В отражении заблуждений

Родители… Родители… Родители. Говорят, что их не выбирают, но это жизнь не облегчало. Скорее наоборот, из всех на планете тебе достались именно эти люди. Дети виноваты в том, что они родились и в том, где они родились? Многие любят так делать — скидывать ответственность на своего ребенка, а потом удивляться, почему же он такой. Эри не хотел думать об этом, но и не думать не мог. Легче сказать — забудь, куда сложнее сделать это. Самое ужасное, что нельзя по своему желанию просто стереть из памяти этот отвратительный отрезок времени, но в то же время это к лучшему — лучше не забывать, какие сволочи тебя родили. Мельком Эри даже порадовался, что у него нет братьев или сестёр. По крайней мере, больше от них никто не пострадает. Почему такие люди рожают детей? Под тягой обстоятельств! Эри скривился и уставился в окно автобуса. Он возвращался обратно в свой город, абсолютно пустой в душе и изуродованный психологически. На секунду он даже подумал всё бросить и поехать в какой-нибудь клуб, напиться до беспамятства, но это был не выход. Даже не близко. Он не так сильно верил в то, что это закончится чем-нибудь хорошим, чтобы рисковать, а жить он ещё хотел. Вопросов стало немного меньше, но это работало явно не на него, потому что некоторые вопросы сформировались в огромный ком, который давит тебя к земле правдой. Эри ненавидел своих родителей. Точнее, он ненавидел этих людей, которые по какой-то великой случайности — рок, не иначе — стали его родителями. Отвратительно, им бы самим не помешал взрослый разумный человек, а не это недоразумение, которое они звали семьёй. Было больно? Возможно. Как быстро эта боль прошло? Через час. Когда эмоции улеглись, а мозг перестал крутить их крики, как на повторе, Эри смог выдохнуть. Он уверял себя, что всё могло быть ещё хуже: они могли избивать его, сдать в приют, выкинуть младенцем в окно. Мало ли таких случаев? Его родители явно были близки к пополнению такой «шикарной» статистики. Эри не мог понять, как можно так искренне возненавидеть своего ребёнка. Всё просто — его и не любили никогда. Вот что случается, когда два эгоиста создают не нужную им семью — и, как итог, ребёнок с проблемами в социализации, общении, щепотка самоненависти и вечное чувство вины. Звучит как прямое направление к психиатру на ближайшие десять лет. Было бы весело, не будь так ужасно. Эри пытался найти плюсы, но всё как-то не находит. Мало того, что его ненавидели за одно существование, узнай его родители о том, что их «любимый сын» ещё и по мужчинам, наверное, он бы живым точно не ушел. Везел был похож на человека, который готов был взяться за нож. И с этими людьми он жил столько лет. «Просто блеск!» Кент ответил на его сообщение почти сразу. Вероятно, он понимал, что дело пахнет жареным, а потому достаточно быстро скинул денег на карту, чтобы Эри без проблем доехал и при этом не помер с голоду. Всё было плохо. Всё было куда хуже, чем плохо. Даже не особо надёжный на вид, немного провонявший то ли рыбой, то ли пивом автобус, с неудобными сидениями казался верхом комфорта по сравнению с новым домом этих людей. От кого: Кент; Слушай, возвращайся поскорее. Я надеюсь, они тебе ничего не сделали. Если что, можешь вернуться в нашу квартиру. Если не хочешь меня видеть, я постараюсь тебе не досаждать… Просто… Эри, вернись домой. Эри склонил голову к плечу. Он ужасный друг, а Кент просто золото. Даже после всего, что он сделал и сказал, он ждёт его и помогает. Эри не хотел его терять, он ведь был его первым и единственным другом, если так пойдёт, он уничтожит их дружбу, как и хотел, но… Эри уже был не уверен, что именно этого он и хотел. Хару ведь тоже за него переживает, тогда что, и с ним порвать только зарождавшуюся дружбу? А потом что, одиночество? Такое себе будущее. Эри решил, что подумает над этим чуть позже, а сейчас хотелось спать, его укачивало. Он вздрогнул, когда кто-то тронул его за плечо. Открыв сонные глаза, он повернул голову, рядом стояла юная девушка, немного неловко улыбаясь. —Простите?.. —Извините, что побеспокоила, просто ехать ещё долго, а моя сестра… в общем, у вас не найдётся бутылочки воды? Эри ненадолго потерялся, но потом понял, что девушке и правда нужна помощь. Он кивнул и потянулся к сумке. Была уже глубокая ночь, пассажиров было не так уж и много, и девушка обратилась к нему, потому что он сидел ближе всего, да и выглядел не как тот, кто пошлет при подобной просьбе. Эри открыл сумку и достал небольшую бутылку воды. Он купил её перед отъездом автобуса, на случай, если ему станет плохо. —Вот. —Спасибо вам большое, — взяв протянутую бутылку, сказала девушка. — А вы?.. —Всё в порядке, у меня есть ещё, — улыбнулся Эри. Автобус слегка тряхнуло и девушка зацепилась за сидение, чтобы не упасть. Эри посмотрел за её спину на явно смущенную обстоятельствами девочку. —Как зовут сестру? — вдруг спросил Эри, сам удивившись своей смелости. —Кесси, — ответила девушка, а потом аккуратно вернулась на своё место. Эри откинул голову на сидение, смотря, как девочка берёт воду у сестры. Он не припоминал, чтобы просил родителей вот так о чём-то, зато просил Кента, даже не один раз, а множество. Он подумал, что, наверное, хорошо иметь старшую сестру или брата. Когда у тебя есть тот, кто поможет и защитит… «Кто позаботиться о тебе, как… Кент заботился обо мне». Эри резко отвернулся в сторону окна, нахмурившись. О чём он только что подумал? Эри почувствовал, что близок к чему-то важному. Кент и правда много заботился о нём, не давал в обиду и всегда был тем, на кого можно положиться. Так… Кент относился к нему, как… к брату? Он звал его домой. Но даже если и так, то как сам Эри относился к нему? Он же был влюблён, верно? Но… Что он вообще знает о любви? Его не любили родители, сами родители друг друга не любили, так что он знает о том, как выглядит настоящая любовь? Эри уперся локтями в колени, схватившись руками за голову. Кент был первым и единственным человеком, к которому он проникся, первым, к кому привязался, он заботился о нём и не бросил даже после того, как обо всём узнал. Эри не общался с другими людьми, а потому… Хотелось взвыть от бессилия и непонимания. Как понять, что он по-настоящему чувствует? И ведь даже спросить не у кого было. У него кроме Кента… Есть ещё Хару, с которым всё тоже стало резко слишком сложным. Если он и правда любит Кента, то что почувствовал тогда к Хару? Как всё это было сложно и не понятно, хотелось вновь закрыться, и не думать об этом больше никогда. Вздрогнув, Эри уставился невидящим взглядом в переднее кресло. Родители винили его во всех проблемах, он считал, что не заслуживает чувствовать боль. Может ли быть это связано с тем, что он запутался в своих чувствах? Эри не смог найти ответы на новые вопросы. Когда начинался рассвет, он уже был около своего города. Он немного поспал, но голова болела жутко то ли от сбившегося режима и усталости, то ли от сна в автобусе, то ли от вороха вопросов и проблем. Как бы там ни было, а голова болела безумно. Когда Эри вышел из автобуса, телефон завибрировал в кармане. Оказалось, что Кент не спал. На губах появилась усталая улыбка. Эри был и рад знать, что друг волнуется и ждёт его, но и больно от вернувшихся вопросов. Он не мог спросить Кента прямо о том, как он к нему относится. Не мог же? Ничего так и не прояснилось кроме того, что родители отвратительные люди, а он был вовсе и не виноват. Решив, что будет правильнее проверить, что же он на самом деле чувствует, Эри согласился ненадолго вернуться к Кенту. Возможно, это было глупо. Может быть, очень глупо, но ничего умнее он не придумал. И когда он хотел уже убрать телефон, вызвав заодно и такси, тот вновь завибрировал. Эри нахмурился, забеспокоившись, что это может быть оте… Везел или Аллин, но, когда он посмотрел на экран, стало немного неуютно. От кого: Хару; Я снова засиделся до утра, но я подумал и отредактировал твои фото. Прости, я их не удалил, но клянусь, что никуда не выкладывал! И, если честно, мне немного неспокойно. Надеюсь, у тебя всё в порядке. Эри долго перечитывал сообщение, не понимая, что чувствует. Раздражение? Радость? Смущение? Откуда только? И почему Хару не удалил фотографии? Но, по правде, Эри признавал, что ему было уже не так это и важно. Больше его беспокоило то, что Хару волновался за него. Отлично, кажется, он ещё сильнее запутался. Заметив подъезжающее такси, он сунул телефон в карман, но, как только сел, достал вновь. Нужно было ответить? Эри чувствовал себя неловко. Что на такое вообще принято отвечать? Написать «спасибо»? Эри вздрогнул и сжался. В такси было холодно, а ещё пахло чем-то неприятным, он понял, что это были духи, но окно открывать не стал из-за холода, а просить сделать потеплее не смог, испугавшись. Сжавшись, он перехватил телефон двумя руками. Всё же, он решил, что будет лучше сказать, что с ним всё хорошо, и он уже вернулся. Да, так будет лучше. Про фотографии он уже забыл, а вспомнил, когда сообщение было уже отправлено. Кому: Хару; Всё хорошо. Я уже приехал обратно. Он уже хотел выключить телефон, как тот пикнул и высветился ответ. От: Хару; Я рад. Прости, что лезу не в своё дело, но ты не рановато? Ничего не случилось? Эри растеряно замер, обдумывая, что сказать. Как о таком расскажешь нормальному человеку? И он не хотел выглядеть ещё более жалко в глазах Хару. Кому: Хару; Я просил не злоупотреблять тем, что дал тебе свой номер. От: Хару; Это, если правильно помню, касалось почты. Но прости, если помешал. Эри нахмурился. Он вовсе не это имел в виду. По правде, он понятия не имел, что имел в виду. Кому: Хару; Не важно. Просто небольшое недопонимание с родителями. Эри ожидал, что Хару снова ответит сразу, но тот почему-то молчал. Подозрительно долго молчал. Он решил, что сказал что-то не то и перечитал диалог, но ничего так и не понял. Он почувствовал себя ребёнком, который хочет внимания, но боится первым зачинать разговор. Выключив телефон, он посмотрел в окно, но пальцы нервно перебирали по экрану. Эри сам не понимал, почему так сильно заволновался. Может, Хару просто уснул или занят. Или не хочет говорить. Или он снова его обидел. Но чем? Эри снова немного нервно посмотрел на потухший телефон. Он хотел бы спросить, но боялся. Вдруг он слишком навязчивый, или Хару и правда занят? В конце концов, Эри спрятал телефон в карман, чтобы не маячил перед глазами. Когда у Хару будет время, он ответит. В этом ведь нет ничего странного? Кент встретил Эри, когда машина подъехала к дому. Эри отбросил мысли о Хару на время. —Привет, — улыбнулся Кент, и Эри невольно нахмурился, вспомнив улыбку Хару. Да что с ним не так? Почему сейчас? —Привет, — неуверенно ответил он и выдавил улыбку. Запустив руку в волосы на затылке, он неловко вдохнул. — Слушай, прости за то, что… —Эй, прекрати, — перебил Кент, положив руку на его плечо. — Я не держу на тебя обиду, я рад, что ты вернулся. Давай поскорее поднимемся, ты, наверное, уставший. Эри кивнул. Возразить было нечем, да и не за чем. Если Кент так говорит, значит, всё хорошо. Но извиниться Эри всё же хотел, а ещё понять, правильная ли мысль посетила его по пути сюда. Он понимал, что чувствует себя почти беспомощно из-за того, что, похоже, запутался в собственных чувствах. Он считал свои эмоции неправильными, свои чувства не искренними, а сейчас был в замешательстве из-за того, что внезапно проснулось в нём из-за Хару. Он не мог осознать, не мог сложить этот чертов пазл, а помочь ему в этом никто не мог. Он ведь влюблён в Кента, тогда что происходит с его чувствами к Хару? Они поднялись в квартиру молча. Кент пытался начать разговор, но Эри был занять другими мыслями. Кто для него Кент? А Хару? Почему он чувствовал, словно проводит между ними параллель? Ему это не нравилось. Он отгонял чувство вины, и пытался искренне разобраться в том, что с ним. Он ведь просто привязался к Хару? Но разве он может обнимать человека, к которому просто немного привязался? Почему после слов Хару у лифта он почувствовал себя настолько странно? Почему он вообще так легко проникся к нему? Он настолько жалок, что цепляется за всех, кто протягивает ему руку помощи. Разбирая свои вещи в комнате, Эри нахмурился, вспомнив, что натворил. Кент открыл дверь и облокотился о косяк. —Я действительно рад, что ты вернулся, — сказал он с улыбкой. Эри замер, а потом отложил сумку и сел на кровать, подняв на Кента напряженный взгляд. Он хотел понять. Чувствовал, что что-то упускает и это не даёт ему покоя. Родители не любили друг друга, не любили его, Кент влюблён в Мэлли, а Эри влюблён в него, а Хару… он просто ему помог, как Кент когда-то. Возможно ли, что он чувствует к Хару тоже самое, что и к Кенту пять лет? —Тебе всё равно, что я влюблён в тебя? — вырвалось у Эри. Он распахнул глаза, но забирать слова назад не стал. —Это… — Кент почесал затылок. — Я не могу ответить тебе взаимностью, Эри. Да я и никогда не думал о таком, прости… наверное. —Я не о том, — разочарованно вздохнул Эри. — Тебя это не напрягает? Что я снова могу?.. — он не стал договаривать. —Не знаю, но будет хуже, если ты окажешься один, и тебе понадобится помощь, а никого рядом не будет. —Значит, забота. Кент оттолкнулся от косяка и сел рядом. Эри невольно вздрогнул. Нет, он не собирался повторять. Он совершенно себя запутал в том, что с ним происходит. Под сомнением теперь были даже эти пятилетние чувства. —Эри, ты мне как брат. Ты дорог мне ещё со школы, и я не хочу, чтобы мы разошлись из-за твоих чувств. Мне правда жаль, что я ничего не понял, может, попробовал бы тебе помочь раньше, но… Я не знал, что такое может случиться. — Кент виновато взглянул на него. —Брат, значит, — Эри помрачнел. Он оказался прав. — Поэтому ты обо мне заботишься? Тогда, ответь… — Эри неловко отвернулся. Он собирался задать странный вопрос. — Что ты чувствуешь ко мне? Как понимаешь, что это именно братские… чувства? Как они?.. —Проявляются? — Кент явно был растерян, но всё же задумался. — Если ты спрашиваешь… думаю, я хочу защищать тебя, знаешь, как младшего братишку, и помогать по этой же причине. Не знаю, как объяснить. Ты мне близок, мы похожи тем, что оба не особо ладим с обществом, мы со школы вместе, я как-то уже и не представляю жизнь без тебя. Знаешь, было грустно, когда ты уехал, а в доме стало так пусто, словно забрали что-то важное. Я не знаю… мне хочется, чтобы мы поддерживали друг друга и доверяли тайны, обсуждали… отношения или там, знаешь, что обычно… —Я понял, — кивнул Эри, пытаясь понять, что чувствует после этих слов, но ему показалось, что кроме легкого разочарования и, неожиданно, безумной радости, ничего не было. Почему? Он радовался тому, что так дорог Кенту? Что ему его не хватало, и он, судя по всему, но не собирался никогда оставлять его? Значит, Мэлли ничего не меняет? Он и не думал оставлять его одного? Эри едва не взвыл. Какой он идиот, раз подумал, что из-за Мэлли Кент оставит его одного, что не будет больше его… другом. Резко нахмурившись, он сжал кулаки. Он снова не понимал. — Тогда, что ты чувствуешь к Мэлли? Ещё недавно он бы просто закрылся в себе, виня себя в том, что доставляет неудобства, в том, что заставляет других людей страдать. Но после того, что он узнал, медленно осознал, что меньше всего на свете хочет повторить судьбу родителей. Запутавшись, совершив непоправимую ошибку. Он уже едва не разрушил отношения с Кентой, попытался оттолкнуть Хару и Мэлли. Он не может продолжать. Он не хочет погубить свою жизнь. Ему нужно было знать, что с ним происходит, иначе в этом всём не было никакого смысла. Ни в Кенте, ни в Хару, ни в нём. —Эри, я… — напрягшись, начал было Кент. —Всё хорошо, ты меня не ранишь, — Эри даже ошарашенно замер. Он сказал то, что чувствовал? Ему не было больно? Он был в замешательстве из-за всего, что слышал, но боли не было. Он не понимал и его это раздражало. Он хотел узнать, похожа ли его влюблённость с влюблённостью Кента, ведь любовь проявляется примерно одинаково, верно? —Если ты хочешь, — вздохнул Кент. — Я… Люблю её. Хочу всегда быть с ней рядом и делать её счастливой… Поддерживать её и радоваться вместе с ней, строить совместное будущее, я… Это не объяснить в двух словах, я слишком много… чувствую к ней. Прости. —Не извиняйся, — мотнул головой Эри. — Любовь сложное чувство? —Да, достаточно сложное… я так думаю, — пожал плечами Кент, настороженно смотря на Эри, словно пытаясь понять, задел он его или нет. —Тогда, если я тебя люблю… — Эри опустил голову. Нет, он не мог понять. Любовь ли это? Как понять точно? Как не перепутать с другими чувствами? —Эри, — виновато вздохнул Кент. —Нет, нет, — вскинул руки Эри. — Я лучше лягу спать, прости, что завалил вопросами. Кент не стал ничего спрашивать и просто пожелал хороших снов, а потом вышел из комнаты. Эри скинул одежду прямо на пол и упал на кровать. Когда он собирался уснуть, телефон под подушкой завибрировал. Он вздрогнул, но пересилил себя, а когда подумал, что это может быть Хару, его пробрало непонятное чувство. Он включил телефон, но разочарованно застонал. Просто какая-то реклама. Он раздраженно фыркнул и удалил сообщение, и снова засунул под подушку. Теперь в голове была мысль, почему Хару всё ещё ему не ответил. Телефон снова раздражающе завибрировал, но Эри его проигнорировал. От кого: Хару; Надеюсь ты хорошо добрался. Эри понял, что засыпать под утро плохая идея. И когда взялся за телефон после того, как сходил в душ и туалет понял ещё кое-что — всегда нужно проверять телефон. Он сел на кровать и уставился в экран. Вздохнув, он ответил и сложил голову на скрещенные на коленях руки. Чтобы хотя бы немного переварить всю информацию, что получил за такой короткий промежуток времени, он сосредоточился на учёбе. С Кентой отношения выровнялись, Эри несколько раз даже сталкивался с Мэлли в университете и немного говорил с ней. Он пытался устаканить свою жизнь всеми силами, а потому с Хару он старался не видеться, да и тот не искал встреч. Возможно, что-то случилось, но Эри не мог найти сил спросить. Его немного напрягало то, как он реагирует на Хару. Даже на его сообщения, это было не нормально. Но вечно избегать он его не мог. Если Эри хотел во всём разобраться, следовало снова поговорить с Хару. Через неделю он попросил Хару о встрече в том самом парке. Парень согласился и не стал спрашивать, почему вдруг Эри захотелось с ним встретиться. Эри поднял голову, чтобы взглянуть на чистое голубое небо. Ни облачка, а солнце жарит так, словно не весна на улице, а конкретный такой август. Воздух сухой и даже дышать немного тяжело, а в горле пустыня. Хотелось пить и спрятаться в тени хотя бы ненадолго, а желательно вернуться в прохладную квартиру и упасть на кровать, зашторив окно от слишком агрессивного солнечного света. Но Эри стоял на улице, под палящими лучами и изучал достаточно милый вход в парк, где уже, он не сомневался, его ждал Хару. Он задерживался, и дело было не в том, что долго собирался. Он нарочно тянул время. Что-то подсказывало, что палящее солнце окончательно поджарит его мозги и он скажет то, что не должен. Эри уже чувствовал, что думал не о том. Но делать было нечего, а заставлять Хару ещё дольше ждать его, было стыдно. Натянув кепку на лоб, Эри дернул плечами. Он надел футболку, но даже это не помогало. Проводив взглядом пожилую пару, которая направлялась в парк, Эри потёр шею и немного нервно пошёл к входу. Всё благоухало и искрило жизнью и красотой. Зелень впервые так сильно цепляла взгляд, но Эри отказывался признаваться, что это потому, что ему неловко перед Хару. Он не думал о том, как Хару его встретит, но должен был признать, что оказался не готов к тому, что предстало перед его взором. Солнечные зайчики и тени от деревьев заигрывали на чуть загоревшей коже, блики в каштановых волосах создавали ощущение мягкости. Хотелось коснутся и пропустить пряди сквозь пальцы, проверяя, настолько ли они легкие и мягкие. Хару сидел на скамейке, закинув ногу на ногу, держа на коленях знакомую камеру, которую и изучал, видимо, делая снимки, пока ждал Эри. Слегка отойдя назад, скрывшись за деревом, Эри, не признаваясь себе, решил немного подглядеть. Ничего ведь не случиться, если он немного посмотрит? А посмотреть было на что. Было почти физически невозможно оторвать взгляд от переливающихся на свете волос, сильных рук, не скрытых под закатанными рукавами белой рубашки. Видимо, Хару любил носить рубашки. Эри неосознанно облизал губы, продолжая пялиться. Умиротворённое лицо Хару, когда он просматривал что-то в фотоаппарате, действовало почему-то успокаивающе. Эри не заметил, как расслабился, хотя был напряжен из-за того, что последует за этой встречей. Хару странно на него действовал, и это беспокоило, но почему-то не пугало. Словно это было чем-то правильным. Эри не знал эти чувства и путался. Выйдя из своего укрытия, он направился к парню. Хару поднял голову, когда он подошёл. И улыбнулся. Эри неуверенно улыбнулся в ответ и присел рядом. Стало неловко. Хару выключил фотоаппарат и откинулся на спинку скамейки, слегка склонив голову к плечу и изучая Эри взглядом. —Эм, прости, долго ждал? —Нет, я пришёл всего минут десять назад, — пожал плечами Хару, запрокидывая голову. — Сегодня так жутко жарко, не ожидал. —Да, и правда, не лето же, — растеряно кивнул Эри. Хару снова перевёл на него взгляд. —Может, эта природная аномалия случилась, потому что ты сам позвал меня на свидание? — насмешливо хмыкнул Хару. Эри распахнул глаза и шокировано посмотрел на него, даже рот приоткрыл. Он почувствовал, как в лицо бросилась кровь, и порадовался, что это можно было свалить на жару. Но не знал на что свалить то, что сердце сбилось со спокойного ритма. —Ч-что? О чём ты вообще? — придя в себя, немного раздраженно вскинулся Эри, кусая губы. Хару прищурился, изучая Эри, а потом лучезарно улыбнулся и отвернулся, засмеявшись. —Прости-прости, не думал, что ты так отреагируешь, — пытаясь успокоиться, хрипло сказал он. —Как «так»? Всё с моей реакцией было нормально! — возмутился Эри, а потом резко отвернулся. Он понял, что попал в какую-то ловушку. При чём по собственной глупости. Он даже сомневался, что это была ловушка. —Тогда ты очень мило смущаешься, — с усмешкой ответил Хару, сев ровно, и потянулся к плечу Эри, но передумал и убрал руку. —Тебе солнце голову напекло, — фыркнул растерянный и смущённый тем, что попался, Эри. —Возможно, — улыбнулся Хару, и всё же коснулся плеча Эри, привлекая его внимание, вынудив обернуться. —Что? —Почему ты позвал меня? Эри нахмурился, скосив взгляд на руку, что лежала на его плече. Он подумал и пришёл к выводу, что не хотел её скидывать, но и сидеть вот так было странно. Он дёрнул плечом, и Хару убрал руку, усмехнувшись. —Я… — Эри понял, что не придумал, что ответить. — А должна быть особая причина? — немного медленно спросил он. И понял, что промахнулся, когда Хару слишком довольно заулыбался. — Да что? Что я такого сказал? —А? Да всё в порядке, просто так и скажи, что соскучился. Эри замер. Он вовсе не скучал. Он пришёл, чтобы выяснить, что с ним происходит. И, возможно, где-то в глубине души он хотел вновь поговорить с Хару. Он не мог отрицать, что с Хару было неожиданно легко. Даже сейчас, когда он подкалывает его, было легко. Он мог возмущаться, мог отворачиваться и раздражаться, но не мог отрицать, что ему было спокойно. Хару смотрел мягко и слегка насмешливо, явно наслаждаясь тем, что заставил Эри растеряться. —Да, я соскучился, — неожиданно согласился Эри. И засмеялся, когда лицо Хару удивлённо вытянулось. —Давай лучше пройдёмся, — поднявшись на ноги, немного хрипло сказал Хару. — А то я устал тебя ждать. —Ты же сказал, что ждал лишь десять минут, — выгнул бровь Эри, поднимаясь следом. —Под таким палящим солнцем это не «лишь десять минут», а «аж десять минут», — окинул его смешливым взглядом Хару. —Так расстегни рубашку, как всегда делал, — фыркнул Эри, слегка толкнув Хару плечом, проходя вперёд. Хару усмехнулся и последовал совету, расстегнув пуговицы до груди. Выбрав самую затемненную деревьями дорожку, они молча пошли по ней. Эри не знал, что молчать можно таким образом. Было не неловко, а комфортно. Это было странно. Ещё страннее было то, что Эри хотел говорить и смеяться с Хару. И добивало всё это то, что он замечал даже малейшие касания, мимолётные, случайные. И ему было не противно, а неожиданно волнительно. Касаться Кента было просто, пусть от этих касаний было грустно, потому что Кент их не замечал или не придавал особого значения. Эри попытался вспомнить, что чувствовал. Он не рисковал пользоваться своими возможностями и редко обнимал или трогал друга. Чаще это было по инициативе Кента. Это было приятно и успокаивало. А так же навевало тоску и грусть, что однажды он даже этого не сможет получить. Кент нашёл бы себе девушку и проводил бы всё своё время с ней. Эри тосковал и завидовал. Было ли это потому, что Хару всё знал, но с ним не было тоски. Или же это от того, что между ними ничего кроме дружбы не может быть? Эри путался. С Хару было хорошо, и он это признавал, но чувствовал, что что-то упускает. Кент тоже с ним гулял. Но с ним так не было, а сравнивать больше было не с кем. Эри снова был в отчаянии. Как понять, что он чувствует правильно? —Я могу спросить? — пнув камешек, подвернувшийся под ногой, поинтересовался вдруг Эри. —Конечно. —Ты… ты сказал, что вы с Кентой похожи, — вздохнув, тихо сказал Эри. — Отношением ко мне. Что ты на самом деле имел в виду? —А ты как думаешь? — помолчав немного, спросил в ответ Хару. Эри пожалел, что вообще задал этот вопрос, но сейчас казалось, что он очень важен. —Не отвечай вопросом на вопрос, — нахмурился он недовольно, сдерживая желание толкнуть Хару плечом. —Ну, — Хару поднял голову, смотря на листья и кроны деревьев, через которые пробивался солнечный свет, — возможно, что хочу заботиться о тебе? Эри чуть не запнулся. —Кент относится ко мне, как к брату, — помолчав, сказал он ещё тише, сомневаясь, что хочет знать правду в этот раз. Он сам себя не понимал. Что его напугало после его слов? Он боялся услышать ответ? Хару задумчиво промычал, а потом остановился. Эри пришлось остановиться следом. Хару повернулся к нему и оглядел с ног до головы, из-за чего Эри почувствовал себя неловко. Протянув руку, Хару поправил слегка покосившуюся кепку и хлопнул Эри по плечу. На его губах была неуверенная улыбка. —Тогда, наверное, мы не похожи, — сказал он задумчиво, и Эри резко понял, что задержал дыхание. Хару убрал руку и резко шагнул вперёд, беззаботным голосом спрашивая: — Пить не хочешь? У меня что-то в горле пересохло. Эри опустил голову, смотря потерянным взглядом в землю. Не складывалось. Он не понимал.