Есть ли путь домой?: 5. И солнце взойдёт

      Хакода сжал переносицу, наблюдая за грызущимися братом и сестрой, которые его игнорировали. Урса устало посмотрела на него поверх голов детей.       — Ладно, — вздохнув, сказал Шеф. — Вы, двое, прекратите это на минуточку, хорошо? Давайте поговорим.       Выражение лиц спорщиков было не только зеркальным отражением друг друга, но и до боли напоминало выражение лиц Сокки и Катары, когда Хакода разнимал их драки.       Чешуя Туи, как он хотел домой.       — Отлично, — проворчал Зуко, скрещивая руки на груди и бросая на сестру тяжелый взгляд: — Азула?       Азула решительно повернулась к Зуко, полностью игнорируя Хакоду:       — Мне кажется, по данному вопросу сказано уже достаточно, — заявила она, убирая прядь своих волос, теперь доходящую до подбородка, за ухо. — Я готова уладить наши разногласия, если Зуко будет сотрудничать.       — Это не я должен сотрудничать! — запротестовал Зуко. — Азула могла кому-нибудь навредить, поэтому она должна хотя бы извиниться!       — Хорошо, но постарайся не кричать, — заметил Хакода.       — Я не кричу!       — Именно поэтому тебя изгнали, — пробормотала Азула.       — Заткнись!!!       Хакода встал между ними.       — Так, с меня хватит. Азула, иди на свою койку. Зуко, ты на свою. Вы оба сидите тихо и думаете над своим поведением, а потом мы снова все обсудим. Спокойно.       Зуко зарычал, но сорвался с места. Азула осталась стоять.       — Азула, иди, — сказала Урса.       Девочка искоса посмотрела на Хакоду, поджала губы и на её лице появилось расчетливое выражение:       — А если я не пойду?       — Не хочешь, не иди, но держись подальше от Зуко, — сказал Хакода.       — Или … что?       — Ничего. Я просто хочу, что бы вы остыли по отдельности.       Азула нахмурилась:       — И ты даже ничего не собираешься делать с моим непослушанием?       — Давай просто не доводить ситуацию до момента, когда мне придется что-нибудь с ним делать.       Азула недовольно кивнула:       — Хорошо, я буду держаться подальше от него.       И не успел Хакода моргнуть, как принцесса бросилась к мачте. Вождь вздохнул:       — И почему я думал, что будет иначе? ***       — Я думала, что это работа Панука, — глядя на мачту, пробурчала Акела. Наверху она видела очень самодовольную малолетку-Покорительницу Огня, с важным видом разгуливающую по рее.       — Панук справился в последний раз, так что теперь пришла твоя очередь, — сказал Хакода таким тоном, словно это была привилегия, а не обязанность.       — Тогда почему ты туда не лезешь? — проворчала девушка, закатывая рукава куртки и берясь за перекладины веревочного трапа. Вот почему нельзя использовать нормальные деревянные лестницы?       Паршивка посмотрела вниз и крутанулась на каблуках, даже не покачнувшись.       — Что случилось? Боишься высоты? — крикнула она.       — Шеф, можно я её столкну? — спросила Акела через плечо.       — А если взять веревку? Ты могла бы просто заарканить её, — предложил Джет, который вышел на палубу, услышав слова Хакоды «Азула» и «мачта» в одном предложении и теперь с интересом наблюдал за происходящим.       — Поверь, я очень этого хочу, — заверила его Акела и начала подниматься, стиснув зубы.       Наконец она добралась до реи и схватилась за неё, радуясь, что теперь у неё есть хоть какая- нибудь опора. Азула наблюдала за ней веселым и одновременно самодовольным взглядом. Дрянь.       Акела поднялась на ноги, встала и выпрямилась, и, хотя она определенно не выпендривалась, сделала это куда грациозней, чем это получалось у Азулы.       — Ладно, малышка, — скрестив руки на груди и устремив на ребенка строгий взгляд, начала Акела, одновременно пытаясь незаметно встать поустойчивей, — вот что сейчас произойдет — ты спускаешься вниз, я спускаюсь вниз, все живы, все счастливы.       Азула скривилась:       — Хорошая попытка, но я на это не куплюсь.       Акела нахмурилась:       — На что?       — Какое бы наказание не придумал для меня ваш Шеф, я на это не подписывалась, — Азула начала изучать свои ногти. Классический приём уклонения.       Азула вздохнула:       — Да ничего он не придумал. Он просто беспокоится, чтобы бы не упала и не умерла!       — Звучит, как полная чушь, но я сделаю вид, что поверила, — Азула неторопливо подошла к мачте и села, изящно скрестив ноги. — У меня тут всё отлично, так что спускайся и оставь меня в покое.       Прикусив губу, Акела смотрела на Азулу. Паршивка, не мигая, смотрела в ответ.       — Я могу заниматься этим всю ночь, — с вызовом бросила Акела.       — Посмотрим, — пожала плечами Азула. ***       После захода солнца Токло заглянул в каюту и объявил, что ужин готов. По пути на камбуз Зуко задержался, прищурившись глядя на мачту.       — Они всё еще там? — спросил он.       — Ага, — Джет тоже посмотрел наверх. — На что поспорим, что они застряли там на всю ночь?       Зуко уставился на Джета, который в ответ небрежно пожал плечами, и показал на клотик:       — Что? Кажется, они в порядке. Не похоже, что там есть проблемы.       — Это ты так думаешь, — Зуко еще раз посмотрел на Акелу и Азулу, прежде чем скрыться на камбузе. ***       — Может, кому нибудь стоит слазить к ним, — размышляла Тай Ли, свесив ноги с крыши рубки.       Джет закатил глаза и лег, глядя в темнеющее небо.       — С ними все будет в порядке, — сказал он, гоняя соломинку между зубов. Как его не раздражало поведение сестры Зуко — Азула реально была упрямым отродьем — мысль о её падение Джету не нравилась. Он не бессердечный. Но у Акелы было больше всего шансов разрешить ситуацию без жертв и разрушений. ***       — Знаешь, а ведь я могу просто столкнуть тебя, — задумчиво сказала Азула. Она удобно устроилась, опираясь спиной на мачту, а ноги вытянув перед собой.       Акела посмотрела на неё. Девушка сидела верхом на рее — хотите верьте, хотите нет, но стоять, балансируя на тонкой деревяшке, в пяти метрах от палубы, довольно утомительно.       И быстро надоедает.       — Ты спихиваешь меня, я утаскиваю тебя за собой, — сказала Акела. — У кого из нас длинней руки, а?       Азула нахмурилась и отвернулась. Акела вздохнула:       — Знаешь, Хакода действительно не собирается тебя наказывать. Он не такой. Он просто хочет, чтобы все были в безопасности.       — Значит, он слаб.       — Что? — Акела подумала, что ослышалась.       — Лидер должен быть готов пойти на жертвы, — прямо сказала Азула. — Как и любой из его окружения.       Сентиментальность не дает ничего, кроме потраченного времени. Это прозвучало в точности так же, как тот бред в стиле Повелитель-Огня-рулит, какой еще недавно так любил нести Зуко. Акела помассировала переносицу и поклялась себе, что если встретит Его Огненную Задницу, то лично даст этому ублюдку по морде.       — Хакода готов идти на жертвы, но не собирается бессмысленно рисковать с человеческими жизнями, — сказала Акела. — Мы и так многим пожертвовали — оставили свои дома, семьи, родных… Но мы не…       Акела запнулась. Сказать «монстры» в разговоре с этим ребенком было так же умно и деликатно, как спьяну протаранить борт собственного корабля. Даже если это было правдой.       — Мы не причиняем людям боль без нужды. Это не наш путь. Мы не наказываем детей за непослушание, если это не привело к серьезным последствиям. Тебе прочитают лекцию или дадут наряд на мытье посуды, но не…       Акела снова замолчала, хотя по лицу Азулы было видно, что та поняла, на что намекает девушка.       — Хорошо, — отрывисто казала Азула, вставая. — Я спускаюсь.       Акела кивнула, подождала, пока Азула окажется на лестнице, а потом последовала за ней.       — Иди, поешь, — сказала она, когда они добрались до палубы. — Скажу Урсе, что ты спустилась.       Азула нахмурилась, но на кухню пошла.       Акела со вздохом провела ладонью по лицу. Сейчас она ляжет и будет спать!