Now I See Daylight

Слэш
Перевод
R
В процессе
598
переводчик
Автор оригинала: Оригинал:
Размер:
планируется Макси, написано 207 страниц, 13 частей
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
598 Нравится 79 Отзывы 291 В сборник Скачать

Глава 7

Настройки текста
Примечания:
Эндрю целый час пролежал в кровати, уставившись в потолок, прежде чем почувствовал, что готов начать новый день. Этой ночью ему снились кошмары, только в этот раз вместо него под ними лежал Абрам. Эндрю не знал, как с этим справиться. Абрам убил его насильника, когда как Эндрю не смог уберечь его от сексуального домогательства даже со стороны своего же кузена. Как Абрам мог говорить, что между ними все было поровну, если Эндрю не сделал для него даже малой части из того, что сделал Абрам. Он недостаточно делает сейчас, и недостаточно сделал тогда. Прошло около двух месяцев с того дня, как Эндрю последовал за мальчишкой в школу. Он думал, что к этому времени он уже разгадает его и он ему наскучит, но он ошибался. Абрам с каждым днем становился только интереснее. Начались летние тренировки школьной команды по экси, и хотя он сам не планировал ни с кем больше взаимодействовать, он видел, насколько Абрам взбудоражен идеей сыграть в полной команде — пускай и достаточно посредственной, — и Эндрю не мог сказать мальчику «нет», когда тот попросил. Им пришлось пройти через вступительные испытания, что-то вроде формальности или типа того, Эндрю особо не вслушивался. Они оба были приняты. Абрам, — или же Алекс, как он попросил называть его на людях, — убедил Уинтера, что его мама подпишет заявление в школу в сентябре, но Эндрю знал, что это, скорее всего, была ложь. Абрам рассказал ему, что с тех пор когда они с мамой были в бегах, они максимум оставались на одном месте три месяца, не больше. Он не хотел думать об этом. Он не упустил из виду взгляды некоторых мальчишек, видимо, завидовавших, что они с Абрамом получают столько внимания тренера, но они, кажется, знали о его репутации в школе, так что не делали глупостей. Под конец тренировки Уинтер послал всех принимать душ и тут же куда-то пропал. Все дети повалили в раздевалку, кроме него и Абрама, начавших бегать по периметру поля. Эндрю не хотел принимать душ вместе с людьми, которым не доверял, и, как он предположил, Абрам не хотел, чтобы кто-то из ребят видел его шрамы. Они обменялись правдой о шрамах, покрывавших их тела, меньше чем неделю назад. Абрам не стал спрашивать, почему он сделал то, что сделал, только спросил, промыл ли он порезы и не принести ли ему антисептик. На следующий же день он подарил Эндрю повязки, чтобы он мог их прикрыть и при этом не придерживаться всегда кофт с длинным рукавом, и даже предложил подшить к ним подкладку, чтобы туда можно было спрятать ножи или отмычку. Вещи, вроде таких, и заставляли Эндрю считать, что Абрам — всего лишь галлюцинация. Как мог кто-то такой вообще существовать? Абрам узнал о самых темных уголках его души и не отвернулся от него, не назвал монстром, он лишь глядел на него и делился частичкой себя. Это было невероятно, Абрам был невероятным. Через некоторое время, когда остальные ребята уже, должно быть, закончили с душем, Абрам притормозил возле Эндрю, прислонившегося к стене отдохнуть. Его щеки порозовели, а в глазах сверкала та особенная искорка — заметная даже через контактные линзы, — появлявшаяся каждый раз, когда он играл в экси. Если это и заставило Эндрю почувствовать что-то теплое внутри, то никому об этом знать было не обязательно. Абрам ничего не сказал, просто стоял и улыбался. — Наркоман, — назвал его Эндрю, а что еще ему оставалось делать? Улыбка Абрама стала лишь шире, и Эндрю чувствовал, как розовеют его собственные щеки, что не имело ни малейшего отношения к двум часам, проведенных за экси. — Думаю, душ уже свободен, — Эндрю первым направился в раздевалку. В душевой не было никакого подобия разделения, так что они с Абрамом обычно мылись спинами друг к другу, что они сделали и в этот раз, убедившись, что все ушли. Странное любопытство промелькнуло в голове Эндрю, пока они мылись. Какая-то часть Эндрю хотела обернуться и посмотреть на Абрама, хотела заключить его лицо в ладони и взглянуть ему в глаза, хотела узнать, приятно ли будет поцеловать его. Большая же его часть была преисполнена отвращением к этим мыслям. Эндрю был заражен, это не может быть естественным. Он знал о поцелуях, о парочках и о привязанности в целом только между мужчиной и женщиной, мальчиком и девочкой. Никогда между мальчиком и мальчиком. Ни в одном из фильмов, что он видел, не было таких отношений. Все, кого он мог вспомнить, кто мог состоять в отношениях с людьми одного с ними гендера, были те люди. Он замер, осознав, куда привел его мысленный поток. Эндрю не хотел быть как они, но что если он все равно становился таким же, как они? Он не мог поступить так с Абрамом. Он ни с кем не мог так поступить, но тем более не с Абрамом. Эндрю быстро принял душ и вышел, не сказав ни слова. Ему нужно было убраться подальше от Абрама. Ему нужно было убраться подальше от всего. Ему нужно было уйти, даже если ненадолго. Эндрю шел гораздо дольше, чем ему хотелось бы. Он бы предпочел поехать на машине, но он все еще не узнал у Абрама, как завести машину без ключа, и он был не в настроении, чтобы вернуться к Спирам и украсть ключи Дрейка. Он не знал, куда он направлялся, в прямом и переносном смысле. Где-то во время этой прогулки он решил установить дистанцию между собой и Абрамом. Он не станет разрывать сделку, честно говоря и не смог бы, но он мог прекратить их игру в правду тогда, когда ему вздумается. Он обязан остановиться. Ему просто нужно было придумать, как справляться со всей этой ситуацией до тех пор, пока Абрам не исчезнет, что, скорее всего, уже было не за горами. Следующие несколько дней он исправно приходил на тренировки и «дни вождения», но он был еще тише, чем обычно. Он постарался придерживаться максимальной физической дистанции с Абрамом, насколько это было возможно. Эндрю видел, что Абрам заметил изменения в его поведении, но ничего не спросил, и Эндрю не знал, как это понимать. Он был благодарен? Или ему было все равно? Но в глубине души Эндрю знал, что ни то, ни другое. Абрам давал ему пространство, которое ему было нужно, и это только заставляло Эндрю захотеть приблизиться к нему, что, в первую очередь, и было тем, чего он пытался избежать. Полный бардак. На первой же тренировке, после того откровения, он сказал Абраму идти в душ одному. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что Эндрю было некомфортно принимать душ рядом с ним, и он предложил подождать, чтобы Эндрю пошел первым. Наблюдательный ублюдок. Эндрю принял предложение. Оставалось почти что две недели, прежде чем Эндрю должен был вернуться в школу. Он был на полпути к библиотеке, когда понял, что забыл книгу, которую собирался сдать, в шкафчике в раздевалке. Он едва зашел в спортивный зал, когда услышал что-то, определенно напоминавшее драку. — Что, думаешь, что ты такой особенный, да? — после этих слов Эндрю услышал звук, напоминавший удар кулака о кожу, он все еще был далеко от двери в раздевалку. — Не игнорируй нас! — раздался другой голос. — Думаю, он не сможет игнорировать нас, если мы сделаем что-нибудь незабываемое, — пригрозил третий голос. Он понял, что это были ребята из их команды. — Ну попробуй, — Эндрю перешел на бег еще до того, как Абрам договорил. Он забежал в раздевалку и увидел Абрама, удерживаемого двумя ребятами, и третьего парня, наносившего удары. Прежде чем он мог сделать что-то еще, Эндрю ударил его в нос. Хлынула кровь. Мальчишки, державшие Абрама, хотели было налететь на Эндрю, но Абрам уложил их буквально за пару секунд. — Вон отсюда. Сейчас же, — прорычал Эндрю, глядя на каждого. Им хватило ума подняться и рвануть прочь. Стоило последнему покинуть раздевалку, как Абрам заговорил: — Тебе не нужно было этого делать, — его голос был слегка хриплым, и Эндрю повернулся к нему, чтобы впервые осмотреть за последние одиннадцать дней. Он едва приоткрыл рот, из уголка которого бежала тоненькая струйка крови. Абрам прикрывал ладонью живот, куда, видимо, и пришлось большинство ударов. — Если ты умеешь драться, то чего не защищался? — спросил Эндрю, подходя к Абраму. Он махнул рукой, призывая Абрама приподнять край футболки, что он и сделал. На животе уже начинали расцветать синяки, и Эндрю обратил внимание, как Абрам приподнял одежду достаточно, чтобы почти скрыть старый синяк, оставленный, наверняка, той сукой, что он зовет своей матерью. Эндрю почувствовал, как сжались его кулаки. — Я не собираюсь тут создавать репутацию. Меня должны позабыть, помнишь? — раздраженно сказал Абрам, отпуская край футболки. Значит, у тебя ничего не вышло, потому что я никогда не забуду тебя. — Но ты все равно в итоге подрался с ними, — отметил он. — И что мне оставалось делать? Дать им напасть на тебя? — Абрам скрестил руки на груди. — Тебе не нужно меня защищать, я сам могу с этим справиться, — ответил он почти что правдиво. — Я знаю, что ты можешь, но это не значит, что я хочу, чтобы ты делал это один, если я могу помочь. — Тогда ты знаешь, почему я вмешался. Эндрю понял, что сказал, только когда Абрам молча моргнул ему в ответ. Ему нужно было уйти, этот разговор не приведет его ни к чему хорошему. Прежде чем он успел шевельнуться, Абрам заговорил: — Я думал, что ты ненавидишь меня. Последние пару недель ты избегаешь меня, как чумы. Я думал, что ты хочешь, чтобы меня уже не стало, я собирался освободить тебя от нашей сделки сегодня, но ты ушел до того, как я успел хоть что-то сказать. — Я ненавижу тебя, — инстинктивно ответил он, но когда Абрам лишь продолжил пялиться на него, продолжил. — Это ты должен сторониться меня, как чумы, это я здесь заражен. Эндрю ненавидел то, что он сказал, но вместе с тем он почувствовал, будто бы смог впервые вздохнуть за последние дни, рассказывать правду Абраму было так естественно для него, и это был определяющий момент. Он может сказать Абраму, и тогда он сам уйдет, и так будет легче для них обоих. — О чем это ты? — Абрам выглядел крайне недоумевающим. — Я заражен ими, — признал он. — Я становлюсь таким, как они. Я превращаюсь в них, — ему не нужно было уточнять, что это за «они», он достаточно рассказал Абраму, чтобы он мог догадаться, о ком шла речь. И теперь выражение лица Абрама сделалось, как можно было бы сказать, грозным. — Ты не заражен, — прорычал Абрам. — Откуда тебе знать? Ты не знаешь, какие мысли снуют у меня в голове. Может быть мне иногда хочется поцеловать мальчика, и это вообще не нормально, знаешь же? Все знают, что это неестественно. Должно быть, это инфекция, и она, видимо, передается вот таким путем. — Ты не заражен, и ты не будешь заражен, — сказал Абрам абсолютно серьезно. — Если ты осознаешь, что ты гей, или би, или кто угодно, это не имеет ничего общего с тем, чтобы быть насильником или педофилом. Ничего общего, — он впервые видел Абрама злым. Его щеки покраснели, и взгляд цепко впивался в Эндрю. — Они не изменят того, кто ты. То, что монстры с тобой делают, могут заставить тебя быть внимательнее к чему-то, или распознавать угрозу быстрее, но они не могут изменить тебя. — Ты так только говоришь. Ты технически профессиональный лжец, — ввернул Эндрю, потому что это должно было быть ложью, он был заражен, а его друг просто пытался его утешить. — Я, быть может, и лжец, но я никогда не лгал тебе, и не начал бы с чего-то подобного. Эндрю хотел ему поверить, но риск был слишком высок. Он продолжил молчать. — Что же. Тогда, следуя твоей логике, получается, что я — тот, кого из меня лепили отец, Лола и все те, о ком я тебе рассказывал. Это ты должен убегать от меня, это я здесь монстр, — у Абрама на лице появилась острая улыбка, которая не должна была принадлежать двенадцатилетним мальчикам. — Ты не монстр, — тут же ответил он, без задней мысли, потому что это была правда, он не был чудовищем. — И ты тоже не монстр, — ввернул Абрам, улыбка исчезла с его лица, и Эндрю понял, к чему они пришли. Ну и как ему спорить с этим? Но это еще не все, не так ли? — Но если я и правда все-таки гей, или би, или кто там еще? Это же тоже не особо хорошо, — ответил Эндрю прежде, чем позволил надежде наполнить его. — Это и не плохо, и это точно не что-то, из-за чего стоит стыдиться, что бы люди не говорили. Это может быть сложно, учитывая, в каком обществе мы живем, но только потому что люди жестоки к тому, что кажется им другим. Люди могут быть жестоки по отношению к многим вещам, но это не значит, что они правы в своей жестокости, и я думаю, что тебе это известно, Дрю. Эндрю уставился на него. Абрам продолжал доказывать ему, что он был галлюцинацией. Разве же он мог принять его вот так просто? Могло ли это быть правдой? Было ли этого достаточно? — Да или нет? Обнять тебя, — Эндрю нужно было знать, был ли он на самом деле здесь, был ли он настоящим. — Да, Дрю, — Абрам усмехнулся, и эта улыбка совсем не была похожа на ту острую, она была небольшой, но полностью принадлежала Абраму. Эндрю подошел к своему другу, — лучшему другу, — обхватил его поперек спины и прижал к себе, обнимая. Он двигался медленно, чтобы у Абрама был шанс отступить, но он этого не сделал. Он просто стоял, поддерживая вес Эндрю, опиравшегося на него, несмотря на то что он был на пару дюймов ниже него и только-только побывал в драке, он с легкостью поддерживал его. В большинстве случаев Эндрю не нравились прикосновения, но Абрам медленно, но верно зарабатывал доверие Эндрю, и он знал, что если он скажет «нет», то Абрам с уважением примет это. Прикосновения становились все более привычными для них, за исключением последних одиннадцати дней. Он мог бы спросить о поцелуе, ему хотелось спросить о поцелуе, но гораздо большая часть его просто нуждалась в утешении, что его лучший друг все еще был рядом с ним. — Я могу тоже обнять тебя? — тихо спросил Абрам. — Да, — ответил он так же тихо, и Абрам обхватил его руками за плечи. — Я скучал по тебе, — голос Абрама теперь был слегка приглушен, поскольку его лицо наполовину прижималось к плечу Эндрю. В ответ Эндрю лишь обнял его чуть крепче. Он понял, что такого ответа достаточно, когда почувствовал плечом, как Абрам улыбнулся.

***

Оставшиеся две недели лета, как это обычно и бывало, пролетели незаметно. Они так и придерживались своей сделки, но теперь находили все больше причин задержаться подольше, провести больше времени вместе, понимая, что теперь Абрам может исчезнуть в любой момент. В последнюю пятницу перед началом школы они решили покататься на машине после тренировки. — Вы с Касс уже выбрали кино на воскресенье? — спросил Абрам. Ранее во время их игры в правду Эндрю рассказал ему, что воскресенье было их с Касс днем. Они ели мороженое на десерт и проводили вечер за просмотром фильмов и выпечкой. — Ричард взял пару выходных за свой счет, так что он тоже будет, и Касс хотела устроить марафон «Властелина колец», кажется, ему он очень нравится. Абрам кивнул, мол, отличный выбор, но Эндрю знал, что он не так уж много знал фильмов, а потому спросил: — Ты знаешь, о чем он? — Никогда не слышал, — честно ответил он и Эндрю фыркнул. Как много людей, которых он знал, могли так сказать об этой франшизе? — Какой твой любимый фильм? — спросил Эндрю. — «Беги, бей, забивай» считается? — Нет, это документалка, — естественно этот наркоман выберет любимым фильм про экси. — Ну, тогда у меня такого нет, — Эндрю краем глаза увидел, как он пожал плечами. — У тебя будут какие-нибудь проблемы, если Дрейк однажды не вернется домой? Он сконцентрировался на дороге, пока думал, и через секунду фыркнул. — Единственными проблемами будет излишек спокойного сна и не знание, куда девать всю лишнюю энергию. — Если бы тебя беспокоила лишняя энергия, ты б не уплетал столько сладостей, — фыркнул Абрам, и хотя это и звучало немного натянуто, Эндрю не стал об этом задумываться, и какое-то время вообще не вспоминал об этом разговоре, а если быть точным, вплоть до вечера воскресенья. В субботу был хороший день. Он не знал, увидит ли он Абрама в понедельник, так что постарался выжать максимум из, возможно, их последней встречи. Они съездили ненадолго на озеро Тахо, поездка по объездным дорогам, чтобы не пересекаться ни с какими свиньями, заняла часа три, и они остались на час у озера, чтобы устроить небольшой пикник. Это была расслабляющая поездка, только он, Абрам, закуски и дорога. В воскресенье, когда они только дошли до середины второго фильма, в дверь кто-то постучал. Их было всего трое, Дрейк на выходные уехал с друзьями в коттедж. Касс поставила фильм на паузу и пошла открыть дверь. За ней оказалась парочка свинтусов. — Миссис Спир? Я офицер Майер, это мой напарник офицер Джонс, можно зайти? — Что происходит? — спросил Ричард, встав рядом с женой. — Нам лишь нужно сообщить вам кое-что, мы ненадолго, — ответил свинтус Джонс. — Так говорите, — ответил Ричард, видимо, он хотел поскорее вернуться к просмотру. — Это не хорошие новости, — снова попытался свинтус Майер и в этот раз Касс уступила и провела их в гостиную, где все еще на паузе стоял фильм, и предложила им чая, от которого они отказались. — Мы постараемся говорить максимально прямо. Вы знали, что ваш сын Дрейк проводил выходные в Малибу? — начал Джонс. — Конечно, — Касс улыбнулась при упоминании ее сына. — Он там остановился неподалеку от пляжа вместе со своими друзьями. — Я полагаю, что вы в курсе, что на некоторых участках пляжа молодежь разводит костры и устраивает вечеринки вокруг них на всю ночь. В эти выходные, с учетом того, что учебный год у старшеклассников и студентов начинается со следующей недели,на пляже было многолюдно. — Сегодня в 11:51 было обнаружено тело, выброшенное волнами на берег, и в 13:47 Джейк Сеффу, утверждающий, что он лучший друг вашего сына, опознал в нем Дрейка, — продолжил Майер, когда его напарник замолчал. — Учитывая выявленное содержание алкоголя в его крови, и количество людей на той вечеринке, было установлено, что это был несчастный случай. Каждый год мы принимаем меры, но количество людей, пытающихся поплавать в нетрезвом виде, от этого не уменьшилось. — Нет, это должна быть ошибка, — Касс начала плакать, как только услышала имя сына, Ричард же застыл и побледнел. — Личность погибшего уже установлена, но тело все еще находится в местной больнице в Малибу. Вы можете отправиться туда сами, или же мы можем запросить транспортировку тела в ближайшую от вас больницу, — сказал Джонс, — Соболезнуем вашей утрате. Они еще о чем-то говорили, но Эндрю уже не слушал. Дрейк умер. Дрейк умер и он больше никогда не вернется. Никогда. Не. Вернется. И вот тогда-то тот разговор в пятницу снова всплыл в его памяти. Он практически не мог в это поверить, но вместе с тем это было абсолютно логично, что это Абрам позаботился о Дрейке. Он убил Дрейка ради него. Он убил ради него. Ну что за ебучий мираж. Эндрю отправился в свою комнату, чтобы побыть наедине со своими мыслями, его настроение было противоположным тому, в каком пребывали все присутствующие в комнате, и ему нужно было пространство. Зайдя, он обнаружил на кровати конверт. Он вскрыл его и вытащил оттуда отмычку для замков и записку. Спасибо. Ты был великолепен. Он никогда раньше не видел этого почерка, но он знал, что так должен был писать Абрам. А еще он знал, что это было его прощание. Внезапно смерть Дрейка перестала быть для него такой уж хорошей новостью, если это значило, что Абрам покинул его, что Абрам теперь исчез из-за того, что он совершил убийство и мог привлечь внимание к этому району. Логически Эндрю понимал, что Абраму пришлось бы уйти независимо от того, был ли Дрейк жив или мертв, но часть Эндрю была убеждена, что Абрам был бы все еще здесь, если бы Дрейк был жив, он возненавидел облегчение, которое почувствовал, услышав о его гибели, и просто хотел снова увидеть Абрама. И когда в понедельник он не увидел Абрама, и на следующий день, и еще через день, Эндрю вспомнил, почему люди вроде него не загадывают желаний.
Эндрю не верил в сожаления, но невольно задумывался, как бы все обернулось, если бы в ту субботнюю поездку они поехали дальше, вместо того чтобы вернуться в Окленд. Он задумался, отправились бы они в Европу или нет. Поймали бы их Морияма или отец Абрама. И смогли бы они найти способ вытащить Кевина и самих себя из Гнезда раньше. Но все это были предположения, а не факты, так что Эндрю прогнал все эти раздумья, пока принимал душ, переодевался и завтракал. Его настроение не улучшилось, когда, зайдя на кухню, он встретился с Ники. Он схватил первое, что попалось под руку — как оказалось, маленькую металлическую миску, — и швырнул ее в кузена. Миска ударилась о его плечо и с упала на пол с таким грохотом, который столь рано утром явно был нежелательным. — Я сказал, что не хочу тебя видеть. — Я пришел взять хлеба и стакан воды, — сказал Ники, подняв руку с куском хлеба, как бы доказывая свою точку зрения. — Ты уж больно уверен, что такого оправдания достаточно, — сказал он, делая шаг к кузену. Он не мог простить Ники, не мог простить себя, и даже если он не мог заставить события прошедшей ночи исчезнуть, то он мог убедиться, что этого никогда не повторится. — Я только налью себе воды и уйду в комнату на весь оставшийся день, — Ники пошел наполнить свой стакан. — А, так тебя мучает жажда. Стоило задуматься об этом, когда ты принимал больше пыли, чем мог вынести, — Эндрю забрал стакан из рук Ники и швырнул его в противоположную стену. — В случае, если ты забыл: ты не имеешь права прикасаться к нему, говорить с ним или даже смотреть в его сторону. Ты меня понял? — Да, — Ники побледнел, переводя взгляд с Эндрю на разбитый стакан и обратно. Мгновение спустя Эндрю услышал, как кто-то бежал, и он напрягся, решив, что что-то не так, но немного расслабился, услышав смех Абрама. Абрам забежал на кухню все еще оглядываясь через плечо: — С годами ты становишься все медленней, Дэй! — Иди на хуй, — ответил Кевин, но он слишком выдохся, чтобы сказать это с достаточным жаром, отчего Абрам снова посмеялся, прерываясь только тогда, когда он обернулся и увидел, что Ники тоже на кухне. В этот момент Эндрю снова захотелось пырнуть своего кузена. Он знал, что прошлой ночью упала пара капель крови, но этого было даже близко недостаточно. Он только почувствовал, как нож коснулся кожи Ники между четвертым и пятым ребром, когда Абрам заговорил. Если бы он помедлил еще хоть секунду, Эндрю не был уверен, смог бы себя остановить или нет. Не был уверен, что сможет остановиться сейчас. Ники выглядел так, будто бы хотел что-то сказать Абраму, но был достаточно умным, чтобы этого не делать. С другой стороны, он попытался заговорить с Эндрю, а значит умным назвать его было все-таки нельзя: — Могу я… — Нет. Ники крепко сжал в руке кусок хлеба, будто бы опасаясь, что Эндрю выбросит и его тоже, и за считанные секунды покинул кухню. — Обязательно было разбивать стакан? — сказал Абрам, все еще стоя на пороге и осматривая осколки. Услышав его, Кевин выглянул из-за его плеча, а затем посмотрел на их намокшие носки и вздохнул. — Что ж вы не обулись, — сказал Эндрю, уставившись на этих идиотов. — Еще слишком рано, — Кевин, договорив, зевнул. — Уже почти час дня, — сказал Эндрю, глянув на часы на стене. — Как я и сказал, слишком рано, — повторил Кевин. — Вот тебе и жаворонок, Дэй, — фыркнул Абрам. — Кевин? Жаворонок? Мы говорим об одном и том же Кевине Дэе? — Эндрю приподнял бровь. Абрам фыркнул и повернулся к Кевину: — Я же говорил, что никто не поверит. — А я мог бы быть жаворонком, — проворчал Кевин, скрестив руки на груди. Абрам вновь легко рассмеялся и Эндрю почувствовал, как его губы слегка приподнимаются в «не-улыбке». — Идите в душ, поедем потом в торговый центр. Мы можем пообедать по дороге, — сказал он. — Ладно, только не мог бы ты сначала передать мне стакан воды? Кажется, я слишком много смеялся, — Абрам потер ладонью шею, как драматично. Эндрю выполнил просьбу и когда он уже готов был выйти из кухни, Кевин спросил: — И я? — Вот так ты теперь называешь водку? Смехом? — шутливо поддразнил его Абрам. — Может я просто хочу взять воды чтобы утопить тебя в ней, — ответил Кевин. — Тебе придется приложить гораздо больше усилий, чтобы избавиться от меня, Кев, — Абрам приподнял бровь, глядя на него. — Точно не хочешь, чтобы я научил тебя метать ножи? — Не, не думаю, что смогу сдержаться от порыва выколоть из тебя всю тупость, — ответил Кевин и Абрам только пожал плечами, поворачиваясь к Эндрю, который наливал воду в стакан. — А ты? Что ты умеешь делать с ножами? — Я не знаю, как их метать, — признал Эндрю. — Я знаю, как на них драться. Я занимаюсь спаррингом с Рене почти каждые выходные, она научила меня всему, что я знаю. Абрам кивнул. — А с ней что? Темное прошлое? — Хочешь угадать? — предложил он, интересуясь, насколько детальным может оказаться его анализ. Абрам выпил половину своего стакана воды и заговорил: — Я бы сказал, что в прошлом она стояла в организованной, но низкой по рангу преступной группировке, может в банде, но сейчас она больше концентрируется на кресте, свисающим с шеи, нежели на грехах, сковавших ее лодыжки. Эндрю кивнул, и, признаться, он был немного впечатлен: — Да, банда, и она говорит, что нашла спасение в религии. — Хочешь научиться метать ножи? Это гораздо чище, чем метать стаканы, — предложил Абрам и добавил, — Ну, смотря куда они прилетают. — Конечно. — Превосходно. Если вы договорились, можно мне воды? — сказал Кевин. Эндрю взглянул на Абрама, и когда тот согласно кивнул, они вместе вылили воду прямо на Кевина. — Да идите вы на хуй. Я не это имел в виду и вы это знаете, — возмущался он, вытирая свое мокрое лицо. — Хватит ныть и иди в душ, — Эндрю вышел из кухни, слыша, как за его спиной заворчал Кевин и легко рассмеялся Абрам.

***

Первым делом они направились не в торговый центр, а в кафе, чтобы пообедать. Народу было много, — неудивительно, все-таки выходные, — но раз их было только трое, то найти свободный столик не заняло много времени. Они заказали фастфуд, и несмотря на то, сколько корчился Кевин, будто намереваясь начать возмущаться, его голод оказался достаточно сильным, чтобы заткнуть его. Прежде чем они вышли из кафе, Кевин позвонил Ваймаку и передал телефон Абраму, чтобы тот мог убедить тренера, что он все еще был жив, и что ему пока что не нужно избавляться от контракта Кевина. Следом они наконец отправились в торговый центр, чтобы купить Абраму одежду. Было сложно убедить Абрама позволить им заплатить за него, но Кевин был так же решителен, как и Эндрю, так что в конце концов они заключили сделку. Они купят ему одежду и вещи, необходимые для университетской жизни, вроде постельного белья и тетрадок, но сохранят чеки, чтобы он мог вернуть им половину суммы, когда достанет деньги. Им нужно было многое купить, так что неудивительно, что под конец магазины уже начали закрываться. Каким-то образом им удалось купить практически все необходимое, даже парочку ножей для метания, которые прошли строгий отбор Абрама. Они часами мотались по торговому центру и теперь были ужасно голодными, так что по дороге домой они снова заехали в то кафе чтобы поужинать. Вновь сев за стол, — тот же, что и утром, видимо, совпадение, — Эндрю проверил сообщения в телефоне и решил проверить, как там поживал Аарон. Получив в ответ от него «пошел на хуй», Эндрю положил телефон обратно в карман, вытаскивая другой из второго кармана. — Зачем тебе два телефона? — спросил идиот повыше. — Это не мой. — Ты не приложил никакого чека на телефон, — отметил Абрам. — То соглашение было по поводу одежды и всего необходимого для универа, а это — жизненно необходимо, и я тебе это дарю, — сказал он. Абрам хотел было начать возмущаться, но к ним в этот момент подошла официантка и приняла их заказы. Пока они ждали еду, Эндрю заполнил контакты Нила телефонами Лисов, Эбби, Ваймака и Би. Покончив с этим, он передал телефон Абраму, пробормотавшему «спасибо», и он тут же добавил еще один номер в контакты, наверняка того французишки. Они ели в тишине, уставшие после такого длинного дня. Забравшись обратно в машину, Абрам нарушил тишину: — Я не хочу пока что ехать обратно. Проводить время с вами двумя так здорово. Эндрю сомневался, что это была единственная причина, по которой он не хотел возвращаться, но он давить не стал, как и Кевин, тут же спросивший: — Не знаешь, тут есть где-нибудь кинотеатр? Эндрю подумал, что его устроит любой вариант, если ему не придется больше ходить. — Есть один, в двадцати минутах отсюда. Они выбрали какой-то фильм про пост-апокалипсис, который вот-вот должен был начаться, и зашли в зал как раз посреди рекламного блока перед фильмом. Они заняли места в центре на самом последнем ряду, чтобы позади них никто не мог сесть, Эндрю расположился посередине. — Вы бывали когда-нибудь в кинотеатре? — спросил он, пока еще шла реклама. Кто-то через пару рядов от них попытался на них шикнуть, но Эндрю было глубоко на это плевать. — Много лет назад, — ответил Кевин. — Бывал пару раз, но не для того, чтобы смотреть кино, — когда Кевин наклонил голову, Абрам объяснил. — В темных залах довольно здорово можно спрятаться. А ты? — спросил он, глядя на Эндрю. — Лишь однажды. Это было первое, что я сделал, получив деньги со страховки после смерти Тильды, — ответил он. Спустя час от фильма Эндрю заметил, что Абрам по одну его сторону уснул. И десяти минут не прошло, когда персонаж выстрелил в зомби и Абрам резко проснулся. Мгновенно прогнав сон, он вжался в кресло, будто бы пытаясь увернуться от пули. — Абрам, — пробормотал он, чтобы только он и Кевин могли его слышать. Услышав свое имя Абрам поднял голову, спрятанную до этого между его ладоней и уставился на него. Его глаза были широко открыты, и даже в полумраке Эндрю видел, как он напряжен. Эндрю только смотрел на него в ответ, до тех пор, пока Абрам не понял, где он находится и не сделал несколько глубоких вдохов. Убедившись, что он успокоился, Эндрю отвернулся обратно к экрану, краем глаза заметив, как Кевин поступил точно так же. В какой-то момент Абрам снова уснул, но когда его вновь разбудил взрыв, то он только потянулся и устроился поудобнее в своем кресле. Эндрю подождал минуту, пока шли титры, прежде чем подняться со своего места, и Кевин последовал его примеру. Абрам же остался сидеть. Он зевнул и протянул к Кевину руки, хватая пальцами воздух. — Серьезно? — Кевин преувеличенно вздохнул. Эндрю проигнорировал их и вышел к проходу, чтобы подождать их на лестнице. Мгновение спустя Абрам все-таки выбрался со своего места, правда, устроившись словно коала на спине Кевина. Его подбородок лежал на макушке Кевина, и его глаза хоть и были сонными, но все еще внимательно следили за окружением. Кевин казался расслабленным, будто бы он не нес на своей спине другого человека. Теперь Эндрю чувствовал себя еще ниже, но вид этих двоих в таком положении заставил его почувствовать что-то, так что возмущаться он не стал. За последние три недели Эндрю заметил, что Абраму не нравилось, когда его трогали, и с учетом того, что он рассказал им прошлой ночью, это имело смысл. Правда, когда дело доходило до него или Кевина, то он не был против прикосновений, но опять же, скорее всего дело было не просто в прикосновении, а в том, что они всегда дожидались сигнала о том, что он дает им свое согласие на это — он так точно дожидался, и он видел, как Кевин делал то же самое достаточное количество раз, чтобы знать, что это не совпадение. Эндрю знал, как много это значило. Некоторые люди осуждающе поглядывали на них, но покуда они ничего не делали, Эндрю решил не обращать на них внимание. Они добрались до машины, и Эндрю, заведя мотор, спросил: — Готов теперь поехать домой? — Да, — сказал Абрам. И, кажется, Эндрю услышал, как он промурчал слово «домой», но он был не уверен. Зайдя в дом Абрам сразу направился к комнате, которую они прошлой ночью делили с Кевином. Большую часть сумок они оставили в машине, раз им все равно предстояло везти это все в Лисью Башню в понедельник. Аарон играл в видеоигру в гостиной, Ники нигде не было видно. — Там пицца на кухне, — сказал его брат вместо приветствия. Эндрю ушел, как только Кевин открыл рот, чтобы отругать их пищевые привычки и залез в морозилку, чтобы достать себе ведерко мороженого. Кевин появился в кухне пару минут спустя и вздохнул, увидев, чем решил перекусить Эндрю, и налил себе стакан воды — удивительный выбор для него в вечер субботы. — Ты стал меньше пить, — он не сказал «с тех пор, как приехал Абрам», но Кевин, очевидно, все равно это услышал. — Не было необходимости, — ответил он. — Птички все еще летят на юг, — отметил Эндрю. Кевин сглотнул и ответил: — Я знаю, но вы с Абрамом пообещали помочь с этим. Это восхищало Эндрю, — немножко, — как Кевин, пережив столь многое, вообще поверил в него с самого начала. Может, поначалу он и верил исключительно в его талант и потенциал, который, как он сказал, он видел в нем, но дело явно было не только в этом. Когда Ваймак притащил к ним Кевина с банкета, Эндрю подумал, что Кевин просто передохнет немного, а потом приползет обратно к ногам своего господина, и он был заинтригован, когда время шло, а Кевин оставался с ними. Он видел, что Кевину было непросто, но он был так решительно настроен остаться, начать вновь играть, даже если бы ему пришлось переучиваться с самого начала, что Эндрю почувствовал, что он должен как-то помочь, хотя бы чтобы просто посмотреть, что может получиться из такого решительного человека. Он предложил Кевину сделку, особо ничего взамен не ожидая. Во-первых он удивился, как Кевин поверил в это обещание, он услышал предложение и поверил каждому его слову, хотя все, что он до этого получал от Эндрю — это сплошные отказы. Во-вторых удивился тому, как он предложил что-то в ответ, и той чистой решительности, сиявшей в этих зеленых глазах, желании сдержать обещание во что бы то ни стало, его истинной веры в Эндрю не просто в вопросе его будущей карьеры профессионального игрока в экси, а веры в его будущее в целом. — Не ложись слишком поздно, командный сбор в понедельник рано утром, — Кевин вышел из кухни, допив свою воду, когда как Эндрю отправился на задний двор, размышляя, насколько же слепы бывают люди, если они думают, что Кевина заботит только экси.

***

Они провели воскресенье примерно так же, как и субботу, но раз им оставалось купить совсем немного, то они по большей части прогуливались по магазинам. Они остановились в том же кафе по дороге в торговый центр и обратно, и в этот раз, добравшись домой гораздо менее усталыми, Абрам предложил провести первый урок метания ножей. Он пару часов объяснял Эндрю, как проворачивать запястье и как использовать свое тело в качестве рычага для броска. Так же он помог Эндрю немного скорректировать некоторые приемы для спарринга, сказав, что техника Рене хороша, но некоторые приемы в реальной драке будут непрактичными. Эндрю хотел было попросить Абрама заняться с ним спаррингом, но он заметил, что Абраму было не особо комфортно держать в руках нож. У него, казалось, не возникало проблем с метанием ножей, с учетом того что они быстро исчезали из его рук, но когда он объяснял Эндрю приемы в спарринге, то старался обучать его, минимально прикасаясь к ножам. С учетом всего, что он знал, Эндрю решил не просить у него того, что он не мог ему дать.

***

Абрам привез их в понедельник к Лисьей Башне. Эндрю усадил Ники как можно дальше от Абрама, расположив его за Кевином, когда как сам занял место за Абрамом. Кевин и Эндрю помогли Абраму перенести все вещи из багажника в его комнату в общежитии, к которой им не пришлось подбирать замок, поскольку Мэтт уже приехал. Парень, казалось, не понимал, почему они помогают Абраму с переездом, но был достаточно умен, чтобы никак это не прокомментировать, по крайней мере не в присутствии Эндрю. Вытащив все из машины, они оставили Абрама разбираться с вещами, а сами поехали к Эбби, чтобы забрать все, что там осталось. Когда пришло время ехать на стадион, Эндрю с компанией отправились к комнате Абрама, чтобы забрать его с собой. Он заправлял простынь на своей кровати — верхняя полка, — по большей части игнорируя приветственную речь Дэн, которая по его мнению слишком сильно походила на допрос. Так же он слышал голоса Мэтта и Рене, доносившиеся из кухни. — Секундочку, — сказал Абрам, не оборачиваясь, пока натягивал наволочку на подушку. — О чем ты говоришь… — Дэн замолчала, наконец заметив их присутствие. — А вы что тут делаете? — То, что видишь, — ответил Аарон. В этот момент Мэтт и Рене зашли в комнату. — Привет, ты, — поприветствовал ее Эндрю. — Рада тебя видеть, Эндрю. Как провел каникулы? — она улыбнулась ему. Он никак не мог понять, как ее лицо не уставало столько времени улыбаться, но ему было слишком все равно, чтобы спросить. — Окруженным идиотами, но все выжили. — подытожил он. — Твое? — Мирно, я глубоко благодарна за этот отдых. Привезла тебе брауни. — Отдашь их, когда приедем назад, — он кивнул, показывая свое одобрение, сладости всегда были к месту. — Ну же, Джостен. — Он никуда с вами не поедет, — Дэн повернулась к Абраму, который безэмоционально уставился на нее со своей кровати. — Я пойду с тем, с кем захочу, а теперь, прошу прощения, — Абрам спрыгнул со своей верхней полки и вышел, и, никого не дожидаясь, пошел к лестнице. Эндрю идти за ним не собирался, а потому притормозил у лифта вместе со всеми. Он слышал, пока ждал его, как Дэн возмущается в комнате и как Рене ее успокаивает. Когда они подошли к машине, Эндрю даже не пришлось говорить Кевину пересесть на заднее сидение. По всей видимости Кевин, как и Эндрю, был преисполнен решимости держать Ники подальше от Абрама. Они почти доехали, когда телефон Кевина зазвонил. Они остановились на красный, так что Эндрю повернулся, чтобы посмотреть, почему он так долго не брал трубку. Кевин лишь пялился на экран, с таким видом, будто бы ему звонил призрак. — Кто это? — спросил Эндрю. Кевин немного засомневался перед ответом: — Тея. Эндрю хотел было спросить, что мог значить этот звонок, когда Абрам радостно сказал: — Дай мне, я хочу поговорить с ней! Кевин передал ему телефон, и Эндрю, прежде чем вернуться к дороге, еще раз окинул их взглядом. — Какого блин черта ты провернула тот номер на двенадцатой минуте на своей последней игре, Мулдани? Ты просто обязана меня ему научить, — сказал Абрам, как только ответил на звонок. Эндрю не мог разобрать, что она ему ответила, но ее ответ явно был преисполнен эмоциями, она достаточно громко кричала, чтобы Абраму пришлось отодвинуть телефон подальше от уха. — Привет, Тея. Да, я живой, — Эндрю слышал, что Абрам улыбался. Говорила в основном она, Абрам же выдавал то там, то здесь свои типичные загадочные ответы, пока объяснял ей, что теперь он играет за Лисов. Эндрю уже парковался, когда Абрам сказал: — Ох, Кевин? — Кевин так яростно помотал головой, что Эндрю удивился, что он себе шею не сломал. — Он переехал на Аляску. Да. Заглушив мотор, Эндрю повернулся и поднял бровь, глядя на Кевина, но тот не посмотрел на него в ответ. Его взгляд был прикован к спинке кресла, на котором сидел Абрам. — Ох, это… — сказал Абрам, выслушав Тею. Его щеки слегка порозовели, пока она говорила, и Эндрю стало любопытно, почему. — Эм, этот вопрос еще не обсуждался. Теперь в громком крике, донесшимся из динамика, Эндрю определенно расслышал «Ты на хуй шутишь что ли?» прежде, чем Абрам снова отодвинул телефон от уха. — Я догоню вас, — сказал Абрам, выходя из машины и снова прикладывая телефон к уху, отойдя подальше. Не то чтобы Эндрю был расстроен, что больше не может подслушивать. Как только он припарковался, Ники и Аарон вышли из машины и пошли на стадион, когда как Кевин все еще сидел на месте, неотрывно следя взглядом за Абрамом. На лице застыло неопределенное выражение. — Есть что сказать, Дэй? Кевин подпрыгнул, услышав его голос, видимо, забыв, что остался в машине не один. Вся эта ситуация становилась все более странной и все более интересной с каждой секундой. — Эм, нет? — Кевин сказал, хотя это и звучало как вопрос. Эндрю приподнял бровь, и Кевин вздохнул. — Тея может быть слегка… напористой. — Ну я вроде как уже это понял, что-нибудь еще? Нилу она, кажется, нравится. — Конечно Нилу она нравится, она одна из лучших людей, кто когда либо бывал в Эверморе, — Кевину, казалось, стало даже обидно за нее, что ответило на второй вопрос Эндрю: «она тебе тоже нравится?» — И тогда почему ты ее избегаешь? Услышав вопрос, Кевин, казалось, растерял всю свою непокорность: — Она накричит на меня и она будет права, но я пока не знаю, что ей ответить. Пока что Эндрю принял такой ответ, он может расспросить его еще немного позже. — Идем, — сказал он, выйдя из машины. Они зашли вместе с Эллисон и Сетом. Мэтт, Дэн и Рене уже были там. Эндрю видел, как они подъехали, еще когда Абрам сидел в машине. Эндрю не удивился, когда Аарон занял один из свободных стульев, располагаясь между их диваном и Ники, который сел на второй стул, зная, что видеть его рядом с собой Эндрю все еще не желал. — А где Нил? — спросил Бойд, заметив отсутствие одного из Лис. — Не знаю, Кевин, не помнишь, на какой улице мы его выбросили? — ХА. ХА, — резко ответила Дэн. — С тобой как всегда приятно иметь дело. Где он, Миньярд? Прежде чем Эндрю успел что-нибудь ответить, в комнату зашел Ваймак. — Он не приехал вместе с вами к Эбби и здесь его тоже нет. Что ты прячешь, Миньярд? Это в субботу была его запись, что ли? — Дэвид, — Эбби подошла к нему, и Ваймак поднял руки, отступая. — Я просто хотел узнать, не случилось ли чего в пятницу. — Пятницу? Вы брали его в «Сумерки»? — воскликнула Дэн, когда осознание того, о чем говорил Ваймак, накрыло ее. — И он цел и невредим, — ответил Эндрю, прикладывая максимум усилий, чтобы не кинуть взгляд на своего кузена. «По крайней мере, физически», — подумал он. Прежде чем кто-нибудь мог снова заговорить, в коридоре послышался голос Абрама. — Да. Агась. Да, мам, — фыркнул Абрам, заходя в лаунж. Его взгляд быстро метнулся по комнате, находя единственное оставшееся свободное место справа от Эндрю. Абрам взглянул на него, давая понять, что он заметил, как все пересели так, чтобы он был как можно дальше от Ники. — Я тоже соскучился, — Абрам сел на диван. — О-о-о, малыш соскучился по своей м… — Сет начал было дразнить его, но Абрам этого не заметил, продолжив говорить. — И я серьезно, Мулдани. Просто скажи его имя и я найду этого придурка, — шутя сказал Абрам, правда, Эндрю был абсолютно уверен, что это вовсе не шутка. Повесив трубку, он осмотрелся и понял, что все на него глазели. Он просто ждал, пока кто-нибудь что-нибудь не скажет. — Ты хочешь сказать, что ты обращаешься к Мулдани, к ТЕЕ МУЛДАНИ, БОГИНЕ экси, как к МАМЕ? — Дэн была в шоке. — Никаких других Тей Мулдани я не знаю, — Абрам пожал плечами. — И чьей жизни ты там угрожал? — спросил Эндрю, гораздо больше заинтересованный именно в этой части разговора, который все услышали. — У Теи, кажется, пунктик на то, чтобы трахаться с засранцами, — Абрам вновь пожал плечами. — Пошел на хуй, — откликнулся Кевин с другого края дивана. Абрам моргнул, глядя на Кевина. — Я не имел в виду тебя, Дэй. Если тебе кажется, что ты попадаешь под категорию, то это твои проблемы. Комната наполнилась выкриками и беспорядочными вопросами, и Эндрю мог разобрать только некоторые из них. — Чего? — спросил Мэтт. — Тея и Кевин? Этот Кевин? — перебила его Эллисон. — Ты точно не знаешь больше никого по имени Тея Мулдани? — воскликнула Дэн. — Кажется, ты их сломал, — сказал Эндрю и Абрам фыркнул в ответ. — Это заняло меньше времени, чем я ожидал. Кевин, кажется, только понял, куда он себя загнал, так что сидел, скрестив руки на груди и хмурясь, еле заметно надувшись и поглядывая на всех присутствующих в комнате. Абрам повернулся, чтобы посмотреть на Кевина. — Она сказала, что если ты ей не позвонишь на этой неделе, то она сядет на первый же самолет, прилетит сюда и надерет тебе задницу, — в комнате было слишком шумно, чтобы кто-то это услышал, но раз Эндрю находился прямо между ними, то он, конечно, все слышал. Эндрю пришлось признаться себе, что теперь он точно был в полном недоумении. Что такого было между Кевином и Теей? С учетом всплывшей информации выходило, что они ебались, и затем что-то произошло и Кевин стал избегать ее, что в принципе не звучало так уж абсурдно, но что-то все-таки не сходилось. Там скрывалось что-то еще. Кевин не повернулся, чтобы посмотреть на Абрама, только сильнее нахмурился. Когда Ваймак наконец утихомирил команду, то объявил о смене округа командой Воронов. Послышалась парочка возмущений, но в целом Лисы были скорее не удивлены, а решительны, намереваясь работать усерднее, чтобы суметь потягаться с новыми соперниками. «Это будет длинный сезон», — подумал Эндрю.
Примечания:
Отношение автора к критике
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.