Свинская судьба

      «Тинь-тон! Тинь-тон!» – раздалось из тумбочки. С сожалением оторвавшись от «Крокодилов…», Петр залез рукой внутрь тумбочки, извлек телефон, успевший издать еще один требовательный «тинь-тон!», и, поднеся его к уху, произнес:       – Кто там?       – Петр, вы? – раздался в трубке знакомый ему голос. – Это Марина звонит…       Секунду Петр вспоминал, кто такая Марина, а когда вспомнил – притворно улыбнулся.       – Ах, вы? Спасибо за заботу, конечно, большое спасибо…       – Как вы себя чувствуете? Не скучаете?       – Ох, скучаю, очень скучаю! По работе скучаю… и по вам, Мариночка!..       – Так ничего, если я вас сегодня навещу? Вам ничего там не надо?       – Ничего, я только «за»! Да, пока что у меня все есть, и все в порядке! Так что, до встречи?       – До встречи!       – Удачи тебе! – Петр отключил телефон и добавил, уже ни к кому не обращаясь: – Черт побери…       Вернув телефон в тумбочку, Петр уже было собрался вернуться к «Крокодилам…», однако от этого увлекательного чтива его оторвал новый телефонный звонок, играющий незамысловатую мелодию. Это уже был не его телефон – звук шел из-под подушки кровати ушедшего на процедуры Челеца. Петр решил не отвечать, однако телефон трезвонил все настойчивее. Наконец Петр не выдержал, слез с кровати и достал пиликающий телефон из-под подушки.       – Але! – гаркнул он в трубку.       – Поль, ты? – раздался на другом конце линии бодрый женский голос. – Что с голосом, охрип?       Петр понял, что его приняли за Челеца. Первым побуждением было объяснить неведомой собеседнице ошибку, но вместо этого он продолжил разговор от имени соседа.       – Да, что-то меня здесь продуло… кхе-кхе… – произнес он нарочито хриплым голосом. – Я вас тоже что-то не узнаю…       – Карина я! Из пресс-службы! Не узнал, да?       – Не узнал… Значит, богатыми будем, хехе!.. – Петр попытался обратить все в шутку.       – Не смешно, Поль! Тут главный редактор звонил – говорит, по финансовой части все совсем плохо. Если так дальше пойдет – «Дельта-Экспресс» придется закрывать.       «Дельта-Экспресс»?! Ну конечно, как же он мог забыть?! Статья «Человек-свинья содержится в психушке», подпись «П. Челец». Виновник проблем и несчастий Петра лежал совсем рядом, а Петр разговаривал с ник, как с приятелем! Если бы дело происходило в фильме, то в этот момент за кадром должна была грянуть драматическая тема фортиссимо.       – …Але, але! Что там у тебя случилось?       – Прошу прощения, слышно плохо. Перезвоню…       Петр отключил телефон и несколько секунд стоял, яростно втягивая и выпуская воздух сквозь стиснутые зубы. Сердце колотилось с такой силой, что, казалось, еще немного – и от его ударов лопнет голова.       – Говнюк сраный!.. – процедил Петр. – Гондон гнутый! Крыса ебаная!       Несколько столь же теплых эпитетов в адрес Челеца позволили несколько спустить пар. Засунув телефон под подушку, Петр сел на свою кровать и раскрыл «Крокодилов…», надеясь обрести спокойствие в чтении. Однако, прочитав несколько строк, он подумал: «Господи, какие мудоебы эту муру читают?!» То, что еще несколько минут назад он сам перечитывал эту книгу с удовольствием, сейчас казалось ему необъяснимо странным.       «Надо пройтись… Совершить моцион, подышать свежим воздухом…»       Аккуратно положив «Крокодилов…» на кровать, Петр вышел в коридор. За столиком возле окна двое пациентов играли в шахматы (сам Петр понимал в шахматах только то, что «конь ходит буквой гэ»). Из глубины коридора доносилось воркование телевизора – показывали какое-то архиактуальное телешоу на политическую тему. Какой-то небритый тип экспансивно, но крайне невнятно излагал свою точку зрения на обсуждаемый вопрос, в то время как ведущий как можно более вежливо с ним не соглашался. Из зала за дискуссией следили зрители с постными физиономиями, словно их приволокли сюда силой, и все, чего они сейчас желали – чтобы их наконец отпустили по домам. Двое больных в пижамах сидели напротив телевизора и с каменными лицами следили за происходящим.       Петр вдруг испытал жестокую жажду разбить этим самодовольным типам их физиономии. Жажда была настолько нестерпима, что Петр принялся массировать свои кулаки, чтобы унять в них зуд. Один из сидящих бросил на него взгляд и молча похлопал ладонью по сиденью стоящего рядом свободного стула. С трудом подавив позыв врезать ему, Петр удалился прочь.       На двери кабинета физпроцедур висело светящееся табло «НЕ ВХОДИТЬ», однако Петр его проигнорировал. Распахнув дверь, он вошел внутрь.       В кабинете пахло спиртом, медикаментами и медицинской резиной. Пространство кабинета было как бы нарезано на отсеки при помощи ширм из белого полотна, завешенные белыми же занавесками. За ширмами гудела невидимая аппаратура.       – Что вам здесь понадобилось? – Немолодая уже женщина в докторском халате повернулась к вошедшему в дверь Петру. – Вы читать не умеете? Написано же…       В голосе докторши было что-то… не то, чтобы явно неприятное; просто она еще даже не повысила тон, а Петр уже почувствовал себя так, словно его при всех обругали и унизили.       – П-простите… Челец Павел… здесь?       – Здесь он, здесь! Электрофорез у него…       Петр выскочил из процедурного кабинета. Щеки его горели от стыда и унижения. Позднее он был готов поклясться, что, если бы докторша его не прогнала – он убил бы Челеца. Можно сказать, что эта женщина спасла Павлу жизнь – впрочем, Петр надеялся, что это окажется лишь отсрочка.       Некоторое время Петр стоял посреди коридора. Идти в свою палату ему не хотелось. Подумав, он направился к лестнице, ведущей на верхний этаж.       Здесь было довольно людно. В основном здесь находились медики (судя по халатам и шапочкам); больных Петр не заметил. Он уже собирался поворачивать, как вдруг его взгляд упал на боковой коридор. Точнее – на висевшие в коридоре на вешалках халаты.       «Вот оно!» В голове всплыла услышанная где-то фраза: «Кто первый халат надел, тот и доктор». Никто не обращал внимания на Петра, бочком переместившегося в коридор. Оказавшись вне области наблюдения находившихся в большом коридоре, Петр быстро метнулся в конец бокового ответвления – к широкому окну.       Окно открывало вид на больничный двор и то, что находилось за ним. Обросшая диким виноградом ограда, за ней – какие-то кирпичные строения без окон, но с вентиляционными жалюзи под крышей (похоже на трансформаторную будку, но, судя по отсутствию предостерегающих надписей, явно не она). За строениями – заросли кустарника и невысоких деревьев. А еще дальше, до самых маячивших в отдалении холмов, лежала поросшая выгоревшей за минувшее лето травой равнина. Листья на деревьях и кустарниках уже сильно подернулись желтизной – осень вошла в свои права.       Поглазев на заоконный пейзаж, Петр повернулся и уставился на дверь в конце коридора. Она, конечно же, была заперта. «Это все, конечно, чисто теоретические размышления…» – подумал Петр, собираясь уйти, когда в боковом коридорчике появился мужчина (судя по одежде, медик-хирург).       – Закурить не найдется? – выпалил оказавшийся в замешательстве Петр первое, что пришло ему в голову.       Хирург не удивился. Вытащив из кармана пачку сигарет, он достал две штуки, одну сунул себе в рот, а вторую передал Петру. Затем достал зажигалку и уже было собрался закурить, но, перехватив взгляд Петра, протянул зажигалку ему. С щелчком выскочил язычок пламени. Пряный горьковатый дым подействовал на Петра отрезвляюще.       – Понимаете, – произнес он, стараясь выглядеть естественно, – пошел покурить, а курево в палате забыл!.. – Виновато усмехнувшись, он вдохнул табачный дым и выпустил его через ноздри.       – Бывает… – Хирург приоткрыл окно и выпустил в щель струю дыма, стряхивая пепел на наружный подоконник.       – А это что, – кивнул Петр на дверь, – пожарный выход?       – Он самый, – кивнул головой хирург, – Практиканты его используют, чтобы ходить напрямки из административного крыла.       – Здорово! Но… она же закрыта…       – Ну да!.. Между нами говоря, замок там – скрепкой канцелярской открыть можно… – Хирург в очередной раз затянулся и выдохнул дым в окно. – А-а, хорошо!..       Марина стояла в больничном вестибюле, прислонившись к стеклянной стене. Завидев Петра, она улыбнулась и помахала рукой. Идущий к вестибюлю Петр кивнул в ответ.       – Ну, как ты тут? – спросила Марина, когда они оказались наедине. – Как себя чувствуешь?       – Превосходно! – Петр говорил чистую правду. – Только вот скучно очень… У тебя аудиоплеера не найдется?       – Конечно, найдется… Принести?       – Ага! С наушниками!.. И зарядку возьми, а то здешняя зарядка вечно то не на месте, то занята… И еще… Хочется чего-нибудь солененького. Огурчиков там, перчика маринованного…       – В следующий раз обязательно принесу! Договорились?       – Договорились. – Петр чмокнул Марину в лобик. «Ну все, Поль! – подумал он про себя. – Недолго тебе осталось этот мир коптить!..»