза тут же заслезились от обжегшей глотку остроты. Он подавился, отбросив остаток в сторону, и прикрыл рот рукой. Его плечи спазматически потряхивало, пока он в отчаянии подслеповато выискивал, чем можно этот кошмар потушить. — Квай-Гон! Вот именно это я и пытался предупредить, крифф, — забрак махнул рукой через столик. — Лита, принеси молока, срочно! — Может воды? — предложил Мейс, потянувшись к графину на столе. — Ни в коем случае! Вода только хуже сделает. Лита, — именно так звали ту блондинку в красном платье, которая, оказывается, все это время терпеливо сидела неподалеку, скрываемая от юношей спинкой соседнего дивана, — в мгновение ока исчезла за дверью ресторанной кухни, откуда потом вынесла полный стакан. Судя по быстроте реакции поваров, у них это была далеко не первая подобная просьба. — Грасиас, — сенатор взял у нее молоко и отдал страдающему Кваю. — Пей до дна, спокойно. И дыши. Девушка сдержанно поклонилась и вернулась на место. — Это ваша советница? — пока Квай запивал, спросил Мейс у Иита, припомнив встречу с ней у ворот. — Лита? Нет. Она скорее служанка. Формально не моя, а дяди, конечно. Просто после некоторых… мм, обстоятельств, она помогает мне кое с чем. Обычно ее помощь не касается работы, но раз уж после взрыва дядюшка настоял, чтобы при мне остались только самые надежные забраки, которым он доверяет, то ей пришлось взять на себя еще и некоторые дополнительные заботы. — Она забрачка? А так и не скажешь… — Она с Датомира. У датомирских женщин рога не растут. Но они все еще такие же забраки, как и иридонцы. — Точно! И как я не сообразил раньше, с этими ее татуировками… Но разве Иридония не старается уже несколько столетий добиться отмены признания видового родства с населением Датомира? Иит презрительно поджал губы. — Ну да, есть некоторые такие громкие в прессе… Но это не значит, что мы тут все разделяем эту позицию. Вот ты как считаешь, насколько бредово это звучит? Открещиваться от всех датомирцев только из-за того, что какая-то их маленькая часть образовала этот пугающий всю цивилизованную Республику таинственный культ Сестер и Братьев Ночи? — Ну… — Вы джедаи тоже же про них слышали, да? Про темную магию, и все прочее. — Можно и так сказать. Говорят, что их ведьмы используют Силу, но по-особенному, так, что наши не могут назвать их ни последователями ситхов, ни падшими. Поэтому стражники-дозорные просто следят, чтобы культ Ночи не покидал пределов планеты. — Ну вот. А многие иридонские семьи, несмотря на предвзятость, с удовольствием дают приют датомирским беженкам именно из-за веры в их сверхъестественные способности, и что они смогут их использовать в своих целях. Такие вот две стороны медали. Надеюсь, что альянс в том числе позволит нам смягчить общественное мнение на счет Датомира. — Ох-х-х, жесть какая, — подал голос оживший Квай-Гон, с трудом ворочая языком. — Как это вообще едят? — Это люди и не едят, обычно. Я почему убрал подальше от вас, — в голосе сенатора проскользнули почти что отчитывающие нотки, но быстро смягчились. — Ничего, теперь будешь знать. Еще молока хочешь? Квай отказался, но из-за стола ненадолго отошел, отправившись по подсказке Литы искать освежитель. — Я где-то читал, что если такую плошку за один раз проглотить не-забраку, то оно даже может оказаться летальным, — поделился иридонец. — Слушай, тебе точно нормально? Твоего друга вон как с одного укуса пробрало. А ты тоже ничего так навернул. Я в восхищении, реально! Ты прям какой-то стальной человек. Мейс, на последних словах Иита гордо вздернувший подбородок, улыбнулся. — Вообще-то, я не человек. — Да ладно? — сверкнул любопытными глазами тот. — А кто тогда? — Я с Харуун-Кэла. Корунаи — близкая к людям раса, но все же мы отличаемся. Например, стальными желудками, да, ха-ха. У нас это основа выживания! В джунглях Харуун-Кэла вы не найдете ни одного неядовитого живого существа, сенатор. Так что к токсинам я привычен. — Как интересно! А кислотные дожди у вас есть, как на нашей Иридонии? — Конечно. У нас даже воздух кислотный. По легенде, корунаи — потомки джедаев, которые не смогли улететь с планеты, так как их корабль буквально развалился после нескольких часов на местном воздухе. — Я бы хотел там побывать. — Балаваи вам нормальной экскурсии не проведут, они боятся соваться в наши края, — возразил Винду. — А корунаи взаимно не любят контактов с приезжими. — А ты, Мейс? Как корун? Мог бы показать мне ваши джунгли? — Я? Мейс замялся. Несмотря на то, что ему было приятно, что Кот так восторженно отнесся к корунайской культуре, по правде говоря, он бывал в родном племени-гхоше только один раз (помимо тех шести месяцев от рождения, прежде чем мастер Касталь забрал его в Храм), и вряд ли смог бы взять на себя такое сложное дело, как привезти туда илидийского сенатора. А тем более гарантировать, что они не напорятся ни на какие шипастые лианы или гнездо дриллмитов. — Эй, ты так крепко задумался, как будто я предлагаю сбежать в экскурсию прямо сейчас, — фыркнул Иит. — Не воспринимай все слишком серьезно. Это я так, как идею. Может как-нибудь в будущем. — Тогда вы будете знать, где меня найти, сенатор. Мейс мысленно одернул себя, устыдившись, что действительно ненадолго всерьез представил, как ведет Иита сквозь тропические заросли, отважно помахивая охотничьим виброножом. — И я с радостью окажу вам посильную помощь. — Вот и договорились. Остаток вечера они проговорили о разных планетах. Иит очень подробно расспрашивал коруна о его джунглях, одобрительно хлопая в ладоши каждый раз, когда очередная смертельно опасная вещь плюс-минус совпадала с Иридонией. Квай-Гон, урожденный корусканти, тоже добавил в их обсуждение парочку интересностей, которыми в детстве пугал соклановцев-юнлингов: городских легенд о самых нижних, мертвых уровнях столицы, на которых с каждым годом скапливалось все больше ядовитых газов, и о той страшной живности, что там рождалась. Кот, однако, описаниям подобной живности ничуть не удивился, приведя в аргумент известных в галактике врблтеров с Нар-Шаддаа. Беседа плавно перетекла в русло необычной галактической фауны. Потом к ним снова подошла датомирка Лита, объявившая, что со всеми сенаторскими приготовлениями к отъезду было закончено. Иит скривился, но покорно вздохнул, отпустив служанку отдыхать. Выезжать в обозначенную ему послом укромную резиденцию на окраине небольшого поселка джедаи договорились с утра, на общественном транспорте, чтобы слиться с толпой, и чтобы все смогли перед этим выспаться. Удостоверившись, что все возможные меры безопасности они соблюли, Мейс с Кваем договорились, что на часах у покоев сенатора они будут стоять по очереди, и, обменявшись обнадеживающими взглядами, разошлись по местам.