Бриллиантовая пыль

Амелия знала о похищениях только из фильмов, сериалов, кажется, однажды читала какую-то книгу, где эта тема мельком проскальзывала. Но все что она знала, никак не накладывалось на настоящий опыт. Адам не обращал на нее внимания, позволил бродить в зоне его видимости, больше не говорил с ней, не связывал, не угрожал. Она обследовала все, что могла, но поняла, что ничего ей не поможет. Посуда была пластиковая, тяжелых предметов не было, колюще-режущих тем более. Белье, которое Амелия постирала, еще не высохло, и в чужой одежде на голое тело она чувствовала себя неуютно. Мысль, что как-то надо выбираться, была очевидной. Но вряд ли она сможет обезвредить Адама без оружия, или чего-то, что можно использовать как оружие. Он даже спрятал или выбросил ее босоножки, в которых она была на приеме. Спустя еще несколько часов, Амелия пришла к решению, каким пользовалась ее семья довольно часто. Ей подумалось, что она сможет перебить цену, но сделка сорвалась. Более того, после этого разговора ее еще сильнее взволновала мысль, что дело не только в деньгах. Либерия, Сьерра-Леоне, все эти разговоры о повстанцах... Что же ему все-таки надо? Для чего такой интерес? Столько усилий? Когда Адам отправился на свидание с Лидией, а ей сообщил о возвращении в подвал, то она вдруг почувствовала странное удовольствие от того, что хоть что-то во всем этом похищении вязалось с ее картиной мира. И в этот момент Амелия окончательно поняла, что все-таки немного сошла с ума. Амелия сидела на диване, прислушивалась к происходящему в доме, но было тихо. Она догадалась, что осталась в доме одна. По своим подсчетам Амелия минут тридцать сидела, около часа обследовала подвал, но ничего полезного не нашла. Через несколько часов у нее не осталось сомнений, что Адам убрал все, что ей могло бы хоть как-то помочь. Мыслей в голове становилось все больше, ответы приходили с трудом. Амелия вспомнила инструктора по йоге, его слова про асану, которая дает приток свежей крови к голове. Она с брезгливостью посмотрела на пол, но особого выхода не было. Взяв плед, который нашла рядом с диваном, Амелия постелила его на полу и начала разминку. Она надеялась, что йога поможет ей. Немного расслабиться удалось. Амелия начала разминку с шеи, перешла к рукам и туловищу, переместилась на пол, чтобы заняться ногами. Полностью уйдя в себя, Амелия абстрагировалась от внешнего мира и попыталась сосредоточиться на чем-то хорошем. В конце концов, она в нормальном месте, ее никто не трогает, не избивает, не морит голодом. Все могло бы быть и хуже, и уже за это стоило быть благодарной. У нее есть все, чтобы продумать, как лучше поступить дальше. Амелия опустила колени на плед, поставила руки впереди и подняла таз вверх, пытаясь сделать спину максимально прямой, зафиксировалась. — Меня женщины по-разному встречали, но так еще нет. Голос Адама не сразу дошел до слуха Амелии. От неожиданности она почти рухнула на плед и испуганно посмотрела на него, стоящего на лестнице. — Мои слова мимо ушей пропустила? — усмехнулся он, спустился ниже. — Прости, куколка, но ответ все еще нет. Амелия почувствовала возрастающее раздражение, но поспешила унять это и как можно спокойнее сесть на плед. Пусть пока все относительно нормально, явно лучше не давать ему поводов для недовольств. — Я обручена, а ты удерживаешь меня против воли, — невзначай напомнила Амелия и, с тоской посмотрев на кольцо на пальце, сухо поинтересовалась: — Как прошло свидание? Адам промолчал, лишь бросил бумажный пакет на диван. Амелия поняла, что это ее ужин. — Завтра рано встанем, лучше спать ложись, — без эмоций произнес Адам и направился обратно к двери. — А что будет завтра? — вслед спросила Амелия, но ее вопрос остался без ответа. Амелия услышала звук замка и лениво посмотрела в сторону бумажного пакета. Глупо было полагать, что если Адам и общается нормально с ней хоть и в довольно панибратской манере, это что-то значит, а он поспешит рассказывать все свои планы. Она — пленница, закрытая в подвале, он — хозяин положения и спит в спальне. Как ни печально, но все на своих местах. Утро началось довольно рано. Когда Адам разбудил ее, сказав, чтобы шла в ванную умываться, Амелия не сразу поняла, сон это или реальность. По ощущениям она поспала не больше часа, но пренебрегать возможностью сходить в туалет, умыться и почистить зубы не стала. Амелия на автомате поднялась и, чистя зубы, вспомнила вчерашний разговор, который и не давал так долго уснуть. Адам уже не сидел около двери, как в прошлый раз, но, судя по звуку, был где-то по близости. Амелия вышла из ванной и увидела, что Адам что-то делал в ноутбуке, а вид у него был помятый и немного свирепый. Он молча протянул ей коробку с кроссовками и вернулся к своим делам. Желание задавать вопросы пропало как-то автоматически, а она вернулась в ванную. К своему счастью, Амелия заметила, что нижнее белье высохло. Она забрала трусы и сжала их в кулаке, решив переодеться в подвале. Амелия просидела там минут пятнадцать, не решаясь выходить, и постоянно слышала разные шумы: Адам ходил, изредка матерился, несколько раз звонил телефон. Вдруг ей захотелось остаться в этом доме, на этом вонючем диване и пледе. Сама мысль о том, что сейчас она поедет в неизвестность с раздраженным Адамом, заставляла пульс участиться. — … получил, помню. Все готово, спокойнее. С ней теперь разберись, чтоб мозг мне не ебала. Амелия услышала голос Адама более четко и насторожилась. Каждое слово тревожно ударяло сознание. Не приехал ли кто-то еще? Она поднялась с дивана, услышав, что Адам спускался в подвал. Амелия прислушалась, есть ли второй голос, но не выходило. Все внутри словно сдавило прессом, но, увидев, что Адам все еще говорил по телефону, чуть не закричала от облегчения. Хотя, большая вероятность, очень преждевременного. — Поднимайся сюда. Тут связь херовая, — крикнул Адам и снова вернулся в дом. Амелия поднялась и заметила, что небо еще окрашено розовым цветом от рассвета. В первый раз поднявшись, она поняла, что спросонья даже не обратила внимания на то, что происходило за окном. Выходит, что сейчас раннее утро, еще более раннее, чем она могла предположить. — Почему так рано? Адам не обращал внимания, слушая кого-то по телефону. Амелия заметила дорожную сумку на полу. — Говори, — заговорил Адам. — Не заставляй жалеть, что я впутался в это, — продолжил он и протянул Амелии телефон. — И побыстрее. Амелия взяла раскладушку и медленно притянула к уху, словно к ней в руки попало нечто опасное. Адам подошел к сумке, открыл ее, что-то проверял. — Слушаю, — осторожно произнесла Амелия, не зная, чего ожидать. Стук собственного сердца стал слышаться в голове. — Привет, Мели. Уж извини, что так пришлось с тобой. Ты в порядке? Амелия сразу поняла, что голос слишком знакомый, но мозг упрямо отказывался признавать его обладателя. Она вопросительно посмотрела на Адама, который застегивал сумку, но тот даже не обернулся. — Это Лиам? — Да, это я, Мел, — прозвучал ответ в телефоне. Амелия поняла, что все еще смотрела на Адама, словно ждала подтверждения и от него. Но весь его вид говорил, чтоб она сама с этим разбиралась, а у него проблем и так навалом. Он взял сумку и молча вышел из дома. — Какого черта происходит? Ты… Я… Этот мужик меня похитил! — затараторила Амелия, пытаясь понять, с чего лучше начать. — Да. Я заплатил ему, — виновато произнес Лиам. — Но… поверь мне, лучше он, чем те люди, у которых проблемы с нашим отцом. Адам успел похитить тебя раньше. Амелия поняла, что ей нужен воздух. Не думая, она пошла в ту же дверь, из которой вышел Адам и заметила его около машины. Оказаться на улице после нескольких дней заточения было еще приятнее. На секунду, дыша утренним свежим воздухом, далеко от города, Амелия даже забыла обо всем, но голос брата дал о себе знать. — Слушай, у меня нет времени говорить. Просто сосредоточься сейчас. Я собирался приехать, но планы немного изменились и... — более серьезно заговорил Лиам. — Знаешь, ты сейчас не в том положении, чтобы командовать. Что проис... — Амелия! — прикрикнул Лиам. — Ты имеешь право злиться. Я понимаю. Но, пожалуйста, выслушай очень внимательно. Это важно. Я хотел лично все обговорить, но придется так. Слышала когда-нибудь про «кровавые алмазы»? Амелия выдохнула, опять алмазы! Неужели и брат сейчас будет об этом говорить? Сделала глубокий вдох, поняв, что прежде чем продолжить орать на брата, должна узнать, о чем он думал, похищая ее. — Знаю. С твоим другом только о них и говорили: Либерия, Сьерра-Леоне, все ужасы рабства и гражданских войн там,  — начала Амелия и после протяжного «дааа» брата не захотела продолжать. — Нееееет, — протянула она, догадываясь, что может услышать дальше. — Мы не имеем к этому отношения! — Имеем, Мел, — твердо произнес Лиам. — Часть алмазов идет из приисков с территорий под контролем повстанцев, с запрещенных. Так дешевле. Мы вроде как финансируем то, что там происходит. Я недавно узнал. И это идет уже давно. Наш дед, отец… Думаю, что и мы бы узнали. Папа и Бернарды уверены, что твое похищение связано с теми людьми. — Стоп! — перебила Амелия, чувствуя, как умирают последние нервные клетки. И делают это явно с фейерверками, поскольку тело уже била ощутимая дрожь . — Виктор тоже? И… — Джек. Да. Он сказал, что ты улетела в Индию. Хотя сам искал тебя после того вечера. Слова, после которых она захотела сесть, но рядом ничего не было. Амелия оперлась на перила и сделала глубокий вдох. Неужели Джек знает о похищении и покрывает его? Неужели вместо того, чтобы помочь, рассказывает про какую-то поездку? Ко всему общему недомоганию прибавился еще и рвотный позыв. — А причем тут… Виктор? И Джек? — осторожно спросила Амелия. Внутри уже боролись желание все узнать и спокойствие неведенья. — Папа познакомился с Виктором в Африке. Помнишь? Амелия смутно помнила такие подробности, особенно те, что были до ее рождения, но постаралась напрячь память. К несчастью, события понемногу стали выстраиваться в не очень приятную ей картину. — А дед дружил с наставником Виктора. — Да. Думаю, они отвечали за перевозку, проблемы. Всякая бумажная работа. Слушай. Я знаю, что это было дико, но я хотел узнать в деле ли ты, раз поднимаешься по карьерной лестнице, и… взглянуть на реакцию отца. И увезти тебя подальше от всего этого, если ты не знала. Отец решил приостановить все это или изменить, как я понял. Кажется, там все шло не с полного его согласия. Но такие решения всегда заканчиваются проблемами, слишком сложный механизм, в котором многие повязаны и слишком большие деньги. И, скорее всего, действовали бы через тебя. — Ну конечно, — недовольно пробурчала Амелия, догадываясь почему дела обстоят так, но обсуждать это смысла не было. — Адам вывезет тебя из штата. Делай то, что он говорит. Он рядом? —уверенно произнес Лиам. Амелия поняла, что за этим разговором даже забыла об Адаме. Она обернулась и увидела, что он сидит на капоте «Форда экспедишн» и слушает разговор. — Да, рядом, — ответила Амелия, снова отвернулась. — Вслух сейчас скажи, что ты меня поняла и не будешь создавать проблем. — Серьезно? — Да. Амелия, дело херовое. Просто доверься мне. Если я отправил этого мужика за тобой — значит, я в нем уверен. Или он сделал что-то… — Он запер меня в подвале. И связал. — Знаю. Так было нужно. — Ну спасибо. А просто попросить не мог уехать с ним? Объяснил бы ситуацию. Как сейчас. Спросил бы как брат обо всем, поделился опасениями. — Как будто бы, будь ты в курсе, то рассказала бы правду, — в свою защиту сказал Лиам, нехотя Амелия признала, что смысл в его словах был. — И все должно было выглядеть натурально. Они наняли людей, чтобы найти тебя. Да и… как будто ты бы спокойно уехала без лишних вопросов. — Знаешь что, — раздраженно произнесла Амелия, не зная, как выстроить предложения, чтобы уместить в них все то, что она сейчас думала о своем брате. — Амелия, времени мало, — перебил Лиам. — Я представляю все, что ты хочешь мне сказать. У тебя будет время. Но сейчас я как раз рассказываю и прошу тебя сделать так, как необходимо. Амелия почувствовала новый прилив злости, но через несколько секунд поняла, что градус кипения снижался. Лиам волновался, действительно просил то, о чем она заикнулась, а она реагировала согласно его прогнозам. Невольно еще больше задумавшись о том, какая она предсказуемая, Амелия нехотя произнесла: — Хорошо. Я буду слушаться твоего Адама. Не буду создавать проблемы. — Спасибо, — благодарно произнес Лиам. — Я люблю тебя. Пожалуйста, будь осторожна. — Психотерапию сам мне будешь оплачивать, — сухо бросила Амелия, услышала смешок брата. — Я тоже тебя люблю. Долго мне с твоим дружком сидеть? — Не знаю, Мел. Мне пора, — ответил Лиам. Амелия поняла, что брат завершил вызов и захлопнула раскладушку. Неожиданно хлопок телефона показался ей достаточно пафосным и драматичным для ситуации. Она обернулась к Адаму. — Теперь понимаю, почему ты не спешишь менять этот телефон. Адам поднялся с капота и направился к Амелии. — Иди в машину. Надо ехать, — забрав телефон, сказал Адам и полез за ключами. — Куда? — спросила Амелия, понимая, что вряд ли получит полный ответ. Или вообще ответ. Разговор с братом вдруг полностью уложился в голове. Неужели все эти годы вокруг нее было такое, а она даже не догадывалась? А следом пришла и более тревожная мысль, не затеял ли и Лиам какую-то игру? — В машину иди. Нам долго ехать, — настойчиво повторил Адам. Амелия молча спустилась с крыльца, не дослушав того, что он хотел сказать.

***

Разговаривая накануне с заказчиком и уже успев немного узнать Амелию, Адам был готов, что после разговора с братом, который из-за времени не сможет ответить на все вопросы, они свалятся на его голову. Но Амелия молчала. Она просто сидела на переднем сиденье, смотрела вперед и почти не шевелилась весь час, который они уже уехали. К своему удивлению, Адам осознал, что молчание в настоящий момент нервировало его. Как и мысль, что он не мог понять, что в таком случае ждать от Амелиии. — Не убивайся ты так, все нормально будет. Адам сам не понял, зачем решил завести этот разговор. Долгая практика показывала, что чем меньше контакта, тем лучше, но язык сам начал говорить. Амелия покосилась на него, но полностью не развернулась. Ее лицо стало казаться немного болезненным. Возможно, из-за новостей, возможно, из-за ночей в подвале, но Адам почувствовал желание накормить ее чем-то, чтобы вернуть хоть какую-то живость в ее внешний вид. Возможно, из-за смены ее статуса теперь, возможно, из-за перспективы находиться вдвоем. — Мой брат заказал мое похищение, мой отец, будущий тесть и жених занимаются каким-то беспределом, финансируя войну. А мама что? В русской мафии состоит? Или бежала от нее из России, а балет просто прикрытие? — Насколько мне известно, твоя мама ничего не знает, — ответил Адам. Амелия театрально охнула и кивнула, отвернулась к другому окну. — И брат твой нормальный. О тебе заботится. Метод необычный, но… Амелия снова обернулась, Адам заметил в ее глазах злой блеск, который, наверное, бы убил его, будь у нее такая возможность. — Очнуться связанной в подвале с мужиком вроде тебя? Ты это «необычный метод» называешь? Что тогда в твоем понимании «пиздец»? Амелия снова отвернулась. Адам хотел сказать, что может привести ей не один пример того, что в его понимании подходило под это слово, но не стал. Какой смысл сравнивать жизненный опыт кого-то вроде него — бывшего вояки, ставшего наемником, с ее — золотой девочкой, взбиравшейся по карьерной лестнице в семейной компании, а в перерывах ходящую по клубам и показам мод. Даже мат, произнесенный ею, казался каким-то неправильным, не тем, что ей подходило. Да и судя по тому, что она удивилась, что ляпнула подобное, было видно, что, во-первых, матом излагала свои мысли редко. Во-вторых, доходила до какой-то нервной точки во всей этой ситуации. — Ему все это не нравилось, — игнорируя сказанное, продолжил Адам. — Знаешь, за годы во всем этом дерьме я стал лучше разбираться в людях. Твой брат никогда не торговался, хотя цена, которую я заломил за тебя, даже для профана слишком. А о твоем брате я не могу такое сказать. — Серьезно? — перебила Амелия. — Будешь рассказывать мне, как ободрал Лиама? — Я это к тому, что сложно оценить в деньгах жизнь и безопасность человека, которого ты любишь. Он просто соглашался и все, — замолчал, давая возможность что-то сказать, но Амелия лишь ожидающе смотрела на него. — Кроме того, он нанял меня, — более важно сказал Адам. Амелия усмехнулась. — Ты как Анна Винтур в мире моды? — спросила Амелия. Адам нахмурился. — Ну или… не сильна в спорте, криминале… или чем ты там увлекаешься. Пластический хирург, к которому все мечтают попасть? — Типа того, — решил ответить Адам, не желая вдаваться в ассоциации, которые могут возникнуть у Амелии. — Куда ты меня везешь? — Лиам сказал вывезти тебя из штата, — спокойно ответил Адам. — Так что сейчас к границе. — А потом? — Есть небольшая база отдыха недалеко в Техасе. Там сейчас начинается сезон, так что особого внимания не привлечем. Но еще не начинается самый пик. — А в прошлом году в это время примерно я отдыхала на Сардинии с Джеком, — тоскливо вспомнила Амелия и снова замолчала, наверное, задумавшись о поворотах в жизни. Адам не стал больше начинать диалог, решив, что лучше ехать в тишине, чем поддерживать подобную тему. Молчания Амелии хватило меньше чем на час. Когда Адам заметил, что она повернула к нему голову, понял, что сейчас последует какой-то вопрос. Но он тут же напомнил себе, что сам растревожил этот улей. — Ты же не собираешься меня снова где-нибудь запирать?— осторожно спросила Амелия. — Если не будешь создавать проблемы, то не стану, — не отвлекаясь от дороги, ответил Адам. — А вообще имей в виду, что у меня свобода действий касательно тебя, если начнешь. Кроме физического и сексуального насилия, конечно, но об этом Адам предпочел промолчать. Амелия скептически хмыкнула, но кажется удовлетворилась ответом. — Откуда вы с Лиамом знакомы? — С чего ты взяла, что мы знакомы? — А разве нет? — Я ничего не знал о нем до заказа. — Но… Амелия не договорила, обернулась на полицейскую сирену. Адам тоже глянул в зеркало заднего вида и приметил патрульную машину. — Сука, — вслух проговорил он, сворачивая с дороги. — Ты что-то нарушил? — с надеждой спросила Амелия. — Я — образцовый водитель, — без сарказма, серьезно ответил Адам, полез в бардачок за документами. — Род деятельности обязывает, чтобы не привлекать внимание, — заметил, что Амелия обратила внимание на пистолет в бардачке и чуть ли не открыла рот от удивления и страха. — Сделай лицо попроще, с таким успехом я мог документы и при копах достать. Представь, что едем в аэропорт, чтобы лететь на Сардинию, — уже с усмешкой продолжил он и опустил стекло. — Офицер, доброе утро, — дружелюбно поздоровался Адам. — Доброе утро, позвольте взглянуть на ваши права, — автоматически произнес офицер без каких-либо эмоций. — Нарушаете скоростной режим. — Пожалуйста, — протягивая документы, ответил Адам, быстро проверил успокоилась ли Амелия. — Больше не повторится, офицер. Адам осмотрел патрульного: белый мужчина в хорошей физической форме, слишком старый для подобной работы и довольно долго изучает документы. Подставной или на прикорме? — Мисс, — неожиданно обратился офицер, Адам обернулся к Амелии, давая понять, что речь пошла о ней, — можно ваши документы? — Мои? — удивленно переспросила Амелия. — Но я же не за рулем... — Мы получили наводку и всех проверяем, — ответил патрульный. — Покажите документы или пройдемте в машину. Адам убедился в своей догадке, что их все-таки успели заметить. Дорога пустая, офицер один. Но сколько их еще может быть в округе? — Мисс? —более нетерпеливо обратился офицер, Адам потянулся к бардачку, прикидывая, как быстрее все сделать, а после скрыться. — Я… у меня их нет… Меняю их. Мы… разводимся, — вдруг заявила Амелия, подняла руку, показывая кольцо и преградила ею путь к бардачку. — Вот только его оставила. Красивое, да? Хотя чему удивляться, не он же выбирал, — раздраженно проговорила Амелия. — Офицер, послушайте, пожалуйста, выпишите ему уже штраф, раз уж пропускает мимо ушей такие простые просьбы, как не гнать, и отпустите нас. Я не выдержу и дальше находиться с ним в одной машине, — с улыбкой продолжила Амелия. Адам кинул на Амелию удивленный взгляд, но решил дать шанс ее театру одного актера и, повернувшись к офицеру, сделал более усталое лицо. Все лучше, чем оставлять за собой трупы. — Вот здесь я соглашусь, — нехотя произнес Адам, заметив на лице офицера смятение. — И напомните, вы за что нас остановили: превышение или проверка? Адам понял, что настал момент истины: их либо отпустят, продолжая вести слежку, либо, оказавшись в ловушке, перейдут к активным действиям. Все зависело от приказа, который получил человек. — Я выпишу вам штраф, но поезжайте согласно норме, — заговорил офицер. Адам забрал штраф, документы, поднял окно и вернулся на дорогу. Амелия продолжала наблюдать за патрульной машиной в зеркале заднего вида, пока она не исчезла. — И что это было? — спросила Амелия, сосредоточив все свое внимание на Адаме. — У тебя хотел спросить, женушка, — усмехнулся Адам. — Я ожидал чего-то вроде «оставила в другой сумочке», а ты целое представление устроила. — Во-первых, бывшая женушка, потому что муж из тебя вышел непутевый. Во-вторых, уже не куколка? Имей в виду, что это бесит. И вообще... я немного поддалась панике. И я не очень поняла, зачем ему мои документы. — Куколка — это скорее для любовницы, а не бывшей жены, — в том же тоне ответил Адам. — А если серьезно, то твое представление и его немного обескуражило. Возможно, он ждал, что ты будешь как-то просить помощь, намекать, что позволит предпринимать какие-то действия дальше, используешь возможность сбежать от меня. Это хорошо, но… ненадолго. — Или это обычный офицер… Адам скептически взглянул на Амелию, невольно понимая и мотивы Лиама, и уровень подготовки Амелии к подобным ситуациям, и собственную роль в дальнейшем. — Обычный — тут не поспоришь, но на чьем-то прикорме, судя по тому, что просто отпустил нас. Не ввязывается. Мы уже проехали больше часа. Ты много машин видела на дороге? Домов? Еще чего-то? Амелия задумалась, прикинула. Адам ждал. — Нет… — А если машины особо не ездят, людей и домов нет, есть смысл копам патрулировать тут? — А если и правда кого-то ищут, — не сдавалась Амелия. — То патрульных на выезде из города было бы больше. И их было бы двое в машине. Кто-то сел нам на хвост, — резюмировал Адам. — Новый план.