Мой истинный... Демон?

***

             – Тэхён, если тебе нехорошо, поезжай домой, я договорюсь с преподавателями, – с тревогой в голосе произнес Чонгук. – Нет, всё х-хорошо, – пробормотал я, запинаясь. Чонгук нахмурился. – Если переживаешь из-за моего запаха на тебе, не стоит, ты ни в чем не виноват, – заверил он и нежно коснулся губами моей макушки. – Но… – Никаких «но». Может, проводить тебя до дома? – Чонгук вопросительно посмотрел на меня. Я отрицательно покачал головой и направился в аудиторию, где уже вовсю обсуждали внезапный уход преподавателя и странный крик, донесшийся из коридора.

***

– Хён, где ты пропадал? Тут такое случилось! – выпалил я, увидев слегка уставшего, но довольного Чимина после пары, которую я благополучно отсидел один. Что же у них произошло? А-а-а, теперь понятно… – Неужели Пак Чимин, университетский красавчик, предавался любовным утехам с нашим «директором» прямо в стенах альма-матер? – съязвил я с улыбкой, но не получил ожидаемой реакции. Чимин остался невозмутим. – Ладно уж, прощаю твой тупой юмор, – закатил он глаза и приобнял меня за плечи. Прошло еще две пары, а я все еще пребывал в состоянии легкого шока. Не терпится рассказать все хёну. – Кстати, у нас тоже кое-что произошло, – произнес Чимин с хищной ухмылкой. Кажется, рассказ затянется на тысячу лет, но я готов слушать.

Flashback

Взволнованный и напуганный юноша, благоухающий персиками, робко направляется в кабинет нового директора, невольно источая феромоны, на которые чуть позже слетятся все альфы университета. Чимин, поежившись, дрожащей рукой постучал в дверь кабинета. Не дождавшись ответа, он несмело вошел и увидел своего альфу, стоявшего к нему спиной. – Ну, рассказывай, – нетерпеливо бросил Юнги, поворачиваясь к своему мальчику, съежившемуся от нарастающей паники. Юнги, в общем-то, плевать на двойку, но он жаждет услышать оправдания от своего малыша, который, как обычно, будет теребить пальчики и прикусывать пухлые губы, соблазняя альфу. – Н-ну… я… – пролепетал Чимин, дрожа всем телом. Он знает, что его альфа непредсказуем и слегка груб, но в глубине души омега уверен, что Юнги не причинит ему вреда. Однако сильный феромон альфы давит на него, заставляя подчиняться и трепетать. Чимин так напуган, что его насыщенный персиковый аромат превратился в горький и неприятно щекочущий ноздри альфы. – Малыш, чего ты меня боишься? Я же не кусаюсь, ты ведь знаешь это, – с ухмылкой произнес альфа, садясь в кресло и похлопывая себя по коленям, приглашая омегу присесть. Чимин сначала вздрогнул, а затем молниеносно подлетел к альфе, усаживаясь к нему на колени, обнимая за шею и прижимаясь ближе, вдыхая успокаивающий аромат мяты. – Ну что такое, сладкий? Не нужно так дрожать, – тихо и успокаивающе проговорил альфа, опаляя горячим дыханием ушную раковину омеги, заставляя его покрыться мурашками. – Я… – Чимин не мог связать и двух слов из-за нарастающего возбуждения, которое охватило его, как только он вошел в кабинет. Он чуть не простонал в голос, когда альфа прикусил его мочку уха и, осыпая поцелуями, спустился к шее, облизывая и покусывая ее, оставляя там багровые отметины. – Ух… Сладкий, я чувствую, что ты потек. Неужели возбудился от моей грубости? – усмехнулся альфа и положил свои большие ладони на мягкие и упругие ягодицы омеги, сжимая их и оттягивая, в ответ на что услышал сладостные стоны своего малыша. – Видит, сатана, я этого хотел, – прошептал альфа и, щелкнув пальцами, лишил омегу одежды. В тот же миг девственная кожа покрылась мурашками от сквозняка из приоткрытой форточки. – Ух… Какой же ты красивый, мой хороший. Заставил бы ходить нагишом, чтобы никто, кроме меня, не смел любоваться твоей прелестью, – прошептал Юнги с лукавой улыбкой и тут же припал к розовому ореолу, лаская его языком, дразня набухший сосок. От этих прикосновений по телу обоих пробежала волна возбуждения, особенно сильно опалившая Чимина. Капелька предэякулята проступила на головке, а из истомленного прохода обильно вытекала смазка, темным пятном проступая на ткани джинсов альфы. Чимин, мучимый зудом в заднице, нетерпеливо потерся ею о грубую ткань, но это лишь распалило желание. Тогда, осмелев, он подался вперед, устраиваясь прямо на вздымающемся бугре возбуждения альфы, и начал неистово двигаться, каждым толчком вбивая себя в его твердость. Взрыв наслаждения грозил обрушиться на них обоих. – Малыш… – хрипло простонал Юнги, и в следующее мгновение одежда полетела в сторону. Обнаженная попка Чимина прижалась к горячему, каменному стояку альфы, случайно задевая дырочку омеги. Мурашки пробежали по телу Чимина, а из горла Юнги вырвался приглушенный стон. Но он не мог просто войти в него сейчас. – Малыш… тебя нужно растянуть, иначе будет больно, – с трудом выдохнул Юнги, прикусив губу. Его музыкальные пальцы на ощупь нашли податливый проход омеги и одним движением вошли в него до костяшки, погружаясь в узкое, влажное нутро. Юнги подметил, что его мальчик такой мокрый. Это несомненно радовало, избавляя от необходимости в смазке. Чимин вздрогнул от новых ощущений, но тут же выгнулся в спине, когда Юнги начал медленно двигать пальцем, причиняя сладостный дискомфорт. Чимину это нравилось. – П-папочка… ещё… – простонал Чимин, подавшись вперёд и уткнувшись подбородком в плечо Юнги. Альфа тепло улыбнулся, видя, как его малыш извивается от предвкушения. Он плавно ввёл второй палец, растягивая податливое колечко в ритме медленного танца, одновременно осыпая поцелуями его губы и кончик носа. Природная смазка, словно нектар, щедро увлажняла, и пальцы Юнги скользили внутри, вызывая влажные, чавкающие звуки, от которых щёки омеги вспыхивали румянцем смущения. Когда четыре пальца уже свободно помещались внутри, Юнги медленно вынул их. Чимин разочарованно простонал, но тут же вскрикнул, ощутив, как упругая головка члена альфы касается входа. – Ах… Пожалуйста… войди… – выдохнул Чимин, отчаянно желая полного слияния. Он попытался податься навстречу, насаживаясь на член, но Юнги не позволил, нежно удерживая его за плечи. Альфу самого жгло нетерпение, но он помнил, что это первый раз, и хотел подарить Чимину незабываемые ощущения. Он медленно, с трепетной осторожностью, начал входить, чувствуя, как податливые стенки ануса обхватывают его член горячим кольцом. От этого ощущения Юнги едва не потерял контроль, его разум заполнила одна мысль: «Как только я закончу, я вылижу его всего». – Папочка… ну не мучай… войди же! – простонал Чимин, не в силах больше ждать. Он попытался качнуть бёдрами, но Юнги, не давая ему опомниться, одним уверенным движением вошёл до самого основания, заполнив Чимина до предела. Громкий стон, в котором смешались боль и невыразимое удовольствие, вырвался из груди омеги. Сейчас уже не было места ни для чего, кроме этого всепоглощающего чувства наполненности. Юнги показалось, что крик его малыша слышал весь университет, но ему было плевать. Пусть только кто-нибудь попробует косо посмотреть – он вырвет им уши. – Юн-и… двигайся… Я привык… – прошептал омега, прикусив плечо Юнги в порыве страсти. – Какой непослушный мальчик… Кто разрешал кусать своего папочку? М? За это ты будешь наказан, – прорычал Юнги, начиная двигаться, постепенно наращивая темп. – Как? Оттрахаете меня на всей территории университета, директор? – Чимин театрально испугался, но его бёдра уже сами поддавались в такт толчкам альфы. – Нет… Я заставлю тебя гулять сегодня ночью с пробкой в заднице, – прошептал Юнги с безумной ухмылкой. Чимин испуганно распахнул глаза, но не успел ничего сказать – Юнги резко вышел из него, оставляя омегу в состоянии сладостной неудовлетворённости. В ту же секунду Юнги попросил Чимина опереться руками о стол. – Малыш… оттопырь попку и раздвинь её ручками, – приказал Юнги, и Чимин, повинуясь, смущённо раздвинул ягодицы, открывая вид на покрасневшее колечко, из которого всё ещё сочилась смазка. – Ах… Какой вид! Твоя дырочка словно умоляет о ласках, таких, чтобы ты потом месяц сидеть не мог. Как думаешь, стоит ли уважить мольбы твоей развратной попки? – с усмешкой прошептал Юнги, присев на корточки рядом с Чимином. И тут же, дерзко и властно, его язык ворвался внутрь. – Ах! Юн-и… ах… – Чимин громко застонал, охваченный жаром от длинного и горячего языка, что терзал его нутро. Не в силах противиться искушению, он подался бедрами вперед, насаживая язык Юнги все глубже. – Какой же ты ненасытный… – театрально удивился Юнги, прежде чем громко чмокнуть аппетитную дырочку напоследок. Поднявшись на колени, он вновь вошел в Чимина, на этот раз резко и глубоко, до самого основания. Омега выгнулся дугой, словно кошка, и издал короткий визг. – Как же хорошо! Папочка, не останавливайся, молю! – Чимин блаженно шептал, а слюна, предательски стекая по подбородку, не успевала быть проглоченной. Их идиллия была прервана резким стуком в дверь. Чимин вздрогнул от испуга и попытался отстраниться, но Юнги лишь сильнее вбивал его в стол, заставляя тот ходуном ходить. – Пошел на хуй! – грозно взревел Юнги, не прекращая бешено вгонять свой горячий член в податливое тело Чимина. – Ю-Юнги… там к-кто-то пришел… – простонал Чимин, заливаясь краской стыда. Если их застукают в таком виде, ему будет невыносимо стыдно. – Блядь… – рыкнул альфа, неохотно выходя из уже разгоряченной дырочки. Шлепнув Чимина напоследок по ягодице, он торопливо натянул штаны на себя и на омегу, оставив его без нижнего белья – ведь они еще не закончили. – Заходите! – недовольно проговорил альфа и демонстративно уселся за свой стол. Затраханный и взволнованный Чимин, дрожащими руками схватил первый попавшийся журнал и открыл его, даже не заметив, что тот перевернут вверх тормашками. – Здравствуйте, директор Мин, – с приторной улыбкой произнес вошедший омега, окинув кабинет оценивающим взглядом. Он принюхался, и ему показалось, что в воздухе витает запах похоти. – Чего тебе? – хмуро бросил Юнги, бросив взгляд на омегу, который старательно прятал свое лицо за перевернутым журналом. – Я хотел бы пожаловаться на одного ученика и преподавателя! – гордо вскинув подбородок, произнес омега. Не обращая внимания на сидящего рядом Чимина, он вальяжно опустился на стул возле альфы, элегантно закинув ногу на ногу. Вот же делать ему сейчас нечего, кроме как выслушивать чьи-то жалобы! – Сегодня мои друзья сказали, что от преподавателя Чона за километр разит запахом омеги, – издалека начал Хин Ши, и Юнги удивленно вскинул брови, делая вид, что ему интересно слушать продолжение истории. Чимин же, навострив уши, начал жадно подслушивать. – Так вот, я знаю, что в этом нет ничего такого, но пахнет он одним противным омегой! Ким Тэхёном! – возмущенно выпалил омега. – И? – Что «и»? Этот сопляк недоделанный соблазнил нашего преподавателя и затащил его в постель! – проговорил Хин Шин, ожидая, что Ким Тэхёна за это немедленно отчислят, ведь в этом университете строго-настрого запрещены отношения между студентами и преподавателями. – Круто… Это всё? – устало протянул Юнги. – Но… Вы должны исключить его! Он нарушил правила! – недовольно прошипел Шин Хи, вскакивая со стула. – Да чтоб тебя… Иди отсюда, пока я тебя об стену не размазал… – раздраженно процедил Юнги. – И чтобы я больше не слышал, что ты лезешь не в свои дела. Они сами разберутся. А теперь - марш на следующие пары! – Да что же тут все такие ебанутые! – тихо пробормотал омега и, хлопнув дверью, в ярости вылетел из кабинета.