Rayos brillantes de la Legiоn

В сумеречном безмолвии озарённом в лунных потоках лучей, высоких колон замка, где тишина в сотую секунду сего замершего мгновения заполняла собой каждую гладь стены ночной мелодией мерцающих звёзд глубокой возвышенности тёмного неба, чей тусклый луч талого света в мерцающих осколках мёртвой тишины отражённо проникал в оконную арку синих крупиц витража, растилаяясь блестящим ковром на гладкой поверхности серой плитки пола, потягиваясь яркими кончиками блестящих теней вдоль рунного замысловатого загадкой узора, что аккуратной резьбой вырисовывался поверх высокой колонны, сохраняя застывшей таинственностью те величественные широты тронного, в глубокой ночной тишине, зала. Задумчиво устремляя свой взор к дальней стороне широких громандных придверий, она так и не находила в себе желанного ответа на разгорающую внутри самой груди тревогу, чьи режущие нити, словно бы, доставали самую уязвимую глубь её души, едким потоком впиваясь стальными кончиками ядовитой резьбы прямиком к алым сторонам её непоколебимого, но впервые чем-то тревожного сердца, с каждой секундой молчаливого мгновения проявляя в нём куда больше призрачного беспокойства в мятежных сплетенях тревог, чего для Эфларэйн, так и не было понятно, несмотря на отрицающую бушующую внутри энергию, которая дальней мелодией невольно давала ей тот тёмный знак приближённых минут устрашающей неизведанности. В кратком взгляде тёмных глаз, она настороженно отвела свой зачарованный в величии взор к лунной стали обручального кольца, внутренний огонь которого уже заметно переливался накалёнными мерцаниями звёздного пламени, изредка, восходя тонким слоем сумеречного тумана в неспешно возгарающем сиянии, чей запечатлённый и весьма странный эффект, несказанно насторожил королеву, ибо такое проявление внутренних потоков собранных в эльфийской стали её кольца, впервые показывало себя столь безудержно и устрашающе, от чьего мерцающего тонкого возгорания, темноволосая девушка, невольно ощущала на себе ту сокрытую мощь магического символа нерушимой клятвы Высших, в постепенно усиливающих языках тёмного пламени, мятежные хвосты которых, как казалось, с каждой пробитой долей короткой секунды разжигались до ярких лучей хаотического пламени, от которого в бледные пальцы его владычецы, уже заметно впивалась обжигающая в режущей лёгкости боль, тонкими линиями синего отблеска того вгрызающего в плоть свечения, оставляя на её гладкой аристократической ладони алый след поверхностной резьбы, вперемешку с растикающим и дрожащим ожогом, чьё раскалённое свежее пятно, уже заметно отражалось на её бледной и нежной коже под эльфийской сталью обручального кольца, в колыхающих языках зачарованных сумраком огней внутреннего величия, сотканного могущественной клятвой нерушимых и величественных сил небесного покровительства. Яркий отблеск тёмно-синего мерцания тонкой нитью протянулся поверх её холодной обручальной стали, на рунной резьбе которой блестящим синим отливом уже вовсю растекалась пламенная струя огненных свечений, заполняя тонкими течениями обжигающей сокрытой мощью каждую трещинку загадочной рунической резьбы, колыхаясь тёмной дымкой от яростного источника блестящего луча вокруг её бледного безымянного аристократического пальца, тем самым, невольно озаряя её тоненькую кожу замедлительным ожогом, от которого уже заметно проявлялся алый и болезненный след под жгучим охватом символа любовной клятвы верности. Едва осознавая внутренним чутьем уже невольно предвиденную мощь магического символа, она непоколебимо наблюдала за выявлением громоздящего губительного знака, уже внутренне предчувствуя хаотический посыл, что совсем недавно резался невинными тревогами в далёкой глубине её чуткого и в тоже время непоколебимого сердца ментальной подсказой грядущего. — Разрыв.... — в едва сдержанном шелесте прошипел её холодный громоздящий голос, после властной и леденящей тонации которого от мерцающей середины её блестящего окутанного в пламени перстня, тотчас разразилась ослепляющая и яркая вспышка, бешенным и бесконтрольным потоком разлетаясь по каждому тёмному углу высоких стен тронной залы, с каждой секундой заставляя загораться его сумраки недавнего безмолвия хаотическим потоком губительных огней, что яростными волнами бешенно колыхались огненной спиралью поверх середины колонного помещения широкой тронной залы, мощными и яркими нитями растягиваясь поверх тёмных свечений, от раскалённой стали эльфийского кольца, с величественным и яростным огнём отражаясь в её холодном, тёмном взгляде полной разгорающей ярости происходящего. Громоздящий и бушующий посыл ветренного срыва, что застыл в магическом кругу, объятым тёмным леденящим пламенем, мятежным дуновением затрагивал её шелковистые пряди чёрных волос, густые и непослушные волны которых мгновенными касаниями затрагивали её бледное выражение лица, в ярком отблеске взрывных фиолетовых искр, что колеблющими крупицами отражались в её кариих глазах возвышенного того пламенем бушующего возмездия, что, словно бы, впивалась обжигающей резьбой в каждую клетку её растроганной в ярости души, безжалостно нанося те болезненные порезы по самое сердце. Через тяжкую силу, подавая глубоким выдохом, верховная владычица Саартала, твёрдо выпрямилась в своих аккуратных плечах, в колыхающем гневе поднимая свой властный взор к колеблящему кольцу разлетающего в воздухе пламени, так и чувствуя ту мучительную боль, что остро вгрызалась в её душу, с каждой секундой причиняя девушке невыносимое внутреннее мучение разящего страдания и злостного гнева от неизвестной ей кем-то наглости в сторону своей возлюбленной принцессы, чья алчная дерзость пробудила столь могущественный раскол их магической клятвы Высших. Так и дрожа от каждой терзающей секунды того хаотического мгновения, она едва-едва старалась совладать со своими пылкими эмоциями стального желания мести, в ярком блеске огненного сияния, что переливалось в её очаровательно тёмных глазах ночной бездны, сплетаясь с бурлящей ненавистью до боли бесконтрольного, внутреннего гнева. Она весьма решительно сжала свою объятую в огненном слое аккуратную ладонь, на безымянном длинном пальце которой алым ожогом был виден талый след под холодной сталью её кольца. — Кто посмел вмешаться в выбор Высших Сил!? — шелестящей, до глубокого устрашения гневной тонацией произнёс её непоколебимый в прежней твёрдости голос, пока её рука в прикрытых глазах сомкнулась в хаотическом вздохе шелестящих ветров возле чёрной рукояти магического клинка, что плавно был вытянут из мерцающей молниями клетки, на аккуратной и тёмной стали которого исходил огненный посыл губительного пламени, вперемешку с молниеносными разрядами громоздящих сил, чьи тонкие вспышки хаотических нитей в бешенной скорости расстилались по ветренным сторонам от смертоносного лезвия демонической стали, на что леденящий в неконтролируемой тревожности взгляд королевы, мгновенно сменился холодной решительностью, нервно сжимая тяжеловатую рукоять своего магического клинка с заострённым кончиком продолговатого лезвия, до мучительного изнеможения ощущая в своём теле раскалённую боль происходящего раскола, что была совершенно не сравнима с броском в тёмную приесподнию бездны Гиллиата, на растерзание миллиардному полчищу демонических сущностей и яростных Богов тёмной пустоши, которую, Эфларэйн, впервые испытала на себе каждой дрожащей клеткой своего тела, в отчаянных попытках избавить себя от напада внутренней ярости в сторону наглых виновников, по своевольности которых произошёл молниеносный разрыв небесной связи величия. Казалось, что её душевный и разрывающийся крик, словно бы, мог слышать весь безграничный охват самого Эльдалифа, уже не смотря на то, что то губительное кольцо яростных огней тёмного пламени прорезало до самих глубоких высот обширного в сумеречном величии замка, что для Эфларэйн было совершенно безразличным и упустимым, в отличии от колыхающего голоса внутренних чувств, свистящий и душераздирающий крик которых окончательно разломил её печать сдержанного гнева. Впоследний раз, она застыла в том бледном взоре леденящего безмолвия на возгарающих огнях губительных свечений, на что её ладонь, тотчас сжала бархотную рукоять своего верного магического клинка, твёрдой, в прежнем величии, походкой направляясь к высоким дверям из объятой горящими огнями залы. — Стража! — свистящим эхом раздался её властный и приказной тон, от которого мгновенно послышались тяжёлые шаги приближающих к ней воительниц, уже россыпаясь смешанными тенями в дальней стороне длинных коридоров замка, мельком проскользая тусклыми тенями по широким королевским флагам, которые были расположены возле входа в тронный зал. В краткое мгновение её сверкающий, на прежней волне, несдержанный тревогой взор пал на мелькнувшие вспышки огненной завесы позади себя после чего, она тут же гордо устремила свой решительный и в тоже время безразличный взгляд в переднюю сторону растилающей лестницы, спираль которой раскрыто уводила вниз, уже в замедлителтных и твёрдых шагах направляясь по её гладким ступенькам широкой дворцовой площадки, временами, вслушиваясь в тяжёлый шелест тянущего в роскошном величии шлейфа, что чёрной тканью растилался за её гордой осанкой, медленным волоком касаясь каменной поверхности пола, пока позади её плечей, уже спешно доносились твёрдые голоса её преданных в доблестной верности стражниц.... *************************************** В уличном затишье, сидя возле каменной окраи широкого фонтана, водный шум которого оставался единственной мелодией возле её поля слухового зрения, временами, позволяя мимолётно расслышать ту оставшую пустынными улицами тишь, что растилась до самой главной площади Саартала, частично донося лёгкими касаниями ветра отдалённые голоса со стороны сторожевой башни, в вышене которой над острым кончиком шпяля мятежно колыхался королевский флаг столичного герба, пока позади её спины, чуть в стороне широкого скрипа тяжелого крыла мельницы, не послышались чеканные шаги, вперемешку с режущим звоном стали, в голосах которых буйно были слышны звуки возгарающей стражей интриги, от чьего гулкого звучания, Эмилия, запечатлённо повернула свою голову к мятежной стороне скрежета, уже невооружённым взглядом улавливая приблежённый ряд стражниц, во главе которых следовали трое верховных магов «Тёмного Круга Бальдак», чьё весьма непривычное зрелище для светловолосой, тотчас загнало её в замкнутый угол происходящего, ибо видеть троих могущественных некромантов, среди королевского ордена, было весьма непривычно и даже устрашающе. — «Бальдак» и «Орден Пламенной Секиры»? Что здесь вообще происходит? — судорожно выпалила девушка, настороженно накидывая тёмный капюшон свисающего плаща, пока не расслышала рассекающий взмах тяжёлого хлопка в воздушной стороне над своей головой, на что светловолосая девушка невольно привстала с каменного края шипящего фонтана, уже растерянно озираясь по ночным сторонам городской крепости. — Эмилия. — резко и в ту же неожиданность послышался позади неё чей-то голос, на который зеленоглазая мгновенно обернулась назад, встречая тревожным взглядом вставшую в метре от себя девушку, от чьего вороного одеяния перьевой мантии тонкими секундами исходил тающий стой тёмной дымки. — Равенна? Что случилось? Почему среди королевского ордена находятся верховные маги «Бальдак»? Что произошло? — в нетерпеливой спешке и напуганной тонации голоса, тут же выпалила светловолосая, на что тревожный взгляд её знакомой заметно сменился напряжённым отчаянием, едва обращая внимание на тяжёлые шаги, что отдалялиясь по сторонним пределам главного круга площади столицы. — Сама не могу понять... Но то, что я видела, явно имеет связь с королевой... — в задумчивом смятении ответила Равенна, опуская свой взгляд тёмных глаз к серой плитке каменного пола, нервно сжимая свои ладони в кулак, по-прежнему не переставая винить себя за недавно увиденное. — С Эфларэйн? Какую связь? Что ты видела? Не молчи же, Равенна! — в бешенном беспокойстве, едва взахлеб выразила ей Эмилия, явно не желая терпеть подобного безмолвия со стороны светловолосой девушки, которая имела для зеленоглазой раздражительную привычку глубокого молчания, пока испуганный в той же едкой вине взгляд Равенны, так и выдавал в чужих глазах тёмную сторону тревожного беспокойства. «Я ведь могла это предотвратить.... Могла, но не сделала!» — зажав зубами до боли свою губу, в том же болевом раздумии прошлось в голове темноглазой прислужницы, перед глазами у которой навязчиво мелькали отголоски недавней отвратной сменяющим ужасом картины. — Равенна! — со скалящим рыком одёрнула её Эмилия, настойчиво выбивая ту из начатых терзаний, пока её испуганный в прежнем безразличии взор пал в переднюю сторону своей подруги, с бледным выражением лица улавливая своего властителя, за плечами у которой покорно следовала малая часть её стражниц, ровными рядами располаженно следуя за темноволосой девушкой, на чью застывшую запечатлённость, Эмилия резко бросила свой ошеломлённый взгляд назад себя. — Эфларэйн.... — тихим и сиплым шёпотом протянула зеленоглазая, невольно осознавая вставшую линию происходящего, уже взгрызаясь отчаянным взглядом в тёмные глаза королевской прислужницы, что мягким кивком подала ей в знак своего подтверждения. — Не может быть...... — опечаленно протянула она в пустоту, сжато оборачиваясь назад стороны разгорающего неизвестностью начала, на что голос её подруги тихо прошептал ей в стальную суету звенящих шагов главной площади Саартала. — Меня здесь не было, ясно? Попробую вернуться как можно быстрее в Саартал, держись только. — близко раздался её заметно колеблящий шёпот позади плечей, от которого мгновенно послышались ветренные хлопки воронных, тяжёлых крыльев, чей натиск лёгким взмахом рассекал порыв леденящего воздуха, задевая последним взмахом тонкие края её чёрной накидки девушки, на что взгляд Эмилии в былом страхе пал к стороне скрипящей мельницы, дрожащими шагами направляясь к нижнему склонну каменных аллей, дорога которых постепенно уводила её к дальним пределам конного строения. ************************************* Гулкое эхо громоздящих шагов, приближённо начинало доносится за крепкими дверями, что были замкнуто прижаты к краям стены конного древесного помещения, пока уверенный в холодной бледности взгляд сероглазрй принцессы мгновенно пал в сторону недоумевающего юноши, выражение лица которого заметно покрывалось первыми слоями тонкого испуга, так и не пытаясь поверить в недавний всплеск энергий, последствиям чего оставался тонкий след красного ожога на аристократическом пальце испуганной девушки, дрожащие ладони которой до первой неприязни стали покрываться ледяным потоком холода, в нервно выбившимся ритме её дрожащего сердца. Невольно переглянувшись с виновником всего бушующего разлома, она в последний раз подала своим резким шагом к тяжёлым дверям конюшни, распахнув её обе скрипящие стороны от себя, уже приглядно запечатляясь на приближённых стражницах, в руках у которых яркой сталью отражался лунный отблеск заострённых клинков, без малейших смятений предугадывая дальнейшее действие начатых событий, на прежней колеблющейся волне не переставая теряться от терзающих внутри неё эмоций. Что он натворил? Её впервые так непоколебимо унизили, да ещё и нагло, и столь вероломно разорвали небесную клятву Высших. За долгое время к ней совершенно никто так и не посмел прикоснуться из посторонних ей людей, справедливо остерегаясь её верховной супруги в лице правительницы столицы Эльдалифа. Неужели в этом безжалостном мире действительно не было каких-либо границ. Несмотря на то, что в Саартале строго стоял запрет на женскую продажу тел для чужого удовлетворения животных инстинктов, от которого многие стражники начинали покидать свою верную присягу королеве, уходя в посторонние пределы других крепостей Эльдалифа. В молчаливом и подавленном безразличии, она устремила свой взгляд серых глаз в переднюю сторону приближённой стражи, поодаль от которых заметными тенями каменных стен растягивались очередные суетливые шаги, сплетённые с отзвуком разговорного эха. — Салазар Бриарфэл, по приказу королевы, вы арестованы за вероломное покушение и рукоприкладство в сторону принцессы Алранны, законной супруги Эфларэйн! Немедленно бросайте оружие! Приказ её Величества! — строгой тонацией раздался голос от стоявшей женщины спереди других воительниц, в руках у которой был расположен изогнутый в узорах двуручный клинок, на что юноша в ехидной ухмылке покорно отбросил со своих плечей тугой древесный лук, отбрасывая с кожаным поясом звенящую сталь закованного в ножны кинжала, пока тревожный взгляд Алранны заметно сменился напряжением при дальнем виде шагающих к ним войск королевского ордена «Пламенной Секиры». — Ваша предъява, скорее, ошибка недоразумения. — в ехидной ухмылке выпалил было Салазар, колким взглядом улавливая леденящее выражение лица медноволосой принцессы. — Должно быть, у вас имеется то, чем можно подкрепить сию браваду? — требовательно произнесла ему воинственная предводительница позади стоявших стражниц, пронзающе устремляя свой строгий взор в голубые глаза блондина, уверенный взгляд которого заметно проскользнул по сероглазрй принцессе, с ехидным оскалом искажаясь в набранной смелости обманного заблуждения. — Вы явно обвиняете меня в том, чего могло и не быть, из-за очередного каприза влитой ревности нашей верховной королевы... И где же доказательства вашего напада в сторону меня? — с раздражительной ухмылкой произнёс было Салазар, на что разъярённый взор Алранны, тотчас бросил свой смятенный взгляд к остановившемся в пяти метрах от неё рядам стражниц, так и пытаясь пробудить в себе оставшие мысли сдавленного голоса, что, словно бы, намертво засел внутри неё, оставляя после каждой такой отчаянной попытки недавнего шока, лишь сиплое дыхание раскалённой тяжести. — От твоей лживой смелости, так и разит скованной подлостью! Смеешь говорить что-то против слова королевы? Или ты действительно думаешь, что твои грязные содеяния вот так просто сойдут тебе с рук? — раздался второй такой ровный голос с левой стороны очередной прислужницы королевской гвардии, после которого заметно слышемо начинали раздаваться возмущённые голоса всего ряда присланных войск. — Я не думаю, я знаю! Ибо то, что было сказано сейчас вами: рушимая ошибка, ведь вы можете аристовать только по доказательству содеянного, но... Как видите, доказательств таковых здесь нет. — в последнем боковом взгляде в сторону медноволосой принцессы, едва непоколебимо бросил светловолосый юноша, на чью дерзкую речь, глава вставшего ордена, тотчас вспылила громоздящией тонацией приказного голоса. — Всё, что я сейчас услышала – чистой воды слова безумца и лжеца, что упёрто игнорирует приказ верховной правительницы Саартала! — чётким тоном послышался чей-то сторонний голос, пока Алранна в насыщенном страхе и былой растерянности старалась собрать в себе последние капли сил подать замерший в голосе ответ, так и прибывая в шоковом испуге случившегося, тревожно обводя пропитанным в страхе взглядом красный след под своим обручальным кольцом, что толстой линией обхватывал её безымянный палец под тяжеловатым металлом символа Высших. — Подобные обвинения в адрес её Величества, карается принудительными силами по первичному закону здешней власти! — пронзающе бросила в адрес блондина, глава вставшего ордена воительниц, на чьё строгое предупреждение, Салазар, тотчас бросился взглядом в сторону приближенных войсков стражниц, среди «Тёмного Круга» троих могущественных магов, что шли во главе верховной Эфларэйн, в чьей правой руке заметными огнями, едва спокойными волнами переливалась мерцающая линия хаотического пламени её тёмного рунического клинка, и такое пугающее зрелище, мгновенно смутило юношу от столь устрашающей перед собой картины, что и касалось самой принцессы, взгляд которой волнительно замер на приближающих шагах, пока стальной взор от главенства королевского ордена, так и пронзал своего виновника вгрызающим, и воинственным взором уверенного исхода приближённых секундами событий. Холодно бросая свой разъярённый взор в сторону стоявшего перед ней юноши, она неприкословно поняла недавний разрыв всему грядущему и светлому, едва воздерживаясь вонзить в его сердце раскалённый тёмными сгустками пламени клинок, бархотрую рукоять которого, Эфларэйн, судорожно сжимала своей бледной ладонью, в отражающем отблеске фиолетовой искры взгрызаясь тем леденящим взглядом в его непоколебимое выражение лица, временами, направляя свой гордый взор в сторону своей возлюбленной принцессы, пока голоса разгорающего среди её верных прислужников спора, мгновенно вывели девушку в прежнюю позицию реальности. — Это полная ложь! Приказ королевы никогда не остаётся в ком-то забытой стороне его доводов и наглых отрицаний! — громко и столь яростоно выразился громоздящий отклик кого-то из стовших рядов в адрес уверенно ухмыляющего блондина. — Вот как? А то, что на ваш, «покорно-верный» приказ, отвести меня в тёмные пределы решётки сырого подземелья нет никаких доказательств? Или, я просто остаюсь крайним в чьей-нибудь вине.... — в едва смятённой ухмылке протянул было Салазар, с колким взглядом сокрытого испуга всматриваясь в сторону приближённой владычецы Саартала, в преданной компании трёх магов «Тёмного Круга», пока очередной голосистый срыв в приказном тоне разорвал былые секунды его хрупкой защиты в подлых словах первичного двуличия. — Довольно лжи! Впредь, будем говорить иначе! — предупредительной тонацией строгого голоса съязвила спереди стоявшая воительница, резким движением руки вынимая блестящую сталь своего клинка из позолоченных ножен, на чей рывок позади неё раздался громоздящий скрежет вызволенных оружий её воинственной гвардии, на что колеблющий взгляд Алранны, тотчас повернул свою голову в сторону дрогнувшего в прежней уверенности юноши, нервно сжимая свои ладони в кулак. — Салазар, нет! — отчаянно выпалила медноволосая девушка, пока не послышался посторонний и довольно-таки леденящий в величественной строгости голос, на чей отзвук, она тревожно обратила свой бледный в том отчаянии взор, встречаясь с блестящими в тонком пламени взглядом остановившейся в нескольких метрах королевы. — Сейчас же опустить клинки! — громоздящей тонацией произнесла темноволосая правительница, на чей требовательный приказ, её прислужники покорно вогнали заострённую сталь в металлические ножны, пока её леденящий, до безмолвного устрашения, взор не остановился на своём подлом «виновнике» всего кромешного хаоса, виной которому был разрушен союз Небесных Сил. — Ваше Величество.... — произнёс женский голос от стоявшей главы её призванного ордена, после которого та воительница покорно приклонилась перед своей правительницей, на что горестный в едва сдержанной ярости взгляд Эфларэйн, режущей сталью пал на заметно смятенного Салазара, бледный взгляд которого так и выдавал с каждой пробитой тем мгновением секундой свою истинную сторону содеянной подлости, что принуждённо вызвала сей разрыв Высших. — И кто же посмел бросить свой недостойный взгляд на ту, что предназначена самой королеве? — властной, сдержанной тонацией произнесла темноволосая правительница, высокомерно подавая взором в сторону блондина, чей испуганный взгляд голубых глаз мгновенно прошёлся по её мелькающему внутренними молниями клинку, что плавно возгарался синим отливом рунических знаков на чёрном и аккуратном лезвии легендарной стали. — Не думал, что здесь окажется столько рядов сторожевой гвардии... Впечатляет... В особенности, увидеть сам легендарный орден «Пламенной Секиры», среди магов тёмного круга «Бальдак», куда ещё больше... — ровной тонацией, словно бы, в пустоту произнёс было Салазар, на чью дерзкую непоколебимость, она едва сдерживала в себе последний осадок рушимых терпений, гордо пронзая «виновника» своим властным и леденящим взглядом полного ненависти, пока посторонние шаги, что торопливо раздались в правой стороне от её войск безразлично отвлекли её краткий взор бокового зрения, едко ощущая оставшуюся боль, которая так и окутывала её безымянный палец под твёрдой сталью потухшего, угасающим огнём, кольца. — Смеешь дерзить королеве? Твоя нахальная смелость просто поражает... Несмотря на недавние попытки лживых отрицаний, ты всё ещё продолжаешь стоять на своём.... – после холодной и громоздящей фразы, её сверкающий взор тёмных глаз мельком прошёлся по правой руке стоявшей поодаль от неё принцессы, укоризненно замирая тем же мрачным взором на алом пятне её безымянного пальца, что напоминал, в своём роде, глубокий ожог. – Более того, ты совершил глобальную ошибку хаотического разрыва Высших, что по конечному итогу встаёт ценой на твою жизнь.... Мало того, что твоя рука вот так неотвратимо и столь нагло посмела прикоснуться к моему Ангелу, без единых устрашений в сторону меня, так ещё и твой грязный поступок нагнал громоздящее разрушение могущественной клятвы Высших Сил, тем самым, напрочь разрывая её своим жалким нападом в сторону моей супруги! — последняя фраза раздалась в её голосе столь строго и властно, от чьего отзвука, стоявшая поодаль от неё Алранна невольно дрогнула в лёгком перехвате своего тревожного, затихшего дыхания, почти улавливая каждой клеткой своего тела восходящую ярость от Эфларэйн, до боли впиваясь в свою губу от накаляющей ситуации пылкого возмездия. — Или ты по-прежнему будешь упорствовать на своём отрицании такой глубокой и смертоносной ошибки? — с почти не сдержанным шелестом произнёс её холодный и пронизанный яростью голос, горделиво делая свой шаг к заметно подрагивающему блондину, что невольно прочувствовал столь величественную ауру накаляющей и губительной энергии в своём теле, боязливо направляя свой взор к возгарающим языкам тёмного пламени, что обвивали тонким, ярким слоем голубоватой дымки скалещее лезвие её рунического клинка, пока мгновенно не зажался в каменную стенку, с тем же глубоким ужасом не сводя своего испуганного взора с преподнесённого лезвия к своему горлу, временами, ощущая плавные ожоги на своей шее, которяе исходили от чёрной дымки тех огненных языков губительного клинка. — Никто здесь не вправе и пальцем дотрагиваться до моей принцессы! Что и касается про насыщенный похотью взгляд! — со сдавленным шипящим рыком процедила ему девушка, садистически оставляя на его доступной шее тонкий обжигающий в пламени порез, от которого голубоглазый блондин сдавленно искривился, впадая в холодную волну ядовитого ожога в невольно вызванных слезах от столь невинной, но в тоже время, адской боли, едва отворачиваясь от чёрной дымки тонкого всплеска её легендарного в могуществе клинка. — И ты ответишь за каждую причинённую ей тем мгновением боль своей жалкой и никчёмной жизнью! — в яростном блеске огненной искры произнесла верховная правительница Саартала, едва сдерживаясь не впиться режущей сталью в его грубою плоть, уже дрожащей рукой опуская полыхающее лезвие тёмного меча, на что тревожный, в громоздящем страхе взгляд Алранны, в последний раз бросился в сторону покорно стоявшей перед ней стражи, дрожащими пальцами впиваясь в плотную ткань своей мантии, что была поверх её шелковистого одеяния, так и чувствуя тот молниеносный накат гнева её возлюбленной супруги, малой надеждой опираясь на хоть единую выжившую нить рушимой клятвы Высших. — Как прикажет её Величество... Я покорно приму сие наказание и без сопротивлений отправлюсь в тюрьму, или же, приму таковую казнь, расставшись с этим миром навеки.... — с дрожащей тонацией вымолвил ей Салазар, так и сжимаясь от нанесённого пореза в потоках жгучей впивающейся в уязвимую плоть боли, на что высокомерная ухмылка Эфларэйн, тотчас исказилась в садистической усмешке, принудительно подцепив своими длинными пальцами его за кончик подбородка, без малейших затруднений, заставляя его пересечься с её леденящим взглядом нарастающей неизвестности. — Ты ошибаешься, милый... Ибо, просто убить тебя: будет блаженная роскошь... Которую ты не достоин заслужить.... — шипящим шёпотом возгласила темноволосая правительница, безжалостно оставляя на его грубоватой щеке царапающий след заострённых ногтей. — И поверь, расставшись с жизнью, ты прямиком падёшь в глубокую пасть Гиллиата! Ибо, стоять на пути королевы – смертельно опасно! — едко прошёлся её леденящий до устрашения шёпот, после которого, она гордо выпрямилась в своих плечах, мало обращая на прохладное дуновение ветра, от чьего потока колыхалась роскошная ткань её длинного шлейфа за аккуратными и женственными плечами, придавая таким невольным явлением ещё большую долю её прирождённого величия в лице верховной правительницы столицы Эльдалифа. — Уведите его.... — монотонно раздался её сиплый голос, от первой ноты которого так и веело горьким осадком ненависти, после чьего приказа, тотчас раздалась стальная суета шелестящих шагов позади королевы, чей стеклянный взор тающей пустоты, так и пронзал невидимую точку ветренной волны тяжёлого скрежета подходящих стражниц к забитому в угол блондину. В последний раз останавливаясь своим взором на бледном выражении лица Салазара, она мгновенно продолжила очередной такой поникшей тонацией былого величия сдержанной в голосе ярости — ...В Теневую Башню... — после чьей фразы, судорожный в испуге взгляд стоявшей принцессы резко сменился колким шоком всего происходящего, осознавая насколько могли сейчас быть серьёзны и, в то же время, справедливо жестки намерения её возлюбленной супруги, после чего она так и не выдержав ринулась в спешных и дрожащих шагах прочь, скрываясь среди ночных теней сумеречных строений городской крепости, от чего внимательный и срывающий взор стоявшей перед расходящейся стражей Эмилии, мгновенно пал в сторону ушедшей, уже невольно делая вслед за ней короткие шаги. — Алранна! Стой! — отчаянно выпалила светловолосая, нервно цепляясь дрожащими пальцами за передние края своей длинной накидки, что скрывала свисающим капюшоном её испуганные очертания лица. — Отставить, Эмилия! — гордо произнесла ей правительница здешних владений, кратко отводя свой едва затмивший спокойствием взгляд к стороне едва сорвавшейся в беглый шаг девушке, которая, тотчас послушно приостановилась, с былым страхом и привычным уважением глядя в безмолвное выражение лица стоявшей перед собой королевы. — Сейчас же отправляйся к остальным! Это приказ. — в последний раз ответил её холодный стальной голос, после которого она невольно поправила свою волнистую прядь тёмных в шелковистой роскоши волос, в чьи непослушные колосистые вьюнами локоны аккуратно была вплетена огранённая чёрными камнями корона, уже медленно направляясь в теневую сторону ушедшей принцессы, так и пытаясь смирить в себе подавленные не сдержанным порывом эмоции....