Миссия Шиначику Узумаки

      Спустя длительное время рыдания утихли. Из-за двери, украшенной розовыми цветами, теперь можно было услышать лишь негромкие всхлипы.       — Прошу тебя, цветочек, выходи, — измученно лепетала Сакура, устроившись прямо на полу перед детской комнатой.       Женщина без конца упрашивала дочь выйти, но Ханами ничего не отвечала, только горько плакала, терзая и без того разбитое сердце матери. Младшая Узумаки даже на просьбы отца не отвечала, хотя его она любила больше всего на свете. Наруто сейчас мог лишь поглаживать руку супруги в ожидании момента, когда дочь всё же сдастся и откроет, хотя лучшим решением проблемы сейчас казалась выбитая дверь. На фоне произошедшего накануне было невыносимо слышать рыдания дочери и не ведать, где сейчас находится причина, по которой она плачет.       С нижнего этажа послышалась мелодия дверного звонка. Сакура поспешила спуститься, оставив супруга напрасно выманивать дочурку из комнаты.       У входа дома Узумаки стояла Анзу Учиха — сокомандница Шиначику. Лицо её, как и у отца, всегда было без единой эмоции, но не сегодня. Как только дверь отворилась, брюнетка выпалила:       — Сакура-сама, господин Хокаге дома?       — Да, — женщина опешила от такого рвения со стороны юной Учиха, пропуская её в дом. — Проходи.       — Я сожалею о произошедшем, — неуверенно начала Анзу, стягивая сандалии. — Ли-сенсей рассказал нам, что Шина-чан пропал.       — Надеюсь, ты не стала распространять информацию? — меж розовых бровей проступила складка.       — Нет, я даже маме не сказала. Хотя, кажется, она в курсе.       — Конечно, ведь она тоже участвует в поисках нашего сына, — хмыкнула Узумаки и громко позвала. — Наруто! Седьмой не заставил долго ждать, сразу спустившись на зов жены. Сакура же поспешила подменить его на посту успокоения дочери. Ребёнка в таком состоянии нельзя оставлять.       — Анзу, — Седьмой приветливо улыбнулся. Старшую дочь лучшего друга он был всегда рад видеть. — Что-то случилось?       — Хокаге-сама… Я бы хотела присоединиться к отряду поиска Шиначику, — почти шёпотом произнесла девочка, прищурив тёмные глаза, обрамленные длинными ресницами. — Не могу просто сидеть и ждать, когда что-нибудь выяснится. В голосе звучало искреннее сочувствие, лишь взгляда хватило, чтобы понять, как сильно Учиха переживала за друга. Поэтому Наруто немедленно принял решение, утвердительно кивнув.       — Только подожди немного. Ханами услышала наш разговор о пропаже сына и уже больше часа рыдает в запертой комнате. Как только выйдет, сразу поспешим к остальным.       — Вы не пытались её обмануть? — мигом сообразила Анзу, но мужчина, видимо, её не понял, поэтому она продолжила. — Теневое клонирование, Хокаге-сама. Наруто ошарашенно ударил себя по лбу. Поразительно, как он раньше не додумался до такого умного хода. Надо успокоить дочь, внушив ей, что с братом всё хорошо.       — Находчивость клана Учиха не перестаёт меня поражать!       Каково было изумление Сакуры, когда она, наконец, услышала заветное: «мам, я дома». Сердце будто замерло, кислород в лёгких закончился, а по телу пробежала тысяча мурашек. Узумаки кинулась к перилам, открывающим вид на первый этаж, и на ходу поникла, сдерживая крик боли, который так и рвался выбраться наружу. Чакра принадлежала Наруто. Хорошо, что Ханами была ещё слишком мала, чтобы это распознать.       — Цветочек, Шина-чан вернулся домой! — наигранно весело воскликнула Сакура, схватившись за сжавшееся сердце. Ханами вылетела из детской, вытирая мимоходом мокрые дорожки, пересекла лестницу, врезавшись в лжебрата. На лице сияла широкая улыбка.       — Ты наконец-то пришёл! — малышка всё крепче обнимала теневого клона. — Почему не предупредил, что так надолго уйдёшь, бессовестный?!       — Прости, Ханами, я так торопился утром, что совсем забыл, — отозвался лжебрат. Даже сердце клона неприятно кольнуло в этот момент.       — Анзу-чан, ты тоже здесь? — младшая Узумаки радостно запрыгала, увидев свою любимицу. Малышка сильно привязалась к подруге старшего брата. Ни для кого не было секретом, что Учиха была давно тайно влюблена в Шиначику, и Ханами всячески подталкивала брата к подруге. Даже не подпускала к нему ни одну прочую девчонку.       — Позавтракай вместе с нами, Анзу, — позвала Сакура за стол. Так приятно было наконец-то увидеть лицо сына. За это маленькое желание Узумаки была готова отдать всё, что у неё было, но правда била ниже пояса. Это был лишь клон, созданный её мужем для успокоения дочери, не больше. Женщина поспешила отвернуться к плите, чтобы никто не увидел горячие слёзы, стекающие по нежным щекам.

***

      В маленьком помещении стоял гул, созданный Цунаде и Наруто, которые не прекращали травить глупые шутки и громко хохотать. За такое короткое время Узумаки прилично в себя залил, что было нетрудно понять по раскрасневшемуся лицу и неуверенным движениям. В другой ситуации Сакуру такое поведение порядком бы разозлило, но алкоголь подействовал по-своему, заставив куноичи с глупой улыбкой наблюдать за сидящим рядом другом.       В сущности девушка радовалась такому концу, ведь он воистину оказался счастливым. Особенно для неё. Наруто наконец-то избавился от данного Сакуре обещания. Ничего больше не обязывало его метаться по миру и так опасно неизменно жертвовать своей жизнью. Саске снова был на их стороне, и Сакура даже сейчас, когда алкоголь полностью отключил сознание, думала об этом холодном, но таком нужном человеке, мечтая о скорой встрече.       — Так, — Цунаде влила в себя последние капли прямо из горлышка бутылки, встав из-за стола. — Я пойду, пожалуй. А вы, только посмейте оставить все эти богатства без внимания — три шкуры спущу. Проводив Пятую взглядом, Наруто с недоумением покосился на бутылку Харуно, которая была выпита лишь наполовину.       — Сакура-чан, я один всё не выпью.       — Знаю, — куноичи неловко улыбнулась, наполнив сакадзуки до краёв. — Придётся пить. Не удивлюсь, если Цунаде-сама придёт проведать нас через час. С ней шутки плохи.       — Ты всё равно куда опаснее, — прыснул блондин, на лету осознав свой промах и уже подготовив себя к сильной затрещине, но Сакура даже не дёрнулась в его сторону.       — Ну, самое время выпить за окончание Великой Войны, и, конечно же, за возвращение Саске-куна! — сосуд в руках девушки взметнулся в воздух, расплёскивая саке. Настроение Наруто стремительно упало, вдребезги разбившись о пол. Он никогда бы не подумал, что разговоры о лучшем друге в присутствии Сакуры станут такими нежеланными.       — Ты любишь его? — прозвучал грустный голос Узумаки. Это будто говорил не он. Даже темпераментный Наруто никогда бы не позволил себе вслух произнести такие слова.       — Наруто! — Сакура залилась краской, стыдливо отводя зелёные глаза, но лицо приобрело более серьёзный вид, розовые брови нахмурились. — Да я и не знаю, что значит это слово, фактически… Саске-кун был для меня всегда чем-то недостижимым, неземным. И теперь я жду следующей встречи. Может, хотя бы на этот раз отправлюсь с ним… Харуно, наконец, обернулась к другу, который пристально смотрел в её глаза. Слишком близки они были сейчас.       — Почему ты так смотришь? — Сакура нервно сглотнула, не отводя взгляд от больших голубых глаз, смотрящих нагло и настойчиво. Эти действия были слишком противоречивы для Наруто Узумаки. Напряжение росло с каждой секундой. «Пора домой». — пронеслось в голове девушки, и Сакура уже было встала, но Наруто цепко, с особенною нежностью ухватил её за руку, сократив и так мизерное расстояние между ними. Девушка ощущала чужое горячее дыхание — так близко они были друг к другу, и впервые разглядела серые вкрапления вокруг зрачка.       — Вот что такое любовь, Сакура…       Разум помутнел. Наруто Узумаки нагло прильнул к столь желанным устам, выпустив из памяти правила приличия, с головой отдавшись нежному чувству. Поцелуй был таким неумелым, но поэтичным. Никакие слова не смогли бы заменить то, что он передавал сейчас этим.       Сакура словно погрузилась в кипящий котёл: не чувствовала ни стеснения, ни отвращения. Лишь бархатистое прикосновение горячих губ ранее нелепого Узумаки, который нагло перешагнул границы дозволенного. Мужские руки обвили тонкую талию, властно прижав хрупкое тело ещё ближе, наконец заставив сердце Сакуры бешено биться в такт его собственному. Харуно сдалась.       Прикрыв глаза, она ответила на поцелуй, запуская тонкие пальцы в мягкие блондинистые пряди. Вся составляющая девушки искрилась, но в следующую секунду погасла. Сакура плавно опустила руки с затылка вдоль по горячей шее, выступающим ключицам и, наконец, остановилась на груди парня.       Сделав усилие, куноичи робко оттолкнула от себя Наруто, словно хотела прервать этот глупый порыв страсти. Пара голубых глаз томно взирала на неё с толикой смущения, но наглость никуда не исчезла. Это было неправильно. Она любит другого человека, а Наруто — её друг, и всегда таким являлся. Харуно вскочила с места, желая поскорее покинуть это злосчастное заведение, и забыть о случившемся.       Однако, блондин опять её остановил, ухватив запястье. Алкоголь понемногу ослаблял свои оковы. Наруто не знал, что делать, но и отпустить не мог. Не хотел. Только не сейчас! Позориться, так капитально. Нервно сглотнув, парень неуверенно промямлил:       — Сакура-чан, я давно… — ему так хотелось произнести эти слова, но язык словно окаменел, не поддаваясь велению хозяина. — Я хочу сказать, что лю…       — Наруто-кун?       Происходящее настолько далеко унесло сокомандников в космос, что никто из них не услышал шума открывающейся двери, и лишь тихий женский голос опустил «друзей» на землю. Хината удивлённо смотрела на происходящее в маленькой комнатке Идзакаи, и Сакура этим воспользовалась, с силой вырвавшись из цепкой хватки Узумаки, покидая ненавистное с этого дня заведение.

***

      Сакуру в кабинете Хокаге так и не дождались, поэтому было решено начать без неё. Какаши подробно объяснил суть миссии, вызвав бурю негатива у Наруто, но, по обыкновению, продолжал говорить спокойно, не обращая никакого внимания на его недовольства.       — Берегите юнца, — завершил свой монолог Шестой, бесцеремонно и привычно выставив ребят за дверь.       Шиначику размышлял, что же такого произошло этой ночью, раз отец был сегодня до невозможности молчалив? Для него это было не свойственно. Как бы мальчик ни расспрашивал, блондин молчал, раздражённо отмахиваясь. Земля затряслась, пыль стояла столбом, и вскоре перед Узумаки предстал Рок Ли, бегущий буквально на руках.       — Наруто! — воскликнул брюнет, глядя исподлобья.       — Привет, Густобровик. Тренируешься?

«Это что, Ли-сенсей?» — подумал Шиначику, невольно приоткрыв рот.

      — Да, за себя и Гай-сенсея! — ответил Рок Ли, оторвался от земли и громко хлопнул в ладоши. — У тебя новый друг?       — Это Шина-чан, мы вместе идём на задание. Шина-чан, это Густобровик. Будете знакомы. Кстати, ты не видел Сакуру?       — Такой юный и заряженный! Да пребудет с тобой сила Юности! — Рок Ли задумался. — Сакуру-сан встречал только вчера ночью. Бежала куда-то так быстро, что я и догнать не смог. Простите… Наруто-кун и Шина-кун, ещё пятьсот кругов вокруг деревни, во имя нашей Юности! — густобровый скрылся в таком же столбе пыли, как и появился.       — Эффектный парень, — заметил Шиначику. Наруто надеялся встретить Сакуру у Главных Ворот. И она там стояла, терпеливо ожидая.       — Доброе утро, — широко улыбнулась девушка, явно избегая взгляда голубых глаз. По тёмным кругам под глазами было очевидно, что ночью Харуно почти не спала. Но причину Наруто не знал, придумывая различные теории.       — Ну что, — Шиначику весело ударил кулаком воздух. — В путь!