возьми мою руку, спаси меня

Как я к этому пришла? Оставаясь наедине с собой, Ханна часто задавала себе этот вопрос. Ханна задумывалась об этом, когда в двенадцать лет была наказана за плохую оценку в школе. Она думала об этом во время скандала с братом на юбилее дедушки. Харрингтон возвращается к вопросу и сегодня, когда курит последнюю сигарету на стареньком балконе, пока наблюдает за счастливой парой напротив. Парень поджаривает омлет с беконом, а его девушка танцует под какую-то веселую музыку. На губах школьницы появляется мягкая улыбка, что исчезает буквально сразу. Как я к этому пришла? Ханна ненавидела этот глупый вопрос, который заставляет нервно кусать губу, поправлять волосы на голове, чуть не вырывая их. Ханна поставила себе правило двигаться только вперед, не зацикливаясь на неприятном и ошибках, но жизнь словно нарочно поворачивается задницей. Ханна чувствует, что возвращается в начало своего тяжелого пути долгих размышлений и самокопания. Ханна не хочет рыться в своей проблемной голове, но и свой отвоеванный шанс на счастье с Эдди терять не желает. Лишь дурак откажется от счастья. Добро пожаловать в Спрингфилд. Эдди считал глупостью эту капсулу времени, особенно считал глупостью делать это в Спрингфилде. Во-первых, город ему не понравился. Во-вторых, не думал он о возвращении сюда спустя пять лет. Хотя никто не знает каким будет его будущее. В-третьих, парень так и не решился закидать всеми этими аргументами Ханну. Пускай он и знал, что город этот не понравился и ей. Эдди кидает опустевшую баночку в ближайшую урну, наконец подходя к территории заброшенного храма. Ханна не встречает парня с шариками и улыбками, а ворчливыми речами о его неспособности приходить вовремя. — Принцесса, я тоже могу надуться и развернуться назад. — наигранно оскорбленным голосом сообщает он, заставляя девушку закатить глаза. — Ты такой коварный, на всё готов лишь бы не участвовать в этом, попрошу заметить, очень важном мероприятии! — с надутым лицом восклицает Ханна, когда они подходит к небольшой полянке, где всё было подготовлено. Эдди смеется. Ханна считала каждое мероприятие важным, даже если это простая прогулка, поэтому готовилась ко всему тщательно и со всей серьезностью. Никогда ещё не ощущала Харрингтон такое счастье. Казалось, что все проблемы исчезли, и дальше их ждет лишь счастливое будущее, освещаемой солнцем и удачей. Наконец Ханна закапывает свою памятную коробочку, в которой оставила важные вещи, связанные с Эдди Мансоном. — Клянусь тебе, через пять лет ты забудешь где этот полуразрушенный храм, — с усмешкой произносит Эдди, смотря на улыбающуюся Ханну. — Ах-х, тебе не посеять смуту в моем сердце, Эдди Мансон! Если что, ты будешь помнить за нас обоих. Ханна хихикает, толкая парня в плечо. А Эдди не спешит вступать в спор. Потому что Эдди будет помнить всё, что связано с Ханной Харрингтон. Ту ночь в Чикаго Ханна почти не помнит. Только размытые образы людей в клубе, громкую музыку и Эдди. Грустный Эдди, нахмуренный, обеспокоенный. И смотрящий своими карими глазами так разочарованно, что вспоминая это, девушка хотела повеситься. Ханна бессознательно поджимает губы, стараясь больше не думать о том, что ждет их впереди. Чикаго Эдди и Ханна покидали в расстроенных чувствах, так и не успев поговорить. Одна Фиона Смит была счастливой и радостной, воодушевленно рассказывая о следующем городе в их списке.

Добро пожаловать в Новый Орлеан.

Вечно веселый Новый Орлеан дарил надежду. Поэтому Ханна Харрингтон увидела в этом какой-то знак, из-за чего решила начать новую страницу путешествия с кардинальных изменений. Не только внутренних, но и внешних. Ханна разглядывает свое отражение, а Фиона с улыбкой щебечет с владелицей салоны красоты, кажется, обсуждая своё прошлое. Этот город был не просто очередным пунктом назначения. Новый Орлеан имел все шансы стать для Харрингтон домом, ведь вот уже много лет родная тетка жила здесь во французском квартале. Фиона не жаловалась, и Ханна верила, что Новый Орлеан понравится Эдди. — Фиона, твоя племянница действительно настоящая красавица! — Точно, может она бы хотела стать моделью? Ханна хочет рассмеяться истерически в лица болтушек. Что такое внешняя красота, если скрывает внутреннее уродство? Ханна заправляет за ухо рыжую прядь. Когда-то она услышала от людей, что рыжих поцеловал огонь, и им сопутствует счастье. Может поэтому у Кэрол Перкинс всегда всё хорошо? Если ты увидишь меня, моя милая Кэрол, что же ты скажешь? А ты, мамочка, что скажешь? И Эдди, мы будем счастливы теперь? Эдди сонно трет глаза, рассеянно кивает на все фразы Фионы и мечтает о своей удобной подушке в гостевой комнате. У Эдди Мансона бессонница третий (точно ли) день. Эдди какой-то разбитый, несобранный, голова занята непонятно чем, хотя никто и разницы не заметит, ведь это же странный чудак Мансон. У Эдди Мансона всегда тараканы в голове бегали, но ситуация теперь плачевна. подай мне свои руки, спаси меня Ханна Харрингтон оставляет после себя разрушения и хаос. Эдди не хочет думать о Ханне. Эдди думает, если Харрингтон просто исчезнет его жизни, то всё снова станет нормальным. Жизнь вновь станет простой, всё будет ясно и понятно. И в эту же секунду Эдди начинает болезненно по ней скучать. Он бы хотел ненавидеть Ханну Харрингтон. Он бы хотел вновь проходить мимо нее в школьных коридорах, хотел бы презирать её, хотел бы думать о ней с такой же ненавистью как о Кэрол Перкинс или любой другой местной знаменитости. Эдди хотел бы не знать Ханну. Но Эдди Мансон самый настоящий лжец. Он повторил бы всё ещё раз. Вечное противостояние разума и сердца. — Куда ты меня тянешь? Фиона, неужели твой новый парень тебя бросил? И фу, Фиона, он зовет тебя мамочкой.. Твой парень из Индианаполиса был самым адекватным, а пирог у него просто сказ.. Фиона Смит пропадает внезапно, просто исчезает где-то в толпе, оставляя недоуменного Эдди одного. Кудрявый бы и дальше стоял, если бы не заметил рыжеволосую Ханну Харрингтон. Эдди завороженно смотрит на девушку. Ему бы рвануть к ней, обнять и никогда не отпускать, но парень остается на своем месте. Эдди знает, что их так и не начавшаяся история скоро закончится. Он тяжело вздыхает, решая плюнуть на всё. Как я к этому пришел? Сердце побеждает, рискуя разбиться на тысячи маленьких осколков. Эдди Мансон улыбается. Ханна Харрингтон облегченно выдыхает. Новый Орлеан являлся настоящим сокровищем со своей свободой, беззаботностью и легкостью. Этот город манил, вдохновлял и заставлял искренне радоваться жизни. Эдди встретил Ханну посреди живого выступления уличных музыкантов, что выступали на Бурбон стрит. И обновленная Ханна Харрингтон не просто стояла рядом, подобно толпе собравшихся, а стояла в центре. Пела. Голос Ханны Харрингтон завораживал. В этот самый момент Ханна действительно наслаждалась своей жизнью. Своей отвоеванной свободой. Школьница расслабленно улыбалась, плавно двигалась в такт музыке и просто была собой. Но ей действительно было плевать на людей. Доходил ли хоть до кого смысл её песни? Удалось ли добраться до человеческих сердец? Всё это было на последнем плане, пока в центре толпы был он. Эдди Мансон. С вечным беспорядком на голове, с глупыми шутками и проницательными карими глазами. Эдди Мансон чаще других понимает и видит сокрытое за декорациями. Эдди знает обо всех масках Ханны. Эдди видит Ханну настоящую, а та больше всего на свете боится этого. Кому нужна сломанная кукла.

Скажи мне, что ты всё ещё не сожалеешь об этом Скажи, есть ли ещё что-то общее Потерянное время не возвращается назад

Туристы дарят Ханне тысячу аплодисментов и раскидываются комплиментами, а она смущенно благодарит их, неуверенно собираясь с силами для осуществления задуманного. Большие глаза в панике бегают по сторонам, а в голове ни одной мысли. Девушка не понимает, что спонтанные сюрпризы не станут катализатором для того, чтобы всё снова наладилось. — Оригинально я прошу прощение, да? — Ханна нервно смеется, сжимая ткань платья. Эдди удивленно смотрит на девушку, но почти сразу различные эмоции скрываются за усталостью. Ни капли раздраженности. Ни капли злости, обвинений. Просто усталый Эдди Мансон, из-за чего Харрингтон застывает на пару секунд. Ханна себя в руки берет, выпуская поток несвязной речи наружу. Девушка извиняться искренне никогда не умела, заменяя важные слова глазками щенячьими, да улыбками милыми. — Прости, я идиотка, Эдди. Мне жаль, я знаю, что всё испортила. Я постоянно всё порчу, но.. Черт.. — Ханна хочет рвать на себе волосы от волнения. От осознания собственной никчемности. — Я эгоистичная дура, Эдди. Ты заслуживаешь добрую, понимающую и заботливую девушку, у которой не будет дерьма в жизни, потому что ты, Эдди Мансон, не должен разгребать чужие проблемы. Ты хороший, милый, забавный. Твои кудрявые волосы твоя особенность, а не изъян. А ещё я могу слушать часами твою болтовню о фэнтези и фантастике.. Эдди, беги от меня. Эдди напоминает застывшую статую, когда стоит посреди улицы, сунув руки в карманы джинс. Слушает молча, не перебивает, хотя хочет. Молчит, мысленно прося свою головную боль исчезнуть. Он пропускает мимо ушей несколько предложений, потому что Ханна Харрингтон во всём права. Она эгоистичная идиотка, разрушающая всё на своем пути, приносящая только боль. Но Эдди далеко не ушел. Он глупый дурак, готовый пасть на самое дно тьмы, лишь бы с ней рядом быть. Эдди бы развернуться, оставив Ханну одну. Эдди бы послушаться Ханну, но сделать он это не может. А Ханна наконец может сказать всё, что хочет. — Я люблю тебя, Эдди. Но ты всё равно беги от меня, хорошо? Ханна смотрит с надеждой. Эдди привык разочаровывать других людей. Эдди нуждается в Ханне, как в кислороде. Ханна нуждается в Эдди, чтобы падать было не так больно. Эдди ближе к ней подходит, лицо девичье обхватывает ладонями и просто прижимается к ее губам своими. А получив безмолвное согласие, он прижимает девчонку ближе, обвивая руками тонкую талию. Ханне бы оттолкнуть его, накричать, дабы Мансон поскорее осознал всю её никчемность. Вместо этого Харрингтон обхватывает руками его шею, желая прижаться к нему всем телом. Аккуратный и робкий поцелуй перерос в более страстный. Эдди целует сильно и яростно, как не целовал никого прежде. Эдди ненавидит Ханну. Эдди хочет ненавидеть Ханну. Этот вечер был чудесным подарком для двух поломанных людей, нашедших что-то свое в друг друге. Они наслаждались красотами французского квартала всю ночь. Вели разговоры ни о чем до самого утра, делили сигарету на двоих, пили бурбон в одном из ночных джазовых клубов и беззаботно смеялись. А утром шутили над передачей, завтракая в уютном французском кафе.

***

Когда Ханна вошла в тату-салон, она не совсем представляла, чего ожидать от этого замысла. Можно сказать, что она готовила себя к этому ещё в Хоукинсе. Конечно, они наделали уже тысячу фотографий, кои будут служить вечным напоминанием о совместном прошлом, но отчего-то идея оставить напоминание на теле никак не покидала Харрингтон. Поэтому они заходят в тату-салон, параллельно обсуждая предстоящий процесс. У Ханны это будет первая татуировка, и Эдди успокаивает девушку как может. — Я точно убегу.. — бормочет Ханна, наблюдая за парнем, что уже сидел в кресле. Эдди с усмешкой качает головой. — Ты не из трусливых, Ханнс. Эдди в нее верит, и последнее, чего бы хотела Ханна, это вновь облажаться. Девушка заставляет свои страхи исчезнуть, посему со спокойной улыбкой протягивает готовый эскиз тату-мастеру. Всё должно было быть идеально, из-за чего Харрингтон и подошла к будущим татуировкам со всей ответственностью. Через пару часов они уже отдыхали за просмотром фильма, держась за руки и изредка поглядывая на свои татуировки. Маленький знак бесконечности с подписью forever rain.