Карта на Жизнь

— Мы возвращаемся домой, — в панике говорит женщина своим сыновьям, закрывая за собой дверь маленькой комнаты. — Что случилось, maman? — спрашивает мальчишка лет десяти, отрываясь от книги. Женщина лишь молча бросает вещи в сумки, игнорируя вопрос своего старшего сына. Она носится по комнате из стороны в сторону, собирая всё самое необходимое.       Стук в дверь заставляет её подпрыгнуть от неожиданности. — Эдди, возьми Гидеона! — командует мать своему первенцу. Эдмунд всё ещё ничего не понимает, но тем не менее не смеет ослушаться мать. Мальчишка скорее встаёт из-за стола и, схватив своего младшего брата за руку, тащит его в каморку, расположившуюся за соседней дверью. — Ма-а-адлен, — доносится мужской голос из коридора, — отдай то, что по праву принадлежит мне, и я отпущу тебя.       Тишина. — Мадлен, я знаю, что ты там! — мужчина вновь принимается колотить в дверь. — Верни мне мой шар, и мы больше никогда не увидимся. Если, конечно, ты всё ещё отказываешься стать моей. До сих пор не могу понять, чем этот француз был лучше меня?.. — наигранно всхлипывает мужчина. — Прожить с ним столько лет в нищете, перебираясь с места на место вместо того, чтобы стать женой короля. — Тебе никогда не стать королем, Балторд! — парирует женщина, по глупости распахивая дверь. — Ну вот и прекрасно. Видишь, я знал, что ты хорошая девочка, — смеётся мужчина. — Шар, — требует он, протягивая руку вперед. — Какой шар? — Тот, что тебе отдала моя мать, оставив меня в дураках. — Я его взяла из рук твоей матери, туда его и верну. Тебе его не видать! — отвечает Мадлен. — Значит так? Стража, взять ее! — двое высоких мужчин выходят из-за спины Балторда и хватают женщину под плечи, выводя из комнаты. Балторд разворачивается, собираясь последовать за ними, когда слышит тихий детский плач. — Тихо, Гид, тише, — слышится за детским плачем.       Балторд резко распахивает дверь каморки, заставляя двух братьев вздрогнуть от неожиданности. Из тёмной комнатки на мужчину смотрят два маленьких мальчика, сидящие в обнимку в дальнем углу. — Так-так, кто это у нас здесь? — спрашивает мужчина, опасно прищуриваясь.       Балторд присаживается, чтобы разглядеть мальчиков лучше и усмехается, когда замечает очевидные сходства: первый — кудрявый, темноволосый, с россыпью веснушек на лице — как две капли воды похож на свою мать; в то время, как его младший брат получил внешность от их гнусного отца — светлые волосы торчат во все стороны, некоторые пряди спадают на лицо, прикрывая острые черты. — Ты мужчина! Плачут только девчонки! — грозит Балторд Гидеону, вытирая его слёзы.       Мальчик всхлипывает в последний раз, теребя какую-то шарообразную подвеску у себя на шее. Она отливает всевозможными цветами, а по форме напоминает маленькую каменную горошину. Когда Балторд замечает её, его глаза вспыхивают огнем, а рука тянется к шее мальчика. — Это тоже девичьи радости. Ты вырастешь воином! Будешь служить мне при дворце. Договор? — усмехается Балторд, протягивая руку мальчику.       Эдмунд, особенно переживая за брата, не может позволить им попасть в эту ловушку, поэтому мальчик пытается загородить своего брата собой, не позволяя подозрительному мужчине дотронуться до Гидеона. — Не трогай его, оставь нас в покое! — мальчик старается звучать как можно твёрже и увереннее, но его голос всё равно срывается несколько раз.       Однако младший брат, не отдавая отчёт самому себе, выглядывает из-за спины Эдмунда и, протянув руку вперед, заключает сделку с самим дьяволом. — Договор, — отвечает Гидеон и мужчина срывает подвеску с его шеи, отпихивая старшего брата в сторону. — Ну наконец-то! — произносит Балторд. Теперь его голос звучит словно раскаты грома, а медно-карие глаза приобретают красноватый оттенок, когда шар в руке начинает кружиться и увеличиваться в размере.       Эдмунд прижимает Гидеона крепче к себе, когда младший брат вырывается из его объятий и подбегает к окну. — Эдди, смотри! Луна взошла! — кричит мальчик, тыча пальцем в окно. — Она красная, Эдди! — Гидеон… — в панике бормочет Эдмунд, вместе со своим братом выглядывая из окна, — что же ты наделал?..

***

      Гидеон просыпается из-за того, что падает с маленького жесткого дивана в кабинете своего брата. — Чёрт! — ругается молодой человек, поднимаясь на ноги и отряхивая с себя несуществующую пыль. — О, ты наконец-то проснулся? Пока ты тут прохлаждался, целых два вопроса не давали мне покоя, — саркастично произносит Эдмунд, отрываясь от очередной кипы бумаг. — Даже не знаю с чего начать.       Гидеон молча корчит рожицу, усаживаясь обратно на диван. — Первый — почему ты завалился спать в моём кабинете, пока меня не было? — вставая из-за стола и подбираясь ближе к младшему брату спрашивает Эдмунд.       В ответ Гидеон лишь неохотно мычит и отворачивается на другой бок, закрывая глаза. — Второй — что ты снова натворил, раз тебя так красиво разукрасили? — смеётся Эдмунд, рассматривая лицо своего братца, усыпанное ссадинами и синяками. — Будто тебе это интересно. Давай, Я готов к очередной порции нотаций от старшего брата, — язвит юноша помладше, нехотя поворачивая голову в сторону старшего.       Эдмунд лишь тихо вздыхает и возвращается на своё рабочее место. — Как обстоят дела с теми девчонками? — спрашивает старший брат, переводя тему.       От вопроса Эдмунда в голове Гидеона возникает образ Вивьен, их недавний разговор и неприятное напоминание о матери. — Они слишком проблемные, ввязываются во всякие передряги. Одна из них вообще куда-то сбежала, а в её пропаже они обвиняют меня. Хотя, если честно, от таких зануд я бы тоже сбежал, — с каждым новым словом, голос Гидеона становится всё громче. — Ах, да! Карты действительно пустые, кроме одной. У той, что пропала там нарисована то ли птица, то ли ангел со связанными крыльями, — юноша задумывается на миг. — Я не особо разглядывал.       Эдмунд молча слушает Гидеона временами опуская перо в чернильницу. — Лицо мне, кстати, «разукрасили» тоже по их вине, — его губы трогает лёгкая улыбка когда он вспоминает, что Вивьен вызвалась обработать ему раны.       Эдмунд поднимает взгляд и смотрит на ухмыляющегося младшего брата. Старший едва ведёт бровью — слишком уж странная у Гидеона реакция на то, что его недавно избили — но после вспоминает, что это же Гидеон, а потому вновь опускает взгляд и продолжает молча что-то писать. — Кстати, одна из них очень даже ничего, я бы с ней… — выпаливает юноша, но тут же гонит прочь эти мысли из своей головы. — Хотя нет, она какая-то психопатка.       Старший брат уже даже не отрывается от бумаги, продолжая активно что-то записывать. — Ты меня вообще слушаешь? Чем ты там занимаешься? — спрашивает Гидеон, спрыгивая с дивана и в пару шагов преодолевая расстояние между ними. Он заглядывает брату под руку и вырывает одну бумажку из-под его пера. — Гидеон! — раздражённо стонет Эдмунд, по вине брата оставивший кляксу на этом листке. — Приглашение? — спрашивает Гидеон, рассматривая его со всех сторон. — Очередной бал, — тяжело вздохнув, старший брат закатывает свои тёмные глаза. — На этот раз маскарад. — Это что-то новенькое, — почесав подбородок отмечает Гидеон. — Скажи, Господин уже выбрал новую жертву?       Эдмунд закрывает глаза и жадно втягивает носом воздух, словно ему тяжело об этом говорить. — Она совсем молодая, — горестно произносит Эдмунд, — годится ему в дочери. Он точно обезумел. — Да, ладно, mon frère, не воспринимай это так близко к сердцу. Она лишь очередная его пассия, — говорит Гидеон, рассматривая свои царапины в зеркале на стене. — Он привез её сам, понимаешь? Разрешает гулять по замку, словно хозяйке, а ещё постоянно твердит о том, что все должно быть на высшем уровне, ведь он ждет особенных гостей, — юноша поднимается с места и смотрит на отражение брата в треснутых стёклах.       Их, на первый взгляд, абсолютно непохожие черты сливаются воедино. В их жилах течёт одна кровь, в них живёт одно и то же. Их объединяет глубокий взгляд, полный страсти и настойчивости, поддерживающий стремление к своим целям. Зеркало не только отражает их родственную связь, но и объединяет их души. Они могут идти по разным путям, но в их глазах всегда будет одна и та же искра — светлое свидетельство их общего прошлого, настоящего и будущего. — Я понимаю, сострадание — твой конёк, но увы, этого не изменить, такова была её судьба, — прерывает тишину Гидеон.       Эти слова пронзают Эдмунда словно тысячи ножей и он отводит взгляд в сторону.       Судьба… Ему прививали веру в неё с самого детства, но существует ли она вообще? В мире Красных Королей все живут по судьбе, и происходит всё происходит по её же велению. Но почему никто не пытается ничего с этим сделать? Почему не пытаются изменить её и повернуть свою жизнь в лучшую сторону? Юноша верит, что каждый может построить свою судьбу именно такой, какой хочет её видеть. Всем мешают лишь страхи.       Страхи — людские кандалы. Страхи — причины всех неудач. Это всего лишь преграда на пути к истинному счастью. Вообще, будущее изменчиво, но каждый может менять его так, как хочется ему самому. — Мне надо работать, — устало произносит старший брат. — Если тебе как обычно нечем заняться, сходи к лекарю, пусть он залечит твоё, — он активно машет пером, показывая на лицо Гидеона, — недоразумение.       Эдмунд возвращается за свой большой дубовый стол, а Гидеон, окинув его надменным взглядом, молча удаляется из кабинета.       Гидеон любит рассматривать портреты, украшающие коридоры мрачного замка. Иногда он даже разговаривает с ними, спрашивая совета как совершенно обезумевший человек. Ведь больше спросить ему некого.       Отношения с братом очень изменились с их переездом в величественный, но недоступный замок. Шли годы, мальчики росли при дворе и воспитывались самим королем, а Эдмунд отдалялся от брата и холодел с каждым днем.       Старший мальчик учился грамоте, столовому этикету и правильным манерам. Он проводил всё своё детство за книгами, перечитывая любимые истории на разных языках, в то время как Гидеона было невозможно удержать на уроке французского и пару минут. Однако мальчик чудом знал его практически в совершенстве.       Гидеон сбегал, рвался во двор, чтобы лишний раз подержать огромный меч старого гвардейца в своих руках. Мало, однако, взять в руки оружие — мальчик хотел умело владеть им.       Верховая езда, фехтование, охота на зверя, метание клинка воспитали в Гидеоне отвагу, выносливость и меткость. Но даже несмотря на превосходные успехи в боевых начинаниях, король так и не позволил встать ему в рыцарские ряды, чем очень обидел мальчика, оставляя на него незначительные подлые задания, заставляя служить королевству обманом и хитростью, и оставляя его не то, чтобы на ступень — а на целый лестничный пролёт позади своего брата.       Эдмунд же, повзрослев, стал правой рукой своего Господина, его верным советником. Юноша бережно хранит секреты, скрывающиеся за каменными стенами, хранит верность королю и хранит своего брата, держа его на расстоянии от себя. Даже его карта говорит о его натуре — «Хранитель» золотыми буквами выгравировано на белой картонке.       Кабинет лекаря находится в южном крыле замка, где всегда тихо и практически никогда не заметишь живой души. Гидеон минует один коридор за другим, глубоко погруженный в свои мысли, пока его внимание не привлекает знакомый девичий голос, наполняющий воздух нежной мелодией.       Каждое произнесённое ею слово звучит абсолютно искренне, будто исполнительница раскрывает какую-то свою историю этой песней. Парень разворачивается и тихо, практически беззвучно движется за мелодией. Он осторожно выглядывает из-за угла, вдруг замечая девушку, длинные белоснежные волосы которой каскадом спадают с её плеч и будто бы льются водопадом по изящной спине.       Гидеон узнаёт её.       «Как её там… Хлоя? Хельга?.. Хизер! Точно, Хизер.» — проносится в голове у юноши, пока он продолжает наблюдать за девушкой.       Хизер гуляет по коридорам, рассматривая лепнину на величественных стенах и бормочет что-то себе под нос, пока за её спиной не возникает высокая мужская фигура — король.       Балторд легко приобнимает её за хрупкую талию и что-то шепчет ей на ухо. Хизер задорно хихикает и они вместе скрываются за углом.       От увиденного лицо Гидеона кривится в отвращении, а глаза округляются так, будто вот-вот выкатятся из глазниц. — Фу, — фыркает парень, прокручивая в голове только что развернувшуюся перед ним сцену.       Гидеон, заигравшийся в шпиона, вдруг вспоминает, что кабинет лекаря находится в совершенно другой стороне, а потому разворачивается на пятках и направляется в нужное ему место. — Войдите, — доносится с другой стороны двери после того, как юноша в неё стучится.       Как только Гидеон открывает дверь, ему в нос ударяет едкий запах лекарственных трав, навевая юноше очередные неприятные воспоминания из детства, о том как его заставляли пить отвратительно терпкий, чудодейственный по словам врачей отвар, который быстрее помог бы оправиться после болезни.       Гидеон переступает порог маленькой тёмной каморки, морща нос. — Гидеон, что-то ты зачастил ко мне, — отрываясь от каких-то колб произносит старый мужчина в халате. — Пару дней назад за бинтами и спиртовым заходил, теперь… — мужчина надевает очки и выходит на свет, чтобы рассмотреть парня. — Понятно.       Врач подходит к высокому шкафу и достает оттуда какой-то порошок, а после разводит его в воде, из-за чего смесь превращается в нечто, похожее на глину. Усадив Гидеона на кушетку, лекарь начинает обмазывать ему лицо вонючей смесью. — Жди десять минут, раны должны затянуться. Эта припарка из трав, ароматических смол, жира и масла — просто чудо! — восклицает мужчина. — Если не поможет, будем лечить тебя прижиганием, — его глаза блестят, а губы расплываются в широкой улыбке.       «Садист», — проносится в голове Гидеона. — О, я чувствую, как с каждой минутой мне становится лучше! — напуганно произносит юноша. — Глина действительно волшебная. — Припарка, — поправляет его лекарь, сдвинув густые брови к переносице. — Скажите, что за девушка появилась в замке? — переводит тему Гидеон, задерживая дыхание, иначе едкий запах пожизненно оставит его без вкусовых рецепторов. — Я видел её, когда направлялся к Вам. — Что, понравилась девчонка-то? — толкнув юношу в плечо произносит врач. — Забудь о ней. Она — игрушка господина. Поговаривают, что на балу нас ждет что-то особенное, и эта девушка поможет нашим жизням измениться навсегда! Её карта говорит сама за себя, — шепчет доктор. — Она — наш Апеллент.       Договорив, лекарь берёт в руки чистые бинты, аккуратными движениями удаляя лекарство с лица молодого человека. Раны действительно затянулись и теперь практически незаметны, кроме той самой глубокой, что красуется на гладком лбу юноши. — Эту надо бы прижечь, иначе останется неаккуратный шрам, — произносит мужчина, щелкнув Гидеона по носу. — Не надо! Шрамы украшают мужчину, так ведь? — сказав это, Гидеон резко вскакивает на ноги и направляется в сторону двери, но его останавливает женский портрет в огромной золотистой раме, красующийся у выхода из лекарни.       Женщина кажется Гидеону безумно знакомой: шоколадные волосы, аккуратный нос, пышные губы и светло-медовые глаза. Медовые?..       Юноша всматривается в эти глаза. Он уже смотрел в них этим вечером. Не просто смотрел, а утопал в них. В глазах этой женщины Гидеон узнаёт девушку, которая так внезапно свалилась ему на голову. Ту, которая ненавидит его, но помогает несмотря на жгучее чувство отвращения, которое испытывает к нему. Ту, которая боится, но всё равно идет на риск.       Ту, с чьей кожей танцевал кинжал.       Вивьен. — Что это за портрет? — спрашивает Гидеон. — Ой, не знаю, милок. Такую красивую картину вынесли на свалку из тронного зала. Думаю, грех такое сжигать, вот я и забрал к себе. Глаз теперь радуется, — делится доктор. — Чем тебя заинтересовало изображение этой дамы? Стара для тебя, — засмеялся он. — Она безумно похожа на девушку… — «которая сводит меня с ума» думает Гидеон, но вслух произносит совсем другое: — Которая выводит меня из себя.       Озадаченный Гидеон выходит за дверь, перед этим поблагодарив лекаря за оказанную помощь.       Однако, перед глазами юноши всё ещё стоит портрет той самой дамы. Она явно старше Вивьен, но почему они так безумно друг на друга похожи?       Гидеон ускоряет шаг, двигаясь теперь в сторону своей спальни. Ему, кажется, следует хорошо проспаться, иначе навязчивые мысли сведут его с ума. Он думает, что окончательно запутался, но парень даже не подозревает как он прав.       Королю нужна не Хизер.       Ему нужна Вивьен.