Есть ли путь домой?: 5. И солнце взойдёт

      — И… эм… да… вот так всё и случилось.       Когда Зуко закончил своё объяснение, Токло ущипнул себя за переносицу и вдохнул.       Это был долгий вдох — он начинался где то внизу живота и длился, длился и длился… Когда он закончился, Зуко уставился на Токло:       — Ты закончил?       — Ты совсем СПЯТИЛ? — спросил Токло. — Зачем ты это сделал?       — Это была идея Джета! — заявил Зуко, как будто это всё объясняло.       — И с каких пор ты делаешь то, что хочет Джет?       Зуко замер на секунду, в потом пожал плечами:       — Я не знаю.       Токло тяжело вздохнул:       — Вы могли пострадать.       — Мы не пострадали!       — Если бы вы это сделали, вам бы был хана! Никто даже не знал, куда вы поперлись и куда делись! — Токло покачал головой, глубоко дыша и пытаясь не взорваться. — Ребята, послушайте… я должен вернуть вас обратно живыми и невредимыми. Как мне это сделать, если вы изо всех сил стараетесь уморить себя и меня?       Зуко виновато уставился в пол:       — Мы, это… мы хотели помочь. Никто не пострадал! Мы вошли и вышли! Всё прошло как по маслу!       — Но могло и не пройти! Могло и может, если ты еще раз выкинешь нечто подобное! — Токло еще раз вздохнул: — Слушай… не убегай. Хотя бы скажи мне, куда ты собрался. Даже если я скажу нет!, а ты улизнешь, я буду знать где ты.       Зуко молча смотрел вниз. Токло подтолкнул его плечом:       — Эй, не куксись! Джет получит свою лекцию, как только проснется. Хорошо?       — Неважно, — Зуко встал. — Я иду на улицу медитировать.       Токло посмотрел, как он уходит и тоже поднялся, чтобы проверить ребенка, спящего на кровати Зуко. Кажется, с ним всё было в порядке, но Токло не был целителем. Может, Акела…             Демоны, ему придется объяснять Акеле трех лишних детей… и — Туи предвечный! — это Джетовы дети! Как ему, стонадцать демонов в глотку, объяснить им Покорителей Огня в команде без кровавой бани?       Токло привалился к стене и постучался головой о дерево.       Так вот, как себя чувствует шеф Хакода, да? ***       (В настоящее время Хакода был в самом разгаре совещания с капитаном Тириаком и изо всех сил пытался сосредоточится на том, что говорит собеседник, стараясь не обращать внимание на тянущее чувство под ложечкой — возможно, дело было в письме, присланном Пануком и Акелой, но… он не мог избавиться от мысли, что что-то… не так… что грядут перемены. Хакода чихнул и чувство пропало) ***       Смеллерби проснулась, чувствуя себя отдохнувшей и не на взводе впервые… демоны, за сколько месяцев? Она даже не могла вспомнить, когда её было так тепло.       Она глубоко вдохнула чистый воздух, в котором не было привкуса ржавого металла, чистящих средств и крови, и осмотрелась.       Солнечный свет струился через окно — солнечный свет, а не намек на него, пробивающийся сквозь грязное стекло, решетки и тени — и ярко освещал комнату. Дюк лежал на кровати прямо напротив неё и его грудь равномерно поднималась и опускалась. Из всех вещей в камере, сводящих её с ума, присмотр за этим ребенком — то и дело болеющим, потому что вонючие пепельники не потрудились держать их в тепле, чистоте или еще чем то, что превышало минимум — был худшим испытанием.       Она ненавидела пепельников. Их и всё с ними связанное. И она была так, так рада тому, что выбралась.       Она высвободилась из объятий Джета — когда он успел стать намного выше неё? — и еще раз осмотрелась, внимательно, пытаясь вспомнить, когда в последний раз была в доме.       (Ну, в том, который не грабила)       Парень со шрамом, помогший им ночью, сидел у двери, скрестив ноги, закрыв глаза и подставив лицо солнцу, словно греющаяся оленерысь. Он приоткрыл один глаз, когда Смеллерби вышла, бросил на неё косой взгляд и снова опустил веко. Грубый. Смеллерби присела справа от него.       — Что ты делаешь? — спросила она.       Его лицо немного скривилось, словно он был раздражен или чем то недоволен:       — Я медитирую.       Смеллерби покрутила новое слово в голове. Оно ничего ей не говорило.       — Медитируешь?       — Да.       — Как это?       — Предполагается, что это поможет мне установить связь с моим… я не знаю…. источником жизни? внутренним миром? — он пожал плечами в стиле а-фиг-его знает.       — И как это сделать?       — Надо просто сидеть в тишине, — он бросил на неё многозначительный взгляд, — и держать разум ясным. Сосредоточиться на дыхании, пока не успокоишься.       Ну, это звучало, как пустая трата времени.       Так Смеллерби и сказала:       — Пустая трата времени. Хочешь успокоиться — накричи на кого-нибудь. Или пырни ножом. Проще и приятней.       Парень фыркнул:       — Да уж…       Он снова вернулся в свою медиативную позу… или медиационную? — а, пофиг — так что Смеллерби решила, что разговор окончен. Она посмотрела в небо, на облака.       Когда я видела их в последний раз? Было пасмурно, когда они с Лонгшотом попались, она это точно помнила. Пасмурно и холодно.       Парень постарше — Смеллерби не знала его имени — вышел с тарелкой чего-то похожего на овсянку.       Желудок Смеллерби заурчал и она охотно взяла свою порцию.       — Дюк в порядке? — спросила она с набитым ртом.       — Ребенок? Да. Да, он с Джетом, нормально ест и всё такое, да…       Смеллерби немного расслабилась, заглатывая кашу. Несколько зернышек прилипло к зубам и она отодрала их языком. Один из зубов качался и она вспомнила, что несколько дней назад упала с нар и разбила губу. Наверное, тогда и его повредила.       Она доела всё, что было в миске и отставила её в сторону:       — Значит, Джет уже проснулся?       — М-м-м… да. Он передал, что хочет с тобой поговорить.       Язык тела парня ощущался каким то напряженным и неловким. Смеллерби не знала почему, но она провела достаточно времени рядом с Лонгшотом, чтобы знать, как это выглядит, когда кто-то на грани. Что то такое в локтях и плечах. Но что бы это не было, вероятно, это не её проблема.       — Ты с военного корабля, на который устроился Джет? — спросила она. Парень рассеянно кивнул, а потом вздрогнул и удивленно посмотрел на девочку:       — А? Да. Я Токло, — сказал он, протягивая руку. Смеллерби моргнула, глядя на неё, оглянулась, взяла свою пустую миску и подала ему. Парень вытаращился, словно никогда прежде не видел посуды, но потом просто пожал плечами и взял её.       — Я Смеллерби, — сказала девочка.       — Приятно познакомиться, — Токло слегка улыбнулся. — Ты уже познакомилась с остальными?       Она покачала головой:       — Только с тем парнем, — сказала она, показывая на типа, все еще меди… что то там делающего.       — А! Это Зуко.       Зуко. Имя звучало странно, но Смеллерби решила, что парню оно подходит — он сам был странным.       — Еще двое — Ари и Луан, ну, а с Джетом, ты очевидно, знакома.       — Очевидно, — подтвердила Смеллерби.       Токло кивнул, сунув руки в карманы туники.       — М-м-м, да, — выдавил он, а потом смолк. Наступило неловкое молчание. Наконец, Зуко приоткрыл глаз и посмотрел на Токло:       — Еда осталась?       — На плите.       — М-м-м-хм, — он встал, отряхнул пыль со штанов и скрылся внутри. Смеллерби тоже встала:       — Наверное, стоит узнать, что нам Джет хочет сказать.       Токло кивнул и дал ей пройти. Смеллерби зашла в комнату и села на кровать рядом с Лонгшотом и Джетом:       — Токло сказал, что ты хочешь поговорить?       Джет выглядел смущенным:       — Э-э-э, да, я…. я думаю, что должен всё рассказать, пока вы сами всё не узнали… уф… — он посмотрел на Зуко и остальных — Смеллерби толком не поняла, кто из них кто — и кивнул на дверь: — Не дадите нам минуточку, ребята?       Зуко кивнул:       — Пошли, — он взял свою тарелку и жестом позвал остальных за собой. Дверь за ними закрылась. Джет глубоко вздохнул:       — Хорошо, — он посмотрел на Смеллерби и Лонгшота. — Что вы знаете о Королевской семье Народа Огня? ***        — ТЫ СЕБЕ ПОСЛЕДНИЕ МОЗГИ ПРОЕБАЛ, ДЖЕТ?!       Зуко и Токло с гримасой переглянулись через внутренний дворик. Внутри трактира кто-то заколотил в стену:       — А нельзя потише?!        — ДА ПОШЕЛ ТЫ В…. ***       — Язык, сладенький, — бросила Джун через плечо, когда её клиент смолк, задохнувшись после длинной череды ругательств. — Я предупреждала, что это будет тряска.       Хира, откашлявшись, сплюнул сосновые иголки:       — Это не значит, что мне нравится, когда весь проклятый лес оказывается у меня во рту!       — Надо было пригнуться, — поделилась с ним его невероятно предусмотрительная подруга, выковыривая иголки из волос. — Тогда бы ветка не ударила тебя по лицу.       — Да?! А может, если бы она была помедленней, я бы…       Джун отвлеклась от ссоры голубков, подныривая под очередную сосновую ветку. Может, если ей повезет, она снесет их обоих и им с Нейлой удастся удрать с деньгами прежде, чем они очухаются. К сожалению, новоявленные Ома и Шу получили лишь еще по одной порции свежих сосновых иголок в морду.       Какая жалось. ***       После того, как Смеллерби прекратила кричать, они с Логшотом очень долго молчали. Джет наблюдал за ними с другого конца комнаты, изо всех сил стараясь не обижаться на их реакцию. Би шагала туда-сюда, агрессивно скрестив руки на груди и тот факт, что это была реакция на него, на его решения, только сильней ранили Джета.       — Я не понимаю, — наконец, сказала Смеллерби, глядя не на Джета, а куда то в сторону. — Ты… ты ненавидел Народ Огня.       — И всё еще делаю это, — Джет вздохнул: — Я просто… сложно, когда это конкретные люди, которые прошли через то же дерьмо, что и мы… Люди, которых ты знаешь.       — Да? И сколько дерьма сделали эти самые конкретные люди? — спросила Смеллерби. — Ты настолько тупой, что думаешь, что Принц, мать его, всей этой вытраханой духами Страны Огня, не имеет никакого отношения к нашим страданиям?!       — Демоны возьми, Би, думаешь, я это миллион раз в голове не прокрутил? — возразил Джет. — Но, учитывая, что Зуко снесли пол лица после его первого военного совета, не думаю, что он оказывал сильное влияние на политику Страны Огня!       — Судя по всему, у тебя довольно тесные отношения с королевскими особами! — с горечью бросила Смеллерби.       Джет вздрогнул:       — Это несправедливо. Я сделал всё, чтобы поскорей вернутся к вам, ребята!       — Правда? Не было других кораблей, идущих на запад? Да за это время ты бы пешком добрался быстрей!       — Мне нужно было что-то есть и где то спать!       — Правда, хорошо, что теперь у тебя есть и то и другое? И это не камера, — выплюнула Смеллерби.       — Я не виноват, что вас арестовали! Ты не можешь винить меня за то, что я выжил!       Смеллерби топнула:       — Могу! Ты виноват, что мы во все это влипли! — закричала она, тыча в Джета пальцем. — Если бы ты не набросился на тех солдат, если бы подождал, мы бы справились с ними! Но вместо этого ты решил поиграть в героя и из-за тебя мы попали в беду!       Джет сжал кулаки, с трудом удерживаясь от крика. Он повернулся к Лонгшоту:       — Что? Ты тоже думаешь, как Би?       Лонгшот ничего не ответил, виновато потупившись. Джет издал низкое рычание.       — Отлично, — он схватил свои мечи. — Если вы так думает, то я ухожу.       Смеллерби посмотрела на него и нахмурилась:       — Что? Джет, подожди…       — Нет, — выдохнул он. Горло болело, когда он проталкивал через него слова: — Ты ведь не хочешь, чтобы я опять все испортил, — Джет пошел к двери, отбросив по дороге руку Смеллерби, пытающуюся его задержать. Захлопнув дверь перед её носом, он побежал к лесу.       — Джет, ты куда? — позвал Зуко. Джет посмотрел на Покорителя Огня, чувствуя гнев, клубящийся в груди.       — Это не твое дело! — прорычал он. — Просто… держись от меня подальше! Ты уже достаточно сделал! — и, прежде чем, кто-то успел сказать еще что-нибудь, Джет скрылся между деревьями, позволяя ногам бездумно нести себя прочь, через корни и кочки. ***       — Демоны возьми, Джет! — заорала Смеллерби, выбегая из гостиницы. — Вернись!       — Эй! — Токло заступил ей дорогу, прежде чем успела ринуться за Джетом. — Ты не можешь вот так убежать!       Она толкнула его сильней, чем Токло ожидал от девочки её размеров:       — Уйди!       — Не-а, ты не можешь просто взять и умчаться, ясно? Я сам пойду и поговорю с ним, — предложил Токло. Казалось это только сильней разозлило девочку:       — Нет, не пойдешь! Это вы сделали с Джетом! Вы вбили ему в голову это дерьмо и сделали его пособником! —  она снова пихнула Токло и он поймал её за плечи. Она была такой маленькой, может, даже младше Катары.       Токло ощутил прилив ярости на монстров, посадивших её в тюрьму, но ярость пересилила тревога, когда Смеллерби снова попыталась вырваться.       — Послушай меня, хорошо? — медленно заговорил он. — Мы позволили Зуко остаться. Мы позволили ему составить план, как увести свою сестру из Страны Огня до того, как Озай превратит её в чудовище. Джет ни в чём не виноват. Всё это время он пытался добраться до вас.       — Он работал с пепельником, когда нашел нас!       — А ты бы предпочла, чтобы он пошел туда один и пострадал? Или еще хуже? Кто бы вас тогда спас?       Смеллерби замолчала. Её лицо недовольно скривилось:       — Он бросил нас, а когда вернулся… у него в друзьях пепельники!       — Он не бросал вас специально, ты же знаешь, — вздохнул Токло. — Он никогда бы не ушел от вас!       — Он только что это сделал!       Ну, тут она была права…       — Он расстроен. Он вернется. Только дай мне самому поговорить с ним, хорошо?       Смеллерби пошаркала ногой и шмыгнула носом:       — Ладно, — проворчала она.       — Вот и ладушки. Я тебя отпускаю?       Токло медленно разжал руки. Смеллерби осталась стоять. Парень вздохнул с облегчением:       — Ты можешь подождать внутри?       Она закатила глаза и, громко топая, ушла. Токло покачал головой и повернулся к лесу.             Так, приступим. ***       Джета было легко найти. Токло нужно было только отследить его глупую копну волос. Он заметил её среди ветвей огромного дуба.       Ты же не надеялся, что это будет легко, правда, Токло?       Пыхтя, он вскарабкался на дерево и сел рядом с Джетом.       — Привет.       Джет не ответил. Он сидел, безучастно глядя вдаль, обхватив руками колени и сжав кулаки.       Токло положил ему ладонь на плечо и губы Джета задрожали, а глаза затуманились.       — Я их подвел, — его голос срывался от еле сдерживаемых эмоций. — Я оставил их Народу Огня. Я был их лидером и бросил их.       Токло вздохнул:       — Ты никого не подвел. Джао забрал тебя и оставил их одних. Это его вина, а не твоя, — про себя он подумал, что подросток, руководящий тем, что более менее равнялось армии маленьких детей, это не самый лучший — или безопасный — выбор и он сомневался, что любой в четырнадцать лет, смог бы справится с этим без потерь.       — Всё равно я это сделал, — Джет вытер глаза и расстроенно махнул рукой: — Смеллерби была права. Я мог вернуться по суше, я мог найти другой корабль — всё это было бы быстрей, но я выбрал лёгкий путь и…       — … и теперь чувствуешь, что этим предал своих товарищей, — догадался Токло.       — А как это еще назвать? — Джет пнул ветку каблуком, сломав её. — Знаешь, сколько раз я мог просто избавиться от Зуко? Представь себе — я мог бы стать тем, кто прервал кровную линию Созина раз и навсегда, — Джет криво усмехнулся.       — Это звучит… эпично, — признал Токло. — Другой вопрос — действительно ли ты хочешь убить Зуко?       Джет долго молчал, а потом вздохнул с несчастным видом:       — Нет. В этом то и проблема…       — Почему? Я бы сказал — чем больше союзников, тем лучше, нет?       — Ну… это один из способов посмотреть на всё это… Я не говорю, что то, что он с нами, плохо… я просто… — Джет со стоном запустил пятерни в волосы: — Я ненавижу, что это встало между мной и моей… семьей, — он произнес это слово с какой-то странной интонацией. — Я не должен подводить всех еще раз.       Токло вздохнул:       — Ты этого и не делаешь. Ты предан борьбе с Народом Огня.       — Я знаю. Я просто не знаю, как заставить Смеллерби и Лонгшота понять это.       — Может быть, стоит поговорить с ними еще раз? Знаешь, когда все успокоятся…       — Я спокоен, — пробормотал Джет, выглядя очень обиженным для спокойного человека.       — Еще спокойней, — уточнил Толко.       Джет вздохнул:       — Ладно, — он огляделся. — Слушай, я пока не хочу возвращаться. Ты не мог бы сказать всем, что я скоро вернусь?       Токло кивнул и похлопал его по спине:       — Не убейся тут, ладно?       Пока Токло спускался вниз, Джет крикнул сверху:       — Думаешь, мне стоит извиниться перед Зуко, за то, что я на него наорал?       Токло пожал плечами:       — Это было бы достойным поступком. Я бы так и сделал. И Зуко, наверное, хочет, чтобы ты это сделал.       Джет задумчиво кивнул:       — Угу. Это две причины сделать это и одна не делать, — его голос повеселел.       Токло покачал головой, пытаясь не улыбнуться:       — Ты сам разберешься.       Он слез с последней ветки на землю и только там вздохнул с облегчением. Задрав голову, он несколько минут смотрел на Джета, а потом пошел обратно в город.       Смеллерби бросилась ему навстречу, как только он подошел к гостинице:       — Где Джет?       — Ему нужно побыть одному. Но он скоро вернутся, — заверил девочку Токло. Она не расслабилась, но её взгляд стал менее угрюмым и она кивнула:        — Спасибо.       — Конечно, — Токло чуть было не взъерошил ей волосы, но потом решил, что жест может быть неправильно понят и сунул руку в карман. — А ты хочешь поговорить?       — Нет, спасибо.       Джет вернулся почти через час.       Зуко инстинктивно встал — просто на случай, если придется… быстро уходить. К его удивлению, Джет остановился, откашлялся и подошел к нему поближе:       — Извини, что накричал на тебя, — сказал он, глядя в землю и теребя воротник. — Я был зол на себя и выместил это на тебе. Наверное, я был немного… ну, мудаком.       — Немного, — согласился Зуко. — Ну, э-э-э…извинения приняты, полагаю.       Джет кивнул:       — Круто, — и вошел в дом.       К Зуко подошел Токло и похлопал его по плечу:       — А знаешь, что шансы были два к одному, что он действительно извинится. Я бы сказал, что это действительно круто.       Как и во многих других случаях, Зуко не знал, как реагировать на слова Токло:       — Ура мне? — с сомнением спросил он.       — Ура тебе.