Glück

      — Ома, у нас небольшие проблемы.       — И что вы опять натворили?       Кокичи устало плюхнулся на кровать животом вниз, начиная покачивать ногами в разные стороны, держа взгляд на включённом ноутбуке. Была открыта вкладка: «Побочные эффекты от ***» , но парень отвёл взгляд, с блеклой печалью осознавая, что сосредоточиться будет невозможно.       — Ну… — собеседник на той стороне ощутимо замялся, подбирая правильные и более нейтральные слова. — Дяде не здоровится. Здоровье ухудшается, а с тростью, по видимому, ходить всё сложнее. Не хотелось бы тебя беспокоить в... твоём состоянии, но все немного потеряны.       — Ай-яй-яй. — Ома делано-недовольно покачал головой, зная, что этого всё равно не увидят. — Ничего без меня не можете.       Подросток в задумчивости начал накручивать волосы на палец, а собеседник внимательно слушал молчание, в ожидании ходя кругами по комнате.       — Тут то и поделать нечего. Единственное: давайте ему отдыхать побольше, а то совсем скоро согнется с такими ленивыми проглоедами.       Кокичи сказал это со всей присущей ему напускной серьёзностью, из-за чего послышался смешок, но он больше был вызван расшатанными нервами, чем от забавы.       — Хорошо, понял, Ома-кун. Скоро заглянем.       — Ага. Давай, давай, недо-заменитель-лидера. — От собеседника послышался удручённый вздох. — Чао!       Он сбросил вызов, роняя телефон где-то возле головы, а глаза вновь направились на экран ноутбука, без особого интереса вчитываясь в смысл написанного. Ни-че-го.       Кокичи через плечо недовольно посмотрел на таблетки, стоящие на его прикроватной тумбочке. Невольно вспомнился Сайхара, закинувший, в его присутствии, одну таблетку к себе в рот, а потом и вовсе со злостью в глазах его выгнавший. Он, с мрачным видом, поджал губы, вспоминая, как тот приложился затылком об пол. Стало больно тогда даже ему.       Мысли перетекали с темы на тему, и теперь парень думал о том, что новый знакомый к нему не заходил, стараясь держаться на расстоянии, а Ома и не настаивал, стараясь откинуть разрастающийся в нём интерес.       Кокичи видел записи на подоконнике Шуичи, вместе с папкой, лежавшей рядом. Юнец узнал логотип детективной компании и застыл в непередаваемом изумлении, и шестёренки начали крутиться в голове, и план по-немногу менялся, вносились коректировки... И вместо вопросов полезли те слова, которых Ома говорить не должен был, но вот скрытое желание вывести на эмоции вялого знакомого говорило и собственная вынесенная из этого польза говорила об обратном.       Потому сейчас Ома сидел один, сдувая отросшие волосы, которые лезли ему в глаза и чувствовал скуку. Она убивала, скребя коготками по нервам и с каждой пройденной минутой его ноги мотылялись всё активнее, а сам он в конец упал лицом в одеяло, стараясь успокоить самого себя. «Тут могут быть камеры…», — озарило внезапно его.

***

      Сайхара вновь чувствует себя изнеможённо, из-за чего недовольно выдыхает и откладывает записи вместе с ручкой.       Новое дело, новые измены супружеской пары, новые загадки.       Было бы намного удобнее, если бы он не был заключён в объятья цепей-правил, которые цепко обвязались вокруг его шеи, сдавливая всё сильнее и не давая сделать и шагу из больницы. Если бы парень имел возможность допрашивать — всё сложилось бы совершенно по-другому, и решение, так называемой «проблемы», пришло намного быстрее.       Но сейчас синеволосый сидит в бесцветной палате, слушая, как тишина полностью поглощает его и понимает, что его накрывает хандра. Недавний знакомый уже несколько дней не заходил к нему и не попадался на глаза, будто издеваясь и безмолвно приглашая к себе. Шуичи же сопротивлялся собственному скрытому желанию, оправдывая иллюзорную незаинтересованность тем, что Кокичи мудак. Мудак, из-за которого его голова раскалывалась на две части после не особо эффектного падения.       Когда боль стала невыносимой, он, встав и выйдя из комнаты, скрипя зубами и недовольно хмурясь, подошёл к Эношиме и попросил больше таблеток, но девушка, весело улыбнувшись, спросила:       — Так быстро закончились?       Джунко развернулась на пятках и зашагала к шкафчику, где стояли некоторые склянки и банки с препаратами. Она цеплялась взглядом за названия таблеток и, немного пританцовывая, продолжала расспрашивать юношу:       — Странно, не так ли? Таблетки должны помогать, а тебе…всё хуже, да?       Сайхара неловко переступал с ноги на ногу, не зная куда себя деть от странного самочувствия. К Эношиме он никогда не чувствовал тёплых чувств, лишь в крайней необходимости обращаясь к ней. Сейчас в сестринской находилась только блондинка и, если бы был выбор, синеволосый скорее выбрал бы Цумики.       Он отстранённо поддакивал, пока блондинка не вскрикнула: «Нашла!», — и подошла к нему. Он старался выхватить из её цепких и длинных пальчиков нашедшиеся лекарства и исполнить заветную мечту уйти-как-можно-скорее, но в его голове проскочила мысль и, перед тем как её обдумать, Шуичи уже промолвил:       — Вы нашли того мальчика?       — Чего? — Эношима наклонила голову влево, а её лицо смешно вытянулось.       — Ну, тот фиолетововолосый мальчик. Мне про него Цумики-сан рассказала.       — Оу… — её лицо недовольно скривилось. — Да, нашла. Он просто очередной придурок, которому осталось недолго. Чёрт, ты бы знал сколько с ним проблем.       Молодая девушка вальяжно села на стол, прямо смотря на Шуичи, наконец, находя человека, которому можно высказывать всё своё недовольство, и нагло пользовалась этой возможностью.       — Он отказывается от лечения и недавно этот паршивец вылил на меня воду со всеми таблетками, представляешь? Господи, будь моя воля, я бы его выкинула отсюда ко всем херам. Либо же подсыпала ему какой-нибудь яд в пищу, но правилами запрещено… — она рассерженно цыкнула и закатила глаза.       Парень сконфуженно раскрыл глаза и, не зная куда себя деть, пробормотал тихое: «Понятно, спасибо», — и закрыл за собой дверь.       Она была страннойстраннойстранной, а он всё больше не понимал и это раздражало да заставляло встать в ступоре на месте. Зачем он это сделал? Какой бы Эношима-сан не была как человек, но работу выполняла как хороший специалист, так что и повода так вести себя с ней не было. Или Шуичи ошибается?       Непонимание раздражало настолько, что он наплевал на собственные цели, пошагал в сторону предполагаемой сорок седьмой палаты.       Сайхара робко постучался, всё ещё не решаясь быть более уверенным, чтобы показать собственные чувства и только когда задорное: «Открыто», — раздалось, парень зашёл в палату сразу сталкиваясь взглядом с Кокичи.       — Сайхара-чан! Ты вернулся ко мне! — тот закрыл крышку ноутбука и сел на кровати. — А я думал ты меня бросил.       На его глазах появились слёзы, а детектив, не выдержав, отвёл взгляд, начиная разглядывать интерьер палаты и закрывая за собой дверь.       — Представляешь, я только-только вспоминал о моём любимом Сайхаре-чане! Но… — Кокичи начинал выглядеть растерянными, к собственному внутреннему недовольству замечая, что на него стараются не смотреть. — Ты не принёс мне подарка?       Захотелось развернуться и уйти. И зачем он пришёл? Эмоции парня менялись с каждой секундой, и юноша не был уверен, где ложь, а где нет. Хотя крокодильи слёзы (которые он заметил только из-за того, что разглядывал кровать) ему не внушали доверия.       — Но точно! Мы же не встречаемся! Или ты хочешь это изменить?       Шуичи подошёл и закрыл рот собеседника ладонью. Его смущали речи того (удивительно, что он все ещё не сгорел от стыда) и он знал, что остановить просто так «Шалтай-болтай» не получится.       Тот выглядел удивлённым и тем не менее не двигался с места.       — Замолчи, пожалуйста. Я не за этим пришёл.       — М? — подросток заинтересовано промычал, но, перед тем как услышать ответ, взял за запястье знакомого и отвёл в сторону. — Ты знаешь, что трогать Верховного Лидера не разрешено? Это карается законом.       — Оу, вот как.       Шуичи опять теряется в мыслях и снова бегает глазами по комнате, но собирается, тихо выдыхая воздух ртом.       — Зачем ты высыпал на Эношиму-сан таблетки?       — Ты принимал сегодня таблетки?       Кокичи ярко ему улыбнулся, скрывая за этим своё замешательство, но Шуичи не так хорош в этом. Одновременно заданные вопросы были неожиданны для обоих, потому каждый смотрел со стараемо-скрытым подозрением.       — Что?       — Я задал вопрос первым! — даже сидя на кровати, юноша умудрялся смотреть на него сверху вниз.       — Ложь. Мы задали вопрос одновременно.       — Ох… Сайхара-чан не верит мне?       — Нет. — он даже удивился стали, что присутствовала в его голосе.       — Жестоко однако.       Они находились в неловком молчании, смотря друг на друга. А точнее, смотрел пристально в глаза лишь Лидер, а Шуичи куда-то в его плечо.       Ладно.       Сайхара думал о том, что возможно Ома не такой уж и мудак.       Сайхара думал, что разговоры с ним его не так утомляют, сколько забавляют.       И Сайхара подумал, что ничего не будет, если он просто переступит через себя и ответит…       — Нет, я не принимал сегодня таблетки.       — Она меня просто раздражает.       Они снова произнесли это вместе. Юный детектив прыснул, прикрывая рот рукой, а парень открыто смеялся, всё-таки отпуская руку собеседника.       — Сайхара-чан, а ты Сайхара-чан?       Улыбка медленно спала с его лица.       — У тебя, как будто, характер стал другим. Ты такой…смущёный. И не хмурый вовсе. Моего Сайхару-чана подменили инопланетяне?       — И… — подросток всё-таки глянул в глаза Оме. — Что ты предлагаешь мне ответить?       — Ничего. — он заговорщицки подмигнул ему, оставляя малый намёк и пищу для дальнейшего размышления, ведь знал, что тот совсем неглупый. — Просто отметил, что мне Шумай нравится таким больше.       Синеволосый хотел что-то ответить, но его прервал звонок телефона. Он достал телефон из кармана. «Кайто», высветилось у него на экране и он еле сдержался, чтобы разочаровано не цокнуть языком.