Свинская судьба

      Вновь появившийся на работе Петр шокировал окружающих белой пращевидной повязкой на носу. На вопрос Роберта, что случилось, он ответил, разведя руками: «Споткнулся, навернулся об ограду; врач сказал – перелом». Роберт неловко усмехнулся, сказал что-то вроде «до свадьбы заживет» и вернулся к работе. Однако Петра не оставляли подозрения, что его коллега продолжал за ним исподтишка наблюдать.       Из-за своей травмы Петр почти не чувствовал запахов – и это его в какой-то степени устраивало. С шумом же он справился самым банальным способом – при помощи пары беруш. Усевшись на свое прежнее место, он взял газету и раскрыл ее на странице «Вакансии». Не без труда ему удалось найти объявление: «Требуется человек на должность старшего кладовщика… Требования – честность, коммуникабельность, знание бухгалтерского… Обращаться по телефону…» Обведя объявление маркером и затем еще два раза подчеркнув – для надежности – Петр покосился на Роберта. Тот смотрел какое-то видео на Ютубе, открыв отдельное окно; вытащив беруши, Петр прислушался. Ничего особенного; просто очередная кучка долбоебов творит на камеру очередную глупость. Вот только… вроде бы за Робертом не было заметно любви к подобному контенту. «Если бы речь шла об Артуре, – думал Петр, – я бы не удивился; но Роберт… Зуб даю – он только делает вид, что смотрит; а на самом деле…»       Отложив газету, Петр уткнулся в экран, просматривая очередной список. При этом он время от времени бросал взгляд в сторону, на своих коллег. Те по-прежнему занимались своими делами – Роберт что-то печатал, Марина читала – но Петр им уже не доверял. «Следят!.. – размышлял он. – Но зачем, на кого они работают? Неужели на Ганецкого?..»       – Ребята! – громко произнес он, ни к кому конкретно не обращаясь, – не возражаете, если я сейчас выйду покурить?       Марина и Роберт переглянулись.       – Нет, не возражаем… – сказала Марина. – А что случилось?       – Нет, ничего… так, просто… – Встав со своего места, Петр направился к выходу.       – Чего это с ним?.. – Роберт недоуменно поглядел на Марину.       – Не знаю… А что не так?       – В последнее время, после возвращения из больницы, Петр стал какой-то… словно не в своей тарелке. Как думаешь, нос он действительно об ограду расшиб?       – Но… ты же не думаешь…       – Кто знает… Вдруг Петр решил, так сказать, «вспомнить молодость»? Знаешь, я, наверное, тоже… пойду покурю.       Выйдя на улицу, Петр огляделся. Поблизости никого не было, только поодаль, возле автобусной остановки, виднелись фигуры людей – но они стояли далеко и вряд ли видели происходящее здесь. Пригнувшись, крадущейся походкой Петр двинулся вдоль стены, затем свернул за угол и затаился в укрытии. Теперь он мог наблюдать за выходящими из дверей незаметно для самих выходящих.       …Убедившись, что Петра нет ни в коридоре, ни в вестибюле, Роберт вышел на улицу. Петра и тут нигде не было видно; конечно, он мог спрятаться – но зачем?.. Оглядевшись, Роберт заметил людей на остановке и направился к ним. Из своего укрытия Петр внимательно следил за Робертом, а когда тот двинулся к остановке – быстрым, но осторожным шагом пошел за ним.       Выйдя на остановку, Роберт подошел к ожидающим транспорта и спросил у одной из них – девушки в брюках и бежевом полупальто:       – Прошу прощения… Вы не видели здесь человека с повязкой на лице?       – Нет, – девушка отрицательно покачала головой, – не видела.       Тем временем Петр, притаившись в кустиках, сидел на корточках в десятке метров от Роберта. Вынув беруши, он слушал его разговор с девушкой. «С-следит, сука сексотская! – думал он. – Никому уже доверять нельзя!..»       Убедившись, что Петр на остановку не приходил, Роберт отправился назад, к дверям конторы. Сидящего в кустах Петра он не заметил.       «Паршивец!.. – шипел про себя Петр. – Чтоб тебя!.. Нет, ну сволочь же!.. Говорил, что друг, а сам…» Кое-как он удержал себя от соблазна догнать Роберта и ударить его. Достав из пачки сигарету, он закурил, пуская струю дыма. Закашлялся – дым неожиданно показался ему слишком горьким.       Он должен что-то сделать. Должен.       – Ну как, – Марина повернулась к вошедшему в офис Роберту, – покурил?       – Покурил. – Роберт проследовал на свое место.       – Как там Петр? Встретился с ним?       – Нет. – Усевшись на место, Роберт пододвинул к себе пачку бумаг. – Похоже, он не хочет с нами встречаться…       – Ай, ну не хочет, и не хочет…       Роберт и Марина снова вернулись к работе, однако в этот момент в офис ворвался (иначе не скажешь) Петр. Вид у него был такой, что Роберт даже испугался.       – Ножницы! – рявкнул Петр.       – З-зачем?.. – повернулась к нему Марина.       – Я сказал, ножницы!! – Петр нагнулся над столом Роберта и бесцеремонно принялся рыться в лежащих там вещах; при этом он скинул на пол бумаги, с которыми Роберт работал.       – Эй, ты чего?.. – Роберт отшатнулся.       – Ножницы… – Петр вытащил искомое из-под файлов с документами (уронив при этом на пол пару файлов и точилку для карандашей) и с инструментом наперевес продефилировал за свой стол. Взяв газету с объявлениями, он с яростью принялся ее кромсать, словно то была плоть хахаля Анны (имя которого он, как назло, уже успел забыть). Вырезав объявление о вакансии старшего кладовщика, он сунул его в карман, встал (оттолкнув при этом стул так, что тот едва не упал) и покинул офис.       – Эй, что с вами? – крикнула ему вслед Марина. – Что случилось?       Но Петр ее уже не слушал. Быстрым шагом он несся по коридору.       – Здравствуйте. Я вижу, что-то случилось? – Шеф посмотрел на влетевшего в его кабинет Петра с полутревогой-полулюбопытством.       – Да, случилось, – отрывистым тоном отвечал Петр. – Бланк для заявления есть?       – Конечно, есть; но в чем, все-таки дело?       – Я увольняюсь. По собственному желанию…       Несколько секунд шеф потрясенно молчал. С одной стороны, он хорошо понимал, что сотрудники фирмы – не крепостные, и могут сами распоряжаться своей судьбой. С другой – он как-то привык воспринимать фирму и ее сотрудников продолжением себя, и об уходе кого-то из них предпочитал думать, как о чем-то, что может случиться, но точно не сегодня и даже не завтра.       – Ммм… А почему вы приняли такое решение?.. – наконец спросил шеф.       – Надоело все! В офисе душно, шумно, воняет! Роберт тут еще сидит, гнида… После того, как Артур… в общем, того-этого… Роберт считает, что это я его убил!       – С… с чего? – Шеф аж привстал от недоумения. – Почему он считает вас виновником?       – Откуда я знаю? Давайте уже бланк…       – Минутку! Я хочу поговорить с самим Робертом… – Шеф потянулся к кнопке под столом.       – Не надо! – Петр рявкнул так, что шеф аж вздрогнул. – Можете не сомневаться – он скажет, что я вру. А потом подстроит какую-нибудь пакость в порядке мести…       – Вы считаете, что он на такое способен?       – Я даже боюсь думать, на что он на самом деле способен! Давайте бланк, и закончим!       – Послушайте, если у вас возник с кем-то конфликт – его надо решить мирным путем, поговорить, найти компромисс… А не так вот сразу – ухожу, и все!       – Так вы меня не желаете отпускать, да?       – Пока нет. Сначала лучше попытаться…       – Значит, не хочешь… – Петр перешел на «ты». – Ат-лич-на! Уволишь по своему желанию!       С этими словами он схватил со стола пузырек туши – офигевший шеф ничего не успел сделать – и вылил его шефу на голову. Пока шеф носовым платком вытирал с щек и лба черные потеки, Петр сунул в рот папиросу, взял со стола какой-то документ, поджег его зажигалкой и, помахав им в воздухе, чтобы пламя разгорелось, прикурил от тлеющего документа.       – Вы чего творите?! – От волнения шеф сорвался на фальцет. – Немедленно выйдите!       Но Петр только расхохотался и бросил горящий документ в корзину для бумаг, стоявшую у окна. Падая, документ задел занавеску, и та загорелась.       – Вы же пожар мне тут устроите!.. – Шеф схватился за горящую занавеску, пытаясь ее сорвать, обжегся и с воплем отскочил. – Пожар! Пожар!       Петр сгреб со стола бумаги и подбросил их в воздух, после чего развернулся и покинул кабинет. В коридоре уже собрались люди, привлеченные криками, Петр проследовал мимо них, даже не поглядев в их сторону.       – Пожар! – Перемазанный тушью шеф выскочил следом за Петром – Воды, срочно!       – Воды, воды… – понеслось по собравшейся толпе. Взгляд шефа упал на висящий на стене огнетушитель; немедля шеф кинулся к нему и сорвал со стены, но, не рассчитав, уронил на нору и завопил от боли. От удара в огнетушителе что-то хрустнуло, и наружу вылетела пенная струя, окатившая брюки шефа. Некоторое время вокруг творился форменный содом: в кабинете догорала занавеска на пару с корзиной для бумаг, в коридоре крутился, плюясь пеной, огнетушитель, а сам шеф, вымазанный тушью и пенным составом, сидел у стены и рыдал, как девчонка. Со стороны все это выглядело, как кадры из дешевой комедии – не хватало только закадрового смеха и задорной фортепианной мелодии. Однако никому из присутствовавших почему-то смешно не было.       Марина настигла Петра уже на улице.       – Что произошло? – спросила она у него – Что у тебя там случилось в кабинете шефа?       – А, ничего… – Голос Петра звучал устало. – Я сказал, что увольняюсь.       – Увольняешься? С чего?       – Надоело мне. Целый день сидишь в душном офисе, геморрой насиживаешь… Я, может, к другому предназначен!..       – А он что?       – А он, мудила, не захотел меня отпускать! Ну, я и… психанул немного.       – Ничего себе «немного»! Половина фирмы на ушах… Слушай, а что дальше?       – Ничего. Выкручусь… Извини, мой автобус подходит!       …Пожар в кабинете шефа наконец потушили. Ущерб оказался не так уж и велик – минус занавеска, минус корзина для бумаг, минус испорченный костюм шефа, плюс следы копоти на стене, плюс залитый пеной пол в коридоре. Вдобавок шефу поплохело; кто-то даже вызвал скорую. Прибывший врач поставил диагноз – нервный срыв, после чего сделал шефу укол и уехал.       Служащие фирмы после этого долго еще обсуждали демарш Петра. Одни винили шефа, другие – Петра, а кое-кто (и Роберт с Мариной в их числе) полагал, что на самом деле никто конкретно не был виноват, а причиной инциденту было недопонимание. Кончилось все это так, как и должно было кончиться – спустя неделю большинство из них об инциденте (да и о самом Петре) попросту забыло. Словно человек с таким именем никогда и не работал с ними…