Цветы для льда и пламени

«ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?!» Эта мысль была первой что посетила голову Дилюка как только он вошел в гостиную родного поместья. Аделина как обычно была где-то во дворе и хлопотала по- хозяйству. А тем временем возле камина на диване сидел молодой человек в темном фраке, молодой человек явно скорбил.       У него была смуглая кожа, длинные голубоватого оттенка волосы, собранные в хвост, голубые, печальные глаза, что были влажными от слез. В руке он держал бокал вина и смотря на огонь о чем-то думал. Но не это, настолько сильно поразило Дилюка, а то что слуга подошедший к нему явно назвал его «хозяином». — Грегори — пройдя в гостиную Рагнвиндр —младший скинул плащ на пол и окликнул слугу, — принеси в мою комнату таз с теплой водой и сделай чая. — Сию минуту ваше превосходительство- слуга быстро вышел из гостиной оставив прибывшего наследника и незнакомца наедине. Сидевший у камина юноша ни как н отреагировал на появление Дилюка и это сильно злило Рангвиндра, ведь он не знал кто перед ним и к почему слуга обращается с ним как с хозяином. если он Дилюк единственный сын и наследник этого поместья и всего что ему оставил отец… «Если конечно он не лишил меня всех прав, но ведь я не мог его прогневать, я делал все что он мне говорил, учился прилежно писал не вступал в не какие парочущие наше имя связи…» — пытаясь в мыслях себя оправдать, Дилюк вдруг осознал что он делает и отдернув себя решил совершенно ни о чем не думать. Он продолжал рассматривать незнакомца, ждал пока незнакомец представиться, или хотя бы сообщить сое имя. но молодой человек продолжал молчать. Это выводило наследника рода и себя и тогда он решил заговорить первым. — Это уже переходит всякие границы! Назовите себя. Если вы наш новый сосед то что же вы выбрали не очень хорошее время для проведывания, ибо как вы уже успели заметить у нас тут горе. И я буду раз принять вас в другой любой день… — Я здесь живу- тихо произнес незнакомец, не став сообщать своего имени. Это поставило Дилюка в некое замешательство. «Он здесь живет, новый слуга? Ах ты мерзавец…» — Если вас купил мой отец в качестве слуги, то ваше место на кухне, рядом остальными скорбящими и преданными моему покойному отцу людьми. Однако рапитие дорогостоящего вина и воровство хозяйской одежды… приводят меня к выводу что отет сильно распустил слуг и мне придется приняться за их перевоспитание… — Я не слуга… Я сын Крепуса Рангвиндра и наследник …- эта фраза окончательно добила Дилюка. — Этого не может быть, ибо я единственный наследник этой семьи… Он подошел к незнакомцу и схватив того за грудки стал трясти и что-то кричать. Юноша и сам не помнил половины ругательств, которыми он осыпал негодяя и самозванца который стал выдавать себя за него, Дилюка. И как слугам пришло в голову поверить этому негодяю, разве они забыли внешность своего юного хозяина? — Прекратите это сейчас же молодой хозяин! — и Дилюк замер услышав строгий голос Аделины. — О Господи как дети малые! Вам должно быт стыдно нападать на … вашего брата — Брата? — глаза Рангвиндра младшего округлились во взгляде читалась целая палитра эмоций: — смятение, неоднозначность, удивление… И даже испуг. Он рухнул на диван прикрыв рукой лицо. Он был весь в грязи, его бледная кожа больше показывала на болезненность молодого господина. — Простите господин Кэйя, познакомьтесь это Дилюк сын господина Крепуса и ваш названый брат. Вдруг пальцы убрались с лица, а в глазах Рангвиндра появился недобрый блеск. — Брат… Аделина что здесь происходит? Кто мне все объяснит? Я приехал на похороны и опоздал, я не смог проститься с отцом и почти последним кинул горсть земли в его могилу, я приехал домой и оказывается у меня есть брат… — Что здесь происходит?! — он перешел на крик. но няня, что воспитывала его с пеленок не стала ничего объяснять. она попросила Дилюка подняться в комнату где его ждала теплая постель чистая одежда.и горячий чай… — Идемте хозяин я все вам объясню но чуточку позже а сейчас вам нужно отдохнуть. она помогла ему раздеться умыться а ромашковый час сделал вое дело и Дилюк уже через полчаса посл выпитого чая спал как младенец в своей комнате позабыв на время тягости что тепреь мертвым грузом легли на его еще юношеские плечи.