Салли-Кромсали адвокаты спасали

      Простые слова благодарности звучали так чисто и искренне, словно их произнёс невинный ангел. Сердце девушки застучало в несколько раз быстрее, хотя, казалось бы, забег давно остался позади; лёгкая дрожь и тепло пробежали по вспотевшей спине. — Да брось ты…       Любопытство пересилило и одержало верховенство над Ванессой. Её голова повернулась вбок. Но всё, что ей удалось разглядеть — затылок друга. Синие пряди растрепались и в хаотичном порядке оплетали спину ниже лопаток. Точно как у девчонки.       Девушка хихикнула от своих же мыслей. Задумавшийся юноша дёрнулся и весь подобрался, настороженно ожидая подвоха. — Ты чего? — Ничего. Просто. — она вернулась в исходное положение. — а Эшли, Ларри и Тодд видели тебя без протеза? — Ага. — рука в задумчивом жесте прочесала подбородок. — мы дружим почти два года. — Всего-то?! — девушка еле удержалась, чтобы не обернуться и не развернуть Фишера к себе за плечи, ещё и встряхнуть его хорошенько. — Для меня это большой срок. Я относительно недавно переехал в Нокфелл, — носок его кеда навязчиво расковыривал рваную дырку в линолеуме. — и за всю мою жизнь я завел настоящих друзей только здесь.       Ванесса не спешила перебивать и всем видом старалась выказывать свою заинтересованность. — Раньше я жил в Нью-Джерси. Дети не особо приветствовали в своём обществе уродца. Потом папа не выдержал и принял решение сменить насиженное место. Там ему всё напоминало о маме.       На этом моменте его голос потеплел и стал тише. Очевидно, эта тема была для него щепетильна, душещипательна, и всё в таком духе. — А… — Несчастный случай. Она умерла из-за несчастного случая, когда мне было пять. — О.       Воцарилось молчание, но продлилось оно недолго, потому что уже через несколько минут звонок огласил начало перемены.       Ванесса ощутила за спиной торопливое шевеление и щелчки застёжек. Протез вернулся на своё место. — Идём? — она не успела опомниться, а парень уже нависал над ней и протягивал руку, как делал неоднократно.

***

      Рюкзак перевешивал, оттягивая верхнюю часть туловища назад, отчего спину в районе лопаток и поясницы неприятно пожёвывало. Хохотнув, Ванесса скинула сумку с учебниками на траву и улеглась на неё, превратив на время в подушку. А Эйвелин за ней повторила.       По-весеннему зелёную лужайку центрального парка, растянувшуюся возле прудика, залило закатным лучами солнца.       Конец дня не предвещал ничего плохого, кроме прохладного ветерка. Пока что погода не очень устойчива, особенно ночью. Кое-где на небе уже проглядывали первые звёздочки, но их то и дело прятали от людских взоров стремительно проносящиеся облака, бегущие быстрее, чем все три подруги Говард вместе взятые. — О, слышишь? — девушкам посчастливилось словить то состояние, когда смешно даже от самых глупых и некомичных, на трезвый взгляд, вещей. — Утки крякают!       Эйвелин рассмеялась. Вслед за ней взорвалась Ванесса. Ухахатываясь с каждой произнесённой фразы, они ещё долго катались по сочной траве, щекотали и обнимали друг друга, иногда сильно ударялись лбами, но от этого было только веселее.       Лишь первая роса немного привела школьниц в чувство. Прохлада забралась под тонкие кофты, без стеснения прогуливаясь по каждому миллиметру юных тел. Девушкам пришлось трансформировать свои рюкзаки из подушек в кресла, и сохранность тетрадок и учебных книжек их не волновала. — Эйви… — выудив минутку тишины и спокойствия, Ванесса всё же решила поведать подруге о том главном событии дня, которое до этого момента не давало ей покоя. — я тебе расскажу кое-что, а ты не злись, ладно?       Сидящая напротив девушка вмиг переменилась. Она заведомо знала и понимала, о чём, а вернее о ком пойдёт беседа. С напряжением в теле и голосе Эйвелин выдавила из себя: — Хорошо. Я постараюсь. — Сегодня на физкультуре, когда мы с Салом ушли в школу... мы остались сидеть в коридоре. — костяшки пальцев поочередно прохрустели, придавая рассказчице капельку самообладания. — было так жарко… Он снял маску, представляешь?! Точнее, протез… Но я не видела его лица, он не показал! Но это так… волнительно. — Да уж. Волнительно, прекрасно и романтично. Чудовище сделало первый шаг к красавице. — Чт… о чём ты? — недоумение заставило Ванессу придвинуться к подруге ещё ближе. — Всего лишь метафора. Забей. — с тяжёлым вздохом протерев пальцами переносицу, Эйвелин подняла голову и улыбнулась. — я рада за вас, правда. Это мило. Получается, Салли-Кромсали умеет доверять не только фрикам, но и нормальным людям, да?       Смешок улетел в густые сумерки. В ответ загоготали утки в пруду. — Видимо, да… — весь запал веселья и жизнерадостности куда-то улетучился и уступил место глубокой задумчивости. — если честно, то я ожидала, что ты будешь… недовольна.       В ответ на это девушка только беззаботно пожала плечами, посильнее обвив руками свои же худые колени. — Я уже начинаю свыкаться с мыслью, что Кромсали прочно, — на этом слове был сделан сильный акцент. — вошёл в нашу жизнь.

***

— Тварь. — с невероятной силой рюкзак потерпел крушение в углу комнаты. — Скотина. — гора косметики, в спешке оставленная утром на столе, слетела на пол. — Убью.

***

      Суббота, суббота. По выходным вставать рано гораздо легче, чем по будням, почему-то. Закон ли это подлости, или условность природы — тоже непонятно. Но зато Ванессе как пять пальцев известно другое: сегодня она проведает Томаса, а заодно и выгуляет Бэнго, которому обещала прогулку ещё минувшим вечером. — Ну чего ты, дружок? А? Хочешь гулять? — оживившийся пёс умильно вилял хвостом, то и дело припадая на передние лапы в предвкушении приключения. — сейчас, сейчас, мой мальчик...       Ладонь любовно потрепала далматинца за ухом, пока вторая пристегивала к ошейнику карабин поводка. — Вот! Готово. Прошу вас, Мистер.       Любезно пропустив своего питомца вперёд, девушка захлопнула дверь и поправила кофту, с удовольствием подставляя лицо под теплеющий ветер.       Наконец-то спустя долгое время в её душевном состоянии укоренился покой. Ничего не волнует, как говорится, ни сзади, ни спереди, она думает только о настоящем моменте и ни о чем не переживает.       Весна, согласно всем канонам присущего подросткам романтизма, придавала юному телу энергии, вселяла жизнь и надежду на лучшее. Хотелось улыбаться, даже непроизвольно. — Бэнго! За мной, мальчик!       Томас безвылазно сидел в своей квартире, потеряв всякий смысл к существованию. Единственно верный путь для него сейчас — от кровати к холодильнику, затем туалету, а потом обратно к кровати.       Да и походил он больше на приведение: передвигался бесшумно, и трудно было дождаться от него чего-то большего, чем односложные «да» да «нет» на любые вопросы.       Зоотерапия еще никому не вредила. Поможет и в этот раз, пусть и не мгновенно. Вместе они выкарабкается из этой пучины проблем и неудач.

***

— Томас! Привет... — девушку встретило протяжное мычание, спертый, затхлый воздух, духота и видимая пыль в затемнённой квартирке. — это ж надо было так...       Спустив питомца с поводка, она разулась и прошла напрямик в спальню, дверь в которую была распахнута настежь. Свернувшись калачиком, на ней лежал дремавший юноша, некогда ходивший с гордо расправленными плечами и завидной спортивной фигурой. — Хватит киснуть в четырёх стенах. Пора выбираться на улицу, хотя бы потихоньку. — с этими словами она отдернула шторы и распахнула окно. Повеяло свежестью. — Сегодня мы идём гулять.       В ответ раздался вымученный стон, старший брат поерзал на месте, принимая более удобное положение, и выразил молчаливый протест.       Ванесса сделала глубокий вдох, чихнула, высунулась наполовину в окно и задумалась. Ей предстоит проделать огромную работу.

***

      Кое-как девушке удалось растормошить Томаса. Пока он приводил себя в порядок в ванной, она затеяла уборку: на всё про всё у неё ушло полтора часа.       За это время в коридоре стремительно росли горы полных мусорных пакетов, насадки на швабре менялись одна за другой, и вот уже полы весело поблескивали чистотой, все вещи были расставлены по своим местам, и свежий ветерок гулял по квартире.       Стиральная машинка одобрительно загудела, когда ей поручили выстирать кучу грязной одежды. И в глазах умытого, освежившегося Томаса, который остановился в дверном проёме, прибавилось интереса к происходящему.       Бэнго покорно сновал за своей хозяйкой, активно виляя хвостом и не забывая подбадривать её лёгкими покусыванияии за щиколотку. — Теперь предлагаю позавтракать. Держу пари, ты давно не ел нормальной пищи. — растрепав шёрстку питомца и услышав радостный визг, Ванесса улыбнулась. — Тут неподалёку, вроде, есть кофейня?       Парень стал менее разговорчивым. Молчаливым. Сейчас он тоже молча кивнул и, пошатываясь, прошаркал к шкафу. Во что бы то ни стало, но они выберутся сегодня из Апартаментов. Несмотря ни на что.

***

      Прогулка с братом прошла успешно, ровно как и вечер, проведённый в компании подруг, и остатки выходных пролетели незаметно. На последних учебных неделях открывается второе дыхание. Сидеть на уроках больше не в тягость, каждую перемену наполняют неординарные события.       Чувство жизни возвращается вместе с зеленью листвы, и на людей валятся новые заботы. — Девчонки! — Батшева со спины налетела на Ванессу и Эйвелин, которые мирно стояли в коридоре, приобняв их за шеи. Подруги согнулись, пошатнувшись вперёд от веса спортивного тела, навалившегося на них с большой скоростью. — Предлагаю вечером сходить в кино! Джесс тоже не против.       Упомянутая Джессика, хихикнув, наконец настигла подруг. Эйвелин прыснула, а Ванесса безуспешно попыталась убрать спадающие на лицо рыжие пряди. Неловко. — Я не смогу. — наконец распрямившись, отрезала Говард. — хочу навестить Сэма с родителями.       В коридор завернула знаменитая компашка фриков. Центральной фигурой был Фишер, справа от него семенила Кэмпбелл, а слева неспеша шли Моррисон и Джонсон.       На Ванессу снизошло просветление. Сверкнув улыбкой, она вскинула руку над головой и помахала ребятам. — Привет, Сал! Ларри, Тодд, Эшли! — когда расстояние между компаниями сократилось до двух метров, поздоровалась Ванесса. — Доброе утро, Несс. — сам Салли-Кромсали остановился возле неё. — вам, девушки, тоже.       Последняя фраза прозвучала более тихо и коротко, почти неуверенно, будто юноша проверял, правильно ли он поступил и достоин ли ответа вообще.       Мирское настроение Джессики и Батшевы проявилось в полуулыбке и одобрительных смешках. С появлением Ванессы в их жизни, девушки смирились со многими вещами, которые раньше не переносили. И в целом их отношение к окружающим стало более терпимым.       В глазах прищурившейся Эйвелин читалось предупреждение. Выучив язык тела подруги больше, чем за полгода, Говард насторожилась. Эта девушка будет милой ко всем, кроме этих фриков.       Ровно как и Ларри, ненавидящего пафос и самолюбование. Парень, тряхнув шевелюрой, воинственно сунул руки в карманы узких джинсов. Еле заметная сутуловатость делала весь его вид грозным.       И только Эшли приняла роль внимательного наблюдателя, готового в любой момент подорваться и прийти на помощь друзьям. Тодд, хмурясь, постоянно поправлял очки.       Разговору определённо не суждено склеиться. Пора сворачивать всю эту показуху. — Ну... — пальцами сжав лямку портфеля, Ванесса качнулась с пятки на носок. — увидимся позже, наверное. — Да, да... — кажется, Сал сам был рад возможности увести своих друзей подальше. — пока? — Пока.

***

      Ну нет, хватит. Больше она не может сдерживать себя. Пора поставить этого урода на место.       Столкновение в коридоре испортило настроение Эйвелин на весь день. Она со всеми огрызалась, нервически постукивала ногтями по поверхности парты, витала в облаках и не слушала учителей.       Ещё и совместная физика с фриками, поставленная последним уроком, обещала добить её.       Сорок пять минут ада тянулись, как целый век. Девушка изнывала, когда сидящая впереди Ванесса, усомнившись в решении задачи, шёпотом обратилась к чёртову Фишеру, а не к ней!       В воображении рисовались картины красочных мучений протезника, который вот уже почти целый учебный год своей непринуждённостью отравляет жизнь Эйвелин. Укрепляя знакомство с Говард, он негласно подписывал себе смертный приговор.       Откуда-то, словно сквозь толщу воды, до неё доносились возгласы учителя. — Мисс Картер! Мисс Картер! — наконец дождавшись внимания от своей ученицы, щупленький усатый преподаватель на замене успокоился. — Раз уж вы так усердно думаете, что не замечаете меня, может, выйдете и решите задачу у доски?       Девушка растерялась. Сначала отрицательно послала головой, а потом задумалась. — Можно мне минуту на подготовку? — искренняя надежда и готовность исправиться растопили сердце заурядного холостяка. — Ну... Минута. И не более.       Ровно на шестьдесят секунд в классе повисла тишина. Ну или Эйвелин так казалось, пока она в хаотичном порядке вырывала клочок бумаги из тетради и выцарапывала на нём послание.       «Встретимся за трибуной в спортзале после уроков. Это срочно.»       Кому, как не первой чирлидерше в школе знать, в какие часы спортзал открывают, а потом забывают закрыть? Обстоятельства играли ей на руку.       Бросив незначительный взгляд на текст задачи в учебнике физики, девушка покорно поднялась из-за парты и поспешно направилась к доске. Рука скользнула над партой Фишера, и записка бесшумно приземлилась перед его носом. Первый шаг сделан. Сомнения отброшены. Отступать некуда.

***

      Состояние брата стабилизировалось. А вот последствия пережитого оказались плачевными.       Пока родителей отозвал доктор для отдельного разговора, Ванесса осторожно вошла в палату. Голова Сэма, который уже дремал, повернулась на звук. Глаза были закрыты.       Как страшно видеть родного человека, забинтованного, оплетённого проводами, катетерами, и зависящего от пищащего аппарата рядом. На лице его отражалась безнадежность. Вера отсутствовала. — Сэм? — опустившись на стул, позвала Ванесса. — Ты слышишь меня? — Слышу. — слова вылетали с потрескавшихся губ слишком мучительно. — Как ты? — странно спрашивать такое у человека, которого только перевели из реанимации. — Нормально.       Некомфортно, когда твой собеседник даже не смотрит на тебя. Подвинув стакан с водой с одного края прикроватного столика на другой, девушка вздохнула. — Ты можешь открыть глаза, пожалуйста? Мне так будет проще говорить.       Как же она жалела потом о сказанном. — А в чём смысл? Я ни черта не вижу, Несс. — дрожь отозвалась во всём его теле, сигнализируя и подступающих слёзах.       Всё будто обрушилось внутри. И Ванессу тоже парализовало. На электронном экранчике подскочили показатели пульса парнишки. С девяноста до ста десяти. У неё, наверное, было и того больше.       Дыхание перехватывало, пока ворвавшиеся в палату родители, упав на колени перед сыном, гневили весь мир, и Ванесса повторяла одно и то же: «Всё будет хорошо».

***

      Сал пропал. Нет, его не похитили, и Эшли отвечала, что с ним всё нормально, но почему-то он не ходил в школу всю последующую неделю и перестал отвечать на сообщения.       Не понимая, почему и отчего, Ванесса переживала. Каждый день вертела головой, умоляя судьбу и надеясь отыскать глазами среди толпы синюю макушку.       Но она не размышляла об этом вслух. Только не при подругах, а то надумают себе ещё чего-нибудь. Зато Эйвелин хотя бы немного оттаяла. В неё вселился дух радости — иначе и не объяснишь её перемену. Девушка шутила, как прежде, неподдельно смеялась и участвовала в школьных буднях. Она не была больше отрешённой и отдалённой от людей. Она оживала теперь не только наедине с Ванессой, но и в большом коллективе.