Часодеи: Часовое Око

«26 апреля 1000 Дорогой дневник, мне уже начинает казаться, что этот шарик проклят. Как мне еще объяснить то, что за последние пару дней я умудрилась и люстру кухонную разбить, и зеркало в ванной разбить, и сервиз хрустальный разбить, и новую блузку порвать, и школу сегодня проспать… Хотя, подумаешь. Это все — мелочи, когда ты можешь управлять временем и в два счета все исправить (ну, разве что кроме опозданий в школу. Для этого приходится выпрашивать у старших новый нормальный будильник…), но все же, неприятно. Вот бы с помощью времени можно было тоже раз — и человека вернуть. Тогда бы и мама так сильно не задерживалась на работе. И всем было бы спокойнее… Особенно, когда пропавших несколько. Ах да, я же еще не писала, что за выходные пропало еще двое учеников?» Варвара почти физически ощущала, как в воздухе школьных коридоров нависла давящая, напряженная атмосфера. Они с Ингой шли со стороны столовой, то и дело оглядываясь по сторонам и улавливая краем уха тревожные новости, что почти шепотом переходили от одного ученика к другому, создавая неспокойную суматоху. — А кто пропал-то? — спросила в конечном итоге Ингрид у группки учеников младших кругов, мимо которых они проходили. — Сумеречкин Павлик с 7-го круга! — девушки обеспокоено переглянулись между собой, хотя это имя не было им знакомо. — И его младшая сестренка, Олеся, со 2-го круга вроде… — вставил другой человек в компании. — Нет, с 4-го! — перебил еще один. — Они разве не на одном круге учились? — рассеянно спросил третий. — А как их похитили-то? Вместе, или по отдельности? Не в курсе? — задавала наводящие вопросы Варвара, спрятав руки в карманы. «-- Во имя Великих Часов… Забыла.» — невесело пожурила себя девушка, не нащупав в кармане свою счастливую крестовую семерку. От этого пустяка и так нерадостное настроение Варвары ухудшилось, из-за чего ее лицо еще больше помрачнело. — Без понятия. — Нет, постой! Одноклассница Олеси же на выходных приглашала ее к себе на вечеринку в общежитие Светлочаса! — А, точно! И в тот вечер, она сама говорила, что оттуда ее будет забирать брат. Именно после того вечера никто их больше не видел. — Мне это все совершенно не нравится… — пробубнила Варвара, когда девушки поднимались по лестнице. — Мне тоже. — отстраненно согласилась Инга, которая сейчас, казалось, была погружена в собственные мысли. Весь путь наверх они молчали. Пока Ингрид уставилась куда-то сквозь ступени, ее русоволосая подруга то и дела взволновано смотрела на нее. В субботу им встретиться не получилось. В тот день, рано утром, Варвара получила от Инги письмо следующего содержания: «Сегодня и завтра не смогу, до понедельника». На последовавший вопрос «что-то случилось?» ответа не последовало. Как и все сегодняшнее утро в школе, Варвара ненавязчиво пыталась узнать у подруги, что все-таки произошло. Но блондинка всячески выкручивалась, не желая давать прямое и четкое объяснение. Хотя в глубине души, Варвара все же догадывалась, в чем было дело.

***

— Тебя что, ТСАПовцы допрашивали? — еле уловимым шепотом спросила наконец напрямую у Инги Варвара, как только они обе заняли места за самым дальним читательским столом, что почти полностью огибался огромными книжными шкафами библиотеки Лазоря. — Угу. — неохотно призналась Инга, сосредоточенная на новостной газете полугодовой давности, выданной Варвариным отцом. — … И как? — перед Варварой были три небольшие стопки бумаг, страницы каждой из которых были скреплены между собой бежевой ниткой. На титульной странице одной из стопок, которую девушка держала в руках, красивыми печатными буквами было написано: «Исследование Астроградской Академии Часодейных Наук об общих тенденциях часовых заболеваний». Варвара, принимаясь за перелистывание бумаги за бумагой, взглядом бегло пробежалась по морю трудно читаемого текста, что редко разбавлялся черно-белыми иллюстрациями. — Как видишь, осталась живой. — русоволосая настороженно оторвала от стопки глаза, приподняв их на сидевшую напротив нее подругу. — …Они что, узнали?.. — голос Варвары обреченно дрогнул. — Если бы узнали — ты бы здесь уже не сидела. — Логично… — Слушай, давай об этом не здесь и не сейчас, ладно? — они встретились взглядами. Варваре совсем не нравилось то, что Инга сегодня целый день находилась в таком напряжении. « — Что же они с тобой такого делали?..» — желало соскочить с языка девушки, но вместо этого она лишь легонько кивнула. После чего, обе подруги опять уткнулись каждая в свои бумажки. В библиотеке было много посетителей. Русоволосая слышала, как некоторые из них то приближались к их столу, то отдалялись. Доносился вялый гул и смех небольших компаний, на которые то и дело шикали другие читатели. Варвара начинала понимать, почему именно Ингрид пока не хотела ей рассказывать о допросе. Здесь было слишком много посторонних ушей. Но даже с осознанием этого факта, девушка чувствовала легкую обиду за неожиданную резкость подруги. Варвара отодвинула все три стопки на край стола, вызывая часолист. В следующий миг в руках у нее оказалась маленькая колода карт с красивой бирюзовой рубашкой, исписанной немудренным орнаментом из маленьких и больших кружков. — Фух, великое Время. — облегченно вздохнула Инга, как только Варвара спрятала свой часолист. — Я уже думала, ты шарик достала. — А зачем его доставать? — непонимающе посмотрела на подругу русоволосая. — Да мало ли, что тебе в голову взбредет. — Варвара на это лишь закатила глаза, вынимая из колоды пиковых даму и валета. — … Ты сейчас будешь раскладывать пасьянс? Серьезно? — Не простой пасьянс, а гадательный. Помнишь, я тебе когда-то показывала «Погоню часодея за Фортуной»? — И на что ты собираешься гадать на этот раз? — вскинула бровь Инга. — На успех нашей исследовательской работы, естественно! «-- … И успех на разгадку тайны того часового шарика.» — про себя еще добавила та. — Ну, валяй. — блондинка небрежно махнула рукой. Варвара откашлялась и закрыла глаза, концентрируясь на раскладке, прежде чем перемешивать карты и приговаривать: — Тридцатью картами разделённый, временем порожденный, все сомнения и страхи отгонит, часодей Фортуну догонит… — она повторила это еще три раза, с каждым разом все тише и быстрее. Этому пасьянсу Варвару когда-то давно научила мамина сестра, тетя Дарья, которая появлялась в Варвариных мыслях каждый раз, как она раскладывала «погоню часодея за Фортуной». Варваре было нетрудно вспомнить внешность тети. Она была вылитой копией Евастины: густые прямые брови, глубоко посаженные синие глаза, курносый нос и тонкие губы; высокая, крепкая телосложением. Единственным различием между ними были лишь волосы. В отличие от короткой русой прически мамы, у тети Дарьи они были длинными, окрашенными хной, что давал очень полюбившийся Варваре огненный оттенок. Девочка много раз просила мать сделать ей так же, но последняя все отказывала и отказывала. Пока в один момент, даже самое малое упоминание о тете Дарье в доме не стало табу. И это было не из-за многочисленных просьб Варвары покрасить волосы, как девочке тогда, два года назад, показалось. « -- Тетя Дарья жутко поссорилась со своим мужем, дядей Гарольдом, и навсегда покинула Астроград. Где она сейчас — никто не знает.» — так, по крайней мере, Варваре тогда обрисовал ситуацию отец. А в чем была причина такой ссоры и почему вдруг ее мать не хотела говорить о тете — Варваре по сей день не ясно. И ей никто не желал что-либо объяснять. Хорошо перемешав карты, она поместила пикового валета под колоду и начала раскладку. Она клала на стол рядом с дамой карту за картой и убирала те, которые оказывались между картами одной масти или ранга. Во время всего этого, Варвара замечала краем глаза, как Ингрид иногда посматривала на нее, всем видом говоря «лучше бы делом занялась». — Варя… — вдруг очень тихо выскочило из уст Инги. — Варя! Варвара была полностью погружена в раскладку, поэтому отреагировала лишь на второй отклик, вопросительно подняв голову и уставившись на подругу. Та лишь рукой молча поманила к себе, а затем указала на что-то в газете. — А? Ч-что-то нашла? — вставшая за спиной Инги русоволосая чуть ли не всем лицом уткнулась в открытую страницу, пока не нашла нужную колонку, на которую тыкнула пальцем подруга.

«26 октября 999 года в канаве юго-восточного

Астрограда было найдено тело 29 летней

часодейки Рейчел-Жозефины Гóван, в научных кругах

так же известной как доктор Цорнвинт.»

— Доктор Цорнвинт!.. — ахнула Варвара, у которой в миг загорелись глаза. — Не знала, что тебя так радуют новости о чей-то смерти. — иронично подметила Инга. Она хотя и казалась спокойной, но выпрямилась от того же чувства, что нахлынуло и на Варвару: азарт. — «Установленной причиной смерти является сильная кровопотеря, вызванная 7-ю ударами ножа в области живота» … Ауч. — словно почувствовав на себе, Варвара невольно прикоснулась к своему животу. — «…В последний раз жертву видели в холле Астроградской Академии Часодейных Наук 24 октября…». — «…Под подозрение падают часовые мастера, живущие недалеко от Академии…» — «…Следствие продолжает расследование.» — между девушками нависла тишина, прежде чем Варвара решилась спросить. — … Это вот одна-единственная статья? — Видишь здесь еще что-то? — задала риторический вопрос блондинка, указывая на стол, на котором лежали лишь три стопки бумаг, да неразложенный Варварин пасьянс. — Надо спросить у папы, вдруг он просто недоглядел… — Зачем? — Чтобы узнать, кто был убийцей! — Думаешь, это нам как-то еще поможет? Как никак, у нас теперь есть хоть небольшое представление, кто такой этот доктор Цорнвинт. — Тебе разве самой неинтересно? — искренне удивилась Варвара. — Интересно, интересно. Просто не считаю, что мы еще что-либо сможем найти по этому делу. Ему всего лишь полгода, а я слыхала об убийствах, которые оставались нераскрытыми годами. — «Не считаю, что мы сможем что-то найти»… — передразнила Ингу русоволосая, на что получила хмурый взгляд подруги в ответ. — Ты в пятницу точно так же разглагольствовала о том, что мы ничего не найдем насчет доктора Цорнвинта. А мы нашли! — Всего-лишь какая-то мелкая колонка в газете, в которой написали о ее убийстве. — Не только! А это? — Варвара в порыве указала на стопки. — А ты хоть нашла в них что-то стоящее? — Ну… — замечание Инги заставило Варвару немного остудить свой пыл, даже как-то неловко уставившись на бумаги, еле слышно говоря: — … Пока ничего… Блондинка закатила глаза, отложив газету в сторону и взяв в руки одну из стопок. — «Исследование Астроградской Академии Часодейных Наук о пластичности часодейной души». — вслух прочитала титульную страницу Ингрид, бегло перелистывая страницы. — Звучит интересно. — кивала головой Варвара, наблюдая за подругой. — То исследование, что ты брала в руки, тоже звучало многообещающе. — отвечала Инга, сосредоточенно что-то высматривая на страницах стопки. — Ме. Медицина — полнейшая скука. — Не соглашаюсь и глубоко осуждаю. — несерьезно пригрозила Варваре пальцем светловолосая ученица Светлочаса, не отрывая взгляд от бумаг. — Ты что, все-таки решила идти по стопам родителей? В больнице работать? — Ага. — Но там же надо столько учить и запоминать… — Думаю, не меньше, чем для работы в вашей «кондитерской». — Инга пожала плечами. — Не, определенно меньше. Для этого мне надо только оценки немного подтянуть, да часовать получше… — Опа-а. — прервала Варвару Ингрид. — Смотри-ка, кто тут у нас. Варвара прищурилась, всматриваясь в открытую Ингой последнюю страницу стопки. — «В исследовании принимали участие: Форамонд Греагойбур…» …! — Так он все-таки не Монди. — сдерживая смешок сказала блондинка, покосившись на подругу. — И не Греагойбур, а Греавойбург. Я даже запомнила. — … Какая разница, а? — начала оправдываться Варвара. — Не моя же вина, что у него такое хитроумное не-астроградское имя. — У меня тоже фамилия «не-астроградская», но ты вроде не называешь меня Голендейтом. — Ну, ты в отличии от некоторых не раздаешь единицы направо и налево и не оскорбляешь учеников на пустом месте. Бедные младшеклассники, — сочувственно вздыхала русоволосая. — они с таким учителем заиками станут… — Угу, но все же, до той же госпожи Мортиновой ему еще далеко. — …Ты это сейчас серьезно? Мне кажется даже Мортинова не доходила до того, что-бы посылать учеников к доктору. — Она разве не отбирала у тебя твою любимую куклу? — на этом вопросе Варвара задумалась, встретившись с угрюмым взглядом Ингрид. — Отбирала вроде. Но я же не по куклам, поэтому мне было ни горячо, ни холодно от этого. — девушка пожала плечами. — Она же у всех отбирает, у всех без исключения. А что? Поинтересовалась она, пока наблюдала за тем, как лицо ее подруги еще сильнее помрачнело. — … Что, все еще сердишься что она твою забрала? — У нее не должно было быть права на это. — процедила Инга, но тихо, словно говорила она самой себе, и как-то загадочно-задумчиво. Русоволосая же лишь смотрела на нее и в этот момент очень сильно желала залезть в мысли подруги, чтобы наконец узнать что было в ее голове. — «…Виктор Фаракуитус…» — после нескольких минут тишины продолжила читать список Ингрид будничным голосом. — Стоп, Фаракуитус над этим тоже работал? Какого года это исследование вообще? — «Опубликовано в рамках просветительской программы ААЧН 1 июня 997 года». — прочитала надпись в самом внизу страницы Инга. — Господин Фаракуитус в школе появился вроде на год позже, как раз когда ты пришла. — Угу… — И вот то самое имя, которое мы искали. — победно провозгласила светловолосая, уверенно ткнув куда-то посередине списка из восьми имен. — «… Мария Драконович…» — Не, ну вот же: «доктор Цорнвинт» … Погоди, что? — Мария… Дра-ко-но-вич. — повторила русоволосая, указав пальцем чуть пониже имени доктора Цорнвинта. — …Того самого? — Да мало ли, сколько таких Драконовичей по Астрограду бродит. — как-то неубедительно прозвучало из уст Варвары, задумчиво уставившейся на список. — У твоего дяди много родственников, не знаешь? — … Не то, чтобы я интересовалась. — Значит спросишь. — приказным тоном сказала Инга, закрыв стопку. Она отложила ее в сторону и взяла в руки третью, с надписью «Исследование Астроградской Академии Часодейных Наук о теории про сверхвысшую часовую степень». Варвара последовала примеру подруги, подхватив самое первое исследование о часовых заболеваниях. — Здесь те же самые имена. — сказала Варвара, как только оказалась на самой последней странице своей стопки. — Здесь… — протянула Инга, прищурившись. — Только Форамонд Греавойбург, Мария Драконович, Виктор Фаракуитус… И Доктор Цорнвинт.

***

— Это ведь можно забрать с собой? — спросила Инга у Владислава, в руках держа исследование о теории про сверхвысшую часовую степень. — Извини, но нет. Такие вещи читаются только здесь. — мужчина бережно принимал весь материал, который некоторое время назад лично выдавал своей дочери и ее подруге. — Паап, может, сделаешь для нас исключение? Ну пожааалуйста? — построила ангельские глазки Варвара, облокотившись о библиотекарский стол цвета махони, что подобно длинной змее располагался полукругом вдоль просторной стены библиотеки Лазоря. Где-то на его дальнем конце, русоволосая ученица Светлочаса могла краем глаза видеть и даже слышать папиных коллег, которые о чем-то оживленно дискутировали с одним из посетителей. На просьбу дочери старший Ткач лишь посмеялся. — Нет, не сделаю. И даже не пытайся строить мне такие глазки. — пригрозил пальцем мужчина, пока, улыбаясь, наблюдал за огорченным лицом Варвары. — Но пааап, здесь все равно никто эти исследования не читает… — А насчет этого я бы поспорил. — бегло осмотрелся по сторонам Владислав, словно хотел убедиться, что никто их не подслушивает. Такая реакция заинтересовала Варвару. Видимо, как и Ингу, судя по их мимолётному переглядыванию. — Да ну. Не читают. — утверждала Варвара, выжидающе смотря на отца. — Вот эти исследования, что я вам давал, — Владислав указал на стопки, что все еще стояли на столе по его правую руку. — с недавних пор набирают нехилую такую популярность. Если, естественно, сравнивать с другими научными работами Академии. Кстати, а почему вы заинтересовались этим вашим доктором Цорнвинтом? Варвара знала, что рано или поздно этот вопрос будет озвучен. Она отчетливо заметила, как желание его задать таинственно поблескивало в глубине ореховых отцовских глаз, еще когда Ткач старший выдавал им стопки и газету. Вот только она не ожидала того, что он решит так резко перескочить на этот вопрос. «— Это ты не хочешь дальше говорить о работах Академии или вопрос настолько мучает?» — гадала про себя Варвара. — Просто услышали это имя где-то. — сразу начала лгать русоволосая. — Оно нам показалось… Необычным. Вот и решили узнать, кто это. — Да-да, все так и было. — утвердительно кивнула Ингрид. — Кстати, пап! Можешь материал по еще одному имени посмотреть? — Для тебя — все смогу. Что за имя-то? — Рейчел-Жозефина Гован! — Это имя вы тоже с улицы услышали? — хмыкнул библиотекарь, повернувшийся спиной к девушкам. — Нет, из газеты. — Варвара с Ингой перекинулись многозначительными взглядами. Владислав дотронулся наконечником своей часовой стрелы углубления в середине ослепительно-гладкой металлической обложки книги, стоявшей на одной из полок. Книга на удивление плавно и бесшумно раскрылась; в глубине сначала был небольшой песчаный дымок, который по повелению руки библиотекаря послушно сгустился, и словно частички мозаики, маленькие песчинки складывались в пожелтевшие от времени пустые страницы. Над ними старший Ткач стрелой что-то быстро написал в воздухе. В этот же миг, в глубине стоявшей рядом медной конструкции в виде разинутой пасти льва с украшенной рубинами гривой воздух покрылся рябью, после которой появился какой-то пока что бесформенный предмет. — Аааа, эта Гован. — воскликнул Владислав, когда положил перед носом девушек толстую книгу в бордовой кожаной обложке, на которой позолоченными буквами было написано: «Прекрасная Принцесса. Роман Рейчел-Жозефины Гован». — Я читал эту книгу, когда она только сюда поступила. Тебе понравится. — Роман? — она взяла книгу, вместе с Ингой разглядывая ее со всех сторон. — А о чем? — Тут все как ты любишь: предательства, любовь, интриги… Действие происходит на Остале, в средневековой Европе. Это чтиво, кстати, еще и историческое, много интересного узнаешь о том регионе. — Нет спасибо, мне и истории Эфлары с головой хватает… — невольно прыснула Варвара, открывая книгу. На первой странице была короткая, написанная от руки благодарность, в которой Рейчел благодарила близких и коллег из Академии за поддержку в написании ее самой первой книги, так же заявляя, что один-единственный экземпляр гордо выдает библиотеке Лазоря. Но что еще больше удивило девушек, так это дата, что шла вслед за посланием.

«24 октября 999 год»

— Эм… Господин Ткач?.. — обратилась шокированная Инга к взрослому. — А когда к вам поступила эта книга? — Ох, дай мне вспомнить. Память уже совсем не та… Сейчас посмотрю, минутку. –– Владислав снова заглянул в открытую железную книгу. — Так, Прекрасная Принцесса… 24 октября, 999 год. — Прямо в день своей смерти, — шокировано прошептала Ингрид. — Великое Время… — …Паап? Можно я возьму эту книгу?

***

— Ты взяла это из-за Рейчел, или все-таки из-за предательств-интриг? — Знаешь, и то, и другое. — призналась Варвара, когда они выходили из библиотеки. — Слушай, Инга… Что с тобой случилось? Тебя что-то тревожит? — Я ведь сказала: не сейчас и не здесь. — Ты это говорила минут 20 назад. — подметила Варвара, но после грозного взгляда Инги, совсем умолкла, отвернув от нее лицо. Они долго шли молча, сквозь шумную толпу, что заполонила площадь перед Астроградской ратушей. — Кстааати, а не хочешь мороженого за мой счет? — пришла в голову Варвары идея, когда мимо них проходила группа детей, аппетитно лопавших мороженое в рожке. Она с надеждой снова посмотрела на Ингу. — Хочешь меня вывести на разговор с помощью сладкого что ли? — еле усмехнулась светловолосая подруга. — Да, а что? — призналась низкорослая девушка. — За мой счет же. — Не, извини, я пас. — покачала головой Инга. — Мне тут как раз родители письмо прислали, хотят, чтобы я домой шла. Так что давай, до завтра. — До завтра… — и подруги попрощались. Варвара некоторое время стояла посреди площади, глядя вслед Инге, силуэт которой успел быстро слиться с шедшим навстречу потоком людей, прежде чем идти домой. По пути неоднократно оглядываясь, как только чувствовала на себе чужой взгляд, пристальный и внимательный, словно кто-то заинтересованно наблюдал за ней из теней Астроградских переулков. «Просто не могу поверить в это! Я еще никогда за все два года нашей дружбы не видела Ингу настолько раздраженной и… Злой на меня? Я уверенна, это дело рук ТСАПа. Но мама, как на зло (за повторение прости), сегодня не дома! А писать ей бессмысленно. Да и к дяде Каспару обращаться как-то… Неудобно? Я имею ввиду, я никогда в жизни ему не писала, и вдруг я бы такая «зачем подругу мою пытаете??!»? Уж лучше дождусь мамы. По приходу домой, я на своей кровати заново разложила пасьянс, который в библиотеке не дала мне закончить Инга. И судя по нему, я смогу разгадать тайну часового глаза! Я, конечно, не настолько суеверная как тетя Даша, но это все равно придает уверенности! Но знаешь, что еще интересно? Я забавы ради задала вопрос, сумеем ли мы с Ингой разгадать, кто и зачем похищает детей в нашей школе. И пасьянс сошелся.»