Часть 7
1 августа 2022 г., 01:55
***
В пустом коридоре царила тишина, он спустился в холл, который тоже был пуст, только по-прежнему мягко мерцали ночные светильники. Он упал в кресло, где часом ранее сидел Карантир, на столике напротив стояла початая закупоренная бутылка вина, хрустальные стаканы уже были вымыты и аккуратно расставлены рядом. Амрод взял бокал, налил вина и забравшись с ногами в уютное кресло, завис, раздумывая где бы все-таки ему скоротать остаток ночи. До утра жаться в кресле не хотелось, нужна была кровать и он, для храбрости заглотив махом все налитое, решил попытать счастья у старших. Он встал, шатаясь и с некоторым трудом поднялся по лестнице, свернул направо и оказался перед дверью в комнату темной троицы К. Размещая их с Амросом, хозяин любезно объяснил, где покой старших принцев. Он надеялся, что Келегорм еще не спит и тихо постучался в дверь. Если с кем и делить кровать в эту ночь, то с Келли, если он конечно не станет приставать, хотя в конце концов и на это Амрод был согласен. За дверью стояла тишина. - Келли! – тихонько позвал он, но ему никто не ответил. Амрод толкнул дверь. Красивого в комнате не было, а на кровати у стены, развалившись во всей красе и даже не стянув сапог, мерно похрапывая, спал Куруфин. Амрод стоял в замешательстве, не зная, куда идти. Келегорм видимо отправился на любовные похождения и Амбарто подозревал, что к Маэдросу. Оставаться с Куруфином ему не очень-то хотелось, но он знал, что алкоголь не делает того буйным и вряд ли он полезет его насиловать, к тому же он крепко спал, что было на первый взгляд очевидно. Амрод осторожно лег на свободную кровать у окна и стал смотреть на звезды, светившие сквозь открытую створку. Он все смотрел и смотрел на них, на их голубое мерцание в небесных далях, так похожее на прозрачные ясные глаза Куруфина, что и сам не заметил, как заснул.***
Маэдрос сидел в кресле и читал свою книгу. Он удивленно поднял брови, но вежливо улыбнулся, когда Келегом вдруг без стука зашел к нему в комнату. - Привет! – сказал он, приваливаясь к дверному косяку, - Не помешал? - Нет, Келли, - ответил старший, - Что случилось? - Мэдди, я хотел спросить. – протянул Келегорм не совсем трезво, - Как тебе наша песня, понравилась? Мне интересно! – он смотрел на Маэдроса и не отводил взгляд. - Да, конечно, понравилась. – ответил Высокий, - Почему ты снова спрашиваешь? - А Фингону понравилась? – упрямо продолжал Охотник. Маэдрос усмехнулся. - Ты же слышал его мнение. – ответил он, все также ровно улыбаясь и также не отводя глаз от Келегорма. - Его мнение так важно для тебя? – с вызовом проговорил тот. - Да, конечно, - ответил старший, откладывая книгу и вставая. - И что же именно он сказал? У него для этого, наверное, была куча времени! – истерично воскликнул Красивый. - Ага, было время пообщаться. – усмехаясь сказал Маэдрос, делая к нему несколько шагов. Он остановился почти вплотную к Келегорму и взирал на него сверху вниз. Его зеленые глаза смотрели изучающе, а твердые, карминного цвета, губы были совсем рядом. - Ну и как, в общении он очень интересен? – выдохнул Келли. - Да ничего так. - прошептал Маэдрос, обхватывая лицо Красивого своими сильными ладонями и накрывая его пунцовые губы поцелуем. Келегорм задохнулся, ноги подкосились, голова закружилась, все закрутилось пред зажмуренными глазами. Он обхватил старшего за шею и Маэдрос продолжал целовать его жадно и властно, проникая языком в его рот, а Келегом как мог отвечал. Он всем телом прижался к старшему и почувствовал через одежду его горячий стоящий член. Келегорм накрыл его рукой и сжал. Маэдрос застонал и с усилием оторвался от его губ. - Нет, Келли, нет, нельзя этого делать! – хрипло прошептал он. - Да брось, Мэдди! Ты же хочешь! – с напором ответил Касивый, продолжая держать его член правой рукой, обнимая за шею левой, и вновь прижался к нему. - Я не могу, Келли! – воскликнул Маэдрос, с силой вырываясь от него. – Не могу, ты мой младший брат, как я буду смотреть в глаза отцу после этого? - Думаю, это его несильно обеспокоит! – зло выпалил Келегорм, хватая Маэдроса за руку. – С Фингоном ты, наверное, не раздумываешь над моралью? А я, я чем хуже? Может лицом не вышел? – проорал он. Маэдрос схватил его за подбородок и почти вплотную притянул к своим глазам. От такой близости очертания лица расплылись, его идеальные линии и его совершенство были сейчас недоступны. Он был рад этому, потому что почти каждую ночь смотрел на него в жарких снах и хотел бы развидеть, забыть, чтобы не мучиться от безумной и постыдной любви к собственному брату. Сейчас Маэдрос видел только иссиня-сапфировую радужку его глаза и бархатно-черную бездну зрачка, куда падал добровольно и неумолимо. - Ты знаешь, что нет! Ты знаешь, что я… - прошептал он. - Что - ты? – выдохнул Келегорм. Маэдрос не выдержал и вновь накрыл его губы своими. Келегорм навалился на него всем телом, опрокидывая его и сам падая следом на мягкий пушистый ковер. - «Завали его – говорили они!» – бешено зашептал он, пытаясь сорвать с Маэдроса одежду. Старший схватил его за запястья, без особых усилий перевернул на лопатки и стиснул шею крепкой, словно железные тиски, рукой. Келегорм, несмотря на изящность линий, был довольно крепким парнем, но поделать с железной хваткой Маэдроса ничего не мог. Он начал задыхаться и старший, увидев страх в его прекрасных синих глазах, слегка разжал руку. - Я подрочу тут в тишине, а ты иди проспись. – проговорил он хрипло, сверля Келегорма своими зелеными, потемневшими от возбуждения глазами, - Пошел! – он отпустил его шею и Келегорм сел, судорожно хватая воздух ртом. - Ты псих! - прохрипел он. - Иди, Келли! – уже мягче сказал Маэдрос, поднимаясь и складывая руки на груди. Охотник поднялся, держась рукой за горло. - Ты псих! – повторил он. Маэдрос промолчал. Келегорм поправил куртку, встряхнул своими золотисто-каштановыми волосами и с вызовом посмотрел на брата. Маэдрос отвернулся, он не хотел, чтобы Келли видел его лицо в этот момент. Красивый усмехнулся и покачал головой. Сейчас эта неприступная крепость устояла, но теперь он знал, что капитуляция не за горами. Он развернулся на каблуках и вышел, хлопнув дверью. Когда Келегорм ушел, Маэдрос рухнул на кровать и замычал от досады и разочарования. Келегорм был так близко, а он сам, сам оттолкнул его из-за своей трусости и страха взглянуть своему чувству в лицо! Рука потянулась к члену и он застонал от напряжения, злости и обиды, начиная привычные движения. Вызывающе красивое и одновременно нежное, просящее лицо Келегорма стояло перед глазами! Да, он желал его, желал собственного брата! Да, он не мог и не хотел вырывать его из своего сердца! Удовлетворяя себя, он сгорал от стыда. Мечтать о нем, целовать его, быть в шаге от исполнения самого сокровенного желания и оттолкнуть его собственными руками! Разве это не глупость? Не малодушие? Не трусость? Но как это возможно - спать с братом? Но ведь речь идет не о удовлетворении страсти, а о давней изматывающей любви!… Так ведь это с его стороны, а Келегорм наверняка и не осознает его чувств! Он был пьян, его приход сюда это блажь, о которой брат пожалеет следующим утром!… Маэдрос закусил руку. Зачем он ему - беспечному, красивому, юному? Унылый зануда, всю жизнь заменяющий им отца, которому вечно не до собственных детей! Он - жалкий эконом, пекущийся в одиночку о сносном быте всей непутевой семьи!... Оглушительные мысли вихрем неслись в его всегда такой рассудительной голове. Маэдрос снова застонал, изливаясь себе в руку. Переживания достигли апогея и измотали его в конец. Падая на постель, наследный принц Первого Дома в голос зарыдал, впервые за долгие годы наконец то дав волю собственным чувствам. Келегорм же, напротив, шел к себе с победной улыбкой на устах. Настроение было приподнятым, можно даже сказать превосходным! Он чувствовал, что Маэдрос колеблется, что он почти в его руках… В постели вдруг обнаружился Амрод и Келли догадывался о причине его появления здесь. Бешенного братца на соседней кровати не наблюдалось и он понял, где может быть Карантир. Скорей всего причиной его отсутствия была неврастеническая любовь сопредельного баклана и его нежной Розы, изгнавшая Амрода, как третьего лишнего, из их с Амросом комнаты. Келли был рад близнецу и с удовольствием зарылся носом в его густые, золотистые с рыжим отливом, так напоминающие шевелюру Маэдроса, волосы. - Ну, что, дал? – пробурчал сквозь сон Амрод. - Ага! – со смешанным чувством ответил Келегорм, обнимая теплого младшего и вдыхая аромат его волос, - Даст, никуда не денется! – прошептал он, проваливаясь в сон…
