Бриллиантовая пыль

Получив заказ на похищение, добычу информации и удержание Амелии Макгроу, Адам Картер долго сомневался, стоило ли его брать. Светская львица, публичная жизнь, внимание вокруг предстоящего юбилея компании — все обещало вызвать слишком много проблем. Будучи больше десяти лет в наемниках, выполняя заказы подобного содержания, Адам успел создать себе хорошую репутацию, заработал право самому выбирать за что взяться. Разговаривая с заказчиком, он расписал усилия, которые ему придется приложить, чтобы сделать дело чисто, без проблем, и заломил цену в три раза больше обычной, предупредил, что все обычные и вынужденные затраты в нее не входят и оплачиваются отдельно. Адам решил руководствоваться тем, что если он и возьмется за этот геморрой, то только за очень хорошую оплату. А если клиенту не подойдет, то сильно не расстроится. Клиент согласился и озвучил лишь два условия: сделать все после юбилея без шума, не прикасаться к Амелии и не давать этого другим, если они будут. Адам просек, что заказчик навел о нем справки и узнал, что такого рода ремарки он не пропустит мимо ушей, не позволит даже минимальное непотребство. В голове отложились две мысли: заинтересованы конкретно в нем, вряд ли захотят другого исполнителя, и это явно можно использовать. Хоть дело и обещало проблемы, сложным оно быть не должно. Он гармонично вписался в ряды водителей-телохранителей, планируя примелькаться в месте проведения юбилея, чтобы никто уже не обращал на него внимания. Он закрутил интрижку с помощницей Амелии, чтобы быть в курсе ее расписания, жизни, привычек и продумать все детали. Он имел своего человека в ее среде, который облегчил ему дело. Порой Адам удивлялся, что его жизнь сложилась именно так. Сын полковника, учеба в военной академии, хорошие перспективы. Он должен был строить военную карьеру, равняясь на отца, но все пошло по иному пути. Командировки, горячие точки, места, в которые его забрасывала жизнь, открывали худшее в нем, в людях вокруг. К двадцати пяти годам он уже насмотрелся на все с лихвой: на смерти, казни, публичное битье камнями, пытки как необходимые, так и ради удовольствия, изнасилования женщин и мужчин как теми, с кем их прислали вести войну, так и солдатами его же группы. Со временем он научился на многое закрывать глаза. Адам выбрал для себя исполнять приказ и не вмешиваться в чужие дела, пусть они шли вразрез с его взглядами. Он спокойно занимался своими заботами, когда сослуживцы или кто-либо еще тащили в машину какую-нибудь девчонку на контролируемой ими территории, которой не повезло попасться им на глаза, выбивал нужную информацию, если получал приказ, убивал, если это было необходимо. Строить из себя героя, принца, спасителя Адам не считал нужным. Все равно это было никому не надо, никому это никуда не уперлось. Люди оценивали профессионализм, работу, результат, точное следование приказу. Он сорвался лишь однажды, не смог стерпеть происходящего, ослушался приказа, избил командира до полуживого состояния на виду у многих и попал под трибунал. Связи отца помогли немного замять дело, но из армии он вылетел с позором. Ему было тридцать и к тому моменту уже абсолютно на это плевать. Большинство людей, которые его окружали, были полными мразями, на чье мнение ему было откровенно плевать. Чуть позже он понял, что для него даже лучше, что все сложилось именно так. Адам стал сам по себе, нашел способ реализовать свои умения и навыки, получил возможность контроля ситуации так, как было удобно ему. Он соглашался выбивать информацию из людей обговоренным с клиентом способом, соглашался организовать похищения. Для себя Адам лишь решил, что не будет иметь дела с детьми, сколько бы ему за это не заплатили, будет очень придирчиво относиться к заказам убийств, и не будет заниматься изнасилованиями. Хотя если последнее окажется принципиальным для заказчика, то будет готов закрыть на это глаза при исполнении кем-то другим. Начав узнавать Амелию, Адам искал рычаги давления на нее. И хоть девушка не показалась ему дурой, что-то представляющей из себя лишь с родительской платиновой картой, из разговоров с Лидией, мест, наблюдений он понял, что Амелия была тепличным ребенком. Что выросла девушкой, привыкшей к определенному уровню жизни и готовой постараться, доплатить, чтобы этот уровень сохранить. — Она может быть очень требовательной, но не конченная стерва. В целом, мне повезло с начальством. Лидия приехала позже на несколько часов. Адам начал интересоваться причиной, делами на работе, легко подвел к ее начальнице и немного удивился, услышав слова защиты в ее адрес. — Со мной она нормально обращается. И… она любит всякие приятные мелочи, которые и мне перепадают, когда я задерживаюсь. — Например? — Доставка из хороших ресторанов, массажист на работе и все такое. Чтобы хорошо работать — надо и хорошо отдыхать. Создавать подходящие условия. Но на жизнь у нее это тоже распространяется. Адам подливал вино и слушал. Чем больше мерло оказывалось в организме Лидии, тем разговорчивее она становилась. Но следовало и отдать ей должное, что болтовня ограничилась личностями некоторых людей на работе и ее личных дел. Про внутренние дела компании, сделки не было ни слова. Хотя, может, Лидия и не имела доступа к такому. Впрочем, для Адама это было не так важно. — Не верю, что так сложно организовать вечернику для богачей, — усмехнулся Адам. — Заказать икры, устриц, шампанского. И… — И нет, — перебила Лидия. — Двадцать первый, мать его, толерантный век. Много прессы, много внимания, много людей со своими тараканами. Все доходит до абсурда. К примеру: будет много черных официантов — плохо, используют как обслугу. Будет много белых — опять плохо, не дают работу на «вечеринке белых». И все в таком духе. Везде должен быть баланс, чтобы не было скандала. Даже в мелочах. И это касается всего. Очень сложно показать что-то такого масштаба всем так, чтобы не было потом проблем. Поэтому мы и торчим столько на работе. Амелия сама все перепроверяет. Лидия уже сидела у него на коленях, терлась о бедра, ласкалась, как кошка, и всем своим видом говорила, что готова покончить с этим разговором и заняться более приятными делами. И хоть изначально Адам хотел просто получить информацию, подумал, что не дурак, чтобы отказаться от интрижки с девушкой лет на двадцать младше себя. Особенно если и ее саму он интересовал не больше, чем взрослый мужчина перед тем, как она найдет себе более подходящий ей вариант для отношений на работе. — Работяга и неженка, значит? Вот кто твоя начальница? Адам уже чувствовал стояк в джинсах, довольно улыбнулся, когда Лидия расстегнула ширинку и обхватила рукой член. Она провела по всей длине сначала медленно, словно хотела изучить его. — Скорее привыкла к определенному уровню. Но работает много. Даже в данный в момент, — ответила Лидия и поцеловала Адама, давая понять, что разговор окончен. Он не возражал. Особенно после того, как она начала работать кулаком более интенсивно. Адам слышал журчание воды, тихую ругань, заметил, что Амелия что-то стирала, и решил больше ничего не узнавать. Его больше стало интересовать, что делать с ней дальше. Он, наверное, в десятый раз за день достал раскладушку и взглянул на отправленное сообщение. Кому: неизвестен Она либо хорошая актриса, либо действительно ничего не знает. Пойти в допросе дальше слов? Ответ так и не пришел. Вскоре ему осталось лишь наблюдать за Амелией. Она вышла из ванной через двадцать минут, переоделась и медленно ела сэндвич с индейкой, запивая водой. Адам не оставил без внимания то, что она невзначай оглядывалась по сторонам в поисках либо чего-то, напоминающего оружие, либо думая, как можно уйти. Адам ел то же что и Амелия, и не волновался. Еду он специально дал, которую можно есть без приборов, ничего тяжелого, колющего или режущего в зоне досягаемости не было. Впрочем, даже если бы она и нашла, Адам был полностью уверен в своем превосходстве в борьбе. Замок на двери был обычный, но ворота были закрыты. Телефоны, ключи от машины, ключи от замков хранились только в его спальне. Да и сам маленький одноэтажный коттедж находился почти за городом рядом с бедными районами на юге Лос-Анджелеса. В конце концов, Адам поймал себя на мысли, что ему было интересно, сможет ли Амелия что-нибудь придумать, но никакого волнения это не вызывало. Амелия сидела на диване с ногами, притянув их к груди. С мокрыми волосами, без косметики, красноватыми глазами и испугом в них она даже казалось немного моложе себя вчерашней. Адам сидел напротив в кресле и просто наблюдал, стараясь изучить девушку как можно больше, не зная, сколько времени ему придется с ней сидеть. — Я могу заплатить тебе больше. Сейчас отдать серьги. Как аванс. Бриллианты. Думаю, ты знаешь, где такие продать или заложить, — вдруг заговорила Амелия, осторожно посмотрев на него. Адам даже перестал жевать, когда услышал ее слова. Ему вспомнились разговоры с заказчиком, мутные дела на баснословные суммы, и наивное предложение Амелии, пытающийся хоть как-то выбраться из этой ситуации, окончательно все расставил по своим местам для него. — Имеешь в виду сбыть? — Амелия кивнула. — Тебе там при стирке мыльные пары в голову ударили с непривычки? — усмехнулся Адам. — Сколько? — проигнорировав услышанное, спросила Амелия. — В твоем мире все деньгами решается? — Как будто ты меня похитил из-за каких-то высоких идеалов. — Кто знает, — загадочно протянул Адам, выстраивая в голове событийный ряд. Пусть он никогда не лез в дела заказчика, вдруг стало интересно, почему его так волновала законность добычи алмазов. — Так что?— продолжила Амелия, игнорируя его ответ. — Назовешь цену и разойдемся? — Расстрою тебя: все устроено сейчас иначе. Ты, кажется мне, до этого еще не доросла, — Адам вдруг понял, что больше озвучил собственное умозаключение, чем ответил. — Разве кто больше платит, тот и на коне? — как-то нервно усмехнулась Амелия. — Ты не на аукционе, куколка. И не в кино, — осадил Адам и откусил новый кусок. — Значит, — протянула Амелия, Адам заметил, что голос дрогнул, — значит, — тверже продолжила она, — тебе не нужен выкуп, тебе не нужна я. Тогда что? — Спортивный интерес? — усмехнулся Адам. — Вот работал на кухне и решил посмотреть, смогу ли похитить хозяйку вечеринки. — Ты сказал, что тебе заплатили, — напомнила Амелия. Адам кивнул. Слушала, значит, запомнила. — Ты просто исполнитель, — тише проговорила Амелия, осмысляя. Адам пропустил мимо ушей снисходительность в слове «исполнитель». — Знаешь, — продолжила Амелия, — меня хватятся, когда я не приду сегодня на работу. У меня встречи после обеда. Я их вчера успела подтвердить. — Меня это сейчас напугать должно? — Адам понял, что настало его время проявить снисхождение. Амелия удивленно посмотрела на него, отпила из бутылки воду. — У меня состоятельная семья, мой жених, его отец имеют знакомства, связи в политике. Кто бы ни был твоим заказчиком, и тебя, и его найдут, — спокойно объясняла она. Адам кивнул, мысленно добавил пару баллов за старание держать лицо и не поддаваться панике, но захотел сразу расставить все точки, дать понять, кто сейчас главный здесь, у кого власть. И раз уж Амелия выбрала путь переговоров, дипломатии, он его примет. В конце концов, снова связать ее и запереть в подвале он успеет всегда. Адам молча достал телефон. Амелия так и сидела молча, но заинтересованно смотря на него. Он подошел ближе, раскрыл раскладушку и нашел нужное сообщение. — Читай, — коротко сказал Адам. — Раскладушка? — удивленно спросила Амелия. — Ее не отследить, — коротко ответил Адам. — Я думала, что для этого одноразовые придумали, — пробормотала Амелия, с интересом рассматривая телефон. — Я старомоден. Читай. — Амелия взяла паузу. Улетела куда-то на медитацию подальше после всего этого. Я рано освобожусь. Увидимся? — прочитала Амелия. — Это от кого? — посмотрела на Адама поверх телефона. — Ты ответил, что согласен? Адам развернул к себе телефон и ткнул пальцем на имя контакта. — Лидия, — вслух прочитала Амелия, замолчала. Адам захлопнул телефон, сел на прежнее место. — Лидия?! Моя Лидия? Ассистентка? — Да, — спокойно ответил Адам. — Это… стой… ты тот парень, который старше. С кем у нее интрижка. Из… строительной фирмы… — Да. — Энди? — Мы уже остановились на Адаме, — напомнил он. — То есть, — продолжила Амелия, отложила бутылку воды и остатки сэндвича на столик, — то есть… ты начал спать с ней, чтобы похитить меня? — тон явно сменился на осудительный. — Не то, чтобы это твое дело, но черт с тобой. Я познакомился с ней, чтобы узнать о тебе. А спать мы начали по обоюдному согласию и симпатии, если тебе это так интересно. — Это… подло как-то, — спокойнее произнесла Амелия. — Ты использовал ее. Адам понял, что смог удивиться. Неужели девушку, которую он похитил, связал, держал в подвале, может удивить нечто подобное. — Хотя ты меня похитил, — сама себе напомнила Амелия. — Хорошо, что ты это еще помнишь, — усмехнулся Адам. — Постой, — прервала Амелия, — ты продолжишь видеться с ней? — Конечно, — спокойно ответил Адам. — Узнаю, что о тебе говорят. Как тебя ищет твоя семья, жених, — с явной издевкой сказал он и заметил в глазах Амелии то, что и хотел. — Я понимаю, что ты умная куколка и осознаешь, что представляешь ценность живой. Но давай упростим друг другу жизнь. Пока ты слушаешься, тихо сидишь и не нервируешь меня, у тебя будет ванная, нормальная еда и несвязанные руки с ногами, может, книжку тебе какую-нибудь найду. Начнешь создавать мне проблемы — вернешься связанная в подвал, а я о тебе буду забывать часов на двенадцать-шестнадцать. Амелия сидела явно растерянная от подобной ситуации. Адам продолжал смотреть на нее, стараясь вложить в свой взгляд всю серьезность своего предложения. Она кивнула, давая понять, что согласна. Он понял, что какую-то херню его заложница все равно выкинет. Осталось только гадать, что это будет — попытка побега, нападения, все вместе или что-то, что сможет его удивить. Но Амелия сидела тихо до самого вечера, забившись в угол и больше ничего не говоря. Адам без интереса переключал каналы большую часть дня и порой замечал, что и она украдкой поглядывала в экран. Ожидание, которое он ненавидел всей душой. Поэтому, когда время стало близиться к вечеру, то даже немного обрадовался. — Мне пора собираться. А тебе в подвал, — спокойно сказал Адам. Амелия вздрогнула от его голоса и посмотрела в сторону подвала. — Я не стану связывать, но сиди спокойно. А то в следующий раз привяжу к стулу. Мы поняли друг друга? — Да, — тихо ответила Амелия. Адам планировал встретиться с Лидией еще максимум пару раз, после чего расстаться или тихо слиться. Он с облегчением заметил, что тревогу никто из-за отсутствия Амелии не поднимал, все просто продолжали работать, не задавая лишних вопросов. Адам уже подъезжал к квартире Лидии, когда услышал звонок на своей раскладушке. Он достал телефон из бардачка и понял, что это заказчик. Ответил. — Зачем ты вернулся в город? Адам услышал в голосе претензию, недовольство и подавил в себе порыв послать его. Когда уже у людей пропадет привычка требовать объяснения работы, для которой они и сами нанимают. — Я знаю, как делать мою работу, — спокойно ответил Адам, вернув самообладание. — И мне нужны дальнейшие инструкции. — Ладно, ты прав, — быстро согласился он. Адам уловил, что нервозности от первого вопроса дальше меньше. Голос стал спокойнее. — Ситуация стала хуже. Тебе придется увезти ее. Адам нахмурился, вспомнил Амелию, прикинул, во что ему встанет это «увезти». Один раз проехаться на дорогой тачке с девицей без сознания в вечернем платье, прилично одетым водителем — это одно. Увозить куда-то эту же девицу проблем много как в сознании, так и без. И Адам даже не хотел думать, что из этого будет более проблематично. — Нет. Мы так не договаривались. — Я заплачу больше. Но Амелию надо увезти из Лос-Анджелеса. Куда-то в глушь. Лучше вообще из Калифорнии. — Залечь на дно с ней? — уточнил Адам. — Да. — Случилось то, о чем ты говорил? — Скоро случится. Возможно. Амелия не доставит проблем. Подготовь все для отъезда завтра. Я разберусь с ней. Только организуй нам связь. — Разберешься? — скептически спросил Адам, подумав, что собеседник явно переоценивал свои способности. — Она будет послушной. Об этом не волнуйся, — твердо ответил голос на другом конце. — Главное организуй нам связь. — Понял, — коротко ответил Адам. — Ладно, но утроишь сумму. Оплата каждую неделю.  — Хорошо. Адам посчитал, что по деньгам получалась очень приличная сумма, и невольно хмыкнул от такого спокойствия заказчика. Впрочем, давно уже было пора привыкнуть, что понятия «много» и «мало» для всех людей разные. — Особые указания есть? Место? Время? — На твой выбор. Сообщишь координаты, когда я свяжусь с тобой. — Понял. Жду перевод. Все как раньше. После него вывезу куколку из штата, — закончил Адам и закрыл раскладушку. Он кинул ее в бардачок машины и посмотрел на многоэтажку, поняв, что порвать с Лидией придется уже сегодня. Впрочем, никакой печали он от этого не почувствовал. Хотя было немного жаль, что ночь он проведет не с молоденькой девушкой в постели, а в подготовке, чтобы вывезти ее начальницу из штата.