Мой истинный... Демон?

      – Ненормальный… – проворчал я, захлопывая дверь, словно отсекая от себя наваждение, безумца, невесть как проникшего в мою обитель. – Малыш… – донеслось в спину хриплое эхо. Я тряхнул головой, пытаясь стряхнуть оцепенение, и вошёл в комнату, где этот псих посмел заключить меня в объятия, осквернив первым поцелуем! День и без того выдался паршивым, а ведь до вечера ещё целая вечность. – Ненормальный… Нужно срочно сменить замок, а то, не ровен час, снова заявится, – бормотал я, входя в комнату и замирая: Танни лежал безвольной кучкой на полу возле зеркала. – Малыш, ну что же ты? Вставай, простудишься, – прошептал я, с нежностью поднимая Ёнтана на руки и устраивая его на мягкой постели. – Вот так-то лучше, – слабо улыбнулся я, потрепав пёсика по голове. Нужно заварить чай, чтобы успокоить дрожащие нервы. На кухне, включив чайник и достав с полки любимое печенье с молочным шоколадом, я опустился на стул, и слёзы хлынули из глаз, обжигая щёки. " Меня пометили… Незнакомец, вторгшийся в мою жизнь, оставил на мне клеймо! Как теперь жить с этим? Кому нужен меченый омега? " Эти мысли роились в голове, словно потревоженный улей, а слёзы лились безудержным потоком. Устал быть сильным. Всегда, когда на душе скребут кошки, я надеваю маску безразличия, но сейчас маска треснула. Дрожащей рукой коснулся ноющей метки и разрыдался в голос. Плевать на соседей, плевать на приличия. Наверное, Танни услышал мой безутешный плач и прибежал утешать, тыкаясь влажным носом в ногу и тихонько скуля. – Танни… что мне делать? Я теперь… испорченный, – прошептал я, подхватывая малыша на руки и прижимая к груди. Слёзы капали на мягкую шёрстку, оставляя тёмные пятна. – Ладно, Танни, что-то я совсем расклеился… Завтра голова раскалываться будет. Нужно взять себя в руки, – попытался я успокоиться, и, как ни странно, немного помогло. Услышав свист чайника, я поставил Танни на пол, достал любимую кружку, бросил пакетик чая и залил кипятком. С горячей кружкой в руках вышел на балкон. Прохладный ветер обвевал лицо, и я прикрыл глаза, ловя последние тёплые деньки. Зима не за горами: люди спешат утеплиться, мамы гуляют с детьми, парочки неспешно прогуливаются, оживлённо беседуя. А я стою здесь, один, и думаю, как жить дальше. – Если я ещё раз увижу этого ублюдка, я ему всыплю по первое число! – промелькнуло в голове, и пальцы невольно сжали кружку. Злость на этого альфу переполняла меня. Зачем он поставил мне метку? Я даже имени его не знаю!.. – Не будем о плохом, – пробормотал я, отпивая обжигающий чай, который уже немного остыл, пока я предавался мрачным раздумьям. – Эх, скорее бы увидеть Чимина, – подумал я и невольно улыбнулся. Я уже придумал для него грандиозный план мести. Да-да, он ещё ответит за шишку на моей голове! Допив чай, я ещё немного постоял босиком на прохладном балконе и решил, что пора заходить: кожу уже покрыла предательская гусиная кожа. – Танни, малыш, пошли гулять! – позвал я, и щенок тут же оказался рядом, радостно виляя хвостиком. – Сейчас, малыш, я переоденусь, и сразу пойдём, – улыбнулся я и побежал в комнату. Быстро сменив домашнюю одежду на уличную, я вернулся на кухню, где Танни жадно лакал воду. – Ну всё, теперь можно идти, – сказал я, подхватывая щенка на руки и направляясь в коридор, чтобы обуться и надеть на Танни поводок, купленный в зоомагазине. Обувшись и накинув джинсовку, я пристегнул к ошейнику чёрный поводок. Сначала я посмотрел в глазок, и, не увидев там знакомого силуэта, неуверенно открыл дверь. Взяв Танни на руки, я начал спускаться по лестнице. Выйдя на улицу, я отпустил Танни, и он, радостно гавкая, начал крутиться вокруг меня. – Что, так рад погулять? – спросил я, направляясь в сторону парка, излюбленного места собачников. Дойдя до небольшой полянки, я отстегнул поводок, и Танни, весело гавкая, помчался вперёд. – Танни, осторожно! – крикнул я, но было поздно: Танни, увлёкшись бегом, врезался в огромного пса, раза в четыре больше его. Подбежав к Ёнтану, я начал осматривать его, не ушибся ли он. Через несколько секунд к собаке, оказавшейся немецкой овчаркой, подбежал молодой альфа, от которого пахло грецким орехом. – Арчи! Куда ты убежал? Я весь парк обегал, – ворчал хозяин собаки, не обращая на меня внимания. Но тут альфа повернул голову и посмотрел на меня. – Привет, я Хосок, – поздоровался он, протягивая руку. Я недоверчиво посмотрел на него, но всё же ответил на приветствие. – П-привет, Тэхён, – смущённо проговорил я и улыбнулся. Хосок тоже улыбнулся мне и отпустил мою руку. Взгляд альфы упал на Танни, и его лицо озарила тёплая улыбка. – У тебя красивое имя, и щенок тоже очень милый, – сказал он, и я густо покраснел. – Спасибо, – пробормотал я, поднимая Танни на руки. – Ты часто здесь гуляешь со своим щенком? – риторически спросил альфа и, подойдя к своей собаке, пристегнул поводок, чтобы избежать повторения инцидента. – А-а-а, да, – я не сразу расслышал вопрос, потому что не мог отвести глаз от этого красивого альфы. От него веяло добротой и заботой. – Раз уж мы встретились, не хочешь ли подружиться и погулять вместе с нашими питомцами? – предложил он, и я кивнул в знак согласия. Альфа улыбнулся ещё шире и, взяв меня под руку, повёл куда-то. Я не стал возражать, потому что его прикосновение было приятным. Казалось, я напрочь забыл о случившемся несколько часов назад. Рядом с этим альфой невозможно грустить: от него так и веет позитивом и энергией.