Stitches
15 мая 2023 г., 00:24
Примечания:
Немного задержалась эта глава, но всё же вышла)
Приятного прочтения!
Memories of three years ago
— Чими-ин, — с придыханием прозвучало над ухом вздрогнувшего мальчика. Оторвав взгляд от занимательной книги, которую ему подарил Джин-хён, Чимин поднял его на хитро улыбающегося Хосока, который был одет в уличную одежду, но почему-то не спешил покидать дом. Сам же Пак нашёл некую отдушину в месте, куда ему позволяли приходить и проводить время так, как хотелось. Иногда Чимин чувствовал неутихающую бурю внутри, когда осознавал, какую безграничную свободу он имел в месте, где на родителей и намёка не было. Конечно, Сокджин заботился о младшем и старался не упускать из виду его поведение, но он сам часто бывал занят учебой и подработками, поэтому не мог много времени уделять воспитанию. — Не вежливо игнорировать старших, рыжик, — насмешливо хмыкнул Хосок, с наслаждением глядя, как скривился младший, когда Чон растрепал его волосы. — Я не игнорирую, просто чувствую себя некомфортно в твоём обществе, — прямо заявил Чимин, внезапно смутившись своего порыва. Он не хотел грубить людям, которые приняли его под своё крыло, но и умолчать не мог. Хосок не вызывал у него тёплых чувств, а скорее наоборот, лишь пробуждал тревогу внутри, подогревая паранойю своими хитрыми ухмылками. — Оу… — По лицу старшего можно было понять, что такая откровенность слегка выбила его из колеи, но тому быстро удалось взять эмоции под контроль, поэтому через пару секунд на Чимина взирал вновь самоуверенный парень, сияя задорной улыбкой. — Тогда мы должны устранить эту скованность и неловкость. Как насчёт того, чтобы сходить с нами в парк развлечения? Пак удивлённо округлил глаза, забавно зависнув на месте. В голове пролетали самые разные мысли, начиная от обмана Хосока, чтобы таким образом затащить его в какое-нибудь опасное место, заканчивая скрытым подтекстом и мотивом. Чимин никогда не подумал бы, что компания, в которую он попал, будет гулять в парках развлечения, как не мог и сказать, что ему совсем это не нравилось. Он, наоборот, был счастлив, что предоставилась такая хорошая возможность развеяться в кругу, возможно, будущих друзей где-нибудь на нейтральной территории, а не в ночных клубах или сомнительных заведениях, где любили проводить время ребята, как успел уже узнать Чимин. — Я с радостью! — воодушевленно ответил младший, с удивлением замечая в чужом взгляде тёплую насмешку. Он не придал этому значения, судорожно метаясь по всей комнате. Чимин не знал, что ему сейчас нужно было делать, когда будет эта прогулка, да и вообще, не зря ли он согласился? — Ты так и будешь вертеться юлой или всё же соизволишь одеться и не заставлять нас ждать? — беззлобно поддел его Хосок, с нарастающим хохотом наблюдая, как младший пулей вылетел из гостиной, чтобы начать одеваться. — И что делать с этим ребёнком? Его же загрызут эти шакалы… С некоторым сочувствием Чон раздумывал над тем, что этому маленькому мальчику, который так сильно рвался к ним в компанию, придётся ни один раз сломаться, чтобы склеить из осколков своей сути что-то подходящее для жестокого мира, который их окружал. Мрачная неудача и чрезмерная беспощадность меньше трогали тех, кто был разрушен полностью, пусть и не показывающих этого. Они уничтожали сияющих своей наивностью невинных мечтателей, которые с такой прытью верили в людей и любовь в их сердцах, способную спасти мир. Но позже они становились теми, кого оставалось лишь добить жестокостью — настолько в них опустошилась жажда жизни, требующая справедливости. — Я готов! — с нетерпением в голосе выкрикнул мальчик, вбежав обратно к Хосоку. Он буквально подпрыгивал на месте от любопытства, ведь давно хотел пойти куда-нибудь вместе со всеми ребятами и провести хорошо время. Теперь эта возможность подвернулась, и Чимин не собирался её упускать. — Тогда пошли, — Хосок аккуратно взял младшего за руку и направился в сторону выхода, чтобы затем отправиться на место встречи компании.***
— А на чём мы будем кататься? Ты когда-нибудь уже был там, хён? А кто ещё с нами будет? — Чимин будто и вовсе забыл про своё настороженное отношение к старшему, мальчик уже чуть ли не висел на нём, пытаясь расспросить обо всем как можно быстрее. — Да угомонись ты, вон, пусть они отвечают на твои нескончаемые вопросы, маленький мучитель. — Хосок горестно вздыхал и устало закатывал глаза, но на самом деле испытывал некое тепло по отношению к шебутному ребенку. Сначала тот показался Чону то ли робким, то ли слишком замкнутым и будто наигранным в своём стеснении. Хосок ожидал, что через пару дней парнишка покажет свой настоящий капризный и наглый характер, но тот был всё так же дружелюбен с остальными и весьма почтителен. Именно по той причине, что он не нашёл ничего отталкивающего в младшем, Хосок всё же решил наладить с ним отношения, чтобы хоть как-то поддержать и влить в коллектив. Всё же Чон не зря считался душой компании. — Вот и наш маленький мученик, — с неприкрытым сарказмом ухмыльнулся Юнги, поправляя выбившиеся из прически багровые пряди. Рядом с ним стоял Чонгук, внимательным взглядом сканирующий Пака. Чимин съёжился от неприкрытого внимания и обратился к Джину, что уже шёл к нему навстречу, раскрывая руки для объятий: — Хён, я так скучал по тебе! — Мальчик врезался в старшего, крепко прижимая изо всех сил. Он не видел Сокджина уже больше недели, ведь тот не приходил в их место, полностью загруженный подработками и учебой. Чимин всё, конечно же, понимал, но не мог заставить глупое сердце перестать чувствовать тоску по близкому человеку. Иногда он пугался мысли, что даже по родителям так сильно не скучал, когда они оставляли его на несколько месяцев с няней. — Маленький сорванец, небось, успел натворить чего-нибудь, пока я не мог контролировать тебя? — с наигранной суровостью поинтересовался Ким, мягко поглаживая младшего по волосам. — Нет, я же… — Долго вы будете сюсюкаться ещё? Мы вроде как не для этого собрались, — недовольно поторопил их Юнги, с вызовом глядя в глаза насупившегося Чимина. — Угомонись, чёрт ты эдакий, и не завидуй, что кто-то способен испытывать искренние чувства. — Минхо, что до этого стоял неподалёку и с нежной улыбкой наблюдал за греющим сердце воссоединением, влепил подзатыльник шикнувшему от боли Мину. — Вертел я их на одном конкретном месте, не при детках материться, — ухмыльнулся Юнги и, взяв за руку Чонгука, отправился в сторону парка развлечений. — Вау… — Чимин и не заметил до этого момента, что они находились перед входом в настоящий рай для любителей повеселиться. Огромные горки, самые разные карусели и изобилие красок заставляли внутреннего ребенка Пака визжать от восторга. — Хён, мы обязаны покататься на всё этом! И к общему удивлению, помимо улыбающегося Джина, Чимин схватил за руку не ожидавшего такого поворота Хосока и потащил ко входу. — Давайте начнем с неё. — Чимин пальцем указал на американскую горку с такими петлями в некоторых моментах, что даже Юнги с Чонгуком, которые всё же соизволили к ним присоединиться, посмотрели на него как на умалишённого. — А, пошли! — с энтузиазмом ответил Хосок и взялся за маленькую ручку Чимина, чтобы вместе с ним отправиться на экстремальное развлечение. Остальным же не оставалось ничего другого, кроме как последовать за двумя психами, мысленно молясь остаться хотя бы относительно целыми.***
— Я ненавижу это место, — первое, что сказал Минхо, когда их вагонетка остановилась после скоростного путешествия. Он оглянулся назад и заметил лишь смятение смешанное с восторгом на лице младшего и самый настоящий ужас на других. Сам он испытал лёгкий испуг, но больше всего его недовольство вызвала реакция организма на неожиданные повороты во время поездки или внезапное ускорение. — Вау, это было так здорово, давайте ещё раз? — с безудержной радостью и надеждой спросил Чимин, сияя довольной улыбкой. Как мало ему нужно для счастья. — Нет, — сразу же воспротивился Чонгук, слегка покачиваясь, когда выбрался из вагонетки. — Я больше в этот поезд смертников не полезу. Но даже отказ человека, который вызывал в его сердце нехилые импульсы, не смог расстроить Пака, который легко принял это и стал пытливо рассматривать, что ещё могло его заинтересовать. Увидев просторное небольшое строение с кричащей надписью «Фотокабина», Чимин с надеждой взглянул на остальных ребят, молящим голосом попросив: — Давайте пойдем туда! Понаделаем забавных фоток, зато потом у всех останутся воспоминания! — Он буквально полыхал энтузиазмом, что немного удивляло тех, с кем мальчик не был знаком до прихода в компанию. Он казался всем скорее скромным, стесняющимся милашкой, чем восторженным, инициативным и бесстрашным весельчаком. — Что за кара небесная свалилась нам на голову, — возвел глаза к небу Мин, намекая на неугомонного Чимина. Но тот ни капли не обиделся, лишь воодушевленно проговорив поучительным тоном: — Нужно веселиться в своё удовольствие, пока есть время. Живём мы один раз! — И слава богу, потому что второго раза я бы не выдержал, — скривился Юнги, будто говорил о чём-то неприятном, а не о собственной жизни. Хотя это могло быть одним и тем же для него. — Не будь столь пессимистичным, Юнги, пошли развлекаться. Нам нечасто перепадает возможность безмятежно повеселиться, ты ведь понимаешь. — И то, какой выразительный взгляд на Мина бросил Минхо, должно было пробудить подозрения в Чимине, но он предпочел не вслушиваться в речь старших, с интересом разглядывая парк. Он ещё много, где хотел покататься, главное было уговорить остальных не отправлять его одного. — Что ж, если моё настроение испортиться ещё сильнее, то последующие обиды остальных будут на твоей совести. — Уже не сильно отпираясь от глупой задумки, Юнги первый направился в сторону фотокабины, закатывая глаза, когда мимо него пробежал Чимин. Мин подумал, что этому мальчишке осталось только хвост с ушками приделать и вылитый пёсик. Ко всеобщему удивлению, они очень весело провели время. Конечно, изначально все слегка растерянно оглядывались, чувствуя себя неловко перед камерой и остальными. Но первым проявил инициативу Чонгук, забавно корча лицо, подбодряя тем самых остальных. Минхо высунул язык, широко раскрыв глаза, Юнги оголил дёсна и растрепал волосы, Джин подставил «ушки» Чимину, который закатывал глаза, стараясь создать эффект пустых глазниц, а сам второй рукой потянул нос наверх, делая из него пятачок. Хосок же чуть ли не залез сверху на Чимина, располагая на его голове свой подбородок, и растянул двумя руками себе рот, забавно высовывая язык. Щелчок за щелчком, фотография за фотографией, в кабинке слышен громкий смех нескольких ребят, который отдаленным эхом слышался по всему парку, но никто не обращал внимание на чужое мимолётное счастье. — Не думал, что это будет так забавно, — удовлетворённо выдохнул Чонгук, с лёгкими огоньками озорства наблюдая за восхищенным Чимином. — Я ведь говорил, что будет весело! Зато смотрите, какие у нас воспоминания остались! — Пак начал показывать всем, какие в итоге вышли фотографии, из-за чего вновь прозвучал совместный смех, прерываемый громкими притворными возмущениями из-за плохого ракурса. — Воспоминания хранятся не на фотографиях, а вот тут, — Чонгук совсем невесомо коснулся виска мальчика, медленно делая круговые движения. Было понятно, что он лишь дополнял действиями свои слова, но для трепещущего сердца всякие доводы разума были недоступны. Чимин так и замер, задержав дыхание, и стал вглядываться в карие глаза напротив, выискивая там хотя бы каплю тех чувств, что он испытывал сам. Но видел лишь пустую насмешку, направленную на лёгкую заторможенность мальчика. — Думаю, нам стоит ещё немного выгулять этого пёсика, чтобы потом спокойно отправиться по домам. — Юнги с некой злобой схватил Чонгука за ту руку, что он держал около виска Чимина, и потащил за собой, игнорируя возмущенный взгляд мальчика. — Сильный человек не раскрывает своих слабостей, Чимин, — Минхо грузно приземлил свою руку на хрупкое плечо Пака, слегка сжимая. Голос его был печален и будто сожалеющим. — Пусть ты и довольно юн, чтобы я рассуждал вслух именно о любви, а не влюбленности, но хочу дать тебе дельный совет, который раньше бы мне очень сильно помог, будь у меня тогда рядом кто-то разумный. Спрячь эти чувства, которые отображаются у тебя на лице. Тебя никто щадить не будет, понимаешь? Мир у нас не тот, где любовь побеждает зло и все живут счастливо. Нет, здесь любовь является самым главным злом, ведь она убивает массово. Без разбора и пощады. Как смертельная болезнь, но разница лишь в том, что… Знаешь, сначала она подкрадывается осторожно, внедряется в сердце так, что не отлепишь, а затем пускает яд в него, который медленно пожирает тебя изнутри. Она бывает самой разной: от невзаимной, до самой искренней, но исход почти всегда один — боль и душевная гибель. Иногда и смерть самого тела, если его хозяин был неспособен выстоять удары этих чувств. Минхо говорил размеренно, стараясь донести суть своего рассуждения, но в то же время всё больше погружался в себя, раздумывая над озвученными словами. Он не мог утверждать наверняка, но для себя точно знал, что главным серийным убийцей являлась любовь. — Как же тогда спастись от её влияния? — робко поинтересовался Чимин, всё также не отвечая на взгляд старшего. У него в душе творился настоящий ураган, но Пак сам не знал, хотел бы он больше помочь ему достичь своего разрушительного конца, либо же остановить и помешать сжигать постепенно себя изнутри. — Болезнь любви неизлечима, Чимин. — Минхо посмотрел на него пристально, будто высматривая что-то. — Ты должен это понять как можно раньше, прежде чем погрязнешь ещё сильнее в своих чувствах. Пак не стал отвечать, да и делать вид, будто не заинтересован в словах старшего — тоже. Он просто стоял рядом с Минхо и смотрел на остальных ребят, которые неподалеку обсуждали, на какой аттракцион сходить, что потом поесть и когда возвращаться домой. Чимину не нравилось то, что его симпатия была слишком заметна, ведь показывало реальное положение дел с его умением контролировать эмоции. Чувства были для него слишком личным кусочком души, чтобы так просто позволять другим разглядывать его и усмехаться.
Примечания:
С надеждой на лучшее.
