Всем привет, я Гермиона Грейнджер

Сириус не подвёл. Он разузнал у Гарри всё, что только тот знал, обсуждал и обсуждал эту тему, пока не прошёлся по ней вдоль и поперёк. И только когда у Гарри попросту закончилась для него информация, он всё же смог убедить Сириуса встретиться с доктором. Мне он больше не доверял и время от времени теперь смотрел с крайним подозрением, но мне не нужно было ни доверие, ни хорошее отношение Сириуса. Даже в клинику он отказался идти со мной, но, как говорится, баба с возу — кобыле легче, Гарри и сам со всем справится. И всего через полторы недели, когда я дала Фаджу последнюю подсказку о том, где искать Воландеморта и его последний крестраж Нагайну, я также случайно стала свидетелем одного разговора. Я зачиталась до поздней ночи и, выйдя в туалет, увидела тонкую полоску света в приоткрытой двери в их комнату. Ко мне донесся голос Сириуса: — …И да, это не должно быть так! Я знаю, что я этого не заслуживаю, но если я предложу тебе ещё раз переехать и жить со мной, ты согласишься? — Да, конечно, Сириус! — ответил Гарри. — И не говори так, это не твоя вина. — Я действительно не должен был тебя оставлять тогда. Я хотел отомстить за твоих родителей, но мёртвым уже не поможешь, нужно было беспокоиться за живых… — на моё удивление признал он. — В Великобритании меня пока не ждут… Конечно, если ты очень хочешь, то я найду варианты, но если нет, то я хотел бы предложить, чтобы мы поехали в Испанию. У Блэков там есть превосходная вилла, мы наймём тебе лучших учителей, подтянешь уроки, немного загоришь. А потом, когда в Великобритании всё успокоится, уже вернёшься в Хогвартс, — сказал Сириус в этот раз с настоящей взрослой заботой. — Да! Это было бы так круто! Я никогда не был в Испании! — радостно возгласил Гарри. Как я и подозревала, из-за того, что Сириус попал в Азкабан в двадцать с чем-то лет, он так и не успел вырасти. Он, может, и был для Гарри весёлым другом, но никак не тем, на кого можно было положиться и кому довериться. Что бы там ни делали врачи, легилименты и психологи, это явно работает. Наконец-то у Гарри появится настоящая семья и нормальная жизнь. Без тёмных магов, смертельной опасности и войны. Я сделала для этого всё, что могла, дальше уже всё за самим Гарри. По сути дела, миссия под названием «Спаси Поттера» закончена, и теперь можно жить в своё удовольствие. Может, и с ними в Испанию сгоняю, я тоже там не была. Не успела я и до конца продумать эту мысль, как ночная комната перед глазами начала наливаться невероятно ярким белым светом. Это, наверное, должно было быть страшно, но мне почему-то было очень спокойно и легко. — Ну здравствуй, Гермиона Джин Грейнджер. Или, правильнее было бы сказать, Катерина Артамонова? — услышала я прямо у себя в голове, как только всё пространство вокруг меня заполонил белый свет. Даже не услышала, скорее будет сказать, поняла. Ни самих слов, ни голоса я не слышала, зато моментально понимала мысль. Это было настолько быстро, что по сравнению с этим даже мой процесс мышления казался нереально медленным. — Кто вы? — всё же спросила я. Конечно, во время духовных практик я достаточно общалась в голове, но до того я никогда не могла быть уверена, что это не плод воображения и хитрости моего мозга. Здесь же было абсолютно очевидно, что слова, или точнее мысль, принадлежали единственной фигуре, стоящей в этом белоснежном пространстве. Как всегда, я чётко не могла уловить черты лица, но было видно, что это стройная и высокая девушка с длинными чёрными волосами уложенными в косу. — Я та, кого здешние маги называют Смертью. Но ты ведь прекрасно понимаешь, что у меня множество имён и обликов, — незамедлительно пришёл ответ. — А Жизнь и Магия тоже вы? — непонятно зачем спросила я. — И да, и нет. Мы все одно целое, но мы не одно и то же. — Весело, пока что всё до подозрительного сходилось с тем, что я знала раньше… — Вы меня позвали для чего-то? — спросила я, сама поражаясь своему спокойствию. Я стояла в непонятном белом пространстве, в котором просто не существовало теней, поэтому нельзя было понять, бесконечное ли оно или крохотное. Стояла и СПОКОЙНО общалась с мифическим существом. Мне явно ввели успокоительного. Конечно, можно было побольше поговорить, но спрашивать что-то из уровня высоких материй не было смысла, я прекрасно понимала, что ответ не пойму. Или не поверю, тут уж как пойдёт. Нечего людям делать в вопросах неземных сущностей. — Да. Я хотела тебя поблагодарить. — Женщина сделала совсем небольшой кивок, как будто подтверждая свои слова. — Ты спасла очень важного мне человека, защитила и оберегла его. — Видимо, это было о Гарри, но не успела я и до конца обдумать эту мысль, как мне тут же ответили: — Да, именно о нём. Он был послан, чтобы сделать очень много великих дел. Его задачей было остановить кровопролитную войну, но благодаря тебе он сможет сделать даже больше. Я очень рада, что отправила тебя сюда. — Так это вы переместили меня сюда?! — то ли с удивлением, то ли с грустью, то ли со злостью спросила я. Дожили, теперь я сама не понимаю, что чувствую. — И да, и нет, — опять неоднозначно ответила Смерть. — Твоя душа потерялась в межпространстве и подобралась настолько близко к этому миру, что я решила её впустить. — Значит, вы можете вернуть меня назад! — Я прекрасно знала, что надежда и ожидания опасны, но ничего не могла с собой поделать. У меня появился настоящий шанс вернуться к своим родным, к своей жизни и больше никогда не быть одинокой. И пусть мои мечты разобьются, пусть я потом разочаруюсь, но надежда уже крепко поселилась в моей душе, и я ни за что не позволю ей умереть. — Именно поэтому я и здесь. «Неужели это правда? Неужели я действительно смогу вернуться?» — думала я, а по моим щекам уже ручьём текли слёзы. Не вертится, не верится, не верится, не верится… — Сможешь, если захочешь, — прозвучал ответ на мои мысли. — В благодарность я готова выполнить одно твое желание. — Любое? — Условно любое, — как будто с ухмылкой ответила она. — Могу ли я попросить что-то наподобие моста между мирами? — на всякий случай решила попробовать я. — А ты готова жить на два мира? — незамедлительно последовал вопрос. — Если родные мне люди смогут тоже жить на два мира, тогда однозначно да, — уверенно ответила я. Я всегда верила, верю и буду верить, что в жизни нет ничего важнее людей и их отношений, всё остальное можно получить, восстановить и вернуть — вот только не это. И я не собиралась уступать этому убеждению даже в угоду магическому миру. — Нет, это нарушит пространственно-временной континуум. — Мне хотелось спросить, как попаданчество его ещё не нарушило, но я удержалась, а сущность не стала отвечать на эти мои мысли. Передо мной предстал тяжёлый выбор. Пусть я и была в этом мире всего какой-то год, успела я сделать вполне достаточно, чтобы было жаль это всё потерять. Деньги, магия, дружба мальчика-который-выжил, влияние на героя, убившего Воландеморта (это типа Фадж), и куча других невероятных знакомств. Попросив вернуться в свой мир, я понимала, что получу то единственное, по чему не переставала тосковать, — семью. Но при этом потеряю всё приобретённое, став снова, по сути дела, абсолютно никем… Но, несмотря ни на что, выбор был не труден: никакие деньги, никакое влияние никогда не могло заменить мне семью. Деньги приходят и уходят, а вот родные, они будут с нами, что бы ни случилось. По крайней мере, с настоящими близкими всё именно так. И я не променяла бы это ни на что! Было просто-напросто обидно… И после последнего года я не могла представить себе жизнь без Гарри. Мы стали невероятно близки, и если я вернусь, буду постоянно скучать по нему и переживать о нём… Не менее жаль было расставаться с магией. Это ведь был буквально отдельный мир! Он был невероятен, прекрасен, волшебен, и я до сих пор не смогла ним сполна насладиться. Я ведь не просто к нему прикоснулась, а буквально стала его частью! А ещё я стала лучше, значительно лучше других маглов не только по призрачным критериям, а по реально невероятно важному параметру. И всё это потерять… И снова мои мысли вернулись к Гарри. Как я и говорила, для меня не было ничего важнее близких. Так что мне становилось невероятно больно от одного понимания, что, пусть он и продолжит жить в этом мире, я больше никогда не смогу его увидеть, никогда не смогу с ним поговорить. Даже надеяться не стоит, что мой мир является просто будущим этого… И от этого было по-настоящему физически больно. Был ещё один вариант. Можно было просто попросить перенести всех дорогих мне людей сюда. Но… Я хоть и была эгоисткой по отношению ко многим, со своими родными я никогда так не поступала. Забрав всех своих родных, я разлучу их с их родными. Да и в целом насильно переместить в другой мир — хорошего в этом мало… Всё это время, что я перебирала в голове варианты, Смерть терпеливо меня ждала, не отвечая на мои неозвученные мысли. Но время шло, а я никак не могла придумать, как уместить всё то, что я хотела, в одно желание… И тут меня осенило. — Скажите, а со сколькими пунктами желание я могу загадать? — спросила я, вспомнив шутку о старом, нищем и одиноком еврее что загадал одно-единственное желание: «Я хочу, чтобы моя слепая мать увидела, как моя молодая жена вешает на шею моей дочери двадцатимиллионное ожерелье в моём шестисотом Мерседесе, припаркованном около бассейна рядом с моим особняком в Беверли Хиллс!» Смерть засмеялась, и её смех прозвучал так нечеловечно, что было даже сложно понять, что это был он: — Ты от этой шутки недалеко ушла. — Как есть, — улыбнувшись, ответила я. — Ладно, ты можешь загадать желание с двумя пунктами. — Спасибо! Большое спасибо! — рассыпалась в благодарностях я, так как никак не могла придумать, как бы уместить то, что я хочу, в одно желание… — Об этом я и говорила, — тоже с усмешкой ответила сущность. — Это чисто человеческая жадность. Такие уж мы существа, — пожала плечами я, но Смерть ничего не ответила. Тогда я продолжила: — Скажите, а в моём родном мире есть магия? — Сначала я хотела спросить «такая же, как здесь», но потом решила, что мне нет большой разницы. Любая подойдёт. — Есть, и такая же как здесь, — ответила и на незаданный вопрос она. — Тогда я бы хотела вернуться домой в то же время, как пропала оттуда, и сохранить свою магию и палочку, — всё же составила своё желание я. — В нём четыре пункта. Это в целых два раза больше, чем я сказала, — снова засмеявшись, сказала Смерть. Но не успела я переспросить, можно ли так, она продолжила: — Что же, так тому и быть. Удачи тебе, Гермиона Джин Грейнджер или Катерина Артамонова… — Подождите! — резко вскрикнула я, понимая, что это прощание, но сущность похоже пока ничего и не делала. — А что насчёт Луны? И Гарри! Он ведь будет беспокоиться о том, что я так резко пропала, не сказав ему ничего! — Мне действительно не хотелось уходить так. Хотелось как минимум предупредить и поблагодарить того, кто был моей единственной опорой весь прошлый год. — С ними двумя я поговорю отдельно, — непреклонно заявила сущность. — Гарри всё ещё нужно забрать последнюю часть и стать тем, кем ему было предначертано. — Видимо, это о Повелителе смерти, но сущность снова не прокомментировала мои мысли. — Удачи и прощай! Мне было очень интересно наблюдать за тобой, — только и сказала она. Я хотела уже было сказать, что если ей интересно, то она может продолжить наблюдать за мной в другом мире, как всё в моих глазах померкло и какую-то долю секунды спустя я открыла глаза, ощущая, что лежу на кровати. В глаза светило яркое летнее солнце, заставляя меня щуриться и отодвигаться в спасительную тень. Я оглянулась и к своему шоку обнаружила, что я действительно в своей комнате. Хоть это было и временное жильё, комната ведь всё равно была моей. Этот белый потолок, обои в цветочек, картина, что я недавно повесила, и кровать, по которой вечно скользит матрас… «Не может быть!» — чуть не вскричала я, продолжая безумно оглядываться по сторонам. Это был целый год наедине, без поддержки, близких и любой связи, и вот теперь я снова дома! Не верю, не верю, не верю, не верю… Слёзы уже начали капать с подбородка, и я начала подтягивать правую руку, чтобы стереть влагу, как наткнулась на какую-то странную вещь в моей кровати. Оглянувшись, я осознала, что это моя, а точнее, Гермионина волшебная палочка. На левой руке от непривычки тяжело висели смарт-часы, а сбоку лежал такой вожделенный телефон… «Неужели действительно? Неужели, неужели?» — Было страшно верить, было страшно думать, но всё это стёрлось, как только в мою комнату неспешным шагом вошла бабушка. — О, ты уже проснулась? — удивлённо спросила она, но я даже не стала отвечать, сразу же кидаясь на неё с объятиями. Наконец-то я дома!..