Глава первая. Ворон, цвета серебра.
19 сентября 2022 г., 21:10
Через приятную тишину начали пробиваться приглушённые голоса. Чем они чётче, тем сильнее становится звон в ушах, а ужасная головная боль разъедает сознание, заставляя впасть обратно в беспамятство. Винсент провёл рукой по лицу, в попытке избавиться от назойливого желания поддаться ей, и несколько раз моргнул, чтобы быстрее привыкнуть к яркому дневному свету. Вокруг лишь белый потолок, белые стены и такое же белое постельное бельё. Но ни единой души рядом. Чьи же голоса он тогда слышал?
Таундер вскочил с кровати и тут же пошатнулся от резкого перепада давления и головной боли, что очень медленно сходит на нет. Он панически оглядел помещение в поиске чего-то, что поможет понять, где он находится. И… ничего. Здесь нет абсолютно никаких деталей, за которые можно ухватиться. Это небольшое помещение с односпальной кроватью, тумбочкой рядом и окном, скрытым полупрозрачным тюлем. И всё это кристально белое.
Но что последнее он помнит? Винсент закусил губу, пытаясь вытащить из головы последние воспоминания, что быстрой чередой мутных картин возникли в голове. Очередные раскопки, странный шум, пещера, непонятный амулет, а потом только темнота… Он поднял левую руку, к которой привязан этот странный амулет. Именно из-за него пришлось отойти от изначального плана и в итоге оказаться в совершенно незнакомом месте.
Парень пригляделся к артефакту. Если честно, он больше похож на дорогой кулон из серебра в виде ворона, раскрывшего четыре крыла. Без подходящего оборудования невозможно определить его происхождение, однако работал над ним явно мастер своего дела. Изящные изгибы крыльев, филигранно выкованные перья, а вместо глаз небольшие камни тёмно-зелёного и синего цветов: возможно, — изумруд и сапфир. Верёвка, на которую прикреплён кулон, уж слишком обычная по сравнению с самим изделием.
Голоса, что вдруг начали доноситься из помещения за дверью, стали приближаться. Винсент отвязал верёвку с кулоном от руки и закрепил её на небольшом ремешке на ноге, надёжно скрытым высоким ботинком. Обычно за этот ремешок он крепил небольшой кинжал. Но сейчас его там нет. Скорее всего, взяли люди, которые доставили его сюда. Странно, что кулон не забрали, но лучше перестраховаться.
Неизвестные голоса оказались совсем близко, а топот ног прекратился. Дверь распахнулась и в комнату зашли три человека: двое мужчин и женщина. На женщине и мужчине, стоя́щих рядом друг с другом, надето что-то отдалённо похожее на белые халаты из странного материала. Их спутник, находящийся сбоку, одет совершенно иначе: бежевые брюки и жилетка с больши́м обилием карманов, а под ней необычного вида рубашка с короткими рукавами и узорами в виде чередующихся пятен трёх оттенков зелёного.
— Oh, you’re awake. Iwould askyouto lie backdown, we don’tknow whatyoucould havedamaged, — мужчина в белом подошёл ближе и указал на кровать.
Винсент недоверчиво уставился на него. Слишком приторная улыбка и чересчур быстрая речь, из-за чего все буквы смешались в неразборчивую кашу. На каком вообще языке он говорит? Это отдалённо похоже на английский, но чересчур странный. Ни слова не понятно.
— Кто вы такие и что это за место? — Таундер не сдвинулся с места, продолжая таращиться на людей напротив. Однако те лишь переглянулись, а женщина недовольно цокнула языком.
— Unfortunately, we don’t understand what you’re talking about, — она вышла вперёд, медленно проговаривая отдельно каждое слово, и протянула Винсенту светящийся предмет прямоугольной формы, на котором изображён белый фон и поле с буквами, чем-то похожие на английские. — Please write down what you are saying.
Таундер покосился на эту вещицу. Ну и зачем ему это? Из всей речи он понял лишь пару слов. Но как эта вещь поможет ему что-то написать? Но даже если не брать в расчёт отсутствие пера и чернил, как им это поможет? Много вопросов и мало ответов. Впрочем, ничего нового. Однако абсолютное непонимание языка делает всё гораздо сложнее. Несмотря на более медленную речь, хотя бы уловить примерную суть практически невозможно. Знакомые слова разбросаны по предложению вперемешку с и вовсе несуществующими.
— Whereis the pendant hewas holding inhishand? — все обернулись на голос мужчины в бежевом, но Винсент просто из-за рефлекса.
Женщина убрала необычную вещицу в карман белого халата и подошла к нему. Она осторожно выпихнула человека в бежевом за дверь, что-то слишком быстро тараторя, и хлопнула ей сильней, чем нужно. Девушка устало вздохнула и повернулась к оставшемуся мужчине, что усмехнулся либо её поступку, либо тому, что она сказала.
— Okay, weneed to dosomethingabout it, — Таундер нахмурился, видя, как непринуждённо мужчина указал на него рукой, будто тот не человек, а обычная ваза с цветами. Может, он и не понимает, о чём речь, хотелось бы немного больше уважения. — Itseems to beafamiliar languagebut the accent is verystrange, so I can’tunderstand it. Well, let’stry again, — теперь уже он протянул такой прямоугольник, отличающийся множеством мелких деталей.
Таундер раздражённо дёрнул рукав своей рубашки вниз, по привычке скрывая левую руку, и отодвинул его ладонь, подходя практически вплотную.
— Что, чёрт возьми, вы от меня хотите?
— Calm down, please, — мужчина сделал несколько шагов назад, подняв руки и снова проговаривая слова практически по одной букве. — We’llhaveto call an interpreter, — мужчина обернулся в сторону женщины, обращаясь уже к ней.
Она ему кивнула и вышла за дверь. Ей явно всё равно на данную ситуацию, в отличие от мужчины, что развернулся и практически убежал вслед. Винсент ещё некоторое время продолжал прожигать дверь взглядом, но потом развернулся и упал спиной на кровать. Риторический вопрос эхом разнёсся по пустоватому помещению:
— И что это было?
***
Он понятия не имеет, сколько прошло времени, пока бездумно пялился в потолок, стараясь смириться с головной болью и хоть как-то развлечь себя. Но новый визит двух докторов, судя по тому, что они активно пытаются накормить его лекарствами, упустить не получилось. Хотя Таундер правда старался не обращать на это внимания. Мужчина снова что-то говорит на своём языке и периодически предлагает таблетки, а после молчаливого отказа пациента тяжело вздыхает. Неожиданный возглас медсестры словно попытался прервать вновь нарастающую атмосферу недопонимания. Однако это далеко не так. Её некогда спокойный голос обращён не к уже присутствующим, а исключительно к вошедшему. По комнате раздались тихие шаги только что зашедшего, незнакомого Винсенту человека. Винсент поднял взгляд, наблюдая за новоприбывшим, что отличается от людей, присутствующих в комнате: вместо белой ткани на плечах, надето плотное чёрное пальто; он не пытается что-либо дать непонимающему «сокровищу» завалов. Брюнет, напротив, словно глоток свежего воздуха в душной комнате, что, в отличие от других, не улыбается притворно, не старается выдать хоть что-то лишь из вежливости. Скорее даже наоборот. — I beg your pardondoctor, I was sentto your aid fromtheresearch university. As I can see, justin time, — молодой человек сначала взглянул на доктора, говоря что-то на их языке, а после повернулся к самому Винсенту. Яркие разноцветные глаза, похожие на те драгоценные камни в вороне и расположенные в таком же порядке, усталым, но заинтересованным взглядом остановились на его лице. Таундер, не ожидая от этого человека ничего нового, начал открыто разглядывать его внешность. Чёрные пушистые волосы спадают на лицо, периодически закрывая необычные глаза, и контрастируют с бледной, чуть розоватой кожей. А слишком выделяющаяся, будто ненастоящая радужка затмевает собой мягкие черты лица –аккуратный прямой нос и пухлые губы. Вдруг брюнет прервал изучение своей внешности Винсентом и обратился к нему, параллельно сжимая что-то не слишком большое в кулаке под перчаткой: — Прошу прощения за это вмешательство. Моё имя Эдгард Голен.***
— Эдгард Голен, сэр… Я понимаю степень вашей загруженности, но вы не могли бы посетить завтрашним вечером больницу Святого Томаса? Эдгард оторвался от работы, устало приложив руку ко лбу. Нежелательный звонок от секретарши университета всегда был словно проклятие на голову бедного лингвиста, что до этого спокойно изучал новые, восстановленные археологами и реставраторами записи. — И давно я служу переводчиком для простых туристов в больнице? — после длительной паузы спросил Голен, поначалу получив в ответ лишь невнятное шуршание бумагами. — Всё вовсе не так. Это не простой турист. Этого человека нашли под обломками в одном из мест раскопок. По описанию археологов, на нём была одежда девятнадцатого века, характерная рубашка и холодное оружие с некоторыми инструментами.***
Сейчас Эдгард внимательно осмотрел своего нового собеседника. То, что ему сказали, было правдой. Свойственная для девятнадцатого века рубашка с многочисленными рюшечками, брюки, высокие кожаные ботинки — всё как надо, за исключением одного момента: одежда невероятно грязная, местами даже порванная; каштановые волосы взлохмаченные, а во взгляде читаются многочисленные вопросы. Смотрится довольно забавно. Буквально несколько предложений из уст молодого человека, что шёпотом комментирует все действия сотрудников, развеяли едва успевшие появиться мысли о странном розыгрыше. Его английский застрял в далёком прошлом, как в целом и понимание происходящего. — Скажите, вы же хотите поскорее уйти из этого места? — Голен спокойно улыбнулся, получая в ответ кивок от нового знакомого. Он полным интереса взглядом прошёлся по силуэту собеседника, кажется, только сейчас замечая граничащую с болезненностью худобу, из-за чего черты лица кажутся резкими, а ореховые глаза выглядят пугающе на покрасневшем белке. — Я могу это устроить, если дадите мне несколько минут. Надеюсь, все самые необходимые вещи у вас сейчас при себе. Не серчайте, но забрать у археологов вещи с раскопок будет весьма проблематично. Даже для меня. Улыбка медленно покинула аккуратные губы Эдгарда, а брови чуть дрогнули, когда он, наконец, убрал сжатую в кулак руку обратно в карман пальто. Яркий цвет глаз чуть потускнел, а на плечи будто свалилась огромная усталость, с которой собеседник и обратился к докторам. Винсент проследил за новым знакомым, что подошёл к докторам и начал что-то объяснять им. Оба работника в белых халатах продолжали долго сетовать на наглость этого человека. Однако, как только молодой переводчик достал свою излучающую свет вещицу, все присутствующие быстро замолчали, явно не собираясь больше перечить. Тем временем Голен обернулся к Таундеру, жестом призывая следовать за ним прямиком на улицу.
