Side of sunset & sunrise

BTS ~ Fake love

BTS ~ Lights

Рассветная Чимин тихо сопел под боком. На телефоне светилось почти три часа ночи, только дата со вчера так и не поменялась. Сна у меня ни в одном глазу. А рядом с ним, похоже, и не предвидится. Видимо, это слишком сложное испытание для моих бедных нервов. Заняться было абсолютно нечем, просто невыносимо нечем, а, чтобы не разбудить уставшего Чима, я даже пошевелиться боялась. Чем тут займёшься? Разве что… исхитриться и достать наушники с телефоном у меня получилось. Плейлист, слава всем местным богам, спокойно загрузился, хотя, после стольких прослушиваний, его должен был запомнить и напевать даже сам телефон. Нужно ли говорить, в чьём исполнении были песни там? Не только, конечно, Чимина, но и всей группы. Я прикрыла глаза, наслаждаясь. И открыла новую странность. Слова песни были традиционно на английском и корейском, но при этом я её слышала, как она была, без местного автомагического перевода. И то, что не знала, перевести могла только вспомнив выученные когда-то слова. Забавно… Под спокойную музыку думалось лениво и неспешно, и вскоре я и вовсе перестала пытаться разгадать новый мир вокруг… — Это что, Fake Love? — А? — я распахнула глаза на знакомый голос. — Ты слушала нашу песню? Просто даже не сразу её узнал, интересная инструменталка, — улыбнулся Чимин, достав из собственного уха один из моих наушников. В этот раз я действительно уснула, не отключив музыку. И плейлист выбрала как раз романтичный, так что меня нечему было будить. На лежащем рядом телефоне обнаружилось семь утра… Трудоголик жаворонковый. Хорошо, что у нас ещё были какие-никакие запасы еды, и моё утренне настроение чуть-чуть улучшилось. — Ой, забыл пожелать тебе. Доброго утра, Алиса, — опомнился парень. — Хорошего утра, Чимин, — пробормотала я, пытаясь скрыть готовую растянуться до ушей счастливую улыбку. Да, Чим был стопроцентно действующим лекарством от плохого настроения. И играющий в наушниках трек сейчас мало подходил. — Алис, а ты можешь дать мне свою руку? — внезапно спросил Чимин. Я в непонимании посмотрела на парня. — Ну дай руку, — с незнакомым блеском в глазах попросил парень, и я осторожно протянула свою конечность. Нет, я не то чтобы опасалась, просто не понимала, зачем. — Подними ладонь вертикально, — велел Чимин и приложил к моей руке свою.- Класс! Меньше. Слушай, а какая маленькая-то! Даже по сравнению с моей, — радостно обнаружил кореец. Так вот зачем это всё. Жизненно важный эксперимент проводить. — Чимин! — глядя на его довольное выражение лица, я рассмеялась. А потом и мне в голову пришла одна интересная идея. — Слушай, а как ты смотришь на то, что я включу какой-нибудь плейлист с песнями Бантан? — немного робко предложила я.- Послушаем вместе. Хотя чего стесняться, это же их собственные синглы! И конечно, каждый из них хочет, чтобы их творчество и слушали, и любили. — Я только «за». Чимин начал убирать наш импровизированный завтрак, а я отсоединила наушники и, проверив на телефоне громкость, сменила романтику на другую подборку. Каждую песню я могла узнать уже по паре первых нот. Эта исключением не стала. «On» или, как её у нас переводят, «Дальше». Первая партия как раз оказалась Чимина. Я невольно бросила на него взгляд. Кореец, отвлёкшись от своего занятия, внимательно вслушивался в пока просто приятную мелодию, потом начал легонько настукивать ритм пальцами, а когда начались слова и я, не удержавшись, стала подпевать, неожиданно сам запел. Сначала негромко, а потом всё уверенне и чётче. Сделал пару пауз лишь на моментах рэпа и нескольких, видимо, подзабытых строчках. Но это было невероятно! Слышать Чимина вживую… А что, если его Filter попросить спеть? Хотя нет, пока не нужно, а то я точно свихнусь от такого счастья. Но, кажется, Чим был не против исполнить что-нибудь ещё, потому что следующему синглу он снова подпевал. Я же затихла и только молча таяла от восторга. Но долго оставаться в стороне я не смогла и вскоре неуверенно, но увлечённо, начала петь вместе с ним. На лице Чимина проскользнула ласковая улыбка. И я прибавила громкости на телефоне. А кого бояться? Здесь мы уж точно никому не помешаем. Однако, не привыкшая к долгому исполнению, я обидно быстро почувствовала, как мне перестало хватать дыхания, и пришлось отступить, лишь изредка поддерживая певца на самых любимых моментах. Строчки самых разных композиций сменяли друг друга. Дерзкая Mic drop и одноименная Agust D, дебютная No more dream и обнадеживающая Make it right, легко запоминающаяся Airplane pt.2 и полная затаённых переживаний Run, вдохновлённая Spring day и заводная Anpamen, по-весеннему лёгкая Boy with luv и по-летнему Dynamite. Сколько воспоминай, сколько фантазий было не сосчитать, не пересчитать. Да и не нужно! Просто петь, просто слушать, просто наслаждаться. Последней песней в плейлисте оказалась Lights. Трек, значащий на самом деле так много… I am your light. Я твой свет. Неважно, как далеко мы друг от друга, твой свет озаряет меня. You are my light. Несмотря на усталость, не сговариваясь, мы спели эту песню вместе. Как и раньше. Только раньше мы не имели такой возможности взглянуть друг другу в глаза. Но и раньше — пели мы вместе. Всегда. Главное, помнить об этом. И помнить те слова. Неважно, как далеко мы друг от друга, твой свет озаряет меня. Закатная — Нет, не так, — Джун вновь простучал костяшками пальцев затейливый мотив незнакомой песни.- Попробуй. — Да пробую я, — пропыхтела, потерев малость отбитые пальцы. А всё это началось с сегодняшнего утра. Точнее, дня. Или всё-таки утра? Выспавшись, я встала часов в девять. Прислушалась к звукам вокруг. Легли мы с Джуном каждый в «своей» комнате. Хотя вопреки моей привычке к одиночеству и любви к тишине, мне почему-то хотелось попроситься к нему. Кое-как, но задремать я всё же смогла. Дыхание и шебуршение Мони за стеной успокаивало. Однако когда я проснулась, парень ещё тихонько посапывал. Но не храпел. Всё же тренировки помогли. Однако не думала, что найдётся ещё большая сова, чем я. Немного помаявшись в одиночестве, я не выдержала и перебралась к Намджуну. Парень не проснулся, а я аккуратно устроилась рядом. Время шло, из развлечений был только телефон. Оставшийся Сникерс я без Намджуна есть не стала, иначе, чувствовала, не удержусь и ему ничего оставлю. А быть с утра голодной, конечно, настроения не прибавляло. Наконец, парень заворочался и зевнул, потянувшись. Спросонья он оказался таким забавным. Монстрик… Никакой отстраненности или напускной загадочности во взгляде, как на официальных фото, не осталось и в помине. — Утра доброго, — вежливо пожелала я. С утра только вежливость от кровожадных идей и спасает. — Доброго! — откликнулся уже бодрый Намджун и встал, чтобы размяться. У меня такой привычки не было, да и шевелиться на голодный желудок не хотелось совершенно, поэтому я просто дождалась, когда Джун будет готов завтракать. Ну и полюбовалась, чего уж там… После полуголодного дня здесь довольствоваться частью шоколадки не вышло, и мы просто разделили плитку пополам. Воды почти не осталось. И сколько ещё так протянем? Мы, не сговариваясь, молчали, никто из нас не решился задать этот вопрос. Джун лишь начал выстукивать пальцами по полу заразительный мотив. И я тоже, даже не заметив, стала повторять за парнем. Ну как повторять… в ритм я упорно не попадала. Так ничего не значащая привычка неожиданно превратилась в тренировку. Весьма сложную тренировку. Но и я не сдавалась. — Да что за песня вообще? — наконец возмущённо выдохнула и потрясла рукой. — Моя новая, — спокойно отозвался Намджун.- Ещё не вышла, поэтому её никто не слышал. Там только демо… осталось, — рэпер отвёл взгляд. — М…- с его именем я запнулась и исправилась, хотя по-моему это и звучало ужасно.- Намджун-господин, мы вернёмся. Обязательно вернёмся в обычный мир, и всё будет хорошо. И ты успеешь выпустить песню в срок. Парень не ответил. А я… я больше ничего и не могла. Только сказать то, что сказала. Но надеясь и отчаянно пытаясь передать хоть отголосок своей надежды другому. Поддержку я могла выразить лишь словами. Как умела. Как пыталась. Но как всегда надеясь, что эти слова поймут, что им поверят, что от них хоть чуточку станет легче, что маленькую искорку себя я всё же сумею передать через черно-белые строчки. Со словами. Простыми. Но по-настоящему искренними. И мне оставались только слова. Рассветная Последняя песня отзвучала в плейлисте. Я перевела дыхание и счастливо улыбнулась Чимину. — Спасибо! — Тебе спасибо, — он тоже чуть запыхался. Не знаю, сколько бы мы так умиротворённо сидели, если бы наш уютный кокон, как оказалось в прямом смысле слова, не разорвал резкий звук, чем-то напомнивший тот, с которым накатывают на берег морские волны. Чимин мгновенно подскочил, замер. Моя реакция оказалась не такой хорошей. В голове проскользнула настороженная мысль, что, может, на полу-то безопасней… но не оставлять же его одного! И я встала следом. — Проверим? — кивнул он в сторону «моей комнаты», откуда вроде бы донёсся звук. — Давай, — согласилась я. Отступать всё равно некуда. Впрочем, и терять нечего. — Алис, вещи лучше собери и возьми с собой. Я не знаю, что нас там ждёт. Не хотелось бы окончательно остаться без всего, — внёс он здравую мысль. — Сейчас. Собиралась я всегда с рекордной скоростью, и другой мир исключением не стал, так что две сумки быстро оказались укомплектованы. — Держи, — я отдала Чиму светлую сумку и пристроилась рядом. Если что, буду его спасать.- Пойдём! И мы пошли. Словно в поход на вражескую базу! Чим сосредоточенно хмурился и крутил на большом пальце кольцо. Захотелось взять его за руку и крепко её сжать. Но осуществить это для меня пока было страшнее, чем идти исследовать странное полутёмное помещение. Моя нора за ночь никак не изменилась, за исключением появления новой тени в углу. Чимин, проявляя истинную смелость, пересёк комнату и остановился. — Алиса, тут теперь есть ещё один проход. Смотри. Я подошла ближе, заглянула в тьму туннеля, гораздо длиннее, чем тот, что соединял наши норы, и ухватилась за ремень сумки Чима. Так спокойно. — Интересно, там тоже кто-нибудь есть? — задала я риторический вопрос. Парень лишь развёл руками и сделал шаг вперёд. — Не проверим — не узнаем. Я вздохнула, отцепилась от него и зашагала рядом, благо новый туннель был довольно широкий. Раз уж высшие силы завели меня в это место, я Чимина ни за что не оставлю. Ведь когда, как не сейчас исполняются все мои мечты? И даже если я этого не вижу и не осознаю, путь к исполнению всех желаний — это каждая секунда сейчас. Нужно лишь не опускать руки и верить в себя, в такую какая ты есть. И тогда и не заметишь, как мечта окажется на расстоянии протянутой ладони. Или даже ближе… намного ближе. А с каждой минутой вокруг становилось всё светлее. Но гладкие стены окружали, никаких ответвлений не было. Постепенно страх отступил. Идти я могла долго. Но что ж это за тунель такой бесконечный? Я поправила сумку, которую трепетно прижимала к собственному боку. Чимин шёл быстро, внимательно глядя по сторонам. Оба молчали. Я украдкой любовалась сосредоточенным профилем. Именно сейчас он открывался мне с новой стороны. Не милого ЧимЧима, не шутливого Чиминни, не ранимого певца легендарной группы, не откровенно соблазнительного и самого популярного айдола, не холодного и казалось такого чужого парня-модели, нет, теперь я могла увидеть молодого, серьёзного и стойкого мужчину, который не собирался отступать. А он тем временем, не замечая того, прикусил губу, и моё сердце пропустило с десяток ударов. Всё-таки поверить и привыкнуть окончательно к его такому близкому присутствию будет нереально. Хотя ведь, всё здесь если не нереальное, то точно уж неземное. Другое измерение? Чем не вариант. Закатная — Ты собралась? Вот и хорошо. Давай, — Намджун легко подхватил мой рюкзак и закинул его себе на плечо. Правда, при этом слегка поморщился. Ну да, на самом деле ничего он не лёгкий. В последнее время, с расписанием пар у нас творилась какая-то неразбериха и приходилось на всякий случай брать с собой больше учебников. Обычно я договаривалась с соседом по парте или оставляла часть книг в раздевалке, а тут как нарочно — полный комплект. Нет, так дело не пройдёт! Тащиться непонятно насколько долго с сумкой, которой почти можно было убить одним падением, я не могла его заставить и забрав её обратно… начала выкладывать учебники. Тетради не отдам точно! Моё! Моё сокровище! А книги… За них меня, конечно, по возвращению университетский библиотекарь предаст анафеме. Но это когда ещё будет! А тяжело уже сейчас. Просто тут этот магмир решил внести немного разнообразия в наше скучное времяпрепровождение. Только у меня получилось первый раз повторить ритм, что настукивал рэпер, как стена комнаты Джуна медленно разошлась в стороны, открыв неширокий проход. Неожиданность была та ещё. Зато я совершила новое открытие: матерные конструкции этот «личный магический Яндекс» не переводил. И вот теперь мы собирались идти в неизвестность. Может, хоть там в чём-нибудь повезёт? Движение, по нашему общему мнению, было в любом случае лучше бездействия. Мы медленно и осторожно побрели в новую «комнату». Я пару раз со вздохом оглянулась на оставленные учебники, бросила успокаивающий взгляд на Намджуна и зашагала бодрее. Коридор был узким, полутемным, как и везде тут, но ровным и абсолютно пустым. Монс иногда косился на меня красивым узковатым глазом и всё поправлял растрепанные волосы, которые здесь, конечно, нечем было приводить в полный порядок. — Может пойдём помедленнее? — наконец не выдержал он тишины. — Да не, мне как раз. — Тебе не тяжело? Точно? — Не, я всегда так хожу, — мягко улыбнулась уголками губ. — Я никак не привыкну к этим твоим междометиям, — вздохнул Намджун.- Всё время кажется, что ты говоришь корейское «ага». Но ведь это не совсем «ага»? Ты часто это произносишь. — Не, просто…- начала я и запнулась, осознав, что вот, опять.- В моём языке это обычно значит мягкое «нет». Разговорная форма с непередаваемым эмоциональным спектром. Например, если собеседник скажет, ему что-то кажется, я могу ответить «не, тебе не кажется». Это будет значить, что он правильно думал и не должен сомневаться, то есть подтверждение. А могу ответить «не, что за глупости?» — в таком случае наоборот, отрицание. Я даже не задумываюсь над этим, когда говорю. Это сложно, наверно, — я хмуро прикусила губу. — Это интересно, — мягко возразил кореец. — Я могу постараться не говорить так, чтобы ты не путался, — пожала плечами. — Не, говори, — чуть медленно, но достаточно четко произнёс Джун на русском языке. — Ладно, — я невольно улыбнулась. Незаметная деталь. Но она значила, что Намджун искренне хотел понять мой язык и меня, даже несмотря на то что и я, и русский невероятно запутаны и сложны. Плавно мой рассказ перетек в неспешную беседу. Мы делились друг с другом разными историями. Намджун вспоминал про свой опыт в качестве лидера неугомонной банды, которая официально самый популярный бойсбенд. Я же наконец призналась, что их знаю довольно давно, слежу за успехами и с удовольствием слушаю. Но глядя на удивленно-настороженное выражение Джуна, поспешила отвертеться, заявив, что я, конечно, арми, но не схожу с ума! Не надо тут… — Да, ты другая, — усмехнулся Намджун. — Другая? — переспросила я. — Да. Ты не такая как обычные девушки. В Корее я имею в виду. Да и на других знакомых не очень похожа. Это плохо, наверно. Некоторых моя настоящая суть не привлекает так, как созданная специально для окружающих. А тут, с ним всё оказалось так неожиданно легко и удивительно, что я совершенно не притворялась. И была такой, какая есть. Я опустила глаза. — Хэй, ты чего? — заметил мою реакцию Намджун.- Я в хорошем смысле! — он остановился и придержал меня за плечи.- Ты необычная, не такая. Ты свободная. Не то, чтобы исключительно сильная, независимая или одинокая, нет. Ты словно в своём мире. Даже не так. Словно вокруг тебе на пару метров существует совсем другой мир. Как бы ни странно это звучало в наших обстоятельствах. Ты давно привыкшая к какой-то своей реальности. Ты называешь меня, как положено в Корее, но это обращение у тебя выходит какое-то совсем другое. Ты со мной споришь. Но это настолько естественно, что даже мысли не возникает, что это дерзость или неуважение. Похоже больше… на твой иномирный способ общения. Глупости говорю, да? — под конец спросил он. Я не отрывала от корейца взгляда. И сама не замечала, как в волнении теребила в руках край его кофты. — Нет, не глупости, — торопливо заверила его.- Мне всё нравится. Твои рассуждения, твои послания на Виверс, твои тексты песен. Последнее особенно, конечно. Намджун лишь неопределённо фыркнул. Мы пошли дальше. Но долго молчать не смогли. Намджун вскоре начал осторожненько так допытываться, что я думаю насчёт той или иной песни. Лидер, одним словом. Я невольно почувствовала себя очень важным критиком и… решила немного поиздеваться. Однако меня обидно быстро раскусили. Ладно, всё-таки Намджун у нас почти гений и обмануть его очень нелегко. Интересная беседа скрашивала дорогу, но учитывая наш темп, оказалось, коридор тут весьма длинный. А если дойдём до конца и это окажется выход в наш мир? Мы вернёмся, и пути уж точно разойдутся. Мда-а… Всё же, чем больше я видела Намджуна такого, настоящего, без фильтра камер и стаффов, тем меньше хотелось всё прекращать и расставаться. Ведь потом как? Да я даже на фансайн никогда не планировала к нему попасть. Что тут вообще говорить? Но сейчас… будь, что будет. А я уж постараюсь даже самый маленький шанс не упустить. — О чем задумалась? — спросил кореец. — О том, что, знаешь, не так уж всё и плохо получилось… — Думаешь? Намджун обернулся и искренне улыбнулся: — А возможно. Рассветная Мне казалось, что туннель стал немного темнеть. Словно мы к чему-то приближались. — Чимин, — я потянула его за рукав толстовки.- Ты заметил? — Свет тускнеет? — откликнулся он.- Да, верно. Меняется. Будь осторожна, Алиса. — Ты тоже. — Ага. Но вопреки возможной угрозе мы лишь ускорили шаг. Обоим не терпелось узнать, что же ждало впереди. Даже будь то беда, пустота или всё же что-то приятное. Когда же наконец туннель резко превратился в очередную развилку перед двумя «комнатами» с определением того, что мы нашли, можно было бы долго спорить… Это точно не естественного происхождения туннели. И мы здесь не первые. Или, по крайней мере, не одни. Я села на корточки, взяв в руки такой «земной» сухпаек, небрежно лежащий на полу. Хлеб, яблоко, печенье, банка с чем-то неопознанным. Бутылка с водой. Это радовало в любом случае. Голод нам больше не грозил. Мы с Чимом переглянулись, но так ничего и не спросили. Ответов нет. Догадок, впрочем, тоже. А при дальнейшем осмотре обнаружились к тому же маленькие закутки, обустроенные наподобие санузла, и новый, длинный, темный коридор. Подозрения выросли до неприличных размеров. Что вообще происходит? Нас берегут или пасут как скот? От последнего предположения я поежилась и постарался отринуть панические мысли. — Привал? — предложила я. — Похоже на то, — Чимин надул губы, размышляя, и выдохнул.- Ну, хотя бы кое-какая цивилизации теперь есть. Твоё лево, право? — Лево, — не особенно задумываясь, решила я и отправилась уж как получится, но привести себя в порядок. Воды было достаточно. Я не стала её экономить. Раз уж неизвестные доброжелатели организовали здесь «перевалочные пункты», то и другие такие будут, вот запасы и пополним. А звукоизоляция двух норок оказалась, к слову, весьма неплохой. Как умывался Чим, я не слышала. Через час, когда я осторожно к нему заглянула, парень, посвежевший и довольно бодрый, уже разбирался в вещах, выложив всё на пол рядом с новой провизией. — Чимин, занят? — А? Нет, заходи, — он поднял голову, глядя на меня тёмными-тёмными карими глазами.- У тебя всё получилось, Алис? — Ну… да, насколько это было возможно. — Хорошо. Иди сюда, — он махнул рукой на свободное место возле себя. Я аккуратно обошла его вещи и присела рядышком с парнем, опершись спиной о стену. Чимин уверенно переложил всё в свой рюкзак, проверил надёжность комплектации и довольный, улёгся на полу. А больше и некуда… Длинные пряди лежащего совсем близко Чима почти касались моей штанины. — Устал? — я робко вытянула руку и провела по его волосам, острожно, готовая в любой момент одернуть пальцы, если ему не понравится. Но Чимин лишь покачал головой на мой вопрос и прикрыл глаза, видимо, ничего не имея против и моих поползновений. А я, что уж там, четыре года об этом мечтала… Почти чёрные, какие нравились мне больше всего из его образов, лишь с небольшим каштановым отливом волосы на ощупь оказались удивительно мягкими и невероятно приятно скользили между пальцев. Я неспешно расчесывала рукой спутанные пряди, а Чимин лежал, закрыв глаза. В груди расцвело тёплое, яркое, как летнее солнце, упоительное чувство счастья. Хотелось безумно улыбаться и… сплести ему косичку. Даже несколько. От висков к затылку. Выпустить сверху несколько прядей. Чтобы мелкие плетёные нитки кос мелькали в густых волосах. Это ведь хороший способ расслабиться. А уж осторожно плести я умею. Но я всё же постеснялась и пообещала себе обязательно сотворить эту шалость, как только Чим будет больше мне доверять и не станет сильно удивляться моим причудам. А там… вдруг сам попросит? Ладно, это уж совсем из несбыточного. Даже в другом измерении. — Чими-ин… ты спишь уже? — я отняла руку от его волос и тронула за плечо. Парень заерзал и потёр глаза, но ответил чуть более хриплым, чем обычно, голосом. — Нет пока. Что-то случилось, Алиса? — Да я просто… мне нужно к себе сейчас заглянуть, — предупредила, вставая.- А можно я потом у тебя на ночь останусь? — Конечно, можно, — Чим улыбнулся, как умел только он, одними глазами. И я, кивнув, сбежала в соседнюю норку. А там, прислонившись к стене, прижала ладони к пылающим щекам. Хорошо, что на смуглой коже румянец не так виден, как на белоснежной. Ох, и за что мне такое счастье?